— Ха-ха-ха! Невидимые удары мечом? Честно говоря, это даже немного обескураживает.
— И Син? Обескураживает… это меня. Почему ты до сих пор так покорно позволял запечатать свои способности?
Дорор захлопал своими огромными глазами, выражая протест.
— Одолеть тебя в честном бою было невозможно. Ты хоть представляешь, как тяжело сражаться в глубинах океана?
Будь И Син один, он мог бы до конца бороться с Дорором в пучине. Но он не мог продолжать бой, бросив на произвол судьбы товарищей, вернувшихся из ада.
Невольно прибереженный козырь.
Текущий счет: 11 боев, 11 побед.
Осталось попыток: 15.
На самом деле, во время битвы с Дорором он тайно умирал трижды из-за истощения сил, но это определенно был его козырь.
— Чинсон, приди в себя.
— Тик? Так? Угх. Я… я И Син… Тик? Тааак??
Из десяти предыдущих смертей эта, 11-я победа, была самой нелепой.
— Если я не выложусь на полную, то действительно могу умереть.
И Син впервые столкнулся с безумием Пака Чинсона. Вопреки всем своим прежним представлениям, он понял, что может погибнуть.
Одно неверное движение — и счет станет 26 боев, 11 побед, 15 поражений, а сам он отправится на тот свет.
Пак Чинсон рванулся к И Сину.
— Хнык. Простите. И Син… Хнык… Э… Э-э? А за что я должен извиняться?
[Бах.]
Приняв решение, И Син спокойно посмотрел на этого жалкого безумца. В тот же миг — бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах!! Десять единиц современного огнестрельного оружия возникли из ниоткуда и открыли огонь по Паку Чинсону.
[Адмирал Ли Сунсин, Командующий ВМС Республики Корея]
*Легенда, исчезнувшая из реальности, вновь смогла продолжить свою летопись благодаря владельцу. Ли Сунсин, каким его представлял себе владелец, взял в руки оружие нынешнего мира.
Призывает 200 единиц огнестрельного оружия корейского производства для свободного ведения огня.
Вне морской среды можно призвать максимум 10 единиц.
Количество боеприпасов и прочность оружия пропорциональны ментальной силе владельца.
Общая боевая мощь: 300 000А ~?
Ли Сунсин, оставшийся в исторических записях, мертв.
Идея — это не просто красивое слово для реинкарнации, поэтому И Син не является самим адмиралом Ли Сунсином.
[Зарядить.]
Поэтому то, что вы видите сейчас — это Ли Сунсин исключительно в представлении И Сина.
Ли Сунсин в стиле И Сина выходит за рамки командующего флотом трех провинций Чосона и становится командующим ВМС Республики Корея.
Святой воин в стиле И Сина дошел до того, что взял в руки мощное современное оружие.
Щелк, вжууух.
Винтовки K-2, парящие в воздухе, изрыгнули пламя из стволов. По крайней мере, внешне это было самое популярное оружие, которое любили в армии Республики Корея.
Они перезаряжались без магазинов и стреляли, хотя никто не держал их в руках.
— А! Шумно!!
Пак Чинсон резко отступил и снова схватился за Песчаный дух. Десять винтовок не могли пробить его, да и найти брешь было трудно.
— А как насчет сотни, Чинсон?
— А? Тик-так?
Щелк… Щелк-щелк-щелк-щелк-щелк-щелк-щелк!
Позади И Сина выстроились целых 100 винтовок K2. Сотня дул зияла перед глазами, вызывая нечто вроде трипофобии.
[Переводчик огня на автоматический. Начало стрельбы со 100 позиций.]
По команде И Сина переключатели режимов огня одновременно сдвинулись.
[Адмирал Ли Сунсин, Командующий ВМС Республики Корея. Автоматический огонь со 100 позиций (100 единиц оружия)]
Общая боевая мощь: 700 000А
Ту-та-та-та-та-та-та-та-та-та-та!!!
И Син не стал целиться в Пака Чинсона, намеренно сосредоточив всю огневую мощь на поверхности Песчаного духа.
— Тик? Так?
Из-за своего состояния Пак Чинсон не мог в полной мере использовать способности Песчаного духа. Скопировав физическую силу Дорора, он защищался лишь за счет плотности самого артефакта.
«Затруднительно. Так Чинсон может пострадать».
[Прекратить огонь!]
Как только Песчаный дух превратился в лохмотья, стрельба прекратилась.
— Закончил? Тогда теперь я закончу с тобой, дядя!
Как только И Син прекратил огонь, Пак Чинсон рванулся вперед. Вместо того чтобы возобновить стрельбу, И Син произнес:
[Явись, Кобуксон.]
