Глава 64
Призрак с болезненной манией чистоты, алхимик, преступивший запреты, мудрец с пагубными идеями, демон и прочая нечисть.
Лишь домыслы да слухи ходили кругом, а истинная природа этих загадочных существ оставалась во тьме.
А еще — опасная сила, способная уничтожить мир, что таилась в Рильке, первой управляющей особняком.
Если подумать, все обстоятельства и впрямь указывали на то, что он демон. Да и характер у него похлеще, чем у настоящего исчадия ада.
Матиас не появлялся в воспоминаниях Рильке, так что уверенности нет. Да и разве не говорил он о ней как о постороннем: «Рильке была поглощена великим демоном»?
Однако, если Матиас действительно великий демон, то и Философский камень может оказаться опасной вещью, поэтому я и хотела спросить Эльюарда для проверки.
Когда Эльюард услышал вопрос о том, является ли Матиас демоном, он прикрыл рот рукой и тихо рассмеялся.
— На этот вопрос я ответить не могу.
— Почему? Нужно всего лишь сказать «да» или «нет.»
— Безвозмездно я могу поведать лишь о побочных истинах, которые и так всем известны.
Я уперла руки в бока и сердито посмотрела на него.
— Ну что за дела, какая между нами плата? Не будь таким занудой, расскажи. Я не проболтаюсь Матиасу. Мне ведь нужно знать, в какую историю я вляпалась.
Эльюард с серьезным видом слегка приподнял руку. Его волосы, впитавшие утренний солнечный свет, засияли.
— В этом мире действует закон: смертные должны сами доходить до истины. Это своего рода предохранитель, мешающий богам и демонам слишком сильно вмешиваться в чужие дела. Вот почему даже хозяин особняка изъяснялся сплошными загадками.
Это что, раскрытие небесной тайны? Пока я обдумывала его туманные слова, он неспешно продолжил:
— Однако, если принести щедрую плату или жертву, запрет можно обойти. Именно поэтому люди веками тратят столько сил, вознося молитвы и подношения ради пары строк пророчества. А ведь заключи они сделку с демоном — всё решилось бы куда быстрее и проще.
Выходит, чтобы вытянуть из него дельный ответ, придется раскошелиться на какую-нибудь ценную плату.
— Ты хотя бы скажешь, что это за работа такая — управляющий особняком?
— Об этом ты узнаешь, просматривая воспоминания через сны. Хотя из-за сильного эго хозяина видеть их часто не получится.
Мало того что хронология событий зиждилась на сплошной путанице, так еще и функции быстрой перемотки не было — из этих обрывков я уяснила лишь то, что Рильке и ее муж люто ненавидели друг друга. И даже это посмотреть нельзя в любой момент? Для моей нетерпеливой натуры это сущая пытка.
В этот момент Эльюард медленно протянул руку и сказал:
— Но так как вы, хозяйка, особенная, я могу рассказать кое-что и за пару пальцев. У меня есть на это полномочия.
Этот тип, словно продавец, навязывающий платные услуги, крепко сжал один мой палец.
Ай! Пальцы нельзя! Я же не смогу нормально есть и жить! Я поспешно спрятала руку и спросила:
— Эльюард, а может ли один человек заключить множественный контракт с несколькими демонами?
Если вопрос касается контрактов, он наверняка ответит.
— Нет. Демон, заключивший контракт, становится владельцем души. Это невозможно, если только не передать права или не расторгнуть сделку.
— Значит, Матиас — вовсе не демон? Раз уж ты постоянно предлагаешь мне заключить контракт.
Если нельзя спросить прямо, значит, нужно зайти издалека.
Если великий демон, которого призвала Рильке, — это Матиас, то я уже связана эксклюзивным контрактом с демоном, а значит, чисто физически не могу подписать договор с Эльюардом, верно?
Даже мне эта логика показалась блестящей.
Я посмотрела на Эльюарда с видом победителя интеллектуальной олимпиады, но он лишь пожал плечами, словно ожидая этого.
— Попытка засчитана, хозяйка.
Его лицо приблизилось, и холодное дыхание коснулось моего уха. Затем последовал тихий шепот:
— А с чего вы взяли, что у человека может быть только одна душа?
Значит, душ может быть несколько? Прямо как... высокопроизводительный компьютер с несколькими ядрами?
— Разве «одна душа на человека» — это не истина?
— Кто знает, я лишь поинтересовался вашим мнением.
Он снял очки в серебряной оправе и, протирая их, дал уклончивый ответ.
Я проворчала в ответ:
— За ответ на этот вопрос тоже нужно платить? Сначала заинтриговал, а теперь требуешь плату?
— Верно, это коммерческая тайна. Я постиг все тайны мироздания. Предоставьте мне достойную плату, и я выложу всё, что пожелаете. Разумеется, могу исполнить и любое ваше желание.
Типичный демон, мастер соблазнения и создания интриг. Но нельзя поддаваться на его уловки. Жизнь коротка, а жизнь в роли слуги будет долгой.
Я решительно спросила:
— Разве жизнь, в которой не нужно ничего добиваться своим трудом, а всё делают за тебя, может быть интересной?
Жизнь, где всё делается само собой без усилий. Как же это удобно и весело.
В этот момент Данте подошел и встал прямо рядом со мной. Его широкие плечи полностью закрыли свет, пробивавшийся сквозь щель в шторах.
— Помощь демона не нужна. У хозяйки уже есть мужчина, который сделает всё сам.
И правда, выглядит он как человек, который действительно всё сделает сам.
Когда появился «помеха», холодный взгляд Эльюарда переместился на Данте, а затем снова на меня.
— Тогда, может, договоримся на руки и ноги этого домохозяина, который всё делает сам? Никто из нас не останется в проигрыше.
Данте нахмурился и скрестил руки на груди. Неужели он спрятал их, боясь, что их отберут?
— Может, мне просто сломать тебе шею в качестве платы за ответ?
На этот низкий голос Эльюард ответил, слегка обнажив белые зубы в улыбке:
— От этого я не умру. Тело можно просто заменить на новое.
— Вот я и говорю. Неужели ты не готов пожертвовать телом ради того, чтобы хозяйка получила ответы на свои вопросы?
— Ты ведь тоже не жертвуешь свои руки и ноги.
Разговор принимал слишком кровожадный оборот. Ни шея Эльюарда, ни конечности Данте пострадать не должны были. Допустить, чтобы важнейшие кадры моего особняка лишились каких-то частей тела, я никак не могла.
Я замахала руками, вставая между ними.
— Подумала тут: может, спросить прямо у Матиаса? А остальную информацию я поищу сама, с исследовательским интересом. Например, спрошу у бабушки Лилианы.
Правда, большой вопрос, станет ли Матиас честно отвечать на такие расспросы.
На мои слова Эльюард с сожалением покачал головой.
— Какое упрямство, сказывается сильное эго. Что ж, одну деталь я все же раскрою: Святая стала управляющей особняком уже после того, как призвала великого демона и ее изгнали из церкви. В ту пору Философский камень находился у нее.
Назвал это «одной деталью», а вывалил целых две — ну просто щедрейшая душа... Впрочем, этот факт несложно было угадать и по ее воспоминаниям. Как и то, что Философский камень служил ее личным символом.
Данте упоминал, что некогда церковь хранила Философский камень в качестве великой святыни. Значит ли это, что после смерти Рильке священники исподтишка забрали его себе, но в итоге посеяли и теперь сбились с ног в поисках?
[Мы лишь передаем вам наши имена и жизни, прожитые в разные эпохи.]
Внезапно я вспомнила письмо Гектора фона Брик, второго управляющего.
— Данте, второй управляющий передал мне свой символ — золотой клевер. Выходит, эти знаки передаются из поколения в поколение? Если он его не получил или потерял по дороге, получается, реликвия пропала давным-давно? Матиас же выражался так, будто она надежно спрятана где-то в особняке... Я пыталась обыскать дом, но толку чуть. Я ведь даже понятия не имею, как этот камень выглядит.
Раз даже второй управляющий ничего не нашел, значит, тайник упрятан на совесть. Но не может же Матиас не ведать, что творится в его собственном жилище? Неужели он специально запрятал камень, чтобы поизмываться над управляющими?
Данте, который после моих слов погрузился в раздумья, поглаживая подбородок, ответил:
— Да, поскольку события столь давние, надежных сведений почти не осталось. Даже если расспросить госпожу Лилиану, человеческая память со временем свойственна искажаться — особенно учитывая, что они состояли в конфликте. К тому же Святая была окутана плотной пеленой слухов, из-за чего истину отыскать непросто. Но если порыться в архивах прежней династии, кое-какие зацепки мы вполне можем обнаружить.
Значит, нужно проверить факты? Разумно.
— Но это же записи павшей династии? Думаю, их давно уничтожили.
— Где-нибудь наверняка остались копии. Записи, которые стали недоступны, стоят больших денег.
Записи, скопированные по подпольным каналам?
Меня внезапно осенило, и я хлопнула в ладоши.
— Лили род род Дафтраббит! Кажется, у нее они могут быть.
Разве она не человек, который сам по себе является ходячим воплощением незаконного оборота копий?
Возможно, у нее есть копии. А учитывая, как долго живет бабушка Лилиана, у нее тоже могут быть старые записи для справок.
Данте слегка склонил голову и спросил:
— род род Дафтраббит? Разве она не из враждебной вам фракции?
Ах да, точно. Я же теперь полноправная участница группы «Три великих командира» нашего высшего света.