Молодой гвардеец собрался с мыслями и направился в район Ренейх. Тот находился довольно далеко – топать пешком предстояло четыре с лишним километра. На такую прогулку ушло бы слишком много драгоценного времени, поэтому, не желая медлить, он нанял проезжавший неподалеку двухколесный кэб и велел кучеру гнать в сторону нужного района. Даевина подстегивала мысль: чем скорее он разберется с этим заданием, тем быстрее станет обладателем нового меча из легендарной черной стали, обладавшего несравненной прочностью и остротой.
***
Пока экипаж стучал колесами по мостовой, Даевин сквозь мутное окошко кареты разглядывал открывавшиеся виды «прекрасного» района. Ренейх дышал старостью. Дома здесь редко возводились выше трех-четырех этажей, а местная архитектура не славилась ни деталями, ни дороговизной. Даже внешний облик большинства домов желал оставлять лучшего: повсюду виднелись сколы, трещины и застарелые пятна неизвестной природы. В большинстве этих тесных квартир ютилось сразу по несколько малоимущих семей, которым было попросту деваться некуда. Фасады зданий выглядели очень неопрятно: хлипкие балкончики были сплошь завешаны сушащимся бельем, где дырявое нижнее вперемешку соседствовало с элементами поношенной верхней одежды.
«Какой угрюмый район… Вот с таким и должна бороться эта мисс Элизабет Гайис. Конечно, тут дела обстоят не так ужасно, как в Восточном районе, где на улице наркоманы шастают, беспризорные дети постоянно обворовывают незадачливых прохожих, всюду стоят вонь и густой смог от фабрик… Но все равно неприятно видеть, как люди еле выживают, горбатясь за сущие гроши.»
Отыскать среди всего «великолепия» района Ренейх кузню, разительно отличавшуюся от жилых застарелых коробок, совсем не составило труда. Приземистое одноэтажное здание под высокой крышей из темной черепицы. Окна мастерской ярко горели, а из трубы дымохода вылило больше дыма, чем из локомотива поезда, а это значило лишь одно – легендарный мастер Флеймсворд все еще работает.
Попросив извозчика остановиться неподалеку от кузни, Даевин отсчитал за поездку четыре прозы и сошел на землю. Молодой гвардеец подошел к широкой двери и постучался. Почти сразу изнутри донесся тяжелый, рокочущий голос: «Войдите».
Стоило Даевину открыть дверь, как него хлынула волна палящего зноя – он словно попал в божественное царство Аудиса. Его встретил низкорослый, широкоплечий мужчина с завидным голым торсом и окладистой огненно-рыжей бородой. Это, без единого сомнения, тот самый кузнец Флеймсворд.
Обратив свое внимание на парня в гвардейском обмундировании, кузнец замер. Он отложил тяжелый молот, отбросил щипцы на рабочий стол и жестом пригласил юношу пройти за ним в соседнюю, менее жаркую комнату.
Дернув за шнур, хозяин кузни зажег завораживающую электрическую лампу, окруженную специальной системой линз для усиления света. Широким жестом, он пригласил гостя присесть на мягкое кресло, а сам расположился напротив, на грубом деревянном табурете. Виллод Флеймсворд прочистил горло и первым нарушил тишину:
– Приветствую вас, господин молодой гвардеец. Мне сообщили, – голос его был довольно басистым, в нем все еще отчетливо слышалась одышка после тяжелой физической работы за наковальней, – что вы меня ищете... Могу узнать, по какому поводу?
– Рад нашей встрече, господин Флеймсворд, – Даевин вежливо кивнул, приложив руку к сердцу в знак почтения. – Насчет повода… Вам правильно сообщили... кто бы это ни был. Мне нужно узнать от вас, как попасть к кузнецу МакДаффу. У меня к нему дело.
– Дело, говорите... Хм-м... Думаю, если ко мне вас послал один из аксакалов, то отпираться и отрицать очевидное нет смысла. Я действительно знаю, как добраться к Дайеру, но есть одна загвоздка, – мужчина интригующе завил бороду пальцем. – Мы с ним друзья, довольно да-авние друзья... Поэтому у вас должен быть до ужаса веский довод, дабы я помог вам с вашей просьбе.
– Я… не знаю, – Даевин неловко отвел взгляд. – Мне было строго велено вообще никому не рассказывать. Угрожали расправой, если выяснится, что кто-то узнал.
