Между встречей с детективом и повторным визитом гвардейца с госпожой прошло чуть больше суток. Даевин это время потратил на очередную интенсивную тренировку и спарринг-бои с остальными гвардейцами семьи Гайис.
В гостиной у Шерлока Холмса на столе лежали папки и бумаги. Он пригласил Даевина и Еву и присел на диван.
– Откопали мне «немного» информации, – интригующе проворонил детектив, окидывая взглядом гостей. – Эти ребята, похоже, из-за моего авторитета решили совсем не мелочиться. Пока вас не было, я изучил столько Люсьенов, сколько за всю жизнь не видел, и знаете, кого я нашел?
– Кого же? – с большим интересом переспросил Даевин.
– Люсьена Курвуазье, – твердо и четко ответил Холмс. – Вот та деталь паззла, которой нам не хватало. Это брат Гюстава и второй, старший сын барона Дерна Курвуазье.
– Брат Гюстава… Это покойный супруг мадам Курвуазье… Почему она не стала рассказывать о нем? Она точно не могла не знать о нем!
– Потому что он умер, – драматично ответил он.
Шерлок Холмс указал на кресла.
– Присаживайтесь. Постараюсь кратко и по существу.
Из базы данных полиции, которую мне доставили вчерашним вечером, я узнал о Люсьене с фамилией Курвуазье, умершем три года тому назад. Мне показалось странным, что он числится мертвым – это единственный Люсьен, который хоть как-то связан со всем вашим делом. В совпадения я не верю, поэтому решил глубже изучить биографию этого человека.Я узнал, что он, как и Гюстав, погиб во время экспедиции «Дальние земли». Лаконично. Их миссия заключалась в поиске земель для заселения на севере, где нет никаких следов человека – в основном, вулканические острова со спящими вулканами. Гюстав умер через два месяца после отправления, а причина смерти осталась невыясненной. Через некоторое время погиб и его брат Люсьен. Оба не вернулись. Члены команды экспедиции вернулись сразу, но без тел, сообщив, что похоронили их на красивом месте на побережье северного океана.
– Красиво звучит… Но раз вы упомянули, что тел не было, значит, полагаете, что они живы?
– Полагаю, что Гюстав все же погиб, а Люсьен «погиб» намеренно.
– Тогда, получается...
– Вы мыслите в верном направлении, господин Лоост. Возможно, мы думаем об одном и том же.
– Вот, почему «Вендетта»!
– Элементарно! – обрадовался детектив. – Люсьен не умирал в экспедиции, а инсценировал смерть, чтобы отомстить. Это и есть вендетта, Даевин. Я не отказываюсь от своего прежнего предположения – все, что произошло тем вечером, лишь подтверждает мои догадки.
Детектив достал трубку и положил ее в рот, собираясь зажечь.
– Родители Гюстава и Люсьена, Барон Дерн с Афиной Курвуазье, живут на севере Лейдена, в роскошном районе Грандо, Лаувей-стрит, 8. У них помимо сыновей есть дочь, Тилия, вышедшая замуж за Виконта Эдвина Морна. Люсьен – старший из братьев, женился на девушке из дворянской семьи Ле-Флер, Веронике. Как и младший, детей он не успел завести, «хотя были планы», – последнее детектив произнес так, будто цитировал. – Мадам Вероника Ле-Флер живет отдельно от семьи своих родителей и родителей Люсьена – в районе Вестфорт, Торфин-стрит, 22.Я говорю вам это, потому что сомневаюсь, что он никак не связывался с семьей с тех пор, как вернулся. Предлагаю пойти и поговорить с ними. Возможно, его семья не сразу доверится незнакомому гвардейцу, так что постарайтесь показаться максимально доброжелательными. Запишите куда-нибудь: родители живут в поместье в районе Грандо, Лаувей-стрит, 8, а жена – в своем доме в районе Вестфорт, Торфин-стрит, 22.
– Спасибо, я запомню. Что ж, госпожа Ева, извольте направиться туда? – язвительно произнес Даевин.
– Ой, конечно, мой гвардеец Даевин! – тем же тоном ответила она.
Детектив провел их к выходу, пожелал удачи и, предварительно вывесив табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ», заперся, чтобы приступить к экспериментам с новой субстанцией – ее действие, продолжительность и последствия он еще никогда не изучал самостоятельно. Со стороны это и правда могло бы показаться странным, но этого детектива не зря признавали лучшим.
***
«Столько мороки ради пятисот проз? – размышлял Даевин, пока ехал к поместью Барона Курвуазье. – Как бы не вышло так, что мы вообще уйдем в минус, так и не завершив это дело!»
Добравшись до ворот поместья на Лаувей-стрит, 8, Даевин с Евой изумились виду здания и прилегающей территории. За высокими металлическими решетками раскинулся сад из красных и розовых роз. К дому вела мощеная брусчаткой дорожка, с обеих сторон укрытая тенью молодых деревьев. Само же поместье было выдержано в том же стиле, что и остальной город – высокое двухэтажное здание в викторианском духе, с острыми шпилями на краях крыши, придававшим всей картине грандиозности.
