Глава 99: Краткое возвращение домой (3)
Окажись я сейчас на месте Шагалор, что бы я сделал?
Если подумать, то, пожалуй, ничего особенного.
Будь у меня пистолет, я бы пустил себе пулю в висок, выбрав благородное и простое самоубийство.
Если бы мне не хотелось этого делать,
я бы снял с себя всю одежду.
Даже нижнее белье, аккуратно сложил бы его под прямым углом и положил перед ней.
А затем свернулся бы калачиком еще прилежнее, чем это сделали Люмейн или Рексас, и извинился.
И, наверное, попросил бы леди Горго наступить мне на зад своими туфлями.
Ах, разумеется, я говорю это просто так.
Я вовсе не намекаю на свои личные предпочтения.
Это лишь пустая болтовня о том, насколько унизительная ситуация потребовалась бы, чтобы умерить гнев наблюдающих за этим высокопоставленных лиц.
Впрочем.
Атмосфера была достаточно серьезной, чтобы я нес подобную чепуху.
Никто.
Абсолютно никто.
Хотя они и не отчитывали напрямую покрасневшую от смущения Шагалор.
Молчаливое давление.
Даже самого высокопоставленного человека заставили бы считаться с обстановкой.
— Я... Прошу прощения за то, что устроила беспорядок... Мне так стыдно. Я... Я была не права...
В конце концов Шагалор пришлось вежливо извиниться перед всеми — то, чего она никогда в жизни не делала.
— Что ж. Это еще не все. Если бы я здесь не стояла, пощечину получила бы Каралин, а не я.
— Ч-что вы имеете в виду?
— Я считаю, что детей нельзя воспитывать побоями, так не стоит ли тебе извиниться и перед Каралин? Ее ошибки мы обсудим отдельно позже.
— ........
По правде говоря, Рексас тоже не мог избежать этих слов, ведь он пускал в ход кулаки всякий раз, когда Авель вел себя жалко.
Но раз уж он сам сказал это Шагалор,
что оставалось делать?
Ей пришлось подчиниться.
— ...Прости меня, дочь моя.
— В-вы обращаетесь ко мне?
— ...Я сказала, что прошу прощения.
И.
Услышав эти слова, барышня Каралин...
С самым сияющим выражением лица, какое я только видел,
ярко.
Широко и лучезарно улыбнувшись, она ответила:
— Все в порядке! Я ни разу не держала на вас обиды за ваши поступки. Пожалуйста, не сердитесь так, матушка!
— Грррх...
И когда я услышал, как Шагалор зашипела, словно закипающий чайник,
«Ах...»
я почувствовал, словно получил компенсацию за все те тяжелые времена, что терпел последнее десятилетие.
Я невольно сжал кулак.
Впереди еще долгий путь, но...
Это был отличный удар.
— Проклятье, проклятье... Что это такое? Из-за одной вульгарной бабы мое достоинство...
И тут я услышал это.
Чувство оскорбления, какого я никогда в жизни не испытывал.
Его светлость Великий герцог, испытавший это проклятое унижение не из-за собственных действий, а из-за ошибки своей жены.
Слова, которые он пробормотал, были полны чистой жажды убийства:
— Авель!! Авель, Авель, где ты!! Сколько времени прошло с тех пор, как я звал тебя, а ты до сих пор не кажешь хвоста, хотя крестная мать уже прибыла!!
И вот.
Его сиятельство Рексас закричал так громко, что тронный зал содрогнулся.
Можно было бы задаться вопросом, не стоило ли ему проявить сдержанность в присутствии леди Горго.
Но прослужив ему на виду долгое время, я сразу понял.
Что.
Вопреки внешнему виду, сейчас он проявлял значительную сдержанность по сравнению с временами своего расцвета.
Скрип...
И тут все услышали это.
За плотно закрытой дверью, через которую вошла Шагалор, послышалось подозрительное шуршание кого-то, кто пытался отступить назад.
Что ж, это в равной степени относилось и к человеку, выдавшему свое присутствие снаружи.
Этот человек с измученным видом приоткрыл дверь и проскользнул внутрь.
Бледное лицо, как у барышни, и слишком тонкие, изящные для мужчины конечности.
Он унаследовал те же темно-синие волосы, что и Рексас в былые времена...
Но в нем не было ни капли величия.
Нет, совершенно безнадежный мальчишка.
Это был Авель фон Витагарт.
— М-матушка...
Писк, похожий на писк больного цыпленка.
Мне показалось, что за три месяца его внешность сильно изменилась,
но это было все, что выдавил из себя мальчик.
— ...Н-не... Н-не смотрите на меня.
Потому что.
Когда все взгляды устремились на него,
зрачки мальчика заметно сузились...
и он принялся судорожно дергаться.
— Угх...
— ...Ваше высочество Авель! Что с вами!
— Угх, кха-а-а!..
Возможно, ему были неприятны все эти устремленные на него взгляды.
Или, может быть, потому, что он своими глазами видел, как его мать — единственная, кто мог защитить его от пугающего отца — совершила огромную ошибку и превратилась в посмешище.