Он призвал сильнейший боевой корабль Чосона, который был крепко связан Глазом запретов.
[Адмирал Ли Сунсин, Кобуксон (Корабль-черепаха)]
Класс земных посланников: 3-й ранг, Офаним (высший)
*Легендарный боевой корабль, спасший Чосон от гибели в прошлом.
Призывает 12 модернизированных паноксонов с головами черепах и прочным панцирем.
Они неуязвимы на воде, а живые головы черепах изрыгают адское пламя.
*Хак-ик-чин (Построение «Крылья журавля»)
Общая боевая мощь: 1 000 000А
— Кр-р-р-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак!!
И Син отступил подальше и одновременно быстро переместил один Кобуксон вперед. Он предвидел, что Пак Чинсон, не задумываясь, бросится на него.
— А?
— Огонь.
— Кр-р-р-а-кр-р-р-а! Кр-р-р-а-а-а-а-а-а-а!!
Голова аллигаторовой черепахи на корабле изрыгнула багровое пламя. Пак Чинсон, летевший прямо на И Сина, угодил в самое пекло.
— Огонь кажется мне лучше, чем пули. Взять живая куда сложнее, чем просто сражаться.
— Тик… так… А… наконец-то стало тихо.
И Син подхватил обмякшего Пака Чинсона.
Пфух!
Только было стало тихо, как Пак Чинсон начал захлебываться кровью прямо на руках у И Сина. Из-за одновременного отключения «Пожирающего клинка» и «Агента» он получил двойной урон.
— Спасибо, что остался жив, Чинсон. Выглядишь ты паршиво, но ведь и ты однажды убил меня. Давай по-мужски сочтемся на этом.
— Угх… И, И Син…?
— Ого. Пришел в себя? Почему мы всегда встречаемся, когда ты в таком плохом состоянии?
— Простите…
И Син не знал, но он выбрал идеальный момент, чтобы превратить Пака Чинсона в барбекю. Благодаря этому Идея отключилась до того, как Пак Чинсон провалился в состояние, где невозможен даже простой диалог.
«Кгх. Черт возьми».
Пак Чинсон с трудом сжал челюсти. Он был настолько истощен, что даже это требовало усилий.
«Странное единение меча и духа… Слишком безрассудно я его использовал».
Самой большой ошибкой было намеренно отпустить себя, поддавшись гневу. Если бы он хоть немного контролировал процесс, то не стал бы таким безумцем.
«Как бы сильно я ни хотел выжать из себя всю силу, нельзя было отказываться от собственного „я“. Нужно сделать выводы».
Пак Чинсон, лежа на руках у И Сина, смотрел в небо. У него не было сил даже веки держать, так что он смотрел полупринудительно.
С-с-с.
Перевернутый крест, воздвигнутый Ким Ильджоном, таял, словно туман. Пусть не прямо сейчас, но конец был близок.
— Хани!
Цепеш бросилась к И Сину и Паку Чинсону. Люди, напряженные из-за Пака Чинсона, тоже выдохнули с облегчением, когда Идея отключилась.
— Значит, «Друг» знал И Сина и «Летучую мышь»…
Дорор не считал, что глупое выражение лица Пака Чинсона было ложью. И слова о том, чтобы стать друзьями, сказанные вершине, тоже, вероятно, были правдой.
Так же, как Дорор годами противостоял И Сину ради друга, Пак Чинсон не стал бы таким безумным, если бы его друг был в безопасности.
— Друг…
— Угх. Дорор?
— Друг, с телом ничего не поделаешь… но… разум. Разум немного… э… а? Э-э?
В тот момент, когда Дорор обратился к Паку Чинсону,
— Вот черт!!
Только И Син и Дорор почувствовали внезапную вспышку агрессии.
Источник агрессии находился прямо над головами И Сина и Пака Чинсона. Бесформенная ярость превратилась в латунные зубы со шрамами и нацелилась на них обоих.
— Не… смей, не обижай… друга!!
Дорор бросился вперед, врезавшись в источник когтей. Когти едва удалось отвести в сторону, но существо, стоявшее за ними, по-прежнему твердо стояло на ногах.
— Что это за липкая тварь?
Рога, торчащие из головы, как грива, серые опаленные латунные зубы, тело, плотно набитое мышцами.
— Липкий какой.
Монстр насилия, Форс, вновь явился в окрестностях Циндао. Увидев осьминога, который тут же прилип к нему, он скривился от отвращения.
— Отстань… от друга!!
Дорор запрыгнул на Форса и откинул его верхнюю часть тела назад.
— Спасибо, Дорор. Ты спас меня. [Переводчик огня на очередь. Начало беспорядочной стрельбы со 250 позиций!]
