Главный редактор известного журнала «Whose soul is the best?».
Получив предупреждение о запрете приближаться к Батальону Старшая школа Хэун, он провалил даже попытки провести случайные интервью с бойцами батальона.
Отношения с командиром батальона, которого он считал другом, стали натянутыми, а привязанность к Пак Чинсону, похоже, пора было окончательно вычеркнуть из планов.
— А-а! Да что ж всё не так!
Кто бы мог подумать, что взять интервью у обычного студента окажется так сложно.
После череды побед в бригадных сражениях Пак Чинсон стал такой крупной фигурой, что за ним охотились даже ведущие СМИ.
Он пытался отбросить гордость и примазаться к крупным СМИ, но не тут-то было.
Казалось, даже крупные СМИ не могли подобраться к Батальону Старшая школа Хэун. Добыть хоть какую-то информацию было крайне трудно.
— Странно, почему к ребятам из Старшая школа Хэун так сложно подступиться? Может, их кто-то вроде Ли Сина прикрывает?
Он даже лично придумал ему прозвище «Эфкилла», а в ответ получил лишь холодное отношение.
— И чего я привязался к этому пацану?
Из-за того, что он пропускал все остальные сенсации, работы стало меньше. Да и доверие в индустрии он растерял, несмотря на статус главного редактора.
Единственное, в чем он преуспел за это время — это мастерство ведения диалогов с самим собой. Теперь он был уверен, что не сойдет с ума от одиночества, даже если окажется на необитаемом острове.
— Хе-хе. Но кое-какой улов все-таки был.
Появились подвижки в деле о семейных связях Пак Чинсона.
Редактор сидел на парковой скамейке и внимательно перечитывал свои хаотичные заметки.
<Родители погибли при ограблении дома.>
<В восемь лет не проявил Идею. Причина неизвестна. Предположительно, шок из-за смерти родителей.>
<Жил у дяди, подвергался жестокому обращению.>
<В десять лет снова произошло ограбление, дядя и тетя получили серьезные увечья.>
<После этого Пак Чинсон пробудил Идею F-класса, скитался по приютам, а затем стал жить один.>
— А вот здесь начинается самое интересное.
<Призываемая Идея в форме медведя атаковала международный аэропорт Инчхон. Держала в пасти три ребра и использовала человеческую речь.>
— Кто бы мог подумать, что дядя и тетя Пак Чинсона лежали в психиатрической больнице Инчхона.
<Психиатрическая больница Инчхона разрушена из-за Идеи в форме медведя.>
<Среди множества жертв установлены личности дяди и тети.>
<Тела не найдены.>
— Но Пак Чинсон с момента инцидента и до сих пор ни разу не приближался к Инчхону. Ну, конечно, после того как они над ним издевались, он мог и не хотеть их видеть.
Когда он все систематизировал, никакой сенсацией здесь и не пахло.
Просто случайность: теракт произошел там, где оказались его родственники?
— Тьфу. Неужели это ничего не значит? А ведь чутье подсказывало…
Энтузиазм резко угас.
Редактор поднял голову и посмотрел в небо.
Небо было ясным, без единого облачка, и в графе «достижения» тоже было пусто.
— Эх, может, пора завязывать?
В тот момент, когда редактор собрался встать со скамейки,
— Молодой человек.
К нему подошла сгорбленная старушка.
— Ой, нет, спасибо, религия, газеты и товары — мне ничего не нужно.
— Молодой человек, не отказывайся, почитай вот это.
С первого взгляда было ясно, что старушка не в себе.
Видимо, кто-то воспользовался ее состоянием и заставил раздавать листовки. Старушка, не обращая внимания на недовольство редактора, с улыбкой продолжала протягивать книгу.
— Что за? Почему обложка такая черная? Бабуль, это что, секта какая-то?!
— Хи-хи. А что такое секта?
— До чего мир докатился. Даже инвалидов используют для таких дел?
На первый взгляд это была обычная Библия с крестом на черном фоне.
Однако ее ветхий, похожий на пергамент вид словно кричал: «Я — сектантский учебник, созданный специально для тебя».
— Хи-хи-хи. На самом деле я нашла ее в мусорном баке у дедушки Кима неподалеку.
— Фу! Так это не сектантская литература, а мусор? Зачем вы мне даете мусор!
— Я читать не умею. Ты выглядишь умным, вот и читай побольше. Хи-хи. И это тебе подарок.
Старушка насильно всучила ему книгу, а заодно добавила сорванный цветок и сломанную ветку.
