— Умру так умру.
Стоило мне ступить на медленно рассыпающийся фон, как поле зрения резко изменилось. Вращаясь, кружась, я вернулся в ту самую точку, где когда-то потерял сознание.
— Хани?
Почувствовав неладное, Цепеш остановилась на бегу.
Пак Чинсон, которого она бережно прижимала к себе, начал излучать странное свечение. Несмотря на то, что он был весь в порезах и прошел через «первичную закалку», этот цвет совершенно ему не подходил.
— Раны… заживают…? Хани, что это вообще… О, о-о-ох?!
Шур-шур-шур-шур.
Внезапно из Пак Чинсона хлынули бесчисленные костяные осколки. Ошеломленная Цепеш обняла его еще крепче, но, несмотря на это, они продолжали сыпаться, словно водопад.
— Ко-о-ости-и-и-и-и!!
— …Боже мой.
Костяные фрагменты, обретя собственную волю, собрались воедино и выставили свою огромную голову прямо перед Цепеш.
— Кость! Кость! Кость! Воскрешение из 13-й параллельной вселенной!
Если быть точным, он выставил голову не перед Цепеш, а перед Пак Чинсоном, которого она держала. Костяной дракон, вопреки своим же громким воплям, склонил голову.
— Ты кто такой?
Цепеш, прикрывая Пак Чинсона собой, уставилась на Костяного дракона. Люди, бежавшие вместе с ней, тоже активировали свои Идеи.
— …Ты тоже из Северной Кореи? Хани я тебе не отдам, так что лучше сразу расстанься с жизнью.
— Кость-кость? У тебя странная манера речи, кость! Хозяин, все женщины, что липнут к тебе, какие-то странные, кость?
Вспых.
Пак Чинсон распахнул глаза и в тот же миг рванул вперед, мимо Костяного дракона. Его тело так ярко сияло, что он казался лучом света.
— Ха, Хани?
— Спасибо, Цепеш. Теперь я в порядке.
Раны Пак Чинсона полностью затянулись. Словно в том месте, где он был, все записи о повреждениях были стерты.
— Хани… ты правда в порядке…?
— О, и бэкап появился. Отлично. Ты… ты? Да-да. Я правда в порядке. Теперь всё действительно хорошо.
— …
Цепеш почувствовала легкое отчуждение, исходящее от Пак Чинсона. Манера речи и внешний вид остались прежними, но атмосфера вокруг него была как у древнего дракона, прожившего тысячи лет.
— Внезапно, но, Цепеш, спасибо за всё, что ты сделала.
Она несла на руках умирающего, и что теперь? Раны зажили, а младший стал старшим?
— Если это Хани, то мне нравятся и те, кто старше.
— Ха-ха. Ты всё так же любишь шутить.
— Думаешь, я шучу? И к тому же, Хани, ты больше не добавляешь «сэр». Хотелось бы знать, что это значит.
Цепеш, бросая на него обольстительный взгляд, подошла ближе к Пак Чинсону.
— А, прошу прощения. Может, снова называть тебя Цепеш?
— Хорошо, что больше не нужно ждать, пока ты повзрослеешь. Я хотела дать тебе свою фамилию и забрать к себе, а в итоге сама выхожу замуж, принимая твою.
— Ого. А слово «выходить замуж» ты когда успела выучить?
— Кость-кость, кхм-кхм, кость. О, Повелитель, разрушающий небеса, если уж позвал, так удели хоть немного внимания, кость! И если будешь так гулять на стороне, я всё расскажу госпоже, кость.
Костяной дракон фыркнул. Удивительно, как он умудрялся издавать такие звуки, будучи сплошной грудой костей.
— Ого? «Гулять на стороне», говоришь? Что это значит, Хани?
— Ой. Це… Цепеш? Я еще ни с кем не регистрировал брак!
— Кость-о-о! Что ты такое несешь, кость!! Тебе не жалко госпожу, кость!! Пусть ты и 13-й посол, принадлежащий к Стражам небес, и 1-й Повелитель, разрушающий небеса, но многоженство недопустимо, кость!!
— Заткнись, придурок! Какое еще многоженство! Где ты нахватался таких слов?! И убери от меня эти нелепые титулы, болван!
— Госпожа, значит… Мы не были толком представлены, но почему-то мне кажется, что я знаю её лицо.
— Вау. Сэр Цепеш, какой словарный запас! Нет, дело не в запасе, а в том, почему твои фразы лишены логики?
— Соперниц чувствуешь сердцем, даже не видя их. Прямо как я, которая пять лет тосковала по Хани, не имея возможности его увидеть.
Цепеш провела длинным указательным пальцем по подбородку Пак Чинсона. Даже в одном этом жесте было столько очарования и соблазна.