Ту-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду!!
И Син не упустил шанс, созданный Дорором, и всадил пули в живот Форса.
Казалось, Форс получил урон без особого сопротивления, но, к сожалению, это длилось недолго.
— Напор хорош. Но ты решил подавить меня в рукопашной?
[Монстр Дэниела Со, Форс. Подавление & Естественный враг]
Подавление: по классификации земных посланников, души ниже 4-го ранга Доминиона не могут активировать Идею. Слабохарактерные существа теряют силы при одном лишь виде Форса.
Естественный враг: существа, увидевшие лицо Форса, теряют половину всех своих физических способностей.
Присоски, намертво прилипшие к Форсу, начали слабеть. Стоило увидеть его чудовищное лицо, как половина физических сил испарилась.
— У…гх. Силы… в теле!
Форс медленно двинулся, неся Дорора на спине. Прилипший осьминог был лишь легким неудобством, на которое не стоило обращать внимания.
— Что с тобой, Пак Чинсон? За короткое время тебя подавило насилие? Разочаровываешь.
— Значит, ты четвертый монстр. Приятно познакомиться.
И Син передал Пака Чинсона Цепеш, чья нижняя часть тела превратилась в стаю летучих мышей. Он сосредоточил всё внимание на Форсе, пытаясь отвлечь его от остальных.
— Фейковый герой…
Кивок.
Цепеш, долгое время работавшая в паре с И Сином, поняла свою роль. Она смиренно приняла тот факт, что это битва звезд над звездой по имени Влади Цепеш.
Бездна океана, превратившаяся в озеро.
Двенадцать Кобуксонов и Син на его поверхности.
Форс, сцепившийся с Дорором прямо перед озером.
Цепеш и остальные товарищи ничем не могли помочь.
Единственный способ помочь — это перестать быть для них обузой.
Рассудительность и лидерские качества Цепеш позволили ей четко организовать товарищей.
— Всем! Отходим отсюда!! Точка сбора — ближайший берег на востоке!!
— Госпожа Цепеш… нет…
— Разделиться на пять групп! Не обращать внимания на другие факторы, думать только о безопасности членов группы!! Выполнять!!
— Госпожа Цепеш… хнык, умоляю…
— Хани…
Цепеш вытерла глаза Пака Чинсона и осторожно обняла его.
Она чуть не сломалась, глядя на Пака Чинсона, который, казалось, вот-вот рассыплется. Даже его слезы, которые должны были быть влажными, казались сухими и ломкими.
И Син улыбнулся, глядя на удаляющуюся стаю летучих мышей.
— Хорошо. Этого достаточно, Цепеш. Позаботься о тылах.
— Убирайся, человек. Отвали, осьминог. Хотите быть растоптанными насилием?
Па-анг!
Форс слегка ударил по поверхности озера, и вода взметнулась взрывной волной. Казалось, волна накроет И Сина, но прямо перед ним она застыла, превратившись в лед.
— Форс, говоришь? Приятно познакомиться. Меня зовут И Син, я тот, кто только что уложил Пака Чинсона спать.
— О-о. Ты? Насилием — Пака Чинсона?
— Ха-ха-ха. Насилие — это слишком прямолинейно. Ты что, хочешь немедленно исчезнуть?
— Кхе-хе… Кхе-хе-хе… Кхе-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!
Форс захлопал в ладоши — очень грубо. Дорор, не сумевший предотвратить даже простые хлопки, тихо отделился от Форса.
— Ха-ха-ха! Вот это да, не думал, что ты такой весельчак! Знал бы — прихватил бы сборник анекдотов за этот месяц.
— Давай, попробуй.
— М?
Форс, стоящий на четырех лапах, поднял голову и вытянул передние лапы.
— В любом случае, у вас нет будущего, разница лишь в очереди. Прежде чем я растопчу вас, я лично оценю ваше насилие, так что покажите всё, на что способны.
— Адмирал Ли Сунсин тоже однажды сказал: „Тот, кто ищет смерти, обретет жизнь, а тот, кто ищет жизни, погибнет“, и „Победа в первом ударе“. По крайней мере, я так помню. Уверен, он точно это говорил.
И Син призвал правый меч, «Три фута неба, окрашивающие горы и реки в один цвет», и произнес:
— О-о. Величие похоже на того парня, что использовал способности запечатывания. Он тоже использовал довольно забавное насилие.
— …Победа в первом ударе, победа в первом ударе. Не пожалей потом?
Кобуксоны широко рассредоточились, словно крылья журавля. Полностью окружить огромного Форса они не могли, но это было лучшее построение для максимизации огневой мощи.