Мигель решил присоединиться к Даевину на его пути к Кулинару:
– Тогда я пойду с тобой.
– Со мной? А как же Корвин?
– С Корвином мы сейчас и поговорим, – он присел на корточки рядом с Корвином, дал ему пощечину и начал трясти. – Вставай, Корвин, пора двигаться.
– Че-во? – спросил тот, открывая глаза и протирая их. – Уже?
– Да, – ответил Мигель.
– Я не успел отдохнуть… Вообще-то, мне в сердце выстрелили…
– С каких пор ты такой драматичный? Кожа демона пули не пропускает, и мы это знаем!
– Ла-адно… Что будем делать дальше? – он уселся поудобнее.
– Я собираюсь пойти с Даевином и помочь ему убить Кулинара.
– Кулинара? Я что-то пропустил? Кто это?
– Это ваш настоящий хозяин. Он торгует детьми, организует детскую проституцию за закрытыми дверями. Ну и, как ты видел на примере сестер Шинке и его охотников, убивает всех, кто встает на пути.
Корвин внимательно слушал, не перебивая.
– Даже если бы он не делал всего этого, он похитил мою госпожу. А это абсолютно непростительное преступление.
– С этой точки зрения он абсолютный мерзавец. Я верю вам и не думаю, что вы лжете, но сейчас я точно не способен драться. Ярость отбирает слишком много сил, к тому же контролировать себя в такие моменты сложно – словно все время от всех исходит угроза.
Он замолчал, задумавшись.
– Мигель, я не до конца понимаю вашу дружбу, но понимаю отношения между нами лично. Почему ты так легко поверил его словам? Когда мы только встретились, он рассказал лишь небольшую часть всей истории, а ты сразу согласился и принял все за чистую монету. Как?
– Сила дружбы, – с улыбкой ответил Мигель. – Мы с ним через многое прошли, и он ни разу меня не подводил. Даже сейчас – он оказался в этом городе, потому что искал меня, беспокоясь о моей жизни.
– Да, несокрушимые узы, – улыбнулся Даевин. – Мигеля обманным путем заставили работать на мерзавца, а я выполняю дружеский долг – не позволяю ему погрязнуть в бесчестии. А работа на ублюдка – не что иное, как поступок, лишающий чести. Я предлагаю и тебе вместе с Иошикецу бросить службу Кулинару. Кстати, как он? Я помню, что наш восточный друг собирался служить вместе с вами.
– Он ушел очень рано и отправился в Сейнекин, к себе на родину. Вроде как, у него там семейная драма, – ответил Мигель. – Сказал, не ждать его в ближайшее время.
– Да, он быстро отпросился и, забрав документы, исчез, – добавил Корвин, поднявшись на ноги. – Эх… Буду приводить себя в порядок. Мигель, после этого станем Странствующими Рыцарями? – спросил он, прислонившись к стене. – Я хочу отца найти, а тебе нравится помогать людям. Идеальное сочетание, не думаешь?
– Конечно, – рассмеялся Мигель, – у нас еще все впереди!
– А ты уже и не такой мрачный, как раньше, – сказал Корвину Даевин.
– Обычно я серьезен, потому что помню, зачем живу. Но сейчас я слишком устал, и на злость просто нет сил.
– Остроумно, – кивнул Мигель. – Что ж, мы пойдем, куда покажет Даевин. У меня есть свои вопросы к настоящему хозяину.
– Удачи вам. Я буду ждать тебя в нашем любимом ресторане торианской кухни.
Попрощавшись с Корвином, который заново сел в углу, держась за голову, они двинулись дальше. Долгожданная встреча вдохновила Даевина – он шел с улыбкой и рассказывал Мигелю свое приключение с самого начала. В итоге у них было три цели: освободить Еву; убить Кулинара, при этом Мигель хотел сначала выяснить с ним отношения, а Даевин – перетянуть на свою сторону остальных сестер Шинке; и спасти всех детей, которых еще возможно спасти.
Мигель не ожидал, что за грозным именем «сестер Шинке» скрываются вполне обычные девушки, даже моложе его. Даевин также рассказал своему другу о Часовых, которые могут ожидать их наверху, описал внешний вид механических солдат, как с ними бороться. Дождь уже прекратился, но облака все еще висели над городом. Даевин уговорил Марту рассказать о том, как крадут детей и каков хозяин на самом деле, что скрывается за спонсорством открытий и экспериментов. Марта, будучи его женой, рассказала все, не утаивая деталей.
