«Черт. Что это, черт возьми, такое?»
Пак Чинсон, прибывший на место, почувствовал, как его лицо каменеет.
Ситуация была куда страшнее, чем можно было судить по грохоту, доносившемуся с плаца. Конец света, о котором он знал лишь по фильмам, разворачивался прямо у него на глазах.
«Людей из клана Ким из Пэгок не видно, а глава клана и Пехт…»
Глава клана, казалось, просто потеряла сознание, но Пехт выглядел совсем плохо. Помимо того, что у него отсутствовала правая рука, нужно было еще благодарить судьбу за то, что он вообще дышал.
«И медсестры тоже нет? Неужели Маэстри тоже все пали?»
Глаза Ким Сеён, заметившей Пак Чинсона, наполнились слезами.
— Почему… почему…
— Хе-хе, вы в порядке, замком? — Пак Чинсон попытался улыбнуться.
— Почему ты пришел только сейчас?! Ты, идиот, придурок недоделанный!!!
— Ну... я же не обещал, что приду.
Пак Чинсон нарочито небрежно встал рядом с Ким Сеён.
«……»
Ким Сеён была в не лучшем состоянии, чем окружающий пейзаж.
Ее кожа, прежде гладкая, как белый нефрит, покрылась трещинами, а рог, переместившийся над правой бровью, был сломан пополам.
Скрип.
Пак Чинсон до крови закусил нижнюю губу.
— Ого, похоже, вам пришлось несладко, замком?
— Почему ты пришел только сейчас… дурак… лучше бы ты вообще не приходил…
«……»
Пак Чинсон в упор посмотрел на монстра, который довел до отчаяния даже элитный отряд 2-й роты Батальона Старшая школа Хэун.
Первый, казалось, был крайне заинтригован Пак Чинсоном, он даже наклонил голову, чтобы лучше его рассмотреть.
— От тебя исходит довольно любопытный запах, человек.
— Это ты превратил город в руины?
— Именно так. Я даровал отчаяние тем, кто не способен к сопереживанию.
— Не знаю, что за бред ты несешь, но хорошо, что не нужно церемониться с вежливыми словами. Ты, псина бешеная.
Пак Чинсон сосредоточил всю свою жажду убийства в глазах, чтобы распознать сущность Первого.
— О-о! Запах стал сильнее. Хм-м. Но этот запах…
— А-ах! Мои… глаза!
Пак Чинсон внезапно закричал, когда из его глаз потекла кровь, и рухнул на колени. Это был результат попытки проанализировать противника, чей уровень был на голову выше его собственного.
[Чудовище из Книги Даниила, Первый]
Система классификации душ:?
Общая боевая мощь:?
— Кх-х. Кажется, это всё-таки Идея.
— А мне любопытно, кто ты такой, человек. Почему от тебя пахнет так же, как от нас?
— Черт. Откуда мне знать. Наверное, от тебя так воняет, что запах просто перекинулся на меня.
Первый сунул свой нос прямо к лицу Пак Чинсона, постоянно наклоняя голову.
— Странно. Почему так?
— Ты, наверное, скрестил собаку с птицей, вот от тебя и несет псиной. Ты вообще когда-нибудь моешься?
— А от тебя, человек, изо рта разит куда сильнее, чем от остальных твоих сородичей.
— Что?! Вр-врешь! Я чистил зубы утром, днем и вечером, придурок! П-правда, замком! Поверьте мне!
— Чинсон… фу-у-у, б-беги…
Ким Сеён, из которой вышел режим Туоксини, пошатнулась так сильно, что не могла даже опереться на Саинчамсагом.
— Хе-хе. Кстати, что это был за красного ора?
Хвать.
Пак Чинсон вскочил на ноги и, подхватив падающую Ким Сеён, прижал ее к себе.
— Хнык. Дурак.
— И когда ты только успела втихаря достичь такого уровня?
— Беги скорее, дурак… они все погибли…?
— Если цвет красный, значит, в этот раз ты была настроена довольно агрессивно, верно? Ты ведь даже без доспехов была.
— Тётя Седжин тоже… хнык… дедушка и Пехт… из-за меня…
— Ты сражалась, чтобы защитить всех от этой псины? Сражаться только мечом, принимая удары на себя… это совсем на тебя не похоже, замком.
Ким Сеён уткнулась лицом в грудь Пак Чинсона и разрыдалась. Пак Чинсон, поглаживая ее растрепанные волосы, уставился на виновника всего этого хаоса.