— А-а! Что это такое! Заберите немедленно! Постойте… бабушка? Эй, бабушка! Бабулечка-а-а!
Старушка, пошатываясь, ловко растворилась в толпе. Люди начали коситься на редактора, поэтому он решил не преследовать ее дальше.
— Ладно… просто выброшу. Эх, мало того что дела не идут, так еще и мусор в подарок получил.
Редактор бросил цветок и ветку на землю и проворчал:
— Может, просто оторвать обложку и приклеить к другому блокноту?
Черная Библия выглядела довольно стильно, если судить только по внешнему виду.
Редактор открыл книгу, надеясь, что внутри окажутся пустые страницы.
— Что за? Откуда тут такие качественные рисунки? Монстры?
Это была не Библия, а скорее бестиарий.
В ней были изображены различные монстры с длинными описаниями на иврите.
— Ох.
Редактор, который понятия не имел, что это иврит, вздрогнул от неожиданности на одной из страниц.
Монстр, который, судя по оглавлению, был вторым.
С тремя ребрами в пасти,
величественный, огромный, как гора,
— Э-это же тот самый… что атаковал аэропорт Инчхон!
Хлоп!
Редактор с расширенными от ужаса глазами быстро захлопнул книгу, чтобы никто не увидел. Но странности на этом не закончились.
— А…?
Когда он открыл ее впервые, на обложке был обычный крест,
— Пе-перевернутый… крест…?
Теперь он увидел, что крест перевернут.
Из-за черного фона было трудно заметить сразу, но именно перевернутый крест был правильным положением обложки.
— Вау. Не знаю, что это, но я что-то нашел…
Хрусть!
К сожалению, триумф редактора длился недолго.
— Кх-х… Э-это…
— Гр-р-р.
Тень, вырвавшаяся из книги, раздавила редактора, как насекомое.
* * *
Пак Чинсон и Ким Сеён стали каждый день с восьми вечера патрулировать улицы в течение трех часов.
У клана Ким из Пэгок тоже не было особых ожиданий, поэтому четкого маршрута патрулирования не существовало.
Просто бродили кругами, а потом возвращались по домам.
Было странно, что никто из домашних, включая Пехта, не вмешивался, но они решили: нет новостей — и ладно.
[Эй, «Эфкилла». Может, за ручку походим? Все равно делать нечего.]
[Не хочу. И с чего вы взяли, что делать нечего?]
[Фу-у. Чинсон, ты без меня точно никогда не женишься.]
Патруль превратился в бесконечный цикл: Ким Сеён пытается взять его за руку под видом свидания, а он уворачивается и попутно усмиряет встречных пьяниц.
[А почему ты сегодня так странно ходишь?]
[Сержант Ан Сонхо дал мне задание, раз уж я временно не могу посещать HT.]
[А-а! Что это за железки! Ты с ума сошел?! Собираешься ходить с этим?!]
[Не ругайтесь. Сержант лично подарил мне эту вещь.]
[А почему ты еще и на руках ходишь! Ох! Я так больше не могу!!]
Поскольку Ким Сеён многие узнавали, они старались передвигаться по безлюдным местам.
Появились даже те, кто просил Пак Чинсона сфотографироваться или дать автограф, что сильно мешало патрулированию.
Так незаметно пролетело десять дней.
— Ч-что? Где Чинсон, почему ты здесь…
— Рад вас видеть, госпожа Сеён. Сегодня патрулировать будете со мной.
Сегодня вместо Пак Чинсона в точке сбора ждал Пехт. При мысли о Ким Седжин лицо Ким Сеён помрачнело.
— Э-эта тетя Седжин приказала?
— Что? Нет-нет, не расстраивайтесь так.
— Тогда кто?
— Я попросил Чинсона. Я столько раз кланялся, умоляя дать мне возможность поговорить с вами.
— Хм. Признания не принимаются.
Ким Сеён сделала отталкивающий жест ладонью.
— Ого… меня отвергли, даже не дав начать? Я, конечно, не собирался признаваться сегодня, но даже мне обидно.
— Я слышала, вы приехали в Корею, чтобы поглотить мою Идею. Могу отдать ее прямо сейчас, так что возвращайтесь в свою страну.
— Я не собираюсь возвращаться в Словакию. По крайней мере, в ближайшее время.
— Почему?
— А вот почему.
Пехт резко сократил дистанцию с Ким Сеён и сказал:
— …
— Потому что вы мне так понравились, что я готов терпеть даже ваше пренебрежение.