Хоть в таких делах, как в случае с Кулинаром, на поверхности красуются справедливость для масс, благотворительность, гуманизм и «прогресс», если копнуть глубже, можно обнаружить ужасы, которые обычный человек не в силах даже вообразить. И эти ужасы запрятаны действительно глубоко – за закрытыми дверями, куда невозможно попасть, не обладая особыми связями с людьми, совершающими непонятные ритуалы.
Марта посвятила парней в реальность крайне богатых людей. Они словно продвинулись на иной уровень восприятия мира. Это раз и навсегда убило в Даевине наивность. Не полностью, конечно, слова того репортера, господина Шатте, обрели для него ясный смысл.
«Лицевая» сторона политики и большого бизнеса – это фальшь, которой кормят простых людей, чтобы в них не угасали надежды и пыл, которые им внушают те, кто остается за кулисами.
***
Даевин, Мигель и Марта пересекали перекресток, за которым уже должно было открыться нужное здание. Повернув за угол, в метрах десяти Даевин заметил знакомый силуэт, читающий надпись на табличке. Серая униформа гвардейца и белые волосы.
«Ох, и тесен же мир.»
Даевин сразу узнал Роберта Кена – беловолосого гвардейца из Немесмы. Оставалось лишь понять, что в этом городе потерял гвардеец-сателлит мэра другого города. По напряженному выражению лица Роберта было видно, что он с кем-то повздорил. Подойдя ближе, Даевин окликнул его.
– Эй, Роберт!
– Что? – отвлекся тот от стенда. – Чего?! Даевин?! – он подошел к группе и потянул руку. – Какими судьбами?
– А ты здесь какими судьбами? – Даевин пожал ему руку.
– Ох-ох-хо, это большая история! Но ее нельзя рассказывать тут. Пойдемте отсюда. Даевин, с тобой этим точно можно поделиться. А кто составляет тебе компанию на этот раз? – спросил он, кивая на спутников. – Для меня честь с вами знакомиться. Роберт Кен, лучший гвардеец Немесмы, приближенный мэра и единоличный убийца Короля нищих.
Он поклонился, как того требовал этикет.
– Мигель Феррера. К сожалению, не могу о себе сказать того же. Я просто друг Даевина.
Он тоже поклонился.
– Вы скромничаете, молодой человек. По вам видно – боец из вас что надо!
Мигель покраснел и отвел взгляд.
– Благодарю!
– Марта. Марта Шинке. Я жена Даевина, официально.
Она лишь легонько склонила голову. Роберт и Мигель с подозрением взглянули на Даевина.
– Ничего официального в этом нету!
– А ты, я погляжу, нарасхват, да? – Роберт по-дружески хлопнул его по плечу. – Завидный парень, Даевин Лоост. Чувствую, мы все тут не просто так. Предлагаю пройтись до ближайшего парка и обсудить все.
Они перешли на другую улицу и сели в парке на скамью. Роберт решил не тянуть и рассказал свою историю – и не зря, ей стоило поделиться.
– Немесма – город маленький, все друг друга знают. Так вот, если идти на самое начало, то все началось еще пару недель назад, когда мэр мне в неофициальной форме сообщил, что на улицах пропадают дети. Неофициальной – потому что его тон был иным, когда он хотел, чтобы я занялся этим лично.
Но однажды утром мэр, впервые проснувшись раньше меня, забежал в мои покои и дрожащим голосом закричал, что похитили его собственную восьмилетнюю дочку. И тогда я понял: пора действовать. Это был десятый случай пропажи, так что я начал активное расследование вместе с местными детективами. На одной из улице пропали твое детей – я приступил к делу именно там.
С карабином и подзорной трубой я четыре дня с утра до вечера сидел и патрулировал улицу с окна заброшенного дома, привязав лошадь у входа. И вот, момент истины: на четвертый день я заметил необычную большую карету с двумя лошадьми, которой правил в округлом полуцилиндре. Я сразу понял – он не местный: фасон был чужой, таких шляп у нас вовсе не носили.
Остановив карету в закоулке, водитель постучал, и из нее вышли двое в одежде простолюдин – что выглядело еще подозрительнее! Припарковав карету с лошадьми в этом незаметном закоулке, они не ожидали, что их видно из окна заброшенного дома. А я сердцем тогда чувствовал – что-то не так! Я выбежал наружу, оседлал лошадь и помчался на ту улицу, откуда карета должна была выехать. Был велик шанс того, что я ошибаюсь, но интуиция меня еще никогда не подводила – и этот раз не был исключением!
