— Ну, я немного разозлился. Третий, выживай как знаешь. Я всё здесь вычищу.
— Пёдори! Защити людей… Ох, черт.
Пак Чинсон, увидев, как небо внезапно начинает светлеть, поспешно позвал Костяшку.
— Хо-хозяин, мне сейчас не до этого, кость.
— Кр-р-р! Даже если я буду разрушен, я никогда не отступлю!
Третий крепко обхватил Костяшку снизу. Он опустил только свою относительно чистую третью голову, а остальными вцепился в крылья Костяшки.
Вспых! Вспых-вспых!
Огненный дождь наконец пронзил грозовые тучи.
Благодаря тому, что поле боя внезапно осветилось, стало ясно, насколько же здесь всё запущено.
— Черт. А ведь почти получилось.
Пак Чинсон застонал, глядя на обрушивающиеся столбы огня.
Он не мог придумать, как прямо сейчас справиться с Армагеддоном. У него был отличный козырь в виде Костяшки, но в обмене ходами с черным лагерем он проиграл.
Ничего лучше, чем защитить людей щупальцами Пожирающего клинка, в голову не приходило.
— Черт! А что потом?! Что потом?!
Если обнаружат Ким Ильджон, Форс и Сатана — это будет конец. Чистый и спокойный.
Раз уж так вышло, остается только уничтожить Ким Ильджона и Третьего, пока они не доложили Сатане.
— Тело, пожалуйста, продержись.
Пак Чинсон решил сделать руины крепости Батальон Старшая школа Хэун своим последним полем боя. Он схватился за Пожирающий клинок, висевший на левом ухе, и приготовился изо всех сил дернуть его.
Маска казалась подозрительно тяжелой. Постоянно перекашиваясь, она, похоже, немного треснула.
— Погнали! Пожирающий клинок…
В тот момент, когда Пак Чинсон изо всех сил дернул Пожирающий клинок,
Вспышка!
— Угх?!
Белый, ослепительно белый свет озарил всё поле боя.
— Ки-и!
— А-а! Ухо! Что? Свет?
Умный Пожирающий клинок, всё еще висевший на ухе Пак Чинсона, сообщил, откуда льется свет.
Это было еще дальше, чем Третий, Пёдори, главная линия руин крепости, линия фронта между 200-миллионной кавалерией и армией скелетов.
Мрачное поле боя прорезал не только Армагеддон Ким Ильджона.
Если огненный дождь был бедствием, падающим на белый лагерь, то этот свет был спасением, которое разнесет в клочья весь черный лагерь в Батальон Старшая школа Хэун.
— Нашел…
Свет изливался далеко позади основных сил кавалерии, ожидавших подкрепления.
— Наконец-то нашел.
Фигура, которую не ожидали ни Третий, ни Ким Ильджон, и даже Пак Чинсон, в самый последний момент прибыла в форме королевы.
Вжу-у-у-у-у-у-ух!
С той стороны света поднялась песчаная буря.
— [Дуй.]
По одному слову хозяйки расширившаяся буря столкнулась с огненным дождем прямо перед тем, как тот коснулся земли, и нейтрализовала его.
Ким Ильджон нахмурился, увидев, как песчаная буря разрывает небо.
— И чего эта баба опять сюда приперлась? Ох, как же это бесит.
Песчаная буря разделилась на несколько вихрей и ударила по источнику огненного дождя еще до того, как тот успел пролиться. Огонь превратился в заблудших светлячков, которые закружились в буре и исчезли.
Та, кто вызвала песчаную бурю, сказала тридцати ёкаям, выстроившимся позади неё:
— Идите и раздавите всех этих черномазых.
— У-у-у. Поняли…
Ростом в два раза выше хозяйки, а в плечах — в пять раз шире.
— У-у. Наконец-то разрешили.
С длинным рогом над правой бровью и железной дубиной, такой же огромной, как и они сами.
— Идем, у-у-у, давить.
— Голова болит! Прямо сейчас раздавим!!
Туоксини, чьи глаза налились кровью от головной боли, ворвались в тыл кавалерии. Они продвигались вперед, круша кавалеристов железными дубинами, сминая их кулаками и ломая ударами ног.