— …Мы ведь раньше даже не встречались.
— Да. Я просто влюбился в вас заочно, посмотрев записи ваших боев.
После схватки с Пак Чинсоном Пехт о многом задумался.
Почему он испугался Пак Чинсона.
Почему использовал главу клана как оправдание.
Почему полюбил Ким Сеён.
И только сегодня, встретившись с ней наедине, он смог убедиться в самом главном.
«…К счастью».
Пехт действительно любит Ким Сеён. Настолько сильно, что хочет поддерживать ее во всем.
Пехт, не сводя глаз с Ким Сеён, продолжил:
— Ха-ха. Знаете, как мне досталось от главы и госпожи Седжин, когда Чинсон рассказал им, что я проиграл?
— Хм. С этим идите к «Эфкилле» и разбирайтесь.
— Госпожа Сеён, причина, по которой я сегодня вышел на патруль…
Вжух, вжух-вжух!
Смартфоны обоих прервали Пехта на полуслове.
— …Пехт. Вам тоже пришло сообщение?
— Да, госпожа Сеён. Это…
<Экстренное оповещение клана Ким из Пэгок>
Теракт в центре города.
Всем членам клана немедленно прибыть в указанную точку.
— Ха-ха. Видимо, разговор придется отложить.
— Хм. Мы и так видимся каждый день, какой еще разговор.
— Пойдемте немедленно.
Ким Сеён и Пехт рванули в сторону, указанную в сообщении.
* * *
Пак Чинсон, уступивший очередь патрулирования, остался в HT и тренировался.
— Ха! Давно не виделись, командир! Как свидания, проходят успешно?!
— И я рад тебя видеть, «Глазастый». Но если еще раз пошутишь про свидания, добавлю по 10 повторений на каждый подход.
«Глазастый» и бойцы отряда «Зомби» отжимались, окружив Пак Чинсона плотным кольцом.
У бойцов «Зомби» глаза были красными от напряжения — то ли от тренировок, то ли от чего-то еще.
— Командир! Командир! Ну как, нравится гулять с главной звездой батальона?! Что вы там делаете по ночам!
— Мы каждый день патрулируем. С тебя еще 20 повторений.
— Командир! Командир! Как думаешь, что в ней самое привлекательное?! Внешность?! Длинные ноги?! Или, может, неожиданно пышные…!
— Эй, ты. С тебя 100 повторений.
Отряд «Зомби» не обращал внимания на увеличение нагрузки и продолжал засыпать его вопросами. Скорость, с которой они отжимались, становилась пугающей.
— Ха-а-а! Я тоже в деле!
«Глазастый» тоже старался не отставать от старших ради следующего теста. Конечно, он, как и остальные, не сводил с Пак Чинсона красных от напряжения глаз.
— Хм.
Ан Сонхо, наблюдая за тем, как отряд «Зомби» невольно выкладывается на полную, продолжил свою тренировку. Он только-только закончил разминку и начал потеть.
— Командир! Командир!
— С тебя 30 повторений!
Несколько минут продолжался этот обмен: вопросы отряда и увеличение нагрузки от Пак Чинсона.
В конце концов, первым выдохся «Глазастый» и рухнул на пол.
— Ха-а, ха-а. Тяжело. А?
- Вжух. Вжух. Сообщение, сообщение. Какао, дзынь!
Из кучи вещей в углу спортзала раздались многочисленные звуки уведомлений.
«Глазастый» от лица всех увлеченных тренировкой старших пополз к куче вещей.
— Ха?! Что это! С-старшие!! Старши-и-и-и-и-е!!
— Ха-а, ха-а. Что там, мы тут командира донимаем, чего орешь.
— Так, ты после этого делаешь еще 100 приседаний.
— …Пак Чинсон, к сожалению, на сегодня тренировка окончена.
Ан Сонхо, уже спустившийся с турника, сказал, глядя в свой смартфон.
— О. NPC-боец тоже пользуется телефоном? Я думал, вы, сержант, используете сову или орла.
— Хватит болтать, проверь сообщение, Пак Чинсон.
У бойцов «Зомби» и «Глазастого», взявших телефоны, лица были мрачнее тучи.
«А? Что такое?»
Почувствовав неладное, Пак Чинсон открыл непрочитанное сообщение.
<Общее сообщение Специального учебного батальона старшей школы Старшая школа Хэун>
Реальная ситуация.
С 20:15 объявлен код «Чиндоккэ-1».
Всем бойцам батальона к 20:40 собраться на плацу по ротам.