— Пять лет…
Пак Чинсон перевел взгляд с той стороны, где был Ли Син, на море, которое, вероятно, соединялось с Корейским полуостровом.
Стоп.
Его блуждающий взгляд остановился на стороне Ли Сина. Однако,
Стоп.
Его пупок и ноги были направлены в сторону моря, куда забрали Ким Сеён.
— [Соберись, Песчаный дух.]
Ш-ш-ш-ш.
Песок, рассыпанный вокруг, мягко окутал Пак Чинсона и Цепеш.
— [Разорви глаза, Безумец.]
Цз-з-з, вспых.
Жажда убийства, исходящая из правой руки Пак Чинсона, сформировала кинжал, похожий на обсидиан. Как только он взял его, кинжал тут же вцепился щупальцами в его руку и запястье.
— Хани… это же…
— Цепеш, я отправляюсь в Пхеньян.
— …Правда?
Ба-бах!!
Стоило Цепеш прикусить губу, как раздался мощный взрыв. Это было там, где находились Ли Син и Дороры.
— Цепеш, иди и помоги господину Ли Сину.
Сказал Пак Чинсон, легко запрыгивая на голову Костяного дракона. По мере того как тот поднимался, расстояние между ними и Цепеш увеличивалось.
— Не хочу. Отказываюсь.
— Я иду спасать Сеён. Со мной всё будет в порядке. Лучше помоги господину Ли Сину.
— На этом всё.
Цепеш, чья нижняя часть тела превратилась в летучую мышь, снова оказалась прямо перед носом Пак Чинсона.
— Цепеш?
— Помогу я Ли Сину или тебе — толку будет мало. А значит…
— …Я же сказал, иди.
— Я не могу позволить тебе отправиться в опасное место в одиночку. Я из тех, кто привык защищать своего дорогого самостоятельно.
Тяжелые веки Цепеш вспомнили, как Пак Чинсон сражался с Форсом. Из-за того, что она тогда равнодушно вышла из машины, старшекласснику пришлось в одиночку предотвращать разрушение Нью-Йорка.
— Цепеш…
Неважно, насколько велика разница в силе.
Дело не в том, можешь ты или нет,
— Я тоже иду.
А в том, делаешь ты это или нет.
Увидев решительный взгляд Цепеш, Пак Чинсон тихо вздохнул.
— Ха-а. Ладно. Чапсиги!
— Ки-и-и-и-и-и-и!!
Серьга в левом ухе Пак Чинсона вызвала резонанс, окрашенный в черный цвет.
— Одень его.
— Ки-и!
Жажда убийства, исходившая от Пак Чинсона, поддалась резонансу и превратилась в развевающуюся вуаль. Поскольку он достиг 4-го ранга, количество контролируемой жажды убийства было просто огромным.
— Кость-кость! Одежда, кость!!
Вуаль превратилась в щупальца с присосками, которые облепили тело Костяного дракона.
[Костяной дракон, версия: Режим Кракена (feat. Чапсиги)]
Общая боевая мощь: 800 000А
Щупальца на костях крыльев превратились в широкие перепончатые крылья. На остальных частях тела, включая хвост, появились верхние и нижние доспехи.
— Ко-о-ости-и-и-и-и-и-и!!
— Ки-и-и-и-и-и-и-и-и!!
На Костяного дракона, уже получившего перчатки, надели шлем. Чапсиги, чье сознание переместилось в шлем, взревел вместе с драконом.
Вжух!
Из спины Костяного дракона вырвались десятки щупалец. Они извивались, напоминая головы живых змей.
— Хорошая серьга, кость! Всё-таки старший есть старший, кость!
— Ки-и!
На кости, заменявшей правое ухо дракона, появилась большая серьга. Она была точно такой же, как у Пак Чинсона, только большего размера.
Цепеш украдкой прислонилась к Пак Чинсону. Она почти не двигалась, но её изгибы подчеркивались сами собой.
— Всем внимание: с этого момента я, Влади Цепеш, отправляюсь в свадебное путешествие, так что расходитесь по своим делам.
Люди, бежавшие вместе с Цепеш, мгновенно разлетелись в разные стороны. Услышав их разговор, они решили выждать момент, чтобы помочь Ли Сину издалека.
Топ.
Пак Чинсон легко топнул ногой.
— Погнали, ребята.
— Ки-и-и-и-и-и-и-и!!
— Ко-о-ости-и-и-и-и-и-и!!
— Наша цель — Пхеньян.
Костяной дракон, наконец обретший подобающее величие, взмахнул крыльями из жажды убийства.
***
— Госпо-о-о-о-о-о-ожа-а-а-а-а!!
— Госпожа пришла-а-а-а-а!!
— Ким Сеён, эминай…? Как ты здесь оказалась?