— Песчаная буря? Ёкаи? Что это вообще такое!
Пак Чинсон не успел удивиться песчаной буре, погасившей огненный дождь, как пришел в ужас от отряда Туоксини, вырезающего кавалерию с тыла.
[Туоксини]
Система рангов земных посланников: 6-й класс, Сила
*Призрак, который давит на голову, или мистическое существо, убивающее людей, раздавливая им черепа.
Поскольку они постоянно страдают от головной боли, они испытывают сильное отвращение к хаотичным движениям.
Любят всё раздавливать, характер крайне свирепый.
В настоящее время усилены [Искаженным просветлением вер. Кодекс Гигас].
Коэффициент принудительного усиления: 100%
Общая боевая мощь: 9 000А
Туоксини проложили путь прямо до руин крепости. Они вошли внутрь, поднимая густой смог из фиолетового дыма, который появлялся при гибели кавалеристов.
— У-у. Давим.
— Ох.
Пак Чинсон встретился взглядом с одним из Туоксини.
— У-у-у. Голова болит. Хочу раздавить и человека тоже.
— Главарь сказал людей не давить. Давим только черномазых.
— У-у. Черномазых… черномазых, черномазых, черномазых…!
Сдерживая себя, Туоксини начали атаковать кавалерию, фактически взяв Пак Чинсона под защиту.
С появлением Туоксини на поле боя черный лагерь мгновенно оказался в невыгодном положении.
Третий был схвачен Костяшкой и не мог пошевелиться,
— Кр-р-р! Если бы раны не продолжали открываться!
— Кость-кость-кость! В истории нет случайностей, кость! Проиграть мне — не позор, так что просто умри спокойно, кость!
Ким Ильджон, попеременно думая о причине песчаной бури и о Пак Чинсоне, лишь сплевывал от отвращения.
— Мало того, что появился этот зубастый некромант, так еще и эта проклятая баба… Ох, так бы и вырвал им языки и залил туда средство от насекомых.
— Хм. Язык у тебя всё такой же поганый?
— Ох? Слышала? У этой бабы уши слишком острые.
Вспышка!
По пути, проложенному отрядом Туоксини, прорвался такой же яркий свет, как и раньше.
Это был не белый свет, а странное сияние, в котором гармонично сочетались синий и красного цвета.
Свет, двигавшийся по прямой, повернул к Пак Чинсону и вскоре полностью окутал его.
«Тепло».
Окутанный светом Пак Чинсон невольно закрыл глаза. Его тянуло к этому теплу, казалось, он сейчас растает.
«Тепло. Тепло, как будто можно потрогать… Э? Можно потрогать?»
Бесплотный свет крепко обнял Пак Чинсона. Чувствуя, как тепло наполняет тело, он медленно открыл глаза.
— Нашла тебя, дурачок.
— Э…?
— Оставь тыл на меня.
Прежде чем Пак Чинсон успел что-то сказать, свет обернулся.
У теплого света было очень знакомое лицо. Но в нем больше не было той детскости, которую он видел пять лет назад.
Черные волосы до ключиц качнулись, когда она повернулась.
На ней была простая белая футболка и синие джинсы, но благодаря коже, белой как нефрит, это выглядело безупречно.
Пак Чинсон смотрел на спину Белого нефритового токкэби и прошептал:
— Сеён… а…?
— …Зови еще.
— Это правда ты, Сеён…?
— Я так намучилась, пока искала, так что зови еще.
— Сеён-а…! Сеён-а, Сеён-а, Сеён-а, Сеён-а, Ким Сеё-ё-ё-ё-ён!!
Длинная рука схватилась за рукоять меча на поясе. Лицо, обращенное к врагу, покраснело, и она слегка улыбнулась.
— Да. Звал?
— Сеён-а!
— Почему ты пришел только сейчас… Я так долго ждала, чтобы услышать это.
Как только Саинчамсагом покинул ножны, он взорвался аурой своей хозяйки. Тот же свет, что окутывал Пак Чинсона, теперь переплетал синий и красного цвета.
