"Kitty, эй, Kitty, просыпайся..."
Кто-то мягко трясёт меня за плечи, но меня вполне устраивает просто лежать здесь, медитировать и ни о чём особо не думать...
"Kitty, давай же, просыпайся!"
По щеке прилетает лёгкая пощёчина, но это нормально. Мне и здесь хорошо...
"Я не хотел этого делать, но..."
Пауза. Хр-р-р, фью, ми-ми-ми...
"Просыпайся, Kitty, пора в школу!"
Я вскакиваю на ноги.
"Чт... где?! Я не сплю, клянусь, мне просто нужно..."
Я замираю. Встав, я обнаруживаю, что я не дома, не в своей кровати и не опаздываю в очередной раз. Вместо этого...
Я поворачиваюсь к Moleman'у с едва скрываемым гневом.
"В чём дело?"
Он убирает кастрюли и сковородки, которыми гремел, и одаривает меня нахальной улыбкой.
"Подумал, будет обидно, если ты пропустишь свой четвертьфинал из-за того, что проспал. Не согласен?"
"Ну да, но..."
Я скрещиваю руки на груди в защитном жесте.
"Я не спал, ясно? Я просто... дал глазам немного отдохнуть, вот и всё."
"Конечно-конечно," — отвечает Moleman, начиная накрывать на стол.
От запаха яичницы у меня текут слюнки. А это что, бекон? О, боже. По нашей обычной привычке я помогаю накрыть на стол, раскладывая нам обоим столовые приборы, тарелки и кружки. Обычно я не пользуюсь подобными вещами, но Moleman заявил, что если я не собираюсь есть с соблюдением приличий, то не получу еды вообще, так что теперь мы делаем так. Через несколько минут завтрак подан, и мы оба садимся.
Бекон, яйца, картофельные оладьи и трагическое отсутствие брусничного джема. Но всё равно вкусно. Moleman на удивление хорошо готовит. Вообще-то нет, он как раз похож на парня, который отлично готовит, но он оказался даже лучше. Я жадно ем. Блин, как же вкусно. Яичница с хрустящей корочкой, рассыпчатый бекон, нежные картофельные оладьи...
Я поднимаю взгляд на Moleman'а. К счастью, он тоже ест. Я немного боялся, что он всё ещё дуется из-за всей этой истории с моей возможной казнью, но, похоже, он немного приободрился. По крайней мере, достаточно, чтобы поесть.
Я проглатываю полный рот яичных белков.
"Эй, Moleman."
Подняв глаза, он встречается со мной взглядом, потягивая воду.
"Ты в порядке, да?"
Он проглатывает воду, прежде чем ответить.
"Да, конечно."
Он вопросительно изгибает бровь.
"А ты?"
"Конечно!" — быстро отвечаю я.
"Я просто, ну знаешь... задумался."
Мои слова больше не имеют смысла, поэтому я делаю паузу, разрезая кусок бекона на ломтики.
"Я имею в виду, сегодня, если всё пойдёт не так, как ты хочешь..."
Я тыкаю вилкой в яичный желток, чтобы потянуть время.
"Ты будешь в порядке? Ну, без меня?"
Глупый вопрос; я уверен, что он будет в порядке. Если бы казнили его, а я остался, я бы, наверное, справился с этим не лучше ребёнка, потерявшего брата. Но у Moleman'а куча других друзей. С ним всё будет хорошо. Я даже не знаю, зачем спросил.
Он замолкает. Спустя какое-то время он бормочет:
"А сам как думаешь?"
Но я ему не отвечаю, потому что по опыту знаю, что это выражение риторическое и не должно восприниматься буквально. И всё же, мне вроде как хочется, чтобы он заговорил. В конце концов, это не только моя проблема. Мне не придётся беспокоиться об этом, когда я буду мёртв, а вот он останется сетовать на то, как всё могло бы сложиться. Что он мог бы сделать, что должен был сказать...
К сожалению, не думаю, что смогу вытянуть из него подобные вещи силой. Полагаю, завтрак – не лучшее время для таких разговоров.
Я возвращаюсь к своей тарелке, где все продукты аккуратно разложены по отдельности, и продолжаю есть.
Чуть позже, когда еда съедена, а посуда вымыта, мы направляемся к колизею. Не знаю, кто составлял расписание для сольных матчей, но первый четвертьфинал между победителем стычки первого этажа и победителем стычки второго этажа состоялся в шесть утра. Сомневаюсь, что там было много зрителей.
