Сегодня Соня была в прекрасном настроении.
Она могла провести время, играя со своим любимым братиком и красивой старшей сестрёнкой.
А больше всего ей нравилось, что по сравнению с прошлым разом в пруду плавало ещё больше разных рыбок.
— Хе-хе.
— Соня, тебе весело?
— Да! Очень-очень!
Когда Эдгар невзначай спросил Соню, с лица которой весь день не сходила улыбка, она ответила без малейшего колебания.
От этого улыбнулась и Ариэль, державшая Соню за другую руку.
— Братик, можно мне вон туда?
— Куда? Туда, где большие цветы?
— Да!
Место, на которое указала Соня, находилось совсем недалеко.
Оно было достаточно близко, чтобы всё время оставаться в поле зрения Эдгара и Ариэль, так что опасаться, что она потеряется, не приходилось.
Будучи маленьким ребёнком, Соня, конечно, любила держаться за руки с теми, кто ей нравился, но наверняка ей хотелось и самой свободно побегать вокруг.
Ариэль прекрасно понимала это чувство, поэтому ответила за Эдгара, который одним взглядом спрашивал её, что им делать.
— Тогда старшая сестрёнка и братик подождут здесь, хорошо?
— Хорошооо!
— Но цветы не срывай, ладно? Им будет больно. Поняла?
— Мамочка тоже так говорила! Обещаю!
Сцепившись с Ариэль мизинцами в знак обещания, Соня отпустила их руки и молнией понеслась к противоположной стороне сада.
Провожая её взглядом, Эдгар с некоторым удивлением заговорил с Ариэль.
Он думал, что она разрешит Соне делать что угодно, ведь при необходимости легко могла бы вырастить в саду новые цветы.
— Неожиданно. Я думал, ты позволишь ей сорвать их, если захочется.
— Вообще-то я и собиралась. Но наша ма... то есть матушка, учила меня этому, когда я была маленькой.
Смутившись из-за того, что едва не назвала её «мамой», Ариэль слегка покраснела и продолжила.
Хотя это было очень давнее воспоминание, оно до сих пор ясно стояло у неё перед глазами.
— Что нельзя срывать цветы?
— Да.
— Похоже на то, что могла бы сказать твоя матушка.
Обычно, будь кто-то единственной дочерью в знатной семье, особенно в семье великого герцога, родители могли бы её избаловать.
Её вполне могли научить, что сорвать какой-то цветок — пустяк, но это было совсем не в стиле воспитания Элен.
— По крайней мере, сама я этому научилась, так что не могла учить Соню обратному.
— Думаю, когда у тебя появятся дети, ты будешь хорошо их воспитывать.
— Уже думаешь о детях? Мы ещё даже свадьбу не сыграли.
— И что? Я просто подумал.
Когда Эдгар, поддразнивая, спросил, разве ей не нравится эта мысль, Ариэль надула губы и возмутилась, что несправедливо задавать вопрос, ответ на который он и так прекрасно знает.
Как ей могла не нравиться мысль о будущем вместе с ним?
С самого детства она представляла его десятки, сотни раз и ни разу не устала от этих мечтаний.
Наоборот, каждый раз это ощущалось по-новому и удивительно.
— Уаааааа!
— !?
Пока они наслаждались своим моментом и ненадолго отвлеклись от Сони, издалека донёсся жалобный плач.
Испугавшись, они быстро повернули головы и увидели Соню, сидящую на земле и горько плачущую, а рядом с ней стоял крупный мужчина.
— Эй, ты! Что ты сделал с Соней?!
Ариэль бросилась к девочке, обняла её и накинулась на мужчину с вопросами, а тот, несмотря на внушительное телосложение, сильно растерялся и отчаянно замахал руками.
— Н-нет... Я просто вышел подышать свежим воздухом, а ребёнок испугался, когда увидел меня...
Это был не кто иной, как Келраг, глава племени Карбита, который сейчас находился в замке Лобехайм.
* * * * * * *
Когда они выслушали всю историю в другом месте, стало ясно, что Келраг ни в чём не виноват.
Солдат, сопровождавший его для наблюдения, рассказал, что Соня разрыдалась в тот самый момент, когда увидела Келрага.