[Белый нефритовый токкэби]
Система рангов земных посланников: 3-й класс, Офаним (низший)
Воплощает Белого нефритового токкэби в теле призывателя.
Токкэби нынешнего поколения: Мастер меча (низший уровень)
Общая боевая мощь: 300 000А
— Эй, Ким Ильджон.
— Ох?
Токкэби, которая пять лет назад была экспертом меча, окликнула Ким Ильджона, скрежещущего зубами.
В отличие от спокойного на вид Мастера меча, свет, окутывающий её, был крайне агрессивным.
Красный свет превратился в ауру, похожую на пылающее пламя, мерцающую вокруг хозяйки,
а синий свет стал доспехом, защищающим её.
[Белый нефритовый токкэби, режим Туоксини x Аура-пластина]
*Токкэби, которая отбросила Аура-пластину и полагалась только на силу, снова надела её поверх.
Вся энергия и характеристики, включая ауру, концентрируются исключительно на физической силе, но при этом сохраняются навыки фехтования.
Общая боевая мощь: 400 000А
Защита: 500 000А
Ким Сеён, вернувшаяся из Печати ментального ада, находилась на пороге просветления.
Она хотела дождаться возвращения Пак Чинсона, но в конце концов не выдержала и отправилась на поиски сама.
«Как же хорошо… что я нашла тебя…»
Как долго она искала его.
Все, кого она встречала, считали Ким Сеён дурой.
Человек, не вернувшийся через год, считался мертвецом. В мире, где трудно продержаться и дня, поиски людей были лишь пустой тратой времени.
«Спасибо… что ты жив, Чинсон-а».
Для Ким Сеён достижение уровня Мастера меча, случайное получение комбинированного меча Песчаный дух или становление главой Туоксини были лишь пустяками.
Услышав, что Гильотина появилась в руинах крепости Батальон Старшая школа Хэун, Ким Сеён решила помочь Пён Гиёну и Юн Аён.
Она отправилась на юг, не оглядываясь, но путь оказался сложнее, чем она думала.
Не успела она выругаться на свои медленные ноги, как прибыла на поле боя, которое оказалось куда более обнадеживающим, чем она ожидала.
Загадочная армия скелетов, теснящая Третьего и 200-миллионную кавалерию.
И,
позади них, весь в крови,
единственный человек, который гордо стоял на двух ногах, противостоя Ким Ильджону.
— …Я люблю тебя, Чинсон-а. Поэтому я всё это время ждала.
Ким Сеён почувствовала присутствие за спиной и была охвачена переполняющими её чувствами.
— Баба! Ты думаешь, ты тут герой?! Не выпендривайся и быстро проваливай отсюда!!
— …Проваливай.
— Ох?
— Это ты проваливай!! Ты хоть знаешь, как долго я ждала этого момента?!
— Ах ты, дрянь такая…!
Несмотря на поток ругательств, разум Ким Ильджона оставался холодным.
Загадочный некромант, нейтрализующий две его способности, костяной дракон, сдерживающий Третьего, и костяной военачальник, сковавший 200-миллионную кавалерию.
«Ох… и только что это был “Песчаный дух”…»
Мало того, что нужно было убить этого невероятного некроманта, так еще и появилось существо, способное нейтрализовать Армагеддон.
Он и представить не мог, что мощь комбинированного меча Песчаный дух сравнима с Армагеддоном.
Это не значит, что победа была невозможна, но он решил, что финал будет мрачным.
«Гильотину я получил, так что пора уступить. Ох, как же это бесит».
Ким Ильджон уставился на Пак Чинсона, пошатывающегося за спиной Ким Сеён.
Он не знал, откуда взялась такая шишка, и от мысли, что придется уйти вот так, у него всё внутри перевернулось.
Белый нефритовый токкэби, прочитав мысли Ким Ильджона, тихо сказала:
— Гильотину я отдам, но большего не получишь.
— Кх-ох…
— Так что просто проваливай.
— Хорошо, хорошо. Я скоро вернусь с хорошими новостями.
Вжу-у-у-у-ух!
Песчаная буря, поглотившая огненный дождь, снова начала кружить над полем боя.
— Хм. Приходи, если хочешь.