Хотя этот день и назывался долгожданным четвертым, его начало ничем не отличалось от остальных.
Едва открыв глаза, они сразу принялись бегать, и в мучительной одышке всего тела определился порядок завтрака.
— А-а, такая свежесть.
— Тц.
Как и ожидалось, Пак Чинсон финишировал первым, а Ким Сеён — второй, завершив семь кругов. Обладая по-прежнему выдающейся силой в ногах, они демонстрировали нечеловеческий бег.
Однако проблемы начинались с третьего места.
— Так вам и надо, отбросы.
Пён Гиён пересек черту третьим. Пусть он отстал от первого и вторых мест на полтора круга, третье место тоже было впечатляющим.
— Ха-ах, ха-ах, ха-ах.
— Ко, командир…
Отряд «Безумные зомби», показывавший такие блестящие результаты, теперь барахтался в самом хвосте. Было сомнительно, смогут ли они вообще дойти до финиша.
От прежнего взгляда, готового поглотить всё на свете, не осталось и следа — рассинхронизированные руки и ноги да тяжелое дыхание красноречиво свидетельствовали об их нынешнем состоянии.
— Хм. Сегодня не отправляйтесь сразу на трапезу, ждите здесь. Нужно сделать объявление.
Ан Сонхо обратился к курсантам, завершившим утреннюю пробежку.
Хрусь.
Никем не замеченный, Ан Сонхо прикусил нижнюю губу так сильно, что выступила капелька алой крови.
Как только бойцы отряда «Зомби» закончили бег, ожидание, которое вовсе не казалось коротким, подошло к концу.
Иными словами,
— Фух-фух.
— Чё, чёрт побери.
Это означало, что отряд «Зомби» пришел к финишу последним. Еще вчера такую картину трудно было даже вообразить.
Учитель санчасти с темными кругами под глазами, доходившими до самого кончика носа, украдкой приблизился к Пак Чинсону.
— Чинсон-гун…
— Учитель, вы натерпелись.
— Прости меня. Мне правда очень жаль.
— С чего бы вам извиняться? Вы сделали всё, что было в ваших силах.
Источником всех этих проблем был Палочник, которого Пак Чинсон разделал под орех.
Глубокая рваная рана и перелом правой бедровой кости,
полный размолв костей и некроз кожи от левого запястья до локтя.
Из-за Палочника, пострадавшего настолько сильно, что дальше некуда, руки и ноги учителя санчасти оказались связаны.
— Эх… мне следовало постараться еще немного.
Потратив всю ночь на лечение трясущегося от страха Палочника, он совершенно не мог уделять внимание другим курсантам. Учитель санчасти потратил всю свою Идею на лечение всего одного Палочника до самого рассвета.
Полностью исчерпавший силы учитель санчасти все же нашел время взглянуть на раны бойцов 5-го отряда. Но это касалось лишь лечения последствий коллективной травли, а не восстановления выносливости.
— …Хм.
Низко надвинувший фуражку Ан Сонхо упер руки в боки. Одной этой величественной позы было достаточно, чтобы полностью подчинить себе просторный помост.
— Сегодня наконец-то последняя тренировка! Тяжело вам?!
— А, а-а, а-а-а-а-а-а-ак!!
— Ваши голоса осипли куда сильнее, чем в первый день. Прекрасно. Мы устроили короткое ожидание, чтобы вкратце объявить сегодняшний распорядок.
— А-а-а-а-а-а-ак!
— Курсант под номером 367 здесь?
— А-а-а-а-ак!
С самого заднего ряда, громче всех, с децибелами, от которых казалось, будто кричат прямо над ухом.
— Курсант под номером 367… с 05:00 сегодняшнего дня снова разжалован на 367-е место.
— Есть!
Пак Чинсон коротко и твердо ответил, будто заранее всё знал.
С какой-то стороны это был закономерный итог.
Куда подозрительнее было бы полное отсутствие реакции после столь бурных событий.
Вообще-то, это был инцидент, за который вполне могли и отчислить.
«Хе-хе. Классика есть классика…»
Тот факт, что курсант с 7-го места был разбит обладателем 367-го, и то, что 7-й номер больше не мог продолжать тренировки.
К тому же, какой-то рядовой курсант посмел вывести из строя старшего ефрейтора высшего класса?
Если немного притянуть за уши, это тянуло на чистейшее избиение старшего по званию (хагеку).
То, что всё ограничилось лишь падением в рейтинге, объяснялось исключительно проявленной Ан Сонхо заботой.
«Эх, терпеть не могу блат. Ну да ладно, на этот раз ничего не попишешь».N
Среди офицеров нашлись те, кому было любопытно, как именно он одолел 7-го номера. Ан Сонхо максимально подогрел их интерес и кое-как оградил Пак Чинсона.
Однако, в отличие от ситуации с самим Пак Чинсоном, любые упоминания и разборки по поводу коллективной травли испарились без следа. Казалось, явно проступало истинное желание командного состава замять это дело.