– Послушайте, молодой господин, – кузнец подался вперед, оперевшись локтями о бедра. – Сейчас я – единственный кузнец во всем Лейдене, кто может вам помочь. И то лишь в том случае, если сочту, что вы этого заслуживаете... Когда дело касается друзей, нельзя быть беспечным. Вы не производите впечатление безумного авантюриста или опасного фанатика, а уж тем более – последователя идей Нового Порядка, поэтому я изначально настроен к вам дружелюбно. Однако если вы отказываетесь объяснить, зачем вам понадобился Дайер, то как я могу быть уверен, что ваше вмешательство не навлечет на моего друга беду?
– Я ничего вам не скажу... – интригующе произнес Даевин.
– Хм? – кузнец приподнял бровь.
– Но взглянуть я вам дам, – парень вынул схему из поясной сумки и протянул кузнецу. – Это то, из-за чего я здесь.
Следующие несколько секунд Флеймсворд рассматривал записи на чертежах.
– Хм... О-ох, – кузнец внимательно вчитался, а затем рассмеялся в голос. – Ха-ха! Надо же! Теперь-то все понятно. Печать семейства Гайис. Думается мне, человек, передавший вам чертежи, и является тем, кто грозил расправой в случае, если вы решите афишировать заказ?
– Да, так и есть.
– Понимаю. Что ж, не волнуйтесь, – кузнец задумался, а затем посреди наплыва идей издал подозрительный смешок. – Я расскажу вам о лазейке, которой пользуюсь сам, чтобы добираться до Дайера относительно незаметно и безопасно.
Он снова задумался, обратив внимание на предмет чертежа:
– Меч из торианской черной стали, надо же... Один такой стоит почти столько, сколько моя кузня зарабатывает за пару месяцев, не меньше... Подобные мечи – величайшая редкость. Вы, похоже, знатно отличились в боях, раз заслужили столь щедрую награду?
– Ну-у, можно и так сказать, наверное, – Даевин отвел стеснительный взгляд. – Обо мне частенько так говорят.
– И при этом скромничаете, – Флеймсворд вежливо вернул сверток Даевину. – Это хороший знак, молодой господин. Ладно, не будем отвлекаться. Когда вы планируете отправляться?
– Да хоть сейчас. Я уже давно хочу покончить с этим делом.
Кузнец кивнул и уставился на молодого гвардейца, прежде чем спросить:
– Что вам известно о заброшенных сточных каналах под городом, которые, по сути, превратились в секретные артерии?
– Я многое о них слышал. Но ни разу, признаться, с подобным не сталкивался. Если честно, это даже звучит сомнительно: входа и выхода же оттуда нет, давно запечатали все?
– Никто не отбросит инструмент, из которого еще можно получить выгоду, – наивность Даевина заставила рассмеяться кузнеца. – Есть одна лазейка, известная лишь мне и паре других ребят. К северо-востоку от Цитадели есть фонтан, называется «Хризантема Юга».
– «Хризантему Юга» я знаю, – оживился парень. – Патрулировал около нее много раз.
– Отлично. Тогда вам будет легче разобраться. К западу от фонтана раскинулся заброшенный квартал. Там вы найдете несколько колодцев, но вам нужен именно тот, который накрыт самыми гнилыми и вонючими досками. Внутри него скрыта лестница, выбитая прямо в кирпичной кладке, – отличный способ замаскировать лаз, к слову. Так вот, эта лестница выведет вас к каналам. Когда спуститесь по ней, пройдите по по пути, в котором кирпичи сильнее всего выкрошены, вода грязнее и повсюду имеются отметины. Другие ответвления будут казаться почти нетронутыми, потому что по ним почти никто не ходит. Ну и… остерегайтесь тамошних крыс. Они там неделями голодают, так что свежий человек для них – настоящий деликатес. Впрочем, думаю, вам хватит сил отбиться от них, раз даже я это делаю без особых проблем.
– Ясно, я запомнил все. Фонтан «Хризантема Юга», к западу от него заброшенный квартал, колодец с самыми гнилыми досками и самый использованный путь. Хорошо, я тогда пойду прямо сейчас.
Даевин уже было собрался уходить, но Флеймсворд подхватил его:
– Погодите. Сейчас принесу кое-что...
Кузнец скрылся в соседнем помещении и минуту спустя вернулся с небольшим переносным светильником. Внутри устройства располагался отсек для топлива – китового жира – и механический отсек для розжига. Стоило высечь искру, как нужно было тут же защелкнуть толстую стеклянную линзу, рассеивающую свет, многократно улучшая видимость.