А если и не это, то, возможно, он просто испугался и почувствовал непосильное бремя из-за того, что отец пытался сделать его преемником.
К тому же его объективно гораздо более выдающаяся сестра сидела прямо здесь.
Так или иначе, Авель, в душе которого, по-видимому, сложно переплелись все эти эмоции,
ужасно,
совершенно жалко разразился рвотой.
Словно он не ел ничего уже несколько дней,
на мрамор тронного зала брызнула лишь прозрачная желчь.
— Уэ-э-э... Кха...
И его сиятельство Рексас, которого, казалось, искренне тошнило от этого зрелища,
скривив лицо от отвращения, произнес:
— О, дерьмо...
Его можно было понять.
Основательница и героиня Севера прибыла, чтобы выразить почтение.
А эти мать и сын устроили тут такое позорное представление.
— Боже, что случилось с Авелем?
Когда леди Горго задала этот вопрос,
у Рексаса не нашлось достойного оправдания.
— ...Крестная. Кажется, я поставил вас в неловкое положение, позвав их неподготовленными. Если вы не против, не могли бы мы отложить наш разговор на потом?
— Давай так и сделаем. Мое присутствие здесь сейчас кажется излишним.
— Благодарю вас. Кто-нибудь, проводите ее высочество леди Горго...
И вот его сиятельство отдал приказ проводить леди Горго.
И стоило ей покинуть свое место,
— Ах вы, ублюдки!..
как тронный зал взорвался руганью и гневом.
О достоинстве не шло и речи.
В конце концов, он изначально был таким человеком, так что никого это не удивило.
В итоге из-за грандиозного провального шоу Шагалор и Авеля
мы, вопреки предлогу встречи с его сиятельством, не смогли перекинуться с ним ни единым словом.
Не понадобится много времени, чтобы слухи о некомпетентности и жалком поведении этих двоих разнеслись далеко за пределы дворца.
◇ ◇ ◇
Людская молва разносится на тысячи миль, будь то в столице или в провинциях.
Особенно среди военных чинов, страдающих из-за недавней ситуации на Севере, было вполне естественно, что это происшествие начали бурно обсуждать.
Позади казарм, где дислоцировался отряд «Титан» семьи Витагарт,
внутри палаточного городка,
несколько военных чинов, использовавших свои стальные шлемы — когда-то защищавшие их головы от стрел лучников-скелетов — вместо котелков,
жадно хлебали сваренный мясной суп,
переглядываясь друг с другом.
Все они прошли через ад, сражаясь с огнедышащими вивернами.
И среди них кто-то заговорил:
— То, что я вам сказал — чистая правда.
В ответ на это все заговорили на местном диалекте, накинувшись на него так, словно готовы были прибить на месте:
— Да не свисти ты, скользкий ублюдок.
— Ты с ума сошел? Как мы можем в это поверить?
— Разве есть смысл в том, что леди Горго вернулась? Да еще и держа за руку барышню Каралин?
Мгновенно клейменный лживым негодяем, он мог лишь обливаться потом, пытаясь объясниться:
— Но говорят, что Железный рыцарь тоже вернулся... Я слышал, именно Железный рыцарь привел леди Горго.
— А, ну тогда это имеет смысл.
— Хм.
Джо Хан и сам об этом не подозревал, но
каким-то образом он стал ходячим доказательством достоверности для тех, кто его знал.
— ...Дерьмо! Значит, это действительно она?! Та самая личность из трехсотлетней давности, которая в одиночку размозжила черепа всем этим ублюдкам из Карланка, перекрыла реку и разрушила горный хребет...?!
— Да. И говорят, Шагалор влепила ей пощечину.
— Ч-черт... Я знал, что так и будет. Я знал, что эта баба натворит бед.
И кто-то еще вмешался с пустым смешком и недоумением:
— ...Эта пресловутая злодейка все еще во дворце? Она вообще не показывалась во время всей этой недавней заварухи.
— Конечно нет. Последний раз я видел ее, когда она инкрустировала жемчугом доспехи Авеля уже после начала войны.
— Эх, ну и зараза. Такого никогда не случалось, когда барышня Каралин была здесь.
Чтобы скрасить эту поразительную историю, выпивки было более чем достаточно.
Повсюду разносился глухой звон сталкивающихся кружек.
Военные чины с самыми разными ранениями — кто без пальцев, кто без глаз или ушей.
И все же, несмотря на такие страдания, они по-прежнему горели страстью защищать свою родину, и в ходе этой попойки...
дошли до того, что проклинали нынешних правителей, называя их «заразой».
И что это означало,
объяснять не требовалось.
— А что было дальше? Великий герцог ведь наверняка не стал просто смотреть на это зрелище.
— Ну... он не стал бы стоять в стороне, когда оскорбляют его предка, героя, восставшего из мертвых. Мало того, Авеля вырвало при виде всего этого, отчего атмосфера во дворце стала просто ужасной. Говорят, его сиятельство Рексас пришел в ярость и заявил, что «убьет их всех».
