Книга от начала до конца была заполнена ровным почерком.
Когда Ли Син мысленно перевернул последнюю страницу, вместе с ярким светом появилась новая.
«[…Нанджун ильги.]»
Способность, пробудившаяся последней после того, как Идея Ли Сина эволюционировала в «Адмирала Ли Сунсина».
Ли Син хотел, чтобы другие тоже смогли насладиться тем пределом, который он преодолел.
Но никто не верил.
Никто не хотел верить.
Закостеневшее, застойное общество, казалось, было вполне довольно своим нынешним состоянием.
Даже записи о детстве Ли Сина списали на ошибки, а самого его с самого начала заклеймили как «избранного».
Результат, достигнутый упорным трудом и страстным желанием Ли Сина, превратили в обычный талант.
Ли Син не вел активной социальной жизни до того момента, как стал Ли Сунсином. Его тихое уединение и попытки просто выжить сыграли против него.
Поскольку никто не видел процесса его трансформации, слабого Ли Сина из прошлого как бы и не существовало. Остался лишь тот, кого с самого начала выбрал адмирал.
Ли Син начал тайком записывать в дневник свои сетования, мечты и мысли о смерти. Подобно настоящему адмиралу Ли Сунсину, он фиксировал тяжесть на душе в маленькой тетради.
Сколько же времени он исписывал страницы?
Когда наконец поставил последнюю точку на последней странице,
в тот миг, когда стал настоящим, признанным самим собой,
в тот миг, когда смог написать свой собственный «Нанджун ильги» вслед за дневником адмирала Ли Сунсина,
Ли Син постиг «Хак-ик-чин» (построение «Крылья журавля») и стал истинным обладателем совокупной боевой мощи ранга [SSS].
[Адмирал Ли Сунсин, Нанджун ильги]
*Дневник, который великий адмирал, представляющий целую страну, вел во время войны.
Владелец может идеально вспомнить все детали морских сражений, в которых участвовал до этого момента.
Кроме того, можно записать в книгу одного из врагов, поверженных в море, и призывать его по своему желанию.
Текущий записанный враг: [Чудовище из Книги Даниила, Секонд]
Одежда Ли Сина сменилась на военный мундир, словно из исторической дорамы. Если не считать отсутствия бороды и морщин, он был вылитый молодой адмирал Ли Сунсин.
— Дело в том, что если я использую эту способность, становится ясно, где и что я делал, поэтому я старался её не применять. К тому же, в последнее время я сражался с таким проблемным типом, что голова шла кругом.
Ли Син протянул правую руку, и перед ним возникла большая старая книга.
Ли Син сам перестал использовать способность «Нанджун ильги» по принуждению врагов.
Потому что, если использовать её без причины, лишь раскроется факт того, кого именно убил Ли Син, да и подходящих ситуаций не было.
К тому же, теперь, когда он открыто использовал её перед США и Китаем, давление на него неизбежно возрастет.
— Ха-ха. Ну, ничего не поделаешь.
Предвидя ожесточенную схватку, Цепеш превратился в стаю летучих мышей, чтобы прикрыть остальных.
— Ли Син, здесь всё в порядке, так что действуй вовсю.
— Мишка, выходи-ка сюда.
— Гр-р-р! Звал, что ли?
Вспышка!
Вместе со светом, исходящим от книги, появился медведь, ростом выше любого небоскреба.
[Чудовище из Книги Даниила, Секонд]
Мировая система рангов душ: [SS⁻]
Даниил, уведенный к царю Навуходоносору, записал в книгу чудовищ, которых видел во сне. Говорят, что в Книге Даниила зашифрованы откровения о судьбах мира.
Второе чудовище: добровольно приняло проклятие, заставляющее постоянно есть. Все его действия сводятся исключительно к поглощению мяса.
Ненавидит невкусную еду:?
Поддержка «встань и поешь»:?
В настоящее время находится под действием [Нанджун ильги].
Совокупная боевая мощь: [SS⁻]
Огромный плюшевый мишка, который ходит на двух ногах, держа во рту три ребра.
Ли Син вспомнил, как впервые заполучил Секонда.
— Гр-р-р-а-а-а!! Прогулочка-а-а-а!!
Видимо, из-за того, что его истинная сущность — Идея, он начисто забыл всё, кроме своих способностей.
