Дернулось!
Это была не просто аура, похожая на тушь, а самая настоящая тушь.
Тушь слилась в воздухе и тут же переродилась в свирепого тигра.
— Гр-р-р…
Тигр, сотканный из туши, низко зарычал, глядя на Пак Чинсона. Он даже не побрезговал наступить на праздничный стол, прежде чем приблизить свою огромную морду к лицу парня.
— Р-р-р-а-а-а!
Тигр был своего рода призывным существом, созданным Идеей старика. Источником послужил лист бумаги, который старик когда-то расписал и подложил под подушку для сидения.
Пак Чинсон, не обращая внимания на то, что тигр сверлит его взглядом, продолжил жевать свой шашлык.
— Ням-ням. Еду топтать нельзя, приятель. Ням-ням.
«Ого. Гляди-ка? А ведь я создавал его с большим старанием».
Старик, наблюдая за невозмутимого Пак Чинсоном, с интересом погладил подбородок.
— Ой. Кошак, я же сказал, не мешай мне есть, а?
— Кр-кр-р?
— Ты сейчас же слезешь оттуда? Тушью всё забрызгаешь.
— Р-р-р-а-а-а!
Хлоп!
Тигр положил переднюю лапу на плечо Пак Чинсона.
— Ты что, решил лапы на меня класть?! Жить надоело, а?!
Вонз!
Пак Чинсон призвал кинжал и вогнал его в лапу тигра. Сделал он это так естественно, будто кинжал там всегда и был.
— Кр-р-а…?!
— Веди себя тихо!
— Кр-р-р-а-а-а!
Пак Чинсон не вытащил кинжал, а начал им размахивать, из-за чего тушь брызнула на стены. Тигр, похоже, был в шоке от неожиданной боли и метался из стороны в сторону вслед за движениями парня.
— О, р-р-р!
В конце концов, не выдержав, тигр со слезами на глазах раскрыл пасть. Однако,
— Ты чего…?
Под давлением убийственной ауры, исходящей от Пак Чинсона, он поспешно захлопнул пасть.
Ухмылка!
Пак Чинсон высвободил жажду убийства, которую до этого сдерживал.
Уголки его губ сами потянулись вверх, а все вены и сосуды на правой руке вздулись.
— Ах… х-х.
Его глаза налились красным светом, а с губ сорвался тяжелый, горячий вздох.
«…Откуда у такого юнца такой густой запах крови?»
Хотя жажда убийства концентрировалась лишь в его правой руке и глазах, весь дом пропитался этой черной аурой.
— Кошак…. Теперь слезешь? А?
Пак Чинсон выдернул кинжал из лапы тигра.
— Ску-у-у, ску-у-у.
Тигр, издавая звуки, похожие на щенячий скулеж, поспешно спрыгнул под стол.
«Великий тигр испугался…. А ведь я рисовал его с характером, который никогда не склоняется».
— Дедушка, вы в порядке?
— …О чем ты?
— Просто ходят слухи, что я человек довольно липкий и неприятный.
— Напор у тебя не по годам сильный, но неужели ты думал, что я испугаюсь такой мелочи?
— Хе-хе. И то верно.
Пак Чинсон тоже был внутренне удивлен, глядя на старика, у которого даже мускул на лице не дрогнул.
Несмотря на то, что от него разило намерением причинить вред, старик даже не поморщился, а словно оценивал силу этого запаха.
«А парень-то неплох».
Старик прожил жизнь, пропитанную кровью куда сильнее, чем Пехт или Пак Чинсон. Он сталкивался с подобной жаждой убийства далеко не впервые.
«Хе-хе. Прошу прощения».
Пак Чинсон нахмурился, пытаясь разглядеть Идею старика.
[Произведение обретает плоть]
Класс мировой души: A⁺
Позволяет призывать то, что владелец нарисовал кистью.
Чем искуснее работа и чем больше смысла вкладывает владелец, тем сильнее получается призванное существо.
Однако неодушевленные предметы призывать нельзя.
Общая боевая мощь: A⁺⁺
Старик был на вершине традиционного корейского искусства.
Пусть он не был токкэби и не достиг абсолютного мастерства кисти, он уже поднялся до уровня живой легенды.
Его мастерство признавали даже за рубежом. Вскоре даже планировалось переиздание учебников по искусству на основе его работ.
