В Резиденции было все шло своим чередом: кто-то тренировался на небольшой площадке на заднем дворе, кто-то поливал сад, а наверху, на террасе, Ева упражнялась с кинжалом и метала ножи. Ее техника была проста – она знала, что не ровня нормальным бойцам, поэтому полагалась на внезапность: выхватывание кинжала или иглы для резкого удара исподтишка, метание ножей или стрельба из пистолета. Со стрельбой, конечно, было сложнее – у Евы сильно тряслись руки от тяжести оружия, из-за чего не хватало сноровки для развития меткости.
Даевин вошел на территорию резиденции и сразу поднялся на третий этаж. Ева была вся в поту. Даже в таком состоянии она пахла чем-то притягательным, и он не стал прерывать ее. Когда она запыхалась, он решил по-своему накинуться с претензиями:
– Спина неровная – так быстрее устаешь! Хватка дилетантская и движения медленные – опытный боец успеет среагировать и отбить или даже выбить из рук нож. А волосы?! Ты не на конкурсе красоты – перед боем надо собирать их!
– Кто бы, фух, – она едва переводила дыхание, – говорил! У тебя волосы лишь на пять-десять сантиметров короче моих. Фух…
– Я опытный боец, уже привыкший к такой длине и умеющий двигать головой, чтобы волосы не мешали обзору во время боя. Я не леди Ева Гайис, впервые взявшая в руки холодное оружие.
– Зато я умнее и хитрее, – она отдышалась и направила кинжал на Даевина, держа вторую руку на поясе.
– Хм…
Даевин задумался: «Как бы ответить, чтобы не нарушить Кодекс? Любой мой отрицательный ответ его нарушит…»
– Конечно, – лениво протянул он.
– Хочешь проверить? – саркастичный тон Даевина ее не устроил.
– Ты же понимаешь, что я даже без оружия выиграю?
– Нет, не понимаю! Ладно, хватит спорить, когда я права! Пойдем к маме.
Их общение совсем не походило на связь между господином и его служащим – оно скорее напоминало дружеское, близкое общение, что само по себе нарушало установки Кодекса. Они с легкостью переступили рамки стеснения в личных беседах, скрывая все на людях и возвращаясь к выученным формальностям. Договоренность о равенстве, установленная госпожой Элизабет, пошла им на пользу.
Они спустились на этаж ниже. Ева быстро вытерла пот со лба, прокашлялась, постучала трижды и вошла. За ней в кабинет матери зашел и Даевин. На миг повисла тишина, прежде чем Элизабет, сидевшая за столом, сняла очки и посмотрела на вошедших. Марцин, сидевший рядом, тоже заполнял документы, украдкой поглядывая на Даевина и Еву.
– Ты задержался, Даевин.
– Прошу простить, – он склонил голову. – Я могу все объяснить, госпожа. Дело довольно занятное.
Элизабет Гайис откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула, ожидая, что скажет сын ее старого друга. В знак согласия она кивнула.
– Меня в моменте заинтересовала новость о пропажах людей, в том числе и детей. Я знаю, что это обычное дело, но именно сегодня я заострил внимание на этом. Мало того, что даже по новостным вырезкам количество пропавших растет с каждой неделей, так еще и дядя Клинт, старый друг моего отца, сообщил, что эти цифры на самом деле занижены!
– Хм… – госпожа кивнула, сложив пальцы перед собой.
– Я решил выяснить, почему… Пошел по адресу того издательства, которое занизило количество пропавших. Вот там-то все и началось… Посреди допроса, на которое я имею право как королевский гвардеец, в здание вошли трое в костюмах и полуцилиндрах с узкими полями. Все трое имели грозный вид – будто только и ждали повода напасть. Я перевел тему на экзотические фрукты… Сам же, когда удалился, заплатил извозчику, чтобы проследить за ними, когда освободятся.
Так вот. Когда те трое вышли, мы погнались за их каретой и доехали аж до Восточного района. Там они заехали в какой-то двор, и я сразу предположил, что они заметили слежку. Так и оказалось, но я был слишком наивен и не думал, что они готовы атаковать! Они были очень агрессивны, завязалась перестрелка, в результате которой никто серьезно не пострадал, но в конце они использовали дымовую шашку и скрылись. В результате этой авантюры я понял: пропажи по всему Лейдену – точно не случайность, это результат чьей-то деятельности.
– Ты правильно думаешь, – ответила после недолгой паузы госпожа Элизабет. – Но я сомневаюсь, что нам стоит копать в этом направлении. Это опасная тропа, и те, кто стоит за этим, точно обладают политическим весом и влиянием. Скорее всего, вовлечен кто-то из элит. Мы с твоим отцом уже сталкивались с подобным – это очень опасные люди. Если решишь идти по их следу, в группе риска окажется мы все, понимаешь? Я хоть и принадлежу к «элите», но мой уровень – совсем ничто в сравнении с ними.
– Две фамилии мне сообщил репортер. Мирбах и Верон. Он предположил, что бандиты, приходившие к нему, служат Франсуа Мирбаху и Рикардо Верону.