— Я не знала. Прошу прощения. Я просто среагировала, увидев, что Соня плачет.
Ариэль сразу извинилась за то, что повысила голос.
Кем бы ни был собеседник, кричать на него, не разобравшись в ситуации, было неправильно.
Она не была настолько испорченной, чтобы закрывать глаза на собственные ошибки лишь потому, что перед ней стоял вражеский предводитель.
— Не думал, что дождусь извинений. Впрочем, лицо у меня и правда довольно устрашающее, так что понятно, почему ребёнок испугался.
Келраг небрежно махнул рукой, показывая, что не держит зла.
Шрамы и раны на его лице действительно могли напугать любого ребёнка.
Скорее уж реакция Сони была совершенно естественной.
— Возможно, мне не стоило выходить подышать воздухом, пока я нахожусь на вражеской территории.
— Не нужно так думать. В конце концов, это я дала тебе разрешение.
— Искренне благодарен за это.
Как ни крути, Келраг сейчас жил в доме Лобехайм.
Пусть он и мог оказаться им полезен, по сути его положение было положением пленника.
И всё же Ариэль не относилась к нему предвзято.
Начиная от еды и места для сна и заканчивая повседневными занятиями.
Разумеется, учитывая, кем он был, за ним следили и ограничивали территорию, по которой он мог передвигаться, но пока он не покидал замок, ему разрешалось почти всё.
— Кстати, похоже, тебе стало гораздо лучше.
Тем временем Эдгар, слушавший их разговор, обратил внимание на цвет лица Келрага.
Раньше он бледнел даже от простой ходьбы, но теперь этого совсем не было заметно.
— Да. Полагаю, постоянное вливание маны немного помогло.
Проклятие, поразившее тело Келрага, было очень тяжёлым.
Настолько, что даже Минетт, одна из мудрецов Магической башни, назвала его зловредным.
Сейчас Минетт и другие маги дома Лобехайм вливали ману в проклятие, замедляя его развитие.
Проблема заключалась в том, что это было лишь временным решением, поэтому им требовалось как можно скорее создать формулу рассеивания.
— Та волшебница сказала, что теперь это гонка между тем, когда разрушится моё тело, и тем, когда они закончат формулу.
— А что поделать? Ты знал об этом, когда соглашался. Просто держись.
— Легко тебе говорить, когда это происходит не с тобой.
На слова Ариэль, которые можно было принять и за поддержку, и за угрозу, Келраг криво усмехнулся, но пообещал держаться изо всех сил.
Он не слишком хорошо знал Ариэль как человека.
Но, судя по тому, что успел увидеть, ему казалось: раз уж она находится в положении, где может ему помочь, то скорее захочет, чтобы он выжил, чем станет желать ему смерти только потому, что он враг.
— Похоже, первое впечатление я произвёл совсем плохое. Она даже лица не показывает...
Соня стояла за спиной Эдгара, вцепившись в его одежду и выглядывая лишь наполовину.
Она была точь-в-точь робкий кролик, настороженно наблюдающий за хищником.
Ариэль было всё равно, понравится Соне Келраг или нет, но, раз девочка не отходила от Эдгара ни на шаг, нужно было что-то придумать.
Или же Келрагу следовало просто уйти.
— Это потому, что у тебя слишком страшное лицо. Сделай с этим что-нибудь.
— Хм, понятно.
Поскольку мгновенно изменить лицо он не мог, Келраг решил попробовать другой способ уменьшить её настороженность.
Для начала...
— Как тебя зовут, юная госпожа?
— С-Соня Билхарк...
Даже прячась за Эдгаром, Соня ответила как положено, что было очень на неё похоже.
Келраг уже запомнил её имя, но намеренно спросил, чтобы завязать разговор и сократить дистанцию, а услышав ответ, едва заметно улыбнулся.
— Соня... красивое имя. А магией ты умеешь пользоваться?
Она покачала головой.
Если бы в её возрасте Соня уже умела пользоваться магией, это означало бы талант, превосходящий даже Ариэль и большинство учёных Магической башни.
Келраг, конечно, прекрасно это понимал и намеренно задал вопрос, а Соня, не подозревая, что попалась на его приманку, ответила совершенно естественно.
— Тогда позволь этому дяде показать тебе немного магии. Подойди на минутку.
— Иди, Соня.
— У-у...
Когда Эдгар подтолкнул Соню из-за своей спины, она жалобно протянула, но всё же храбро вышла вперёд.
Она всё ещё нервно перебирала пальцами, явно волнуясь.
— Раз ты не умеешь пользоваться магией, значит, никогда не летала.
— Летала...?
Из-за настороженности она заговорила с ним простым тоном, но её учили быть вежливой с незнакомцами, поэтому она поспешно добавила уважительное обращение.
Келраг мягко улыбнулся, извинился за вольность и наклонился, обхватив Соню за талию.
А затем...
— Оп-па.
— Ух ты!
Он поднял её до уровня своей груди.
Буквально подарив ей ощущение полёта.
— Ну как, нравится летать?
— Хе-хе, весело!
Настороженность Сони к Келрагу исчезла после одного-единственного «заклинания», и она широко улыбнулась, явно получая удовольствие.
Увидев это, Келраг тепло улыбнулся и сделал интересное предложение.
— Я могу поднять тебя ещё выше. Хочешь попробовать?
— Да!
Стоило Соне ответить без секунды раздумий, как Келраг поднял её над головой.
Когда её маленькое тело оказалось почти под самым потолком, двоим наблюдавшим со стороны показалось, будто перед ними появилась летяга.
— Хе-хе, дядя, ты очень-очень сильный!
Соня похвалила за силу главу Карбиты — племени, известного своими воинами.
От этой сцены, над которой вроде бы и смеяться было неловко, и грустить незачем, Келраг мог лишь криво улыбнуться и кивнуть.
— Неожиданно хорошо ладишь с детьми.
По внешности Келрага Эдгар ожидал, что тот будет вести себя с детьми неловко или холодно, поэтому увиденное сильно его удивило.
— Конечно. Для главы племени Карбита всё племя в каком-то смысле становится его детьми. Поэтому мне часто доводилось общаться с малышами.
Многие могли бы подумать, что глава племени — далёкая от простых людей фигура, но предводитель Карбиты на самом деле был очень близок к своему народу.
Особенно Келраг любил общаться с маленькими детьми.
— Ладно, Соня. Хватит. Теперь братик тебя поднимет. Дядя болен, ему нельзя слишком долго напрягаться.
Боясь, что Келраг переусердствует, Эдгар протянул к Соне руки, а когда та послушно спустилась к нему, следуя за его движениями, любопытно склонила голову.
— Дядя, ты болеешь?
— Не сильно, но немного.
Когда Соня с беспокойством посмотрела снизу вверх на Келрага, который был почти вдвое выше неё, и задала этот вопрос, тот негромко усмехнулся и пожал плечами.
Вряд ли стоило с гордостью рассказывать об этом маленькому ребёнку.
— М-м... болеть нельзя... Мамочка сказала, если кушать много вкусного, станет лучше.
Соня снова перешла на совсем простой тон, но Келраг не стал её поправлять.
Пожалуй, для ребёнка так даже было естественнее.
— Да, буду иметь в виду.
Келраг погладил Соню по голове своей толстой ладонью и понял, что ему пора уходить.
Хотя Ариэль и дала ему относительную свободу, у него всё же было чувство меры, и он не мог просто разгуливать по замку где вздумается.
— Когда встретимся в следующий раз, я снова с тобой поиграю. Придумай, во что захочешь поиграть со мной.
— Хе-хе, хорошо! Обещаешь?
— Да, обещаю.
Когда Келраг ушёл вместе с наблюдавшим за ним солдатом, Соня, провожавшая его взглядом, прижалась к Эдгару и сказала:
— Братик! Я хочу в следующий раз снова поиграть с этим дядей!
— Тогда давай подумаем, во что вы будете играть?
— Да!
Соня радостно кивнула и перебралась на руки к Ариэль.
Хотя первое впечатление от него было страшным, на самом деле он оказался добрым и весёлым дядей.
Таким было первое впечатление маленькой девочки о мужчине по имени Келраг.