«Жаль, конечно… ну да ладно, сойдет и так».В
Поскольку нападавшей стороной являлась целая комната, инцидент кое-как замяли под предлогом закулисных интересов руководства.
Пак Чинсон, предвидевший такой исход, молча с ним смирился, чего нельзя было сказать о другой заинтересованной стороне — фанатиках.
— Ч-почему?! Почему баллы снижают только нашему командиру?!
— Эти ублюдки первыми полезли… эти ублюдки напали на нас первыми…!
— Товарищ инструктор! Командир виноват лишь в том, что защищал нас!
Взбешенный отряд «Безумные зомби» вышел из-под контроля, перестав слушать даже Ан Сонхо.
— 5-й отряд… молчать. Выполнять.
— Но ведь они первыми начали бить! Почему мы, пострадавшие, должны молчать?!
— Разве это по-человечески?! А! Разве это по-человечески, твою мать?!
— …Весь 5-й отряд, понизить в рейтинге еще на ступень.
Ан Сонхо беззвучно зашевелил губами.
— Да почемуууу! Какого черта! Почему падают только наши баллы?!
— Весь 5-й отряд, понизить в рейтинге еще на одну ступень.
— Хватит! К черту такие тренировки! Чему вообще можно научиться у людей, которые растоптали всю мораль…!
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак!!!
Огромный объем лёгкого Пак Чинсона породил невероятные децибелы. Звук был настолько оглушающим, что в ушах зазвенело.
Медленно окинув взглядом отряд «Зомби», Пак Чинсон неторопливо принял упор лежа.
— К-командир?! Командир, ты-то почему?
— Тихо. Живо делайте как я.
— Кхм. Черт!
— Кх-х-х-ук.
Отряд «Зомби», только что горевший яростью, теперь погрузился в пучину скорби. Опустившись вслед за Пак Чинсоном, они позволили нахлынувшим слезам беспрепятственно течь по лицам.
Обидно!
Отряд «Безумные зомби» был объединен лишь одним этим чувством. Их физические силы давно истощились, но сплоченность крепла с каждой секундой.
По правде говоря, с позиции инструктора наказать 5-й отряд было неизбежно. Не прояви Пак Чинсон сообразительность, всё могло перерасти в куда более крупный пожар.
— …5-му отряду отменить сегодняшний завтрак. Ждать в этом положении, пока остальные курсанты не закончат трапезу.
— А-а-а-а-а-а-а-ак!
— Хлип, хрысь, а, а-ак…
— Ох…!
Сдерживая слезы и всхлипывая, бойцы отряда «Зомби» выдавили из себя боевой клич.
— Сегодня утром офицеры тоже пройдут партизанскую подготовку вместе с вами. Покажите офицерам свое усердие.
Ан Сонхо сошел с помоста и направился прямо к курсантам. Шагая туда-сюда, он подбадривал измотанных новобранцев. А затем,
— Во второй половине дня пройдет бой в траншее, дающий больше всего баллов. Быть может, там вам удастся отыграться.
Он подошел ближе к мужскому 5-му отряду и произнес это вполголоса.
Топ-топ-топ.
По команде Ан Сонхо курсанты тихо двинулись в сторону столовой.
Из-за вчерашнего дождя раздавалось чавканье. Пятому отряду, вынужденному и дальше стоять в упоре лежа, приходилось слушать звуки шагов мерзких предшественников с особой отчетливостью.
— 5-й отряд я покараулю. Помощники, тоже марш в столовую.
Учитель санчасти вызвался присмотреть за отрядом «Зомби».
Мнительный учитель санчасти нервно крутился на месте, пока люди полностью не скрылись из виду.
— Чинсон-гун, тяжело ведь? Ребята! Вам тяжело?!
— Хе-хе. Никак нет.
— Хнык. Ах-ак…
— Я и сам устал, поэтому вылечить вас не могу, но хоть дать передышку мне по силам.
Именно поэтому учитель санчасти вызвался присмотреть за ними.
Несмотря на теплую заботу учителя, бойцы 5-го отряда упорно продолжали стоять в упоре лежа. Учителю санчасти потребовалось целых десять минут, чтобы уговорить бойцов отряда «Зомби» просто сесть.
Грязь, уже намертво прилипшая к телам, повергала отряд «Зомби» в уныние.
Этой грязи-то было кот наплакал, но казалось, будто на них нацепили железные доспехи.
— …….
— …….
Отряд «Зомби» и учитель санчасти какое-то время молча просто дышали.
То ли из-за недавнего дождя, но погода стояла безобразно ясной.
Земля еще не просохла, а небо уже обещало духоту.
— О… остальном уже возвращаются… Ребята, пора вставать.
— Спасибо, учитель санчасти.
— Буду ждать вашего выступления в дневном бою в траншее.
Учитель санчасти поспешно вернулся в медпункт, чтобы восстановить собственные силы.
Идея учителя санчасти была жизненно необходима для предстоящего дневного боя в траншее. Без этого не удастся провести его гладко — нужно во что бы то ни стало восстановить его способности.