Кровавые слезы, пролитые им мгновение назад, еще не успели высохнуть.
«…Ну ты и гад».
Впервые он столкнулся с тем, что его способности наблюдения оказались бесполезны. Он понял, что сейчас самое время для форсированного роста, даже если придется пойти на крайние меры.
Пак Чинсон, не обращая внимания на то, что Первый продолжал принюхиваться, тихо усадил Ким Сеён рядом с Пехтом.
— Замком, вам действительно больше идет роль щита. На самом деле, мне самому больше нравятся щиты, чем кинжалы… но что поделать, у меня есть только нож.
— Ч-Чинсон…?
— Ой. Не надо на меня так смотреть, это нечестно. В общем, присмотрите за Пехтом.
— Это то, что говорит человек, у которого глаза в крови?! Нет! Если ты тоже уйдешь, я…!!
— Ох. Я ухожу не из-за вас, так что не переживайте. Это сугубо личные счеты.
Пак Чинсон достал точно такой же кинжал, какой был у Пехта.
— Чинсон!! Нет!! Пожалуйста…!!
— Ох, кто услышит, подумает, что я на смерть иду. Если так волнуешься, приди потом и защити меня. Я буду ждать.
В любом случае, Ким Сеён сегодня больше не будет сражаться.
Первый, всё еще лежа на земле, широко улыбнулся.
— Так сильно хочешь умереть, вонючий человек? А я хотел бы понаблюдать за тобой подольше.
— Заткнись, псина. Если ты так хорошо сопереживаешь моим чувствам, разве не логично, что мы должны прямо сейчас сцепиться в драке?
— Львы относятся к семейству кошачьих, глупый человек. А что касается твоего последнего замечания…
Первый продолжил с лицом, искаженным безумием и восторгом.
— Я сопереживаю тебе до глубины души, Идея! Человек!! Ха-ха-ха!!
«Черт. Придется рискнуть. [Абсолютная жажда убийства.]»
Жажда убийства, способная исказить саму суть, сосредоточилась в его правой руке и глазах.
В правой руке, сжимающей кинжал, запульсировала сила, а просачивающаяся наружу жажда убийства начала поглощать окружающий воздух.
[Абсолютная жажда убийства]
Система классификации душ: A⁻⁻
Затронутые части тела: правая рука, глаза.
Общая боевая мощь: A⁺
— Разочарован. Это всё, на что ты способен? Твой уровень гораздо ниже, чем у тех, кто пал до тебя.
— Это еще не всё, придурок!
— Я подожду. Ты вполне сойдешь за развлечение.
— Ого, спасибо, что ждешь, пока я трансформируюсь!
В любом случае, он не собирался сражаться без риска. В тот момент, когда он увидел рыдающую Ким Сеён, все сомнения отпали.
«Ах. Нужно открыться хотя бы настолько, чтобы увидеть информацию об этом ублюдке».
Он позволил жажде убийства, которую до этого сдерживал лишь в глазах и правой руке, распространиться на другие части тела. Жажда убийства, и без того бушевавшая, как тайфун, в одно мгновение превратила его внутренности в хаос.
— А-а-а-х.
Каждый раз, когда жажда убийства захватывала новую часть тела, его переполнял невыносимый экстаз. Уголки губ сами собой поползли вверх, а во рту появился привкус чего-то нового и мерзкого.
— Запах становится всё гуще. Это действительно интересно.
«Держись! Нужно держаться! Держись, а-ах, нужно держаться, а-а-ах…»
Пак Чинсон был предельно сосредоточен, чтобы в любой момент подавить жажду убийства. Но, несмотря на все его усилия, информация по-прежнему не появлялась.
«Т-так я скоро полностью потеряю контроль!»
Он искренне не хотел выпускать свою Абсолютную жажду убийства на глазах у других, особенно у Ким Сеён. Он пытался сдерживаться до последнего, но, похоже, это было невозможно.
[Абсолютная жажда убийства]
Затронутые части тела: правая рука, глаза.
Новые затронутые части: правая нога, нижняя часть живота, левое плечо.
«Даже если я так сильно, а-ах, позволю ей распространиться, а-ах, я всё равно, х-хе, ничего не вижу?»
[Чудовище из Книги Даниила, Первый]
Система классификации душ:?
Первое чудовище:?
Сопереживание:?
Общая боевая мощь:?
— Да чтоб тебя, черт возьми-и-и-и!!!