«Пока что все так же, как и в рассказе дяди Ортоса из парка в Лейдене. Похоже, мы здесь по одной и той же причине.»
– Спустя полчаса из-за угла выехала та самая карета. и я сразу преградил им путь. По лицу возница понял, что он что-то скрывает. С карабином наперевес я вежливо спросил, чего же они там везут. Он отмахнулся, ответив, что возит баклажаны. Мне, конечно же, этого не хватило, и я сказал, что со мной шутки плохи – карабином пользуюсь отлично. Тогда он дернул поводья и погнал лошадей, чуть не сбив мою. Я разозлился и пустился в погоню.
И ремарка. Моя лошадь – она великолепна! Байонетта приспособлена для быстрой езды, и по команде способна бежать так плавно, что я могу стрелять без тряски.
Быстро догнав карету, я дал команду Байонетте и, прицелившись, выстрелил в голову водителя. Он упал, но лошади его не остановились, а наоборот, ускорились. Испугались, бывает. Перекинув карабин за спину, я перепрыгнул со своей лошади на карету и взял управление на себя. Остановив ее спустя некоторое время, я перевел дух. Двое бедолаг вышли и хотели в меня выстрелить, но я знал, что они могут такое вытворить, поэтому уже ждал их – убить их было бы неугодно, поэтому я отстрелил им ноги, как любишь делать ты, Даевин, и конфисковал оружие.
Внутри кареты в мешке для овощей оказался спящий мальчик! Я вернул его семье, сказав, что он просто заснул в парке.
Перейдем на день вперед. В своей пыточной я принялся выбивать информацию из этих бандитов. Разделил их по комнатам и задавал одни и те же вопросы. Если ответы совпадали – давал еды, а если нет – вырывал ногти. Изначально я им сказал, что если расскажут мне все от и до, то я их высвобожу и позволю жить. Но когда узнал, что они воруют детей для утех всяких богачей Ранежа и не только, после допроса убил обоих.
Приехав в Ранеж, я направился в «точку доступа», куда они везли детей из других городов. Это был склад на окраине города – там я выпытал у последнего оставшегося в живых, куда они ведут детей оттуда. Этим местом оказалось вот то высоченное здание, – указал Роберт на башню Кулинара, – к которому еще и ведет закрытый маршрут монорельса.
– Не поверишь, Роберт, но мы здесь по той же причине, – сказал Даевин. – Получается, если они стабильно воруют детей уже в нескольких городах, скольких же жизней они уже погубили? Мне даже страшно думать.
– Боюсь, счет идет на сотни, если не тысячи.
– Мы знаем, что за всем этим стоит один человек – его зовут Кулинар. Мы направляемся туда, чтобы с ним расправиться.
– Я с вами. Больше всего в жизни ненавижу, когда кто-то причиняет вред детям. А тут – даже убийства. Ты бы видел меня вчера, когда я только осознал это, – его лицо помрачнело. Хотя, скорее, Роберт лишь почувствовал грусть с долей разочарования. – Я был готов взорваться от злости и убить всех. А сейчас я спокоен, хотя двое охранников на входе не пускают внутрь. Я искал веский повод, чтобы туда попасть. Не знаешь, как это можно сделать?
– Марта, – Даевин повернулся к девушке. – Какой у тебя вариант?
– Видимо, хозяин всерьез решил взяться за защиту пентхауса. Но ничего. Он точно не предполагает, что я уже по другую сторону баррикад. Мы пройдем через секретный ход.
– Хозяин? – удивился Роберт. – Ты что, служишь ему?
– Уже нет, – ответил Даевин. – Она теперь со мной. Благодаря ей я здесь.
– Я тоже на него работал, – разочарованно добавил Мигель. – Но ничего не знал о его темной стороне. Он послал меня поймать Даевина! Но он, как лучший друг, открыл мне глаза.
– Приятно слышать, что и вы не поссорились на этой почве, а поддержали друг друга. Если насчет Мигеля я уверен – узы дружбы, – он взглянул на Марту, – то что смогло переубедить вас, миссис?.. И когда вы стали его женой?
– Давай пропустим этот абсолютно неинтересный факт! Марта, веди нас. Пора уже покончить со всем этим.