— Старших Ан Сонхо, ты еще можешь двигаться?
Ким Сеён отрастила белоснежный рог из кончика правой брови.
Рог наделил Ким Сеён ярко-красной Аурой, а та, в свою очередь, даровала ей подавляющую физическую силу.
— М? Я спрашиваю, можешь ли ты двигаться.
Ким Сеён, ставшая красной, не удовлетворилась этим и тут же облачилась в синее.
Лязг.
Ярко-синяя Аура стала доспехом, защищающим Туоксини, и вскоре окутала его плащом.
[Белый нефритовый токкэби, режим Туоксини x Аура-пластина]
*Токкэби, сбросивший Аура-пластину и полагавшийся только на силу, снова надел её поверх.
Все силы и характеристики, включая Ауру, сосредоточены исключительно на физической мощи, но при этом сохраняются навыки фехтования.
Общая боевая мощь: 400 000А
Защита: 500 000А
Ан Сонхо посмотрел на красного токкэби в синих доспехах и сказал:
— И ты думала, что спасешь нас с такой силой?
— Хм. Вы сами попались, вот и результат. Пришли спасать, а сами в каком виде?
— Госпо-о-о-о-о-о-ожа-а-а-а-а!!
— Прости, Ким Сеён, я не знал, что ты здесь. Мы пришли не за тобой.
— Госпо-о-о-о-о-о-ожа-а-а-а-а!!
— Вау… как по-детски. Ан Сонхо, ты всегда был таким? Фу-фу, впрочем, мне нравится.
Ким Сеён совершенно естественно встала перед Ан Сонхо и отрядом «Зомби». Ослепительно сверкающая Аура делала давление, исходящее от неё, видимым.
— Скверна… Неужели скверна Господа не подействовала…?
Ким Ильджон, ошарашенно расслабив лицо, лихорадочно перебирал воспоминания в голове.
«Эта эминай точно касалась Комбинированного меча, и Безумца тоже… Хм… Меч…?»
Актерская игра, которую Ким Сеён демонстрировала всё это время, была достаточно убедительной, чтобы сбить Ким Ильджона с толку.
Если бы промывка мозгов просто не сработала, Ким Ильджон не придал бы этому значения. Но поскольку в дело вмешался сам Сатана, он не мог сразу броситься в бой.
— Неужели тот странный меч, который она всегда носила с собой?
— Хм. Память у тебя хорошая. Но уже поздно. Ан Сонхо!!
Ким Сеён, не сводя глаз с Ким Ильджона, закричала.
— Не Ан Сонхо, а старших Ан Сонхо.
Ан Сонхо был поистине железным человеком. Несмотря на то, что его отбросило ударом монстра, он тут же активировал Идею.
Ку-гу-гу-гу-гу!!
Колизей, который был раздавлен Третьим, снова показался на свет. Целью, конечно же, был заместитель командира «Песта», чье тело было покрыто проклятиями.
— Банк, Бездна, Пхеньян. Ну что, начинаем третий раунд?
— Хм!! Так всё это время это было лишь притворство?!
— Кр-р-р. Похоже, у тебя проблемы, Первый зверь.
В Колизее, созданном только для них двоих, появились токкэби и леопард-монстр. Почувствовав угрозу из-за поведения союзника, Третий поспешно издал рык для установления контроля.
— Хм. Что ты там вякнул?
— [Кра-а-а-а-а-а-а!! Покончи с собой!!]
[Монстр Дэниела Со, Третий. Принудительное управление]
Существа, услышавшие рык Третьего, должны беспрекословно подчиняться. Однако сопротивляемость подчинению прямо пропорциональна силе духа цели.
Оглушительный звук накрыл прекрасного и сильного Белого нефритового токкэби.
— Не могла бы ты помолчать?
— Кр-р?!
Ким Сеён, выдержавшая проклятия и скверну Ким Ильджона, не могла быть подчинена обычным рыком. Напротив, чтобы уменьшить шумовое загрязнение, она рванула к источнику шума.
— Всем держаться.
Ан Сонхо, который стал в 30 раз сильнее благодаря Сверхчеловеку и Бесконечному росту, также не поддался ментальному контролю.
— Кра-а-а-а-ак! К-крупный команди-и-и-ир!!
— Ха!! Старшие, держитесь!!
Даже отряд «Зомби», который по идее должен был быть подавлен, устоял, глядя на госпожу и крупного командира. Позитивное влияние сплоченного коллектива вызвало рост силы духа.
— Кр-р-р! Неужели это люди, на которых не действует моя власть!
Ухмылка.
Ким Сеён изогнула губы в улыбке, напоминающей лицо самого любимого человека. А затем,
— Кто-то сказал, что жизнь — это неспешность?
Она разрубила самую целую голову из всех, что были у Третьего.