У ворот с внутренней стороны стоял патрульный гвардеец семьи. Даевин, увидев его, первым делом подошел и обратился:
– Доброго дня. Меня зовут Даевин Лоост. У меня вопрос к хозяину поместья, барону Дерну Курвуазье, касательно его сыновей – Гюстава и Люсьена.
– Хм, – гвардеец призадумался, склонив голову на бок. – Необычное предложение… Хорошо, я узнаю, что скажет господин. Если вас не затруднит, подождите здесь, это займет всего минуту.
Через некоторое время он вернулся и отпер ворота, впуская гостей.
– Проходите за мной, господа! Господин Курвуазье оживился, услышав причину вашего визита!
Уже внутри, в роскошном вестибюле здания, выглядевшего как музей. Их встретил мужчина в возрасте – в белом обмундировании, с фамильным гербом в виде трех роз на груди и рапирой на поясе. У него была опрятная козлиная бородка и длинные усы с загнутыми вверх кончиками. Несмотря на «оживление», о котором говорил гвардеец, выглядел он не слишком радостно.
– Новости о моих сыновьях воздействуют на меня особым образом, – он махнул головой, приглашая гостей следовать за ним. – Надеюсь, вам есть что сказать хорошего. Прошу, идемте.
– Все может быть, господин Курвуазье. Мы явились к вам не с пустыми руками.
– М-м, – он вздохнул и с надеждой посмотрел на Даевина. Проведя их в одну из ярких гостиных, он указал на кресла; оба гостя сели.
«Похоже, чем человек богаче, тем у него приятнее и удобнее кресла. Наши в резиденции Гайис и рядом не стоят!» По выражению лица Евы, Даевин понял, что и ей понравилось сидеть в таком кресле.
– Желаете чай, кофе, десерты? Э-эх… – барон опустился в кресло сам. Их окружало двое суровых гвардейцев, не снимавших рук с эфесов мечей, и одна горничная с припущенным взором.
Позади барона Дерна Курвуазье висел большой семейный портрет: Дерн и Афина в центре, Гюстав и Люсьен по одну сторону от родителей, и Тилия –по другую. Гюстава Даевин узнал сразу – он видел его на портрете у мадам Курвуазье: волнистые волосы средней длины, яркие голубые глаза, острая челюсть и короткая козлиная бородка на улыбчивом лице. Люсьен был очень похож на брата, только улыбки на его лице не было, волосы достаточно короткие, а вместо щетины – длинные усы, закрученные кверху.
– Спасибо за предложение. Мы можем говорить о вашей семье в присутствии всех гвардейцев?
– Да, за них не беспокойтесь – они тоже часть семьи.
– Хорошо. Я начну по порядку.
Недавно в газете я увидел объявление мадам Наталии Курвуазье о пропавшей шкатулке с драгоценностями и оставленной на месте преступления записке с надписью «Вендетта». Я новый гвардеец, и мне бы не помешали лишние деньги – я взялся за дело. Поговорив с мадам Курвуазье, женой вашего покойного сына Гюстава, я узнал детали кражи и начал разбираться. Тот, кто украл шкатулку, оставил письмо с заметным запахом. С помощью небезызвестного детектива, господина Шерлока Холмса, используя знания о запахах, мы поняли, что в деле замешан клуб «Виллен» – там заказчик нанял профессионального вора, чтобы все выполнить, не оставляя следов. Как я его вычислил? Разместил похожее задание, и он явился и ко мне! Я устроил засаду в том месте, куда послал его, и у меня все вышло. В тот вечер, когда я его поймал, мне удалось получить от него только одно имя – Люсьен.
В тот момент, когда Даевин произнес это имя, барон Курвуазье поперхнулся чаем. Мужчина решил не перебивать, извинился и попросил продолжить, не обращая внимания. Теперь было видно, что он заинтересован.
– Мы не знали, кто это, и на всякий случай вернулись к мадам, чтобы узнать. Она сказала, что не знает людей с таким именем. После этого мы снова обратились к детективу Шерлоку Холмсу и навести справки. Спустя день он узнал, что есть некий Люсьен с фамилией Курвуазье, родной брат Гюстава. Узнав биографию ваших сыновей, мы утвердились во мысли, что Люсьен вполне может быть жив, а все произошедшее – это вендетта, его месть. И вот, после всего, что мы узнали, мы пришли к вам, надеясь, что вы все же знаете больше.
– Святые небеса! Стоит ли сообщить это Афине?!
– То есть вы ничего не знаете?
– Нет! Если все это правда… Вы представляете, как мы жили? Столько лет… – Дерн Курвуазье поднялся и заметался по комнате, бубня что-то себе под нос.
– Следующий наш шаг – это как-то найти его! Вы… не знаете, как его найти, да?