Плюх!
Отряд «Зомби» снова принял упор лежа. Сердце рвалось взбунтоваться, но, увидев, как Пак Чинсон первым опускается на землю, они последовали его примеру.
Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп…
Во главе с офицерами курсанты вернулись на плац, поднимая тучи брызг и грязи. Каждый раз, когда тени этих ублюдков заслоняли солнце, накатывала невыносимая волна унижения.
И хотя курсанты между собой шушукались тихо, о высокопоставленных офицерах такого сказать было нельзя.
— Гляньте-ка на ребят из 5-й комнаты! Ну до чего молодцы!
— Вы чего это распластались? Ан Сонхо заставил?
— Вы же у нас такие выносливые, да? Будьте добры потом в бою!
Ха-ха-ха-ха-ха!
Офицеры прошли мимо, со смеху заливаясь — по их мнению, весьма раскованно.
Дрожжжь.
Отряд «Безумные зомби» уже не мог понять, дрожат ли их руки от усталости или от бешенства.
Еще вчерашней ночью они были счастливы, испив «газировку» возмездия Палочнику… Кто бы мог подумать, что в этой газировке окажется столько яда.
— Начинаем утреннюю гимнастику (PT).
По приказу инструктора Ан Сонхо все курсанты, включая офицеров, построились.
— Тц, как неохота.
— А можно не делать?
Вообще-то для офицеров это называлось построением лишь на словах, а на деле они вовсю важничали. Доказательством тому служило то, что ни один из них не надел пулезащитный шлем.
Как бы то ни было, гимнастика началась, но офицеры даже не собирались в ней участвовать. Опершись на одну ногу в самом первом ряду, они отлынивали, делая всё спустя рукава.
— Эй, поммощник, я ошибся.
Находились и такие офицеры, которые специально делали движения неправильно, чтобы их гарантированно вывели в сторонку.
— Фух, фух.
Единственным офицером, который хоть как-то пытался изобразить подобие движений, был командир 10-го взвода.
Комбат, который по идее должен был хотя бы присутствовать в качестве наблюдателя, вообще не явился на полигон.
— А-а-а-а-а-а-ак!!
В итоге пахали одни только курсанты, выкатываясь на грязевом поле. Стоило им выплюнуть попавшую в рот землю, как приходилось заглатывать новую порцию.
— Ха-ах, ха-ах.
— Кхм.
Хуже всех пришлось отряду «Зомби».
Из-за полного истощения сил их всё чаще стали выводить из строя.
Помощники-инструкторы были вынуждены выводить бойцов отряда «Зомби», но всё же старались создать им хоть какие-то удобства.
Поскольку военный врач отдыхал перед дневным расписанием, затягивать с этим было невыгодно для рейтинга. Однако,
— Курсант, встать и немного размяться. Выполнять.
— Опа! Помощник! Разве их не выгнали за ошибки? Тогда гоняй их еще усерднее!
Специально отлынивавшие офицеры не оставляли отряд «Зомби» в покое. Давя на помощников, они требовали гонять зомби еще сильнее.
Конечно, вряд ли такое случится, но будет неприятно, если отряд «Зомби» попадет в топ-50.
Тем, у кого душонка с гнильцой, высокие баллы ни к чему.
— Не сдавайтесь!
Пак Чинсон, намеренно ошибившийся в движениях, пришел подбодрить членов отряда «Зомби».
— Ой-ой! Да это же наш F-классник Чинсон! А в офицерской было весело, да?!
— Ты тоже накосячил с движением? Ну да, чего еще ждать от низкоранговых.
Пак Чинсон не обращал внимания на издевки офицеров. Механически двигая телом, он продолжал подбадривать соратников.
— Ни за что… ни за что на свете! Слышите, не сдавайтесь! Продержитесь как-нибудь до обедааааааааа!
— А-а, а-а-а! Ы-а-а-а-а-а-а-а-ак!!!
Прилив боевого духа отряда «Безумные зомби» на мгновение полностью подавил помощников и офицеров.
«Нельзя, ребята. Держитесь еще крепче».
Однако всё это было мимолетным видением (一場春夢).
Столь же тщетным, как весенний сон.
Хотя им удалось заставить замолчать всех, у кого были уши, этот эффект продлился лишь мгновение.
— А-а-а-а-а-ак!!
Пак Чинсон вовсю орал, чтобы хоть как-то дотянуть до обеда. Он делал это, чтобы приковать всеобщее внимание к себе и облегчить ношу отряда «Зомби».
Но вопреки титаническим усилиям Пак Чинсона, бойцы отряда «Зомби» постепенно теряли силы.
— Кх-х. Больше не могу.
— Ха-а-ах!
Резко возросло число бойцов с остекленевшими взглядами. Из тех, кто держался на ногах в здравом уме, уже никто не шевелился.
«Черт! Так мы все полежем!»
— Хм.
Осознав всю серьезность ситуации, Ан Сонхо сошел с помоста. Источая фирменное тяжелое давление, он прижал к ногтю курсантов поблизости.