– Подлец Верон… Насчет Франсуа Мирбаха мне особо ничего не известно, но Верон – тот еще мерзавец. К сожалению, ты еще не дорос до знаний такой глубины. Марцин, запиши историю Даевин и эти имена, связанные с пропажами – нам нужно запомнить эту деталь и иметь в виду.
– Как скажете, госпожа, – Марцин резко встал, подошел к шкафу за спиной Элизабет и достал оттуда книжку. Он записал все, что требовала госпожа, вернул книжку на место и снова сел слева от госпожи, чтобы продолжить работу.
– Итак, возвращаемся к вопросу. Что ты предлагаешь, Даевин?
– Ну нет, нельзя же это так оставлять? Вы разве так не считаете? – сразу вставил Даевин.
– Нельзя…
«Точная копия своего отца. Второй Мистер Справедливость.»
– Ну а что мы с этим можем поделать? Вмешаться и подвергнуть себя риску? Оставить на потом? Или, может, оставить все?..
Госпожа села ровнее, прильнув ближе к Даевину. Она решила проверить, насколько Даевин способен к инициативе.
– Нужно с чего-то начать. Провести небольшое расследование. Может, начать с тех, кто пропал… или с тех, из-за кого числа пропавших уменьшают…
В моменте Даевин вспомнил, как некоторое время назад, когда он возвращался с первой миссии, дети в парке Александриоса упомянули, что кое-кто из их компании пропал.
«Возможно, это связано, надо будет проверить…»
– Займите себя чем-нибудь. Чуть позже, как я освобожусь, посмотрим, с чего можно начать.
– Без проблем. Начнем сразу, как только предложите.
– Я бы не была столь уверена, – добавила госпожа, потихоньку переключаясь на письменную работу. – Люди из элиты этим руководят... Нельзя действовать опрометчиво.
– Попрошу заметить, – вмешался Марцин. – Черные полуцилиндры с узкими полями – не лейденский фасон. Они руководят не из столицы, поэтому держи в уме: их «база» вполне может быть где угодно.
– Я тоже это заметил, господин Баттовски! Точно. Репортер сказал, что Фрасуа Мирбах – финансист из Ранежа. Возможно, бандитов прислали оттуда?
Марцин и Элизабет переглянулись. Это какой-то знак, понятный только им двоим.
– Хорошо. Можешь идти, Даевин.
Даевин ушел вместе с Евой, молчавшей все это время. Учитывая то, что он ее сателлит, нельзя надолго оставлять ее одну. Следовательно, если он захочет приключений, их придется совершать как минимум вдвоем.
После утреннего душа Ева принялась слушать Даевина. Гвардеец рассказал все куда более детально, включая источники информации в виде мальчика, раздающего газеты, злобной женщины, слежку за экипажем и то, что дымовая шашка была с тошнотворным ядом, от которого начало мутить, даже несмотря на то, что он им почти не дышал.
Пока они обсуждали детали, успели подняться наверх, чтобы продолжить тренировку Евы. Она взяла кинжал и начала им размахивать, а Даевин сел на скамейку, аккуратно положив рядом свой меч. С тех пор, как он поступил на службу к Элизабет Гайис, он стал ее неофициальным наставником по владению оружием.
Еве нравилось короткое оружие – им легче наносить неожиданные удары, чтобы одним хитрым движением убить – или же как минимум нейтрализовать – человека. Она действовала уверенно, будто уже делала это, но хотела стать лучше. Также Еве нравились метательные ножи, которые она всегда держала в заднем кармане и сумочке. Одним из таких она угрожала Даевину при первой встрече, приставив вплотную к его шее.
Он тренировал ее уже много дней, и каждый раз ошибки повторялись. Он снова сидел, следя за ней, и думал: «Слишком широкая стойка – враг ее роста, хоть таких и немного, сможет прошмыгнуть прямо под ней. Сильно согнутая спина – словно каждая секунда в напряжении, а это быстро приведет к утомлению. Слабый хват – это вообще отдельная тема: скорее всего, даже самый маленький ребенок сможет выбить нож у нее из рук. Сколько раз я ей это уже сказал? Раз десять, наверное. Возможно, она просто не способна совладать с оружием… Неудивительно – она же аристократка.»
– Вместо того, чтобы сидеть и качать головой как старая бабка, – пожаловалась она, остановившись, – давай лучше подеремся. Устроим спарринг.
– Спарринг? Чтобы его устроить, мы должны быть равны, – усмехнулся Даевин, положив ногу на ногу и руку на клинок, лежавший рядом, – я одолею тебя мечом в ножнах.
– Я не видела, чтобы ты хоть раз фехтовал за последние дни. Так что давай, вставай. Ты должен быть в форме, чтобы суметь защитить меня или маму.
«Ц… – парень аж остолбенел от такого резкого замечания. – Вообще-то, я заканчиваю тренировку еще до того, как ты проснешься!»
– Ну хорошо, только потом не жалуйся.