— …Чего ты так уставился?
Мастер суйбокуга.
Если бы не клан Ким из Пэгок, его бы давно пригласили в Маэстри.
Пак Чинсон был слегка сбит с толку, увидев столь выдающуюся Идею старика.
«Использовать такую прекрасную Идею для боя…? Неужели обязательно использовать свои лучшие работы в военных целях…?»
— Глупец. По твоему лицу видно, о чем ты думаешь.
— …….
Старик, поглаживая скулящего тигра, продолжил:
— Клан Ким из Пэгок обязан создавать более сильный токкэби. Я мужчина, поэтому не стал токкэби, но как глава клана я упорно шел к этой цели.
Идея «Белый нефритовый токкэби» проявляется лишь раз в поколение, и только у дочерей.
— …Дедушка, вы ведь дорожите младшим сержантом Ким Сеён, верно?
— Ты что, не слушал мои слова? Тут и обсуждать нечего.
— Тогда что вам важнее: внучка или токкэби высшего уровня?
— У юнца язык слишком длинный.
Рука старика слегка дрогнула.
— Я не вправе лезть в чужие дела, но… раз уж меня пригласили, я хочу спросить. Если бы младший сержант Ким Сеён не обладала силой токкэби… если бы она была просто обычной Ким Сеён, вы бы тоже ее любили?
Сжать!
Пак Чинсон сам не заметил, как сжал рукоять кинжала.
Клан Ким из Пэгок использовал весь свой род, чтобы заполучить существование токкэби. Безумие, накопленное за многие поколения, не понять обычному человеку.
Трудно даже представить, как сильно они ждали появления Ким Сеён.
«И все же, это неправильно».
У Пак Чинсона почти не осталось воспоминаний о родителях, да и в последнее время он видел лишь жестокость, поэтому был далек от понимания семейных уз.
«Что-то здесь не так».
Но он точно понял, что слова старика сильно искажены.
Ким Сеён должна быть на первом месте, а не ее способности.
«Это значит, что если бы она не была токкэби высшего уровня, то ее смерть в битве с Пестом была бы не важна? Или вы считаете, что раз она должна стать лучшей, то должна легко преодолевать смерть?»
Пусть это было преувеличением, но для Пак Чинсона это звучало именно так.
«Ха… у нее тоже было не самое счастливое детство. Деньги — это еще не счастье».
С самого детства весь клан следит за каждым ее шагом?
А на самом деле они ценят не ее, а лишь способности внутри нее?
Как же ей, должно быть, было тяжело.
Дзынь!
Жажда убийства, отреагировав на мысли Пак Чинсона, пошла едва заметной волной.
— О, р-р-р!
— Заткнись, приятель. Думаешь, если ты у дедушки под боком, я тебя не ударю?
— Ску-ску-у.
Хоть и искусственный, но все же дух, раз отреагировал на жажду убийства.
— Теперь я понял, что вы думаете о младшем сержанте Ким Сеён. Вы любите не внучку, а токкэби, которого она носит в себе.
— Забавное заявление. Хочешь со мной сразиться?
— Хоть один раз, хоть десять.
Пак Чинсон ухмыльнулся, и тигр поспешил спрятаться за спину старика.
— Твой дух мне нравится.
— Но перед этим у меня еще один вопрос.
— Разрешаю.
— Зачем вы привезли Пехта в Корею? Почему словак Пехт обязан подчиняться вам?
— Хо-хо. Обещал один вопрос, а сам… вредный мальчишка.
Хлоп!
Старик достал лист бумаги из-под подушки и приклеил его к голове тигра.
— Кр-р-р!
Лист, который не мог закрыть даже половины головы, поглотил весь рев тигра. На чистом листе проступило изображение тигра с дырой в передней лапе.
— У меня много других работ, хочешь взглянуть?
— Не уходите от ответа.
— Это не подчинение. Я лишь показал Пехту видео с Сеён и предложил жениться на ней. Но даже это зависело исключительно от желания самого Пехта.
— Это звучит так, будто Идеи младшего сержанта Ким Сеён вам недостаточно…
Пак Чинсон, осознав, что сказал лишнее, осекся.
В этот момент в голове Пак Чинсона возникла вполне вероятная теория.
Абсолютный талант Пехта.
[Калаболг, абсолютный талант]
Пожирает Идею цели, улучшая и развивая ее как свою собственную.