– Жира тут хватит на часок-другой, – добродушно пояснил Флеймсворд. – Весь маршрут от колодца до мастерской Дайера занимает всего двадцать минут. Так что даже если пойдете самым неторопливым шагом – успеете с запасом. Огниво, надеюсь, у вас при себе?
– Конечно! – с гордостью ответил юноша. – У меня в сумке чего только нет. Все держу на всякий случай.
– Такой случай как раз на пороге, – он вручил светильник Даевину. – Но прошу, не забудьте вернуть. Мне самому уже завтра надо идти к нему.
– Обязательно. Спасибо вам за помощь, вы мне очень помогли, господин Флеймсворд.
– Будет еще время для благодарности, – отрезал кузнец. Он встал за Даевином и проводил до выхода. – Всего вам хорошего, молодой господин.
На этих словах они крепко попрощались. Оказавшись на улице, Даевин заметил, что город почти окончательно погрузился во тьму. Разум велел идти домой, отдохнуть, и отправиться к королевскому кузнецу завтра с утра, но будоражащие мысли о мече из легендарной торианской стали не давали покоя. Парень твердо решил довести дело до конца прямо сейчас.
Пришлось, конечно потратить еще больше денег на путь, чтобы сэкономить время, из-за чего в итоге у Даевина в кошельке осталось всего четырнадцать проз из тридцати, что было в начале дня.
«Я уже почти целиком потратил всю последнюю стипендию. Как мне жить дальше-то? Придется экономить на всем, пока полноценно не вступлю на службу...»
***
К моменту, как кэб доехал до заброшенного квартала, успело полностью стемнеть. Это была еще не глубокая ночь, но людей на улицах стало куда меньше.
«Это хорошо. Меньше шансов, что кто-то в этом квартале еще бодрствует.»
Квартал был официально заброшен и как бы «закрыт» – путь в него преграждали доски и листы дешевого шифера, но никто не мешал просто сдвинуть их в сторону и пройти. Даевин так и поступил. Проскользнув в узкую лазейку между досками, он очутился в довольно мрачном месте. И если бы не тусклые отсветы газовых фонарей с соседних улиц, здесь царила бы непроглядная тьма. Пока оставалась возможность видеть невооруженным глазом, Даевин пробирался вглубь квартала, не зажигая одолженный светильник.
Он осторожно проходил по заросшим сорняками и травой улочкам, внимательно осматривая по пути каждый двор. Время от времени он слышал то чей-то храп, то невнятный лепет. Через несколько минут кропотливого скрытного поиска двора с колодцем, Даевин услышал, как кто-то оживленно беседует в просторном полуразрушенном поместье. Парень бесшумно прижался к стене и прислушался.
– ... наверное идти.
– Сегодня духота страшная, мне неохота. Снова вспотею и начну вонять, а я только позавчера искупался, – звучал тонкий и неуверенный голос. Даевин дал его обладателю не больше тридцати лет.
– Да ладно тебе, – оборвал его более уверенный голос мужчины постарше. – Ты не на свидание собрался, болван. Мы просто женщинам сиськи мять идем! Все равно ведь убегаем после этого, как обычно. Какая разница, воняешь или нет?!
«Да ладно, неужели те самые извращенцы?! – подскочил про себя Даевин.
Это совсем не простые извращенцы. Как верно подметил Даевин, это «те самые». По Лейдену уже несколько недель ходят слухи о так называемой «банде извращенцев». Эти подонки нападали на беззащитных женщин по вечерам, лапали их и сбегали, запугивая несчастных до истерики и шока. Никто до сих пор не догадывался, где они засели, и вот наконец по воле случая Даевин наткнулся на них, и тут он решил:
«Надо будет остановить эту шваль, однако не сейчас.»
– Ну ладно, ладно, – заворчал первый в ответ на претензии.
– Ночью все равно только блудницы и куртизанки по улицам ходят, – глумливо рассмеялся еще один мужчина. – А у них клиенты-то похуже нас бывают. А мы их просто трогаем, ничего такого ведь!
«Только блудницы и куртизанки?! Мерзкий слизень! Тебе дико повезло, что я очень занят!» – злостно думал про себя Даевин, молча подслушивая разговор.
– Какая сегодня улица? – спросил еще один молодой голос.
– Райончик около Бастиона.
– С ума сошел? – дернулся первый. – Там же опаснее! Гвардейцев куда больше, чем в любом другом районе Лейдена!
– Тем-то веселее. К тому же там неподалеку есть ночлежка для бездомных. Если что, запрячемся там.