Чего не скажешь о матче, который предстоит мне. О да, судя по всему, мой четвертьфинал против семнадцатого этажа назначен на двадцать минут восьмого. Утра. Кто устанавливал это время? Может, это Боль постарался? Ах, кто знает.
С другой стороны, кажется, я припоминаю, что групповой турнир затянулся слишком допоздна, так что это может быть реакцией на ту задержку. Наверное.
Так или иначе, поскольку до окончания суда ещё далеко, я сначала отыграю свой четвертьфинал, а там посмотрим, доживу ли я до полуфинала.
Я прощаюсь с Moleman'ом у дверей комнаты для подготовки, он желает мне удачи и рекомендует не сражаться слишком творчески, я даю уклончивый ответ, чтобы не врать ему, и захожу внутрь. На удивление, в комнате для подготовки оказалось больше людей, чем я ожидал. Ни один из них не смотрит мне в глаза. Когда я подхожу к стойке регистрации за осколком, очередь, которая там была, рассасывается, позволяя мне подойти к Кэти без малейшего ожидания. Она выдаёт мне осколок, я делаю вид, что мне не больно, и затем появляется уведомление.
< ◇ >
Четвертьфинал 15 этажа против 16 этажа завершён.
Четвертьфинал 17 этажа против 18 этажа скоро начнётся.
Пожалуйста, проследуйте на арену, Претендент Адской сложности Ло Феннрик. Если вы не появитесь на арене в течение 4:59, вам будет засчитано техническое поражение.
< ◇ >
Ладно, ладно, я понял.
Направляясь к выходу на арену, я наблюдаю за расступающейся вокруг меня толпой, пытаясь вычислить, кто станет моей первой жертвой. И из толпы выходит... Хм? Разве я не узнаю её?... Ну, так или иначе, она-то меня точно узнаёт, судя по выражению её лица. Возможно, здесь даже замешана какая-то старая кровь, потому что, несмотря на весь её ужас, она всё же решила выйти против меня. Храбро, но глупо.
Мы выходим на разводной мост, а затем под резкий, слепящий солнечный свет открытой арены. Трибуны не так забиты, как на моих прошлых матчах, но зрителей всё равно прилично.
"А теперь давайте поприветствуем наших следующих претендентов бурными овациями! С одной стороны у нас GlowingGlyphs с семнадцатого этажа Сложной сложности, на впечатляющем тридцать девятом уровне, наконец-то вышедшая отомстить нашему дорогому PrissyKittyPrincess Адской сложности, на ошеломляющем восемьдесят третьем уровне!"
После назойливого и, честно говоря, неуместного восклицания Боли толпа разделяется: одни ликуют, другие перешёптываются, возможно, о моём уровне, а может, и о чём-то ещё. Боли всё равно, и Он с энтузиазмом продолжает Своё представление:
"Сможет ли GlowingGlyphs отомстить за своих павших товарищей и наконец-то одолеть Kitty раз и навсегда, или же ещё один претендент падёт жертвой жутких когтей Kitty? Давайте узнаем! Все там внизу готовы?"
Он смотрит на нас сверху вниз. Я киваю Ему. Нужно же проявить хоть какую-то признательность за вчерашнее. Glyph на противоположном конце арены тоже кивает Ему, хотя и после небольшой паузы.
"Чудесно! В таком случае... На старт... Внимание..."
"Марш!"
Я не двигаюсь. Мне и не нужно. Чёрт возьми, я даже не приседаю и не принимаю стойку. Я просто стою и расслабленно наблюдаю, как она дрожащими руками пытается вытащить меч из ножен. О да, теперь, когда я к ней присмотрелся, разве не её я видел в больнице позавчера? Я узнаю запах её страха. Он очень отчётливый.
Пока я размышляю, она роняет ножны, и весь меч с грохотом падает на пол. В наступившей на арене тишине этот звук кажется оглушительным.
Она почти наклоняется, чтобы поднять его, но замирает, встретившись со мной взглядом. Ах, она окаменела. И никакой магии не потребовалось. Что, она думает, я убью её, пока она будет поднимать ножны? В смысле, я «мог бы», но где в этом веселье?
Я машу ей рукой.
"Давай," — говорю я достаточно громко, чтобы она услышала.
"Поднимай."
Вау, теперь она «действительно» вспотела. Интересно, есть ли тут навык телепатии или чего-то подобного? В данный момент мне очень любопытно узнать, какие мысли роятся у неё в голове. Учитывая, как она на меня смотрит, я бы не удивился, если бы она решила, что я играю в пятимерные шахматы у себя в уме. Печальный факт заключается в том, что мне не нужны никакие хитрые стратегии, чтобы её одолеть.
"Давай, Glyph, не дай ему залезть тебе в голову!"
"Да, Glyph, просто убей его! Ты сможешь!"
"Не ведись на его игры разума, Glyph!"
Я поворачиваюсь в сторону голосов, и группа мгновенно замолкает. Хм. Эти люди... разве это не остатки её команды? Что ж, в этом есть смысл.
К сожалению, похоже, Glyph решила прислушаться к их совету. Она наклоняется, не сводя с меня глаз, нащупывает ножны, хватает их и снова выпрямляется, пристёгивая их к поясу, прежде чем я успеваю задаться вопросом, почему она просто не держала обнажённый меч в инвентаре. Может, в правилах есть что-то, чего я не знаю, потому что не читал их?
Не-а.
Вдохновлённая криками своих друзей, Glyph берёт меч обеими руками, направляет его на меня и...
Снова замирает.
Мне кажется, как бы сильно она ни пыталась трансформировать свой страх в боевой запал, она не может не спотыкаться о куда более первобытный инстинкт оцепенения. Полагаю, у меня нет иного выбора, кроме как помочь ей.
Я начинаю идти к ней. Зрители затаивают дыхание, пока я неспешно приближаюсь, уперев руки в бока.
Я даже не выше неё или типа того, но из-за того, как она сжимается передо мной, она определённо кажется меньше. Кончик её меча дрожит в считанных сантиметрах от меня, но она настолько скована, что не сможет им воспользоваться. Неужели мне придётся всё делать самому?
Я хватаюсь за лезвие. Хорошая заточка. Даже просто удерживая его так, я уже прорезал рану на ладони, и моя кровь стекает по кромке, доходя до эфеса и впитываясь в её перчатки. Она не двигается. Её глаза остаются приклеенными ко мне в ожидании, что я что-нибудь сделаю. Что ж, именно это я и сделаю.
Удерживая меч на месте, я делаю шаг ближе, заставляя острие вонзиться мне в живот. Всё её тело вздрагивает, но этого явно недостаточно. Ещё шаг, и меч входит чуть глубже, мышцы моего живота подёргиваются и спазмируются вокруг вторгающегося металла. Ещё шаг, и я чувствую, как острие упирается в кожу на спине, так что следующим шагом я насаживаюсь на него полностью. Теперь мы стоим лицом к лицу. Достаточно близко, чтобы поцеловаться. Я отпускаю меч.
"Ну?" — спрашиваю я её.
"Что теперь?"
Она смотрит на меня, её рот приоткрывается, а затем...
Её руки разжимают эфес, и она падает на колени, её рот ритмично открывается и закрывается, глаза смотрят прямо перед собой – уже не на меня, а на всё и ничего одновременно.
"А-а, а-а..."
А теперь, просто чтобы завершить её впечатляющее представление: слёзы.
"П-пожалуйста..."
Я смотрю на неё сверху вниз. Убить её было бы проще простого. Может быть, даже вскрыть её заживо в качестве угрозы будущим врагам. С другой стороны...
Мой взгляд поднимается к трибунам, туда, где сидит Moleman. Рядом с Райс. Удивительное, но приятное зрелище.
Вздохнув, я снова поворачиваюсь к Glyph. Позволяю своему взгляду угрожающе заостриться.
"Сдаёшься?"
Её голова дёргается вверх-вниз в отчаянном кивке.
Я вздыхаю и смотрю наверх, на Бога Боли.
"Эй, Боль, она сдалась. Это ведь считается, да?"
Он моргает, глядя на меня со Своего облака из светлячков.
"А? О, да, конечно!"
Сев поудобнее, Он прочищает горло и начинает выполнять Свою работу.
"Похоже, GlowingGlyph, к сожалению, решила сдаться! Какая жалость. Тем не менее, давайте поаплодируем Kitty за победу, одержанную без единого удара по противнику. Какое достижение!"
Тишина. Я этого и ожидал, но...
Кто-то хлопает.
А?
Нет, не один человек. «Двое». Наверху Moleman и Райс аплодируют мне. Кажется, я даже слышу, как Райс что-то кричит. А затем, на другой стороне, хлопают ещё двое – Virgil и Алмос. И когда эти четверо начинают хлопать, к ним присоединяются ещё несколько человек. Не все, но некоторые. Кое-кто.
Но что ещё важнее, никто меня не освистывает.
"Так когда следующий? Я в отличной форме, готов сразиться с кем угодно прямо сейчас!"
Moleman закатывает глаза, но он улыбается. «С гордостью».
"Тебе «меч» в «живот» воткнули. Как ты вообще можешь быть в отличной форме?"
Я дуюсь на него.
"Не недооценивай мои навыки авторегенерации, Moleman. С моими способностями я могу потерять руку-другую и через час быть как новенький! Или, по крайней мере, через пару часов."
Он посмеивается надо мной.
"В таком случае ты вполне можешь позволить себе потерять руку-другую."
Я вопросительно изгибаю бровь. В ответ он просто указывает на расписание турнира. Посмотрим, полуфинал восемнадцатого этажа против двадцатого... Моя челюсть отвисает.
"Ага, через четыре часа."
"Ч-через четыре часа? Почему?! Как так-то?"
"Ну," — говорит Moleman.
"До этого нужно провести кучу четвертьфиналов. Включая мой."
Он подмигивает мне. В насмешку я моргаю глазами по очереди, как лягушка. Это заставляет его рассмеяться. Но смех быстро обрывается, когда на его лицо ложится тень.
"Хотя, до этого..."
"Бранч?" — предлагаю я.
Он усмехается, и это успешно разряжает обстановку, пусть и совсем немного.
"Не думаю, что в здании суда такое подают."
"Даже в качестве последнего ужина?"
Он замирает на месте.
"Мы этого ещё не знаем."
Я не поправляю его. Но настроение уже изменилось. Тем не менее, мы направляемся к зданию суда. Мои шаги кажутся лёгкими. Заставить Moleman'а хоть немного мной гордиться – это неплохой финальный аккорд, я считаю. Может, это и не было так эффективно, как некоторые другие стратегии, но если через четыре часа меня уже не будет в живых, то это не имеет значения.
Мы подходим к зданию суда. Ещё рано, и руководство не то чтобы бодрствует и активно суетится во время процесса, так что людей собралось немного. Мы без проблем подходим ко входу, открываем дверь и...
"А? Вам нужно больше времени?" — спрашивает Moleman человека в дверях.
Секретаря, вроде бы.
Она кивает в ответ и поправляет очки.
"Да, совещание всё ещё продолжается. Оно, скорее всего, не закончится до завершения сольного турнира."
"Понятно, очень жаль..." — говорит Moleman.
"В таком случае, полагаю, нам просто придётся продолжить сражаться в турнире, чтобы скоротать время. Верно, Kitty?"
Я смотрю на него взглядом «ты-что-издеваешься-надо-мной». Мне радоваться или удивляться тому, что он всё ещё имеет такое влияние на руководство? Как бы то ни было, он ждёт ответа, поэтому через пару секунд я произношу:
"Ага. «Верно»."
"Отлично!" — радостно заявляет Moleman.
"В таком случае мы вернёмся позже, а пока..."
Он виновато улыбается.
"Бранч?"
Мне хочется указать ему, что ему вовсе не обязательно было притворяться во всей этой ситуации, но предложение поесть оказывается слишком сильным. Я могу лишь согласиться, и мы идём на бранч.
По пути на базар у меня есть время всё обдумать. Ему не обязательно знать, что я всё понял. Учитывая его нынешнее положение в руководстве, то, как они обошлись с ним вчера... Должно быть, он дёрнул за все возможные ниточки, чтобы добиться этого. Может, даже порвал парочку. И всё это ради того, чтобы позволить мне участвовать в турнире.
Нет нужды тратить последние часы, что мы проводим вместе, на разговоры о бесполезных вещах. Поэтому, пока мы покупаем шашлычки из дрейка, я решаю поговорить о другом. О будущих боях. О «нашем» будущем бое. Поддразниваю его тем, что случится, когда я его побью. Отпускаю глупые шуточки о всякой ерунде, которая не имеет значения. Мы сходили и посмотрели матч Райс, и он оказался таким же впечатляющим, как и ожидалось.
Когда пришло время, я с радостью посмотрел его четвертьфинал. Было захватывающе, и хотя он, что неудивительно, в итоге победил, сам бой всё равно был очень крутым. Мне кажется, он использовал другие заклинания, не те, что в прошлый раз, но когда я спросил об этом, он не ответил.
И вот так мирно пролетели часы.
< ◇ >
Топ – Статус – Сообщество
11:03:32 День 544
Девятнадцатая попытка начнётся через 26:12:56:28
Турнир-Обучение День 5 из 5
< ◇ >
Время пришло.
Мы входим в вомиторий.
Прежде чем направиться прямиком в комнату для подготовки, я решил свериться с расписанием, просто чтобы узнать имя парня, с которым мне предстоит сразиться. Однако то, что я обнаружил, оказалось куда хуже.
"Он... он «сдался»?!" — восклицаю я.
Стоящий рядом Moleman пожимает плечами.
"Не могу сказать, что я удивлён."
Я бросаю на него, надеюсь, лишь слегка недоверчивый взгляд.
"Конечно, ты никого не убил или типа того – «чем я очень горжусь», – но это всё равно было довольно пугающее зрелище. Не говоря уже о том, что твой уровень был... дай-ка подумать... да, почти в два раза выше его. Сдаться заранее было мудрым решением."
Я размахиваю руками в воздухе, пытаясь отмахнуться от его слов.
"Ну да, возможно, но... «Всё равно»!"
Moleman легко сдаётся.
"Всё равно обидно, да."
Нахмурившись, я проверяю, во сколько же мне наконец-то удастся подраться. Так, посмотрим, восемнадцатый этаж в финале...
"В тринадцать-тридцать? Это больше чем через два часа! Я не могу так долго ждать! Что за..."
"Эй, не стоит из-за этого расстраиваться, ладно?" — говорит Moleman, изо всех сил пытаясь меня успокоить.
"В конце концов ты всё равно подерёшься."
"Но я хочу драться «сейчас»..." — ворчу я, что, признаю, немного по-детски.
Просто... я так этого ждал, ясно? Впрочем, два часа – это не так уж и плохо. Меньше, чем в прошлый раз. Это даёт нам кучу времени, чтобы...
"Эй, Moleman."
Он склоняет голову набок.
"Я перестану дуться, если ты угостишь меня обедом."
"Я угощал тебя бранчем меньше часа назад!" — возмущается он, но по его улыбке я понимаю, что уже победил.
"Неужели тебя не радует ничего, кроме еды?"
Я потираю подбородок.
"Не уверен, что мне стоит отвечать на этот вопрос с юридической точки зрения."
"Я твой адвокат. Я дал клятву молчания – ты можешь рассказать мне «всё что угодно»."
"Это заблуждение, и ты это знаешь!"
Мы посмеиваемся и идём обедать. Чуть позже мы смотрим полуфинал Райс, а затем и Moleman'а. И вот, наконец, наступает время моего матча.
Я на арене. На другой стороне стоит мой противник – мужчина средних лет с косой. Выглядит довольно крепким. Несколько секунд назад я был очень рад возможности с ним сразиться. Но всё изменилось. Теперь на арене просто эхом отдаются слова, которые он только что произнёс.
«Да, э-э, я хочу сдаться».
И вот я пялюсь на него, а он смотрит в пол.
"Как впечатляюще! Это самая быстрая капитуляция, которую мы видели на арене до сих пор! Может, у Kitty есть какой-то особый навык, позволяющий лишать воли к борьбе одним лишь взглядом?" — комментирует Боль.
"Тем не менее, поскольку победитель шестнадцатого этажа сдался, это означает, что Kitty переходит к..."
"П-погодите минуточку," — говорю я.
"Мы ведь не... я даже не..."
Не дожидаясь, пока я объясню, почему мы должны сразиться хотя бы немножечко, парень с косой разворачивается и прыгает в ров.
"Ой, какое отступление! Похоже, от Kitty просто отмахнулись. Как бы то ни было, это означает, что теперь Kitty продолжит участие в Спирали Смерти! По обычаю, нашему текущему финалисту будет предложен десятиминутный перерыв для восстановления от любых травм, полученных в прошлом бою. Так что скажешь, Kitty? Хочешь вздремнуть перед продолжением?"
"Нет, мне не нужно дремать, чёрт возьми! Я хочу «драться»!" — кричу я Ему, грозя кулаком.
Пожалуй, так близко к проклятию Бога я ещё никогда не подбирался.
"Замечательно, именно это мы и хотим слышать! В таком случае я хотел бы пригласить на арену нашего следующего претендента. Все поприветствуйте TinCanGoodness с двадцать четвёртого этажа Сложной сложности, обладателя потрясающего пятьдесят шестого уровня!"
Он появляется. Пронзительный свет во тьме, спускающийся, словно ангел, чтобы спасти бедных и угнетённых. Благословение голубя на одиноких похоронах.
