В тот же день она оказалась в больнице, на строгом карантине. Жалобам бывшего мэра не было конца, стоило ему узнать, что ей выделили отдельную палату. Впрочем, повлиять на это он никак не мог. В конце концов, в отличие от него, её болезнь с огромной долей вероятности могла передаться не только гоблинам – но и людям.
Таких людей, как Moleman. А, ну и его группу тоже, наверное.
Но не меня. Повезло, скажите?
"Хуже некуда," — заявляет она.
И это жутко грубо, учитывая, что я только что принёс ей поесть. Она даже не смотрит на поднос. Неужели окно и внутренний двор и впрямь настолько увлекательны?
"Moleman велел тебе как можно больше лежать в постели," — говорю я.
Я ставлю поднос на её письменный стол. И да, мы расщедрились ей на стол. У неё есть стол, письменные принадлежности, книжные полки и любые книги, какие она только пожелает. Не говоря уже о том, что она может купить в магазине всё, что душе угодно. Ей реально очень повезло, хотя она, похоже, совершенно этого не ценит.
"И ещё, насчёт твоей одежды…" — начинаю я.
"Я ни за что не надену больничную рубашку!" — рявкает она.
Она резко поворачивает ко мне голову. Лицо у неё абсолютно КРАСНОЕ, хотя я не уверен, от лихорадки это или от злости.
"Я не больна. Чувствую я себя прекрасно, так что нет ни единой причины держать меня в изоляции. Да я вообще оказалась здесь только из-за тебя. Так зачем ты это сделал?"
"Сделал что?" — переспрашиваю я.
Она решительно подходит ко мне.
"Зачем ты соврал, чтобы упечь меня сюда?"
"Я не врал," — отвечаю я.
"О, значит, не врал. Потому что врать не умеешь? Или ты бы ни за что не стал лгать Mole'у? Нет. Я думаю, ты засадил меня сюда не просто так. Решил изолировать меня от остальных. Сначала меня, потом Plus'а, Jazz и Rat'а. Оттолкнёшь нас, и Mole будет в полном твоём распоряжении. Я ведь права, Kitty?"
Всё, я потерял нить. О чём она вообще несёт?
"Эм, нет. Бред какой-то," — говорю я.
Она делает шаг назад.
"Ну да. Как скажешь. Но знай: я глаз с тебя не спущу."
"А я – с тебя," — парирую я.
"Что?"
"В смысле," — говорю я.
Я пытаюсь отмотать свои мысли назад, чтобы понять, к чему вообще это ляпнул.
"Я тоже буду за тобой присматривать, потому что, ну, я тут единственный, кому разрешено тебя навещать и всё такое. Если тебе станет хуже, я об этом узнаю. И, эм, тебе вряд ли это понравится, но лишние телодвижения только усугубляют болезнь. Так что я правда считаю, что тебе стоит снять снаряжение, убрать меч в инвентарь и немного полежать. Тебе это точно пойдёт на пользу."
Она фыркает.
"Потому что ты так обо мне заботишься. Усекла."
…Всё, с меня хватит. Ни секунды больше не желаю торчать здесь с этой мисс Тоскливой Задницей. В смысле, мы обставили для неё целую палату, и вот она, благодарность? Просто отпад. И как только Moleman выносит её в своей группе.
Я поворачиваюсь к двери.
"Я, пожалуй, пойду. Если что-то понадобится, просто напиши сообщение Moleman'у. Эм, мне писать бессмысленно, потому что они просто потеряются в куче писем с проклятиями, и я их банально не замечу. Если хочешь, можешь попытаться связаться со мной через хлопающего беса или дымовыми сигналами – смотря где сеть лучше ловит."
Раздаётся смешок. Когда я поворачиваюсь обратно, она снова смотрит в окно, повернувшись ко мне спиной. Хм.
"Короче, эм. Бывай," — говорю я.
Я едва успеваю приоткрыть дверь в самодельный шлюз, как за моей спиной раздаётся голос.
"Погоди," — окликает она.
Я оборачиваюсь. Она опускает взгляд в пол.
"На моей тумбочке осталась книга… На тумбочке в моей комнате в поместье мэра. Я остановилась на середине и забыла её прихватить. Не мог бы ты принести её мне?"
"Э-э, без проблем," — отзываюсь я.
"Спасибо."
Получив обновление квеста, я выскальзываю из палаты в смежную приёмную. Вообще-то всё это помещение раньше было кабинетом и приёмной здешнего главврача хирургии, но он, к сожалению, покинул этот мир, так что теперь здесь мы. Такая планировка естественным образом создаёт шлюз между её палатой и коридором. Для меня это невероятно удобно, поскольку даёт мне помещение, где я могу избавиться от всякой заразы. А отсутствие окон делает это место вообще идеальным. К тому же я отдал строжайший приказ никого сюда не пускать. Следовательно, здесь я могу спокойно проделать всё необходимое, чтобы полностью стереть с себя любые следы драконьей чумы.
Для начала я снимаю леопардовую набедренную повязку, которая была на мне, и съедаю её. Обычно я ношу одежду, но для этого мне нужно что-то одноразовое. Так что набедренная повязка подошла идеально.
Затем я применяю один из своих любимых навыков. [Свежевание].
Сняв с себя кожу, я могу больше не переживать о прилипших патогенах, а от улик избавляюсь, просто съедая их. Заодно это позволяет мне восстановить кожный покров. Как нетрудно догадаться, да, после такого пол приёмной оказывается заляпан липкой тёмной кровью, но ничего страшного. Сюда всё равно никто не зайдёт. Ведь если человеческий штамм драконьей чумы не окажется каким-то чудом слабее гоблинского, у Ursula нет ни единого шанса выйти из этой палаты живой.