— Надо было погибнуть вместе с Алешей во время той самоубийственной атаки, рядом с барышней. Выжил вопреки всему лишь для того, чтобы увидеть такой позор.
Так или иначе, то, что разрядило гнетущую атмосферу этого места, где туда-сюда так и сыпались жалобы,
произошло, когда самый старый и опытный солдат-ветеран, молча слушавший все это,
наконец открыл рот.
Он потер кончиком пальца затылок.
Там виднелся шрам многолетней давности.
Это был след, оставленный когтем виверны.
И то самое место, которое барышня Каралин лично перевязала ему, когда была еще юной.
— ...Знаете, ребята. Я до сих пор не могу забыть тот день, когда барышня Каралин уехала.
— Это было всего три месяца назад, старик.
— Ты что, впал в маразм?
— Заткнитесь, ублюдки. Слушайте молча, я создаю настроение.
Несмотря на эти шутливые замечания,
когда старый солдат заговорил, вокруг воцарилась тишина.
Это знакомая история, о которой в эти дни судачат военные чины Севера.
Но почему-то им хотелось выслушать ее так, словно они слышали ее впервые.
— В тот день, когда барышня собрала вещи и села в карету вместе с Железным рыцарем. Она обошла все казармы и поприветствовала каждого из нас.
— И большинство из них теперь мертвы, черт побери.
— Ну, зато эти парни, вероятно, умерли не самой худшей смертью. В тот день, глядя на барышню, я почувствовал награду за то, что все это время рисковал здесь жизнью.
Скажем так... у меня возникло предчувствие: «Ах, если эта барышня когда-нибудь вернется, Север будет возрожден».
Затем другой военный чин пробормотал:
— ...Верно. Ее изгнали. Но почему? Прошло столько времени с тех пор, как ее отстранили от престолонаследия, что я уже и не помню причин.
Старик, очевидно, долго размышлял над этим,
поэтому ответил без колебаний:
— Потому что она была женщиной.
— И это все?
— Шагалор пустила в ход свой ум. Сказала, что при наличии законного наследника мужского пола выдвижение женщины разрушит мировой порядок.
— Это полная чушь, старик. Эта наследница стоила сотни обычных мужчин.
При этих словах.
Несколько человек молча кивнули.
Никто открыто не принимал чью-либо сторону, но
те, кто прошел через поле боя, прекрасно знали.
Кто проливал кровь на самом деле,
а кто носил украшенные драгоценностями военные наряды во дворце.
Старик продолжил:
— Она была надеждой. После ее ухода мы провели три месяца. Вы помните, что мы делали в это время?
На это один из военных горько усмехнулся:
— Мы отступали.
— Да. Мы отступали, потому что не могли умереть.
Старик загибал пальцы, говоря:
— Тринадцать городов пали... пять крепостей вышли из-под контроля... Мой преемник, офицер, который не смог остановить армию демонов на пути к Фральберту, вонзил себе в шею двуручный меч и покончил с собой. Сказал, что не хочет умирать от их клинков.
И когда пьяный палец старого солдата остановился,
— Но вдруг, внезапно линия фронта замерла. Эти ублюдки из армии демонов развернули свои знамена.
он попал не в бровь, а в глаз и задал всем вопрос:
— Верно ведь? Они не продвинулись дальше. И вот так ситуация обстояла до сих пор.
— Почему это произошло? Я до сих пор нахожу это загадочным. Мне казалось, что нам действительно помогли небеса.
Но старик, похоже, что-то прослышал.
— Но примерно в то же время Военная академия Зигмунд, куда отправилась барышня, закрылась... И вдруг она и Железный рыцарь вернулись, словно призраки? Да еще и держа за руку леди Горго... Погодите, разве не говорили, что Железный рыцарь спас леди Горго?
— Да, все верно... Так что я думаю об этом по меньшей мере десять раз на дню: возможно, эти двое совершили нечто такое, что вызвало хаос в Империи, и тем самым спасли нас.
Борода старого солдата задрожала.
— Я не знаю в точности, что сделали барышня и Железный рыцарь. Но, к счастью, Север уцелел... И это явно произошло сразу после того, как они начали действовать.
— Возможно, это не совпадение, старик.
— Действительно.
При этих словах.
Все военные чины на некоторое время замолчали.
Но кто-то, нарушив это молчание,
подытожил общие мысли следующим образом:
— Что ж, поднимем ли мы бокалы за тех двоих, кто защитил Север?
— ...А также за наши грошовые, но благородные жизни, все еще служащие Северу.
Тихий звон сталкивающихся кружек
был слишком тихим для солдат.
Но никто не стал отрицать эту историю.
После той ночи эта история пошла гулять по солдатским устам.
На следующий день — на рынок.
А на день позже — в зал северной ортодоксальной церкви.
Затем на базар.
В дома мелких дворян.
И, наконец, на уста стражников, охраняющих городские ворота.
Истории вовсе не обязательно было быть правдой.
Для людей, жаждущих надежды, она уже превратилась в веру.
А вера стала общественным мнением.
Но удивительно вот что.
Все те вполне резонные сомнения, которые зародил старый солдат, на самом деле оказались чистой правдой.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos