Когда снегопад начал усиливаться, Ариэль и Эдгар вместе с несколькими сопровождающими прибыли в место под названием Брюхольм, расположенное немного в стороне от Хеспании.
Несмотря на то что эта местность находилась довольно близко к Хеспании, куда чужеземные племена почти не совались, в последнее время сообщения о встречах с ними поступали одно за другим.
Ариэль почувствовала неладное, особенно потому, что в последнее время сами чужеземцы попадались на глаза гораздо реже, и решила лично разобраться. Пусть никаких конкретных доказательств не было, возможно, это была своего рода интуиция, унаследованная от отца.
— Удивительно. Я была уверена, что ты обязательно попытаешься меня остановить.
— Сам знаю. И сам не понимаю, почему не стал.
Хотя ситуация была далеко не приятной, Ариэль обратилась к нему с лёгкой улыбкой. Эдгар ответил кривоватым смешком и пожал плечами, будто сам себя винил за принятое решение.
На самом деле поначалу Эдгар хотел отговорить её, опасаясь повторения истории с Уайтвудом. Тогда чужеземные племена нарочно оставили следы, действовали незаметно, заманили Юлкена и, наоборот, схватили его.
Никто не мог гарантировать, что на этот раз всё не повторится, поэтому он собирался предложить сначала выждать и понаблюдать.
Но, как ни странно, разум твердил осторожно прощупать почву, а тело буквально кричало, что отправляться нужно немедленно. Пожалуй, ещё никогда прежде Эдгар не испытывал настолько сильного конфликта между разумом и чувствами.
«Тогда было так же».
Эдгар вспомнил визит в Императорский дворец, когда Альбрих подошёл к Ариэль и пригласил её в свой дом. Помимо обычного неприятного чувства от самого Альбриха, тогда он без всякой причины отчётливо ощутил: нужно немедленно остановить её.
Почему — он не знал. Формально ничего странного не было в том, что маркиз поздравляет человека, только что ставшего главой великого герцогства, и устраивает по этому поводу встречу. И всё же откуда-то доносился внутренний голос: ей нельзя туда ехать.
Но тогда остановить её он не смог, а после, не имея убедительной причины, лишь тревожился. В конце концов, когда Эдгар поделился с Ариэль своим впечатлением от Альбриха, она решила не принимать приглашение, и на этом всё завершилось.
Для Эдгара это было почти чистым везением. Честно говоря, несмотря на то что они были возлюбленными, он не ожидал, что она настолько поверит в столь беспочвенное и расплывчатое предчувствие.
— Повезло.
— Мм? Что ты сказал?
— Ничего, просто вслух подумал. Кстати, снег становится сильнее. Может, стоило отложить приезд.
Вообще Брюхольм не относился к местам, где часто шёл снег. Конечно, его выпадало больше, чем в обычных землях, но по сравнению с северными регионами, где снегопады были привычным явлением, здесь их считали довольно лёгкими.
Однако сегодня, по какой-то причине, их встретил настолько яростный снегопад, что временами было трудно даже открыть глаза. Сначала Эдгар воспринял это как дурное знамение и пожалел, что они приехали, но Ариэль тут же опровергла его своей теорией.
— Не говори глупостей. Это нас приветствуют. Для человека из дома Лобехайм снег куда ближе солнца.
— ...Сколько бы раз ни слышал, всё равно кажется нелепицей.
Эдгар никак не мог понять, как она вообще способна воспринимать снег как приветственную церемонию, но, как говорится, важен не сам сон, а его толкование, и почему-то объяснение действительно звучало вполне подходяще.
— Значит, я неправа?
— Смешно то, что вроде бы и не совсем.
Улыбнувшись Ариэль, которая спросила это с недовольным выражением лица, Эдгар принял доклады от людей, осматривавших окрестности.
— Докладываю! Мы обнаружили их следы на северо-западе! Похоже, они без оружия, но...
— То есть они не выстроены для боя?
— Да, всё верно.
От неожиданной новости оба широко раскрыли глаза. Чужеземные племена были известны тем, что всегда носили при себе оружие вроде копий или мечей, независимо от того, ребёнок перед тобой или взрослый.
Кроме того, если только они не полные идиоты, то должны были знать о прибытии людей дома Лобехайм. И всё же вместо подготовки к бою они показывались безоружными?
В таком случае напрашивались в основном две версии.
Первая, как предположила Ариэль:
— Может, это ловушка?
Возможно, они намеренно демонстрировали безобидный вид, чтобы заманить противника и затем напасть. Однако Эдгар относился к этому варианту несколько скептически.
— Не уверен. Но даже если это ловушка, зачем им это?
Как Эдгар выяснил раньше, стиль боя чужеземных племён по большей части напоминал партизанскую войну. Они вступали в сражение лишь тогда, когда это было им выгодно, понемногу изматывали противника, избегали ненужных столкновений и расшатывали врага изнутри.
Но если считать нынешнее поведение ловушкой, то по сути это мало чем отличалось от прямого столкновения. К тому же, хотя огромную армию они с собой не привели, на этот раз, в отличие от ситуации с Юлкеном, подготовились довольно серьёзно.
Если у чужеземцев есть глаза и хоть какая-то разведывательная сеть, они наверняка это знают. И несмотря на это им понадобилось заманивать их ради боя сила на силу? В конце концов, чужеземные племена могли противостоять хорошо обученным солдатам дома Лобехайм не потому, что были равны им по силе, а потому, что дробили небольшие отряды по разным местам и умело использовали местность.
— ...Для начала соберите всех. Обсудим это в замке. Передай мой приказ и проследи, чтобы явились все без исключения.
— Да, понял!
Отдав приказ посланнику, Ариэль развернулась и вместе с Эдгаром и несколькими сопровождающими направилась к замку. Примерно в это время снегопад начал стихать.
* * * * * * *
Вернувшись в замок, Ариэль собрала офицеров и солдат для обсуждения ситуации. В основном они систематизировали сведения о текущем положении и возможных дальнейших действиях чужеземных племён, но, если честно, далеко продвинуться не удалось.
Пока важнее всего было опасаться внезапного нападения, поэтому Ариэль приказала не ослаблять бдительность, но при этом распорядилась, чтобы солдаты и остальные люди отдыхали посменно, не теряя настороженности.
— А-а-а... Я вымоталась.
— Ты всегда вот так растекаешься, как только заходишь в комнату?
Вместо своей комнаты Ариэль пришла к Эдгару и тут же плюхнулась на кровать. Точнее, на его колени, пока он сидел на краю.
Несмотря на мягкое женское тело, прижавшееся к нему, Эдгар не почувствовал похоти — только лёгкое веселье. Возможно, потому что снаружи Ариэль изо всех сил исполняла обязанности главы дома, в последнее время, оставаясь с ним наедине, она часто начинала капризничать и напоминала пятилетнего ребёнка.
— Говори что хочешь. Всё равно никто не видит.
— А мои глаза не считаются?
— Глаза?
Ариэль, до этого лежавшая на спине, смотревшая в потолок и одновременно поглядывавшая на Эдгара, внезапно приподнялась. Затем резко приблизила лицо к его лицу, и сперва показалось, будто она собирается поцеловать его, но её красные губы направились к его лбу. Точнее, к глазам.
Чмок. Чмок.
— Вот, взятка. Теперь отвернёшься?
Поцеловав оба его века, Ариэль соблазнительно улыбнулась, и Эдгар тут же схватил её за подбородок и притянул к себе для поцелуя.
— Какой смысл давать взятку туда? Взятку нужно вручать мне.
— Верно, ты прав. Повторить?
Спрашивая так, будто возражения не принимались, Ариэль тут же прижалась губами к его губам и на этот раз как следует вручила взятку самому Эдгару.
Пожалуй, это было нечто куда более ценное и труднодоступное, чем любое количество золота и серебра. По крайней мере, для него.
Ариэль постепенно переплела свой язык с его, но вскоре отстранилась и снова рухнула сверху. Эдгар подумал, что она захочет продолжения, учитывая, что они занимались этим всего позавчера, однако, похоже, сегодня дело было не в этом.
— Удивительно. Я думал, ты захочешь большего.
— М-м... Сегодня не хочется. Просто...
— Просто?
Эдгар вопросительно повторил её слово, слегка склонив голову, а Ариэль вытянула руку и заставила его лечь рядом. Затем, уткнувшись лицом ему в грудь, просунула руки под его подмышки и прижалась всем телом, будто они хотели слиться воедино. И правда, выглядела она как цикада, вцепившаяся в старое дерево.
— Просто захотелось сильнее почувствовать твоё тепло.
Конечно, ей нравились и страстные отношения мужчины и женщины, но сегодня место и обстоятельства к этому не располагали. К тому же иногда у неё бывали такие дни. Дни, когда хотелось просто ничего не делать с человеком перед собой, лежать на кровати или диване и чуть сильнее запечатлеть существование друг друга.
Даже без бурной близости такое время приносило удовлетворение. Особенно в дни, когда Ариэль была уставшей и измотанной, она любила подобные моменты ещё сильнее.
— Хочешь так и уснуть?
— Тогда ты сам не сможешь уснуть.
Хотя Эдгар не был особенно чувствителен во сне, в нынешнем положении заснуть действительно было бы тяжело. По крайней мере, если Ариэль не уберёт руку, неудобство не даст ему нормально задремать.
— Я всё равно не собирался спать. Просто хотел посмотреть, как спишь ты.
— Тогда я немного вздремну...
Поддавшись искушению, Ариэль осторожно освободила руки, которыми обвивала его. Так, если что-то случится, Эдгар хотя бы сможет выйти из комнаты. На самом деле ей хотелось, чтобы он всё время оставался рядом и смотрел, как она спит, но настолько эгоистичной она быть не могла.
Пока Эдгар гладил её, а сознание Ариэль уже начинало уплывать, снаружи раздался грохот, будто что-то покатилось по полу. Шум был настолько громким, что выдернул её с самой границы сна, и они оба широко раскрыли глаза, переглянувшись.
Щёлк.
Как раз когда Эдгар собирался открыть дверь и проверить, что происходит, мужчина, ожидавший в коридоре, поспешно закричал.
— С-срочная весть! К нам приближается человек, похожий на чужеземца, с белым флагом!
Услышав голос, пробившийся через щель двери, Ариэль поняла, что спокойно поспать сегодня не получится. Похоже, весь день придётся посвятить исключительно обязанностям главы дома.
С этой мыслью она подобрала снятое пальто и осторожно поднялась с кровати. Плащ, подтверждавший её статус главы дома Лобехайм, гордо украшал её спину.