То есть, он стал совершенно бесполезен как источник информации. Лучше было бы не убивать его, а выведать всё заранее.
И всё же, когда чудовища из Книги Даниила, однажды уже убитые, снова появились в Пхеньяне,
— Ха-ха-ха! А ведь растить медведя оказалось не так уж плохо!
Ли Син был несказанно рад, что тогда удержал Секонда.
— Хнык! Я голодный!
Топ-топ!
Появившийся Секонд сразу начал капризничать, похлопывая себя по животу. Башне насекомых пришлось насильно расшириться, чтобы вместить его размеры.
— Гр-р! Голодно! Дай мяса!
— Ки? Ки-ги?
Ухмылка.
Риокк, увидев столько «мяса», заполнившего башню, улыбнулся, пуская слюни.
— Гр-р? Ли Син, почему тут так воняет? Кто-то уже устроил пир?
— Тот, кто у тебя под ногами, уже закончил трапезу. Медведь, это причина, по которой ты должен мне помочь.
— Ки-ки!
Хрусть.
Риокк укусил Секонда за большой палец правой ноги.
— Гр-р-р-а-а-а! Букашка меня укусила-а-а-а!!
Хотя у него откусили кусочек плоти меньше, чем его собственная «глазная какашка», он завыл так жалобно, будто всё горе мира обрушилось на него одного.
— Ли Син… этот медвежонок…
Одна из летучих мышей, отделившись от стаи, прошептала Ли Сину на ухо.
— Цепеш, объясню позже. Ты мне доверяешь?
— Если бы не доверял, я бы сюда не пришел.
— Тогда готовься к подводному бою. Постарайся не утонуть.
— …Понял.
Летучая мышь предпочла не ждать ответа Ли Сина, а поспешила вернуться, чтобы перегруппироваться.
Ли Син, еще раз убедившись в лидерских качествах Цепеша, позвал Секонда, который всё еще лил слезы и сопли.
— Мишка.
— Хнык-хнык! Очень больно! Не люблю букашек!
— Ки-ки-ки-ги!!
Риокк, вкусно пообедавший пальцем, теперь прыгнул в сторону глаз Секонда.
— Мишка, выплевывай море.
— Гр-р! Не люблю букашек-у-у-у-у-э-э-э-к!!!
[Чудовище из Книги Даниила, Секонд. Ненавидит невкусную еду]
Может извергнуть обратно то, что съел. Можно сохранять желаемое отдельно.
*В настоящее время в желудке сохранено: морская вода Желтого моря
Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!!
— Ки?!
Риокк был ошарашен тем, что Секонд внезапно выстрелил изо рта соленой водой. Потоки воды сбили Риокка и легко заполнили половину башни.
Плюх-плюх.
Мрачное поле боя полностью превратилось в море.
— Хнык. Я еще больше проголодался.
— Ки!
Риокк, просоленный насквозь, выплыл на поверхность, яростно протирая глаза. Ли Син, стоя на ладони Секонда, молча смотрел на него сверху вниз.
— У меня осталось еще одиннадцать кораблей.
— Ки-ги-ги?
«[Вернитесь, корабли-черепахи.]»
Кр-р-а-а-а-а-а!!
Ли Син улыбнулся, призывая всех черепах, кроме тех, что были на ремонте.
— Ки-ги?!
— Ну что, теперь мы в море.
* * *
— Эй, Улыбашка.
— А?
— Что это за кровь?
— А, это?
Ли Сынхва потер кровь на одежде, и его руки стали липкими.
Все присутствующие сосредоточились на разговоре Ли Сынхвы и Пён Гиёна. Хотя им нужно было немедленно войти в башню, они не могли не смотреть на этих двоих.
— Отвечай быстрее. Мы торопимся.
— Ха-ха. Тебе обязательно знать? Ты же сказал, что торопишься.
— О… Сынхва, верно?
Юн Аён с серьезным лицом позвала Ли Сынхву.
— Ого. Какая красивая девушка.
— Ты не видела людей, которые были здесь? С нами должны были пойти люди…
Ранее Юн Аён связывалась с 998-й бригадой и кланом Ким из Пэгок.
998-я бригада была занята другой операцией, но клан Ким из Пэгок, конечно, согласился, ведь Ким Сеён уже отправилась в башню.
Более того, глава клана так рвался в бой, что Юн Аён пришлось его отговаривать.