– Ладно, погнали.
После сказанного послышались шаги нескольких человек, направляющихся к выходу из поместья. Через несколько секунд оттуда вышла целая толпа из семерых человек самого разного телосложения. Даевина, засевшего в высокой траве у кирпичной стены, они попросту не заметили и быстро скрылись во тьме квартала.
«Видимо, банда вышла на новую охоту. Но с чего бы им это делать? Неужели это доставляет особое удовольствие? И почему раньше этих нападений не было, будто они активизировались по неизвестной причине?»
Но это не повод сейчас бросать свое дело. Даевин расставил приоритеты и продолжил пробираться по темным, заросшим улочкам заброшенного квартала в поисках нужного колодца. Он подметил, что бездомные обжили почти каждый полуразрушенный дом: то и дело из темноты дворов доносились тяжелый храп и подозрительный шорох.
«Может, и сама банда извращенцев – это поголовно все бездомные? Тьфу, опять я отвлекся! Этим делом точно надо будет заняться в ближайшем будущем!»
Молодой гвардеец проверил несколько колодцев. В первых двух стояла тухлая вода со всякой подозрительной зеленой тиной, в третьем оказалась зияющая пустота, словно сама Бездна решила взглянуть на Даевина, и лишь в четвертом закрытом гнилыми досками наконец обнаружилось то, что нужно – лестница из углублений в стенке колодца. Слегка оттащив в сторону склизкие, трухлявые доски, от вони которых парня чуть не вывернуло наизнанку, он заглянул в черноту и негромко аукнул. Эхо гулко покатилось вниз. Это и правда то, что он искал.
Извлекая огниво, Даевин привычным движением чиркнул кремнем о сталь. Высеченная искра мгновенно распространилась на фитиль и зажгла его. Молодой гвардеец поспешил защелкнуть стеклянную линзу, усаживаясь на край каменного лаза. Он прикрепил светильник к поясу и начал спуск: левой рукой он ухватился за выступ, правой аккуратно вернул гнилую крышку из досок на прежнее место. Не оставив после себя следов, он был уверен, что может идти дальше.
В кромешной темноте, которую лишь слегка перебивал дрожащий свет фонаря, Даевин осторожно продвигался вниз. Он не видел абсолютно ничего, кроме узкого круга света прямо перед собой. Обоняние парня обострилось до предела. С каждым выступом, высеченным в стенке колодца, удушливое зловоние гнили, старья, сырого мха и застоявшейся плесени накатывало на него все сильнее и сильнее. Едва сапоги коснулись дна колодца, Даевин судорожно схватился за свой нос – местный воздух был просто невыносимым для его обоняния. В обычной ситуации он любил похвастаться отменным чутьем, но сейчас у парня кружилась голова от каждого вдоха!
– Какая же... вонь... Об этом мне Флеймсворд не говорил! Фу-у.
Даевин повыше натянул плотный воротник гвардейского мундира, чтобы хоть на самую малость заглушить поступающую в нос вонь сточных каналов. Не задерживаясь ни на секунду, он устремился вперед по единственному пути. Ему было плевать на все – сейчас Даевина подстегивало лишь желание поскорее выбраться из этого проклятого места.
Наткнувшись на развилку, он бегло осмотрелся и без колебаний свернул в проход, стены которого были испещрены хитро выковырянными отметинами. На следующей попавшей развилке Даевин мгновенно интуитивно выбрал пойти по той тропе, где кирпичная была наиболее разрушенной.
Внезапно, Даевин осекся и замер на месте от интереса. Ему послышались мелкие, но многочисленные шажки со стороны другого темного туннеля ведущего в темноту. Судя по нарастающему шуму, что-то приближалось именно к нему, поэтому он схватился за рукоять обломка меча, решив выждать и лично увидеть источник звуков.
«Возможно, это те крысы, о которых упоминал кузнец Флеймсворд. Так-так, что это там...»
– Твою же мать!! – вырвалось из глубин его легких, когда луч светильника выхватил надвигающуюся угрозу. – Крысы?! Какого хрена они такие огромные?!
Твари невообразимо огромных размеров, каких этот молодой гвардеец, как и, пожалуй, любой житель города, никогда не видавший, стремительно вылетали из темноты. Они выглядели омерзительно: покрытые язвами гниющие тела, уродливые морды с кривыми зубами и оголенными от разложения черепами, мутные глаза, придающие ощущение ужаса. Габаритами эти подземные крысы превосходили привычных городских, и без того крупных и мерзких, по меньшей мере раз в десять.