– Люсьен был очень закрытым ребенком, в отличие от нашего младшего, Гюстава. Всегда мало говорил, почти не делился новостями… Подумать только – если он жив… Почему он ничего не сообщил?
– Остается только гадать. После вас мы собираемся поехать к его жене. Может, хотя бы к ней он приходил?
– Конечно. Позвольте предложить вам нашего же шофера – у нас есть свой личный экипаж. Он отвезет вас к почтенной Веронике Ле-Флер.
– Хорошо, – Даевин и Ева переглянулись. – Мы не возражаем.
– Еще, простите, не поделитесь, как зовут вас?
– Я Даевин Лоост, королевский гвардеец.
– Я Ева Гайис, его госпожа.
– Приятно познакомиться, – Дерн Курвуазье поклонился и провел их ко двору. – Пожалуйста, если будут новости, поделитесь. Мы вас отблагодарим, как только пожелаете.
Проведя к кэбу, он помог подняться Еве, подав руку, пропустил Даевина и снова заговорил.
– Желаю вам удачи. Лучик надежды всегда вдохновляет. Пусть Солнце осветит ваш путь.
***
– По всему поместью сразу расползлись слухи. Это правда, что почтенный Люсьен может быть жив? – внезапно спросил кучер, который их вез. Это был тот самый гвардеец, дежуривший у входа. – Простите, можете не отвечать, если мой вопрос нескромен.
– Зависит от того, насколько он вам важен, – каверзно ответил Даевин. – Но да, возможно, он жив. Поэтому мы хотим найти его.
– Он был моим лучшим другом. Знаю, дружеские и близкие отношения между гвардейцем и его господином – возможно, моветон, – Даевин и Ева почему-то переглянулись и снова уставились на спину извозчика, – но у нас именно так и было. Он никогда не отдавал приказов, был очень скромным, при этом за замкнутостью скрывалась достаточно яркая натура. Его потеря вместе с братом Гюставом сильно ударила по всей семье – и даже по гвардейцам. Мы все были разбиты. Поэтому узнать, что Люсьен может быть жив, для меня – как глоток свежего воздуха…– Понимаю, – ответил Даевин, – потеря близкого человека, особенно друга, который стал как брат, – одно из самых тяжелых испытаний. Даже врагу такого не пожелаешь.
– Что будете делать после того, как поговорите с госпожой Ле-Флер?
– Если и она не в курсе, то снова зайдем в тупик и не будем знать, что делать дальше.
Через некоторое время они доехали до дома Вероники Ле-Флер – Торфин-стрит, 22. Пожелав удачи, гвардеец уехал, оставив их у дверей. Даевин постучал и взглянул на Еву… И внезапно его охватило озарение:
«Иногда я совсем забываю, насколько она красива. Легкие кудри, нежные формы лица, глубокие голубые глаза…» Он засмотрелся и застыл на месте, пока Ева не щелкнула пальцами перед его носом. В тот же миг дверь открылась.
Ее приоткрыла молодая женщина – рыжие длинные волосы были собраны в хвост, свисавший почти до пояса. Взгляд у нее был слегка растерянным: явно не ожидала, что кто-то явится.
– Добрый день, госпожа Ле-Флер. Меня зовут Даевин Лоост, я бы хотел задать пару вопросов о вашем муже, Люсьене.
– О моем муже? – с раздражением переспросила она, но тем не менее, открыла дверь. Вероника окинула гостей подозрительным взором: – А вы кто, юная леди?
– Ева Гайис, госпожа его. Он мой гвардеец – выполняет интересующее его дело мадам Курвуазье. А поскольку он мой сателлит, а мне заняться нечем, я решила его сопровождать.
– Госпожа сопровождает гвардейца? Выглядит странно.
«Странным выглядит то, что ты акцентируешь внимание на нас, когда мы хотим поговорить о твоем муже.»
– Таково было ее решение. Так что, вы не против поговорить?
– Против, – твердо отрезала девушка. – У меня нет желания говорить с незнакомцами о нем. Не лезьте не в свое дело – дважды повторять не стану. Я вызову полицию!
– Полицию? – вмешалась Ева. – То есть ваш муж, возможно, жив, и мы пытаемся разобраться, а вы тут хотите на нас полицию вызвать?
Вероника была удивлена. С открытым ртом она долго смотрела на гостей, затем покачала головой и ответила уже спокойно:
– Спасибо за интерес. Простите за проявленную грубость, но боюсь, мне нечем вам помочь, – отведя взгляд и прикрыв лицо рукой, ответила хозяйка дома. – Здесь правда нечего искать.
И закрыла дверь, оставив Даевина и Еву в полной растерянности. Они еще какое-то время смотрели на дверь, а потом переглянулись.
«Ну, что ж, – подумал Даевин, – раз так…»
– Видимо, не всем историям суждено прийти к логическому завершению.
– Жаль, очень жаль. Ладно, пойдем домой – я устала… Хочется поесть и принять ванну. А ты пока прочитаешь другие новости. Вдруг найдется еще что-то интересное.