Крупный, дюжий, мускулистый. Размером с баржу, а может, и того больше. Трудно сказать. А с этой бронёй без единой щели, булавой в одной руке и щитом в другой... Он выглядит как какой-нибудь убийца драконов. Единственное, что нарушает идеальный образ рыцаря – это нежно-розовый оттенок брони, но это простительно.
Настоящий бой.
Я слишком взбудоражен, чтобы обращать внимание на заученную тираду Боли с вопросами о готовности, затем обратный отсчёт, и... «марш»!
Я лечу через арену, сердце выскакивает из груди, ноги несут меня, ведомые разумом и инстинктами, я готов бежать, отпрыгнуть или свернуться в клубок, если возникнет такая необходимость. Когти наготове, пасть полуоткрыта, я атакую, каждая мышца в моём смуглом теле напряжена и готова позволить коже почувствовать вкус крови.
Вот только, когда я приближаюсь, что-то идёт не так. Появляется странный запах, которого здесь быть не должно, и звук, которого я раньше не слышал, похожий на град по жестяной крыше или стук гвоздей друг о друга.
Мой взгляд фокусируется на щели в его броне на уровне груди, месте, куда мои когти идеально войдут, чтобы положить начало потрясающему бою, но по мере приближения, когда мои руки уже вырываются вперёд, чтобы вспороть его, я вдруг замираю на месте, острые как иглы когти останавливаются в считанных миллиметрах от его широко открытой груди.
Этот звук – это его дрожь.
А? Погодите-ка, это ведь не...
Булава выпадает у него из руки, за ней вскоре следует и щит. Сквозь прорезь в его шлеме я вижу пару полных ужаса глаз, смотрящих на меня сверху вниз.
"Я... я сдаюсь..." — произносит он сквозь короткие, тяжёлые вздохи.
Я моргаю, глядя на него со смесью изумления и негодования.
"Нет, погоди," — говорю я.
"Что ты..."
Он падает на колени. Этот огромный, неповоротливый воин падает передо мной на колени, звеня бронёй и поднимая вокруг себя облако пыли. Даже на коленях он остаётся огромным, возвышаясь до уровня моей груди. Его дрожащие руки поднимаются в воздух ладонями вверх, словно он сдаётся полиции.
"Пожалуйста, пожалуйста, не убивай меня," — хнычет он.
"Я и не..."
Ладно, может, и собирался, но...
"Какого чёрта ты сдаёшься? Я же тебя даже пальцем не тронул!"
"Пожалуйста, пожалуйста," — повторяет он, распуская сопли, как идиот, и даже пуская слезу.
Нет, не просто пуская слезу, он разрыдался в голос. Да что вообще происходит? Меня кто-то разыгрывает? Я в каком-то реалити-шоу? Где камеры? Мне не смешно, чёрт возьми!
"Ох, какая жалость! Кажется, ещё один товарищ Kitty по играм решил слинять. Разве это не трагично? Что ж, раз уж претендент с двадцать четвёртого этажа сдался, у нас нет иного выбора, кроме как двигаться дальше," — невыносимо комментирует Боль.
"Кто-нибудь, уберите TinCanGoodness с арены, пожалуйста! О, спасибо, Сострадание!"
Отвернувшись от Боли, я с ошеломлённым возмущением наблюдаю, как пара клонов Богини Сострадания буквально стаскивают беднягу со сцены.
Э-эй, это был мой претендент! Верните его, чёрт возьми!
"Раз с этим покончено, давайте поприветствуем на сцене нашего следующего претендента! Подарим бурные овации AccordingToAccordion с двадцать восьмого этажа, который, несмотря на свой миниатюрный размер, может похвастаться семидесятым уровнем и при этом умудряется быть выше Kitty!"
Этот зашёл на ура. Куча людей радостно завопила, да уж. Но не я. Я слишком занят тем, что пытаюсь выглядеть не пугающе. Понимаете, до сих пор люди сдавались, потому что я выглядел до жути страшно, так? И, конечно, часть моей стратегии до этого заключалась в том, чтобы быть немного пугающим, чтобы морально задавить противников. Но мне не нужна такая стратегия, если я дерусь с каким-то болваном. Болванов я просто хочу побить. Всё проще простого.
Неужели я прошу слишком многого – просто дать мне шанс нормально подраться в этом проклятом турнире?
Однако, к счастью, этот парень, с которым мне предстоит сразиться, возможно, способен представлять для меня угрозу. Наверное. Понимаете, он выглядит чертовски круто. У парня полный наряд. Я не из