Даевину в голову словно что-то ударило, и он со всей возможной скоростью рванул вперед по правильному туннелю. Никогда в жизни он еще не бегал так безудержно, как сейчас! На бегу парень споткнулся о торчащий кусок кирпича и кубарем полетел в грязную воду. Однако он мгновенно вскочил на ноги, не обращая внимания на боль и грязь, и продолжил бегать дальше. Никогда еще в жизни Даевин так сильно не пугался животных, однако эти гниющие заживо крысы пробудили в нем первобытный, дикий страх быть заживо съеденным.
К счастью для молодого гвардейца, двигались эти твари довольно неуклюже и медленно, хоть и выглядели неописуемо страшно. Вскоре Даевину удалось оторваться от преследователей: мерзкий писк и шуршание позади наконец прекратилось. Жадно глотая воздух, он замедлил шаг и пошел дальше. Кажущийся бесконечным коридор близился к тупику, и там, в конце, был виден тусклый свет лампы.
– Наконец-то! – с облегчением выдохнул Даевин. – Свет в конце тоннеля! Пора выбираться из этого дерьма.
В конце туннеля обнаружилась лестница, уходившая вверх к массивному люку. Даевин поднялся по ней и плечом налег на люк, выбравшись в тесный каменный коридор. В конце этого коридора виднелся причудливый рычаг, который молодой гвардеец без колебаний дернул вниз.
Тяжелая стена, стоящая рядом с рычагом, со свистом выпустила струю пара и плаво перекатилась по своей оси на миниатюрных рельсах. Даевину открылся вид на складское помещение, и он шагнул внутрь. Стена совершила полный оборот и вернулась к прежней позиции.
«Интересные тут механизмы… Так, что же делать дальше? Не посчитает ли меня мастер МакДафф вором?»
Глаза Даевина побежали по всей амуниции, что имелась в этом складе, и его глаза округлились от изумления: на стеллажах покоились диковинные мечи, совмещенные с барабанными револьверами – впервые молодой гвардеец такое видел подобное чудо инженерии так близко. Рядом ровными рядами лежали автоматические и полуавтоматические арбалеты, оптические прицелы под винтовки, ящики со снарядами, несколько слитков черной стали, соседствовавших со слитками других цветов. Через некоторое время послышался чей-то голос из комнаты за дверью:
– ... да-да, господин Маурдер, и вам доброго вечера!
Следом засов щелкнул, дверь распахнулась, и на склад вошел невысокий мужчина зрелых лет с окладистой черной бородой. Увидев вместо привычного Виллода Флеймсворда какого-то вонючего незнакомца, он опешил.
– А ты еще кто такой? Что тут делаешь? – он машинально потянулся к двуствольному дробовику, висевшему на стене, и нацелил дуло прямо в грудь непрошенного гостя.
– Я Даевин Лоост, – парень испуганно вскинул руки, стараясь не делать лишних движений. – Клянусь всем, что у меня есть, я не вор. Я по делу, честное слово!
– По делу, говоришь? Из какого пути? Что с Виллодом? Отвечай, пока я не изрешетил тебя!
– Если позволите, – Даевин осторожно указал подбородком на поясную сумку.
Кузнец кивнул, давая парню возможность объясниться:
– Только медленно! Без глупостей!
– Вот, смотрите, – гвардеец аккуратно извлек слегка измазанный в грязи сверток и протянул МакДаффу. – Марцин Баттовски велел передать его лично вам, чтобы вы сковали клинок. А пришел я оттуда, – добавил юноша, показывая на шкаф, рядом с которым находится потайная стена, – как раз от Виллода Флеймсворда.
Мужчина остепенился, едва завидев чертеж. Он принялся изучать содержимое, держа направленную на Даевина двустволку одной рукой.
– Хм-м, я понял, – тон его сразу смягчился, и он опустил ружье. – Значит, одноручный меч с удлиненным лезвием. Торианская сталь… Займет ровно день изготовление такого меча. Судя по внешнему виду, вы пока еще молодой гвардеец. Чем же вы могли так впечатлись госпожу Гайис, что она доверила вам такое сокровище?
Даевин хотел было ответить, но кузнец продолжил:
– Я вспомнил. Два дня тому назад меня навестил мистер Баттовски. Он предупредил о некоем «талантливом молодом фехтовальщике», который должен со дня на день явиться ко мне в мастерскую. Получается, он говорил о вас?
Коренастый кузнец закончил изучать чертеж и аккуратно положил листы на край стола, рядом с причудливым журналом.