Сначала Пехт должен поглотить Белого нефритового токкэби Ким Сеён, чтобы создать характеристики первого мужского токкэби.
Калаболг развивает Идею под себя, так что родится токкэби сильнее Ким Сеён.
«Неужели то, что Пехт хотел съесть…»
Пусть и с примесью другой крови, но это может стать первым в истории клана союзом токкэби и не-токкэби.
«…….»
Нет закона, что токкэби должен появиться сразу в следующем поколении. Но сама попытка стоила ожиданий клана.
Токкэби высшего уровня Ким Сеён,
первый мужской токкэби Пехт,
и их ребенок.
Хотя Идея родителей не передается детям напрямую, это сочетание определенно интригует.
Если уж заводить ребенка, то лучше с сильным партнером, чтобы повысить шансы.
— Но я верю, что наша внучка станет настолько сильной, что Пехту и не снилось. В конце концов, лучше всего обойтись без его помощи.
— …Как долго вы собираетесь ждать? У вас есть какой-то дедлайн?
— А ты проницателен. Есть. Хм, да. Примерно до окончания старшей школы. Если к моменту демобилизации из основного батальона она не достигнет желаемого уровня… тогда я позволю Пехту поглотить токкэби Сеён.
«…Вот почему она не хочет возвращаться домой».
Не знал, что в наше время еще остались такие «замечательные» традиции, как зять-примак. Да еще и в такой извращенной форме.
— Вот почему вы так разозлились из-за Аура-пластины.
— Меч, созданный для защиты других, никогда не достигнет вершины мастерства. Члены клана Ким из Пэгок должны стремиться стать лучшими в своем деле. Даже если это путь, которого они не желали.
— Но она может стать лучшей в том, чего хочет сама младший сержант Ким Сеён.
— У Сеён врожденный талант к мечу.
— Вы говорите почти как Пехт.
— Пехт, как только увидел видео, сразу понял, чего хочет наш клан. И что ему нужно делать. Ха-ха. Наверняка влюбился в Сеён, вот и все.
Старик хотел, чтобы Ким Сеён стала вершиной мастерства меча, независимо от Востока или Запада. Даже если Пехт не поглотит токкэби, их союз даст отличную синергию.
— Ха… похоже, клан переубедить невозможно, придется убеждать саму Ким Сеён.
Что она сама хочет стать лучшей.
— Твой напор меня заинтересовал, вот разговор и затянулся. В конечном счете, я хочу сказать лишь одно.
— Что именно?
— Держись подальше от Сеён. Ты — семя, которое не принесет нашему клану никакой пользы.
— Ха! А я и не собирался быть полезным!
Пак Чинсон, подражая Ким Сеён, издал нелепый фыркающий звук.
Старик тоже не сидел сложа руки и навел справки о Пак Чинсоне.
События в детстве, резкий рост боевой мощи в последнее время — его истинную личность было невозможно определить.
«Юнец с неясным прошлым, способностями и Идеей…!»
Особенно его беспокоила эта самая Идея D-класса.
«Ха. Дедушка, я тоже вижу, о чем вы думаете».
После битвы с 998-й бригадой Пак Чинсона не раз заставляли проходить проверку Идеи.
Поскольку он не контролировал жажду убийства полностью, а возиться с этим не хотелось, он просто показывал кинжал и уходил.
«Хе-хе. Сейчас это было бы некстати».
Если станет известно, что восемнадцатилетний парень обладает S-классом Идеи, который он не может контролировать, его жизнь превратится в ад.
А если узнают, что он опасен для людей, его могут куда-нибудь утащить.
Старик, пристально глядя на Пак Чинсона, тихо вздохнул.
«Ха-а-а. Значит, та аура, что он сейчас показал — это и есть скрытая Идея. Все равно он не пара Сеён».
Как и в случае с Ан Сонхо.
Старик считал, что, хотя Пак Чинсон сейчас и выделяется, в будущем он упрется в потолок.
— Тебя зовут Чинсон, верно? Если ты отстанешь от Сеён, я обещаю взять на себя все расходы на твое содержание…
Грохот!
Прежде чем старик успел договорить, дом содрогнулся от оглушительного шума.
— Дедушка, дедушка, дедушка-а-а!! Почему я должна быть в патруле с этим скользким типом Пехтом-м-м-м!!