Немного жаль, но думаю, на этом всё. Не уверен, как развивается человеческий вариант, но если он хоть чем-то похож на гоблинский, готов поспорить, что ей осталось не больше месяца.
Но в одном я уверен точно. Эта чума не может продолжаться. Я не позволю Moleman'у заразиться этой дрянью. Уж лучше я сам сдохну.
Как только моя кожа заживает и я убеждаюсь, что на мне не осталось заразы, я достаю из инвентаря нормальную одежду и выхожу из комнаты.
"Как она?" — спрашивает Moleman.
"Говорит, что в порядке," — отвечаю я таким тоном, чтобы стало абсолютно ясно: я с этим не согласен.
"А, понятно…" — тянет Moleman.
"Ну, раз она может нормально разговаривать, всё не так уж плохо."
"Вроде того," — соглашаюсь я.
Мы идём дальше. Я пересказываю ему конец нашей беседы и чуть было по старой привычке не увязываюсь за ним, как вдруг осознаю свою оплошность. Он смотрит на меня с лёгким недоумением.
"Чего это ты нахмурился?"
"Я чего?"
Я дотрагиваюсь пальцем до лица. Мои губы изогнулись в угрюмой гримасе. Надо же.
"Ну, просто… Мне нужно сбегать за одной её вещицей в поместье мэра. На это уйдёт где-то час, а потом останется всего часик до обеда, так что мне придётся скоро уйти."
А это значит, что я не смогу потусоваться с Moleman'ом. Вот это реально хуже некуда.
Он сочувствующе улыбается.
"Я бы с радостью составил тебе компанию, но мэр сейчас немного требователен. К тому же мне нужно встретиться с одним из судей насчёт финансирования перестройки собора, так что…"
Что, конечно же, куда важнее, чем моя беготня за книжкой и её очередная порция еды. Вот не могла она просто научиться не есть, как это сделал я? Честно, не понимаю, почему они до сих пор не приняли пилюлю отказа от еды. Это экономит кучу денег и времени, а расплачиваться придётся всего лишь постоянными голодными спазмами до конца жизни! Выгодный обмен, как по мне.
Но всё равно. Полный отстой. Я бросаю на Moleman'а нервный взгляд.
"Но с тобой всё будет в порядке, да? В смысле, для этих аристократов статус превыше всего, так что заявляться к ним без телохранителя может быть чревато…"
"О, не переживай об этом," — говорит Moleman с улыбкой.
"Plus пойдёт со мной в качестве телохранителя."
Какая-то сосущая пустота отзывается тупой болью в животе.
"А. Да, ладно. Это… здорово."
Он хлопает меня по руке.
"Если у тебя будет время, может, подменишь его после обеда?"
По какой-то причине я сильно в этом сомневаюсь.
"Ага, может быть."
К сожалению, как я и ожидал, этого не случилось. Я сбегал в её комнату, подивился невероятно унылому декору, забрал книгу и попутно задался вопросом: а этот плюшевый кролик у неё на кровати из настоящего меха или нет? В итоге я решил прихватить его с собой и спросить лично. К тому же качество работы было просто потрясающим. Я был свято уверен, что кролик настоящий, пока не потрогал его. Так или иначе, я принёс его вместе с обедом. Как Moleman и предлагал ранее, я решил посидеть в палате, пока она ест. Эту затею она совершенно не оценила. Вообще-то, она выставила меня за дверь прежде, чем я успел хотя бы присесть. Не особо гостеприимно, но плевать. А вот плюшевого кролика она всё-таки оставила.
Так что до её следующего приёма пищи я был вынужден болтаться без дела, выполняя свою обычную работу – прикидывая, как скоро умрут те или иные пациенты. Понимаете, в этом-то и была загвоздка с драконьей чумой. Умирали все. Пока что никто её не пережил. Вообще никто. В этом плане дрейковая оспа была куда приятнее. Этому парню станет лучше через пару дней, у того осталась неделя и он сможет пойти домой, и так далее, и тому подобное. Абсолютно ничего общего с драконьей чумой.
Наверное, из всего этого хуже всего то, что я не могу потусоваться с Moleman'ом. У меня нет времени. В смысле, какой вообще во всём этом смысл, если я даже не могу побыть с ним?
Какая же это всё тупость.
Ближе к вечеру, покормив эту сварливую пациентку ужином, я трачу пару часов на забег по городу с поеданием крыс. Всех грызунов в своей лачуге я тоже сожрал. К сожалению, нутром чую: этого окажется катастрофически мало. Город буквально смердит болезнью. Переулки усеяны теми, которые мало чем отличаются от ходячих трупов. Да и в домах ситуация не лучше. Дрейковая оспа тоже была не подарком, но теперь гниль заполонила вообще всё. И, честно говоря, это жутко бесит. Город и до этого не благоухал розами, но сейчас я ловлю себя на мысли, что уж лучше бы тут пахло склизкой рыбой, чем гниющими кишками.
Но это всё мелочи. Прямо сейчас важно лишь одно: я должен найти способ притормозить чуму, и заодно сделать так, чтобы Ursula оказалась последней человеческой жертвой. Не говоря уже о триумфальном возвращении на пост ассистента Moleman'а. Ну и раз уж я за это взялся, можно заодно и мир во всём мире устроить. Ага, звучит как вполне реалистичный план на вторник.
Пожалуй, пора браться за работу.