– Для меня, конечно, честь познакомиться с вами лично, «Левша». Но позвольте спросить: какого хрена вы поперлись через сточные каналы?! На этом документе стоит печать семейства Гайис. Вы могли бы просто предъявить ее караульным на входе в Цитадель, и они бы без труда провели вас ко мне!
– Но мистер Баттовски сказал, чтобы я никому не показывал чертеж, иначе убьет!
– Да, печать знатного рода – это не игрушки. Но среди своих гвардейцев… Ах, точно, вы же еще не выпустились. Ладно. Можно сказать, вы блестяще справились с задачей, хоть и таким... экстравагантным способом. А Виллоду-то вы показали печать? По-моему, иначе бы он ни за что не поделился секретом подземелья.
– Да, все так, – по-детски кивнул Даевин.
– Ясно, – кузнец задумался на секунду, а затем стукнул себя по голове. – Понять не могу. Виллод прекрасно понимает, что печать дает особое право на посещение Цитадели. Зачем он рассказал про секретный путь? Шутки ради? С ума сошел на старости лет!
– Я знаю меньше вашего, господин, – парень растерянно пожал плечами.
– Послезавтра к утру меч уже будет готов. Тогда и приходите забирать свой заказ. Я оставлю караульным официальное распоряжение на ваше имя, так что на входе никаких проблем не возникнет. А вот про секретную лазейку, – МакДафф указал на вращавшуюся стену, – забудьте раз и навсегда. Это приказ.
– Да, конечно.
– Запах от вас исходит, конечно, прескверный, – поморщился МакДафф. – Не сочтите за грубость, но вы воняете куда сильнее, чем Виллод, когда заглядывает ко мне.
– Мистер Флеймсворд забыл упомянуть, что в каналах водятся крысы размером с половину меня! Я упал, когда убегал от них!
– Ха-ха-ха-ха, – он разразился громким хохотом. – Будет, что рассказать Марцину Баттовски. Чертеж я оставлю у себя, вам он больше ни к чему. Пройдемте за мной. Я провожу вас к главному выходу, чтобы не создать проблем ни для кого.
Они покинули склад и пересекли рабочую залу с пышущей плавильней, наковальней, тяжелыми станками, ведрами и другим кузнечным инструментарием. Далее они последовали в парадный кабинет, больше напоминавший зал с застекленными витринами, где МакДафф принимает высокопоставленных заказчиков.
Кузнец запер за ними изящную дверь лавки и жестом позвал молодого гвардейца за собой. Даевин удивился тому, что кузня расположена непосредственно внутри Цитадели, а не в какой-то внешней пристройке.
Пользуясь моментом, он устроил себе минутную передышку, чтобы оценить убранство самого престижного места в Королевстве. Масштаб замка завораживал: стены из шлифованного гранита были искусно украшены золотом и кварцем, свод холла подпирали величественные колонны из белого мрамора, а начисто вымытый пол отражал малейшие детали интерьера. Повсюду у высоких окон можно было наблюдать дорогие вазы с цветами и роскошные низкие диваны, на которых сидела местная элита, активно беседуя о делах страны. Лишь вереница грязных следов, оставленных сапогами Даевина, безнадежно портила безупречный вид Цитадели.
– Да я тут буквально «из грязи в князи» пожаловал, – говорит он вслух, смотря на потолок с изображенными на нем фресками. – Как же тут красиво!
На полпути к главным воротам перед парнем на мгновение замерла куда-то спешащая женщина. Она смерила его пристальным взглядом, будто Даевин был ей знаком, и сам гвардеец тоже невольно застыл, потому что лицо женщины показалось ему знакомым. На вид ей было около тридцати-сорока лет: стройная статная фигура, закрытая деловым бело-зеленым платьем с обтягивающей талией, ухоженные светлые волосы и пронзительные голубые глаза, в которых читалась абсолютная серьезность. Дама лишь брезгливо отмахнулась от ударившей в нос вони и стремительно пронеслась мимо молодого гвардейца.
Провожая ее взглядом, Даевин никак не мог отделаться от мысли, что лицо этой женщины ему кажется до боли знакомым.
Где-то он точно уже встречал ее...
«Стоп! Это же была мадам Гайис! Элизабет Гайис, моя будущая госпожа! И я, будущий подчиненный, предстал перед ней в таком жалком, убогом виде, насквозь пропахший канализацией! Хоть бы она поскорей забыла этот кошмар и не узнала меня, когда увидимся в следующий раз.»