Плотины, которую выстроил Пак Чинсон, больше не хватало, чтобы сдержать натиск. Когда барьер разума рухнул, скорость распространения жажды убийства возросла в геометрической прогрессии.
— Хе-хе.
В конце концов, шея Пак Чинсона неестественно выгнулась под углом 90 градусов.
[Абсолютная жажда убийства]
Затронутые части тела: правая рука, глаза.
Новые затронутые части: всё тело, кроме сердца и головы.
Лицо Пак Чинсона, особенно вокруг губ и глаз, мелко дрожало. Это было доказательством того, что его разум еще не полностью угас.
Части тела, охваченные жаждой убийства, дергались сами по себе. Если выразиться мягко, это напоминало паппинг, но выглядело гротескно, словно у сломанной рыбы.
— Схожу с ума, схожу, я схожу с ума, ну, а, ну?
— Почему ты не отпускаешь последнюю нить, человек? Человек, который уже не человек, всё еще остается человеком.
Зрение Пак Чинсона, дрожащее, как у насекомого, наконец зафиксировало информацию о Первом.
[Чудовище из Книги Даниила, Первый]
Система классификации душ: S⁺
*Даниил, уведенный в плен царем Навуходоносором, записал в своей книге чудовищ, которых видел во сне. Считается, что Книга Даниила содержит пророчества о судьбе мира.
Первое чудовище: единственное из всех чудовищ обладает человеческим сердцем. Способно на безусловное сопереживание человеку.
Сопереживание: заранее распознает намерение и действия противника, направленные на причинение вреда.
Невосприимчивость: согласно системе классификации душ, не получает урона от душ уровня A и ниже.
Тождественность: если откусить и уничтожить тело цели, душа также разрушается до соответствующего уровня.
Общая боевая мощь: S⁺⁺⁺
— Т-тело, хе-хе, даже если оно выйдет из-под контроля, мне плевать. Ну?? Это мой последний рубеж, а-а-а-х, понимаешь?!
— Как жаль. А ведь было бы лучше просто следовать тому, что велит твоя душа. Жажда убийства, которая сочится из тебя, уже в 5436-й раз кромсает меня.
Первый благодаря своей способности «Сопереживание» мог заранее просчитать, где и как Пак Чинсон хочет его ранить.
В плане защиты это была настолько мощная способность, что ее можно было назвать предвидением. То, что он так легко играл со скоростью Ким Седжин, было целиком заслугой этого сопереживания.
— Хе-хе, хе-хе. Маршрутов, х-хе, вообще не видно, да-а-а?
— В любом случае, пока ты не отпустишь эту нить, ты не сможешь нанести мне урон. Если, конечно, когда ты ее отпустишь, ты сможешь подняться до моего уровня.
Первый был полностью очарован запахом, исходящим от Пак Чинсона. Если судить только по аромату, он был так же опасен, как старое Святое копье, что было здесь недавно.
— Удивительно. Удивительно, человек.
Однако странное предвкушение заставило Первого не убивать Пак Чинсона, а колебаться.
Второе чудовище, Секонд, которое, как говорили, явилось раньше Первого, вообще не оставило следов на этой Земле.
«Чудовища из Книги Даниила» — это Идеи, поэтому их нельзя убить смертью на Земле.
Поскольку после смерти они сразу возвращаются к хозяину, смерть — это, по сути, экспресс-поезд к хозяину.
«Похожий запах… может, это связано с тем, что второе исчезло?»
Но второго, которое должно было быть, нет, а тут какой-то молодой человек пахнет так же, как мы?
Было ясно, что они не братья, но любопытство к Пак Чинсону росло. Как «Первое чудовище», наделенное человеческим сердцем, он не мог подавить это любопытство.
«Любопытно».
В конце концов, Первый решился на авантюру, в которой не было особой необходимости.
— А-ах, а, у, а-ах.
— Я помогу тебе отпустить нить, человек.
— Не надо…! Нет-нет-нет-нет! Сделай это, сделай, сделай-и-и-и!! Пожалуйста, сделай!! Как же душно, душно-о-о!! Ну, а, ну?? Ты понимаешь это чувство?? Понимаешь?!
— Какая же у тебя утомительная душа. До сих пор твое существование не принимали, но я, Первый, посопереживаю твоему существованию.
Щелк.
Первый слегка подтолкнул Пак Чинсона своим огромным когтем на указательном пальце.
И тогда,
— А-ах, я же просил не надо…
Нить в голове Пак Чинсона с щелчком оборвалась.