— Эй, Улыбашка. Ты что, не слышишь, что я и военврач говорим?
— Ха-ха.
Однако людей из клана Ким из Пэгок, которые должны были ждать, и след простыл,
— А-х-х-х.
была лишь одна женщина, издающая странный смех,
— Хе-хе.
и мужчина, который зачем-то произносил звукоподражания.
— Ха-ха. Все те люди мертвы.
И это сказал Ли Сынхва, болтая о том, что клан Ким из Пэгок был полностью уничтожен.
— О! Неужели вы…!
Юн Аён не смогла сдержать ужаса и прикрыла рот рукой.
Ли Сынхва вместе с двумя спутниками стоял перед входом в башню. Казалось, он совершенно не обращал внимания на трупы и лужи крови вокруг.
Пён Гиён громко крикнул ему в затылок:
— Улыбашка, ты, ублюдок! Когда мы виделись в последний раз!
— Эй. Ну чего ты сразу ругаешься.
— Отвечай быстро?!
— С тех пор, как были в США, не виделись. Ха-ха.
— …Что?
— Давно не виделись. Приятно встретиться.
— Мы с Улыбашкой… виделись три дня назад…
— Ой. Правда? Забыл!
— И Улыбашка не смеется как дебил, как ты.
— А как он смеется? Ха-ха, ха? Или ха, ха-ха?
— Ты, ублюдок… что ты сделал с Улыбашкой…!!
— Ха-ха. А что я сделал? Смотри внимательно. Я и есть Улыбашка.
— А-а-а!! Хватайте этого ублюдка-а-а-а!!
Пён Гиён, страшно исказив лицо, бросился вперед. Ребята, ошеломленные его яростью, двинулись следом только после того, как он побежал.
— Ха-ха. Давайте поговорим внутри.
Ли Сынхва, уже вошедший в башню, высунул наружу только лицо.
* * *
«[Корабли-черепахи, Хак-ик-чин.]»
Ли Син не собирался давать Риокку ни секунды на раздумья.
Сейчас, когда Риокк хоть немного растерян, — самый подходящий момент.
Врага с непредсказуемой регенерацией нужно подавить непредсказуемой огневой мощью.
— Кр-р-а-а-а-а!!
Одиннадцать кораблей-черепах плотно окружили Риокка. Из-за нехватки места они заняли позиции даже под водой, под ним.
Со всех сторон, сверху и снизу.
Изначально «Хак-ик-чин» — это построение, напоминающее расправленные крылья журавля, но на самом деле форма не имела значения, если можно было вести залповый огонь.
— Огонь!!
По приказу Ли Сина корабли-черепахи извергли ярко-синее адское пламя.
[Корабль-черепаха, Хак-ик-чин]
Корабли-черепахи окружают врага в форме расправленных крыльев журавля и уничтожают его.
Сила адского пламени увеличена в 10 раз.
Совокупная боевая мощь: [SSS]
Сильнейшая техника, обеспечившая Ли Сину ранг SSS.
Пш-ш-ш-ш!
Одиннадцать залпов адского пламени сжигали Риокка, испаряя даже морскую воду, которой они касались.
— Ки-и-и-и-и-и…!!
Риокк закричал впервые с тех пор, как его вбили между внутренним и внешним ядром. Но из-за того, что всё его тело горело, этого не услышал даже Ли Син, находившийся ближе всех.
Температура и разрушительная сила в месте пересечения одиннадцати залпов адского пламени превосходили всякое воображение.
Количество морской воды быстро уменьшалось, и даже отлетающие искры вызывали трещины в башне.
Обычное насекомое не могло выстоять в условиях, способных сжечь само пространство.
[Король насекомых Риокк. Упорная жизненная сила, передающаяся из поколения в поколение]
Чтобы окончательно убить Риокка, нужно полностью уничтожить всё тело способом, которым он еще никогда не умирал.
Тело Риокка отвратительно извергало яйца личинок. Хотя он быстро регенерировал, в эпицентре адского пламени он был беспомощен.
К тому времени, как вся морская вода испарилась и башню заполнил густой туман, Риокк достиг своего предела.
— Ки…
— Конец насекомого — это мотылек, летящий на огонь.
Когда тело Риокка рассыпалось в пепел, а башня была на грани разрушения,
Скрип.
Неожиданно открылась дверь башни.
— Эй, старик. Тебе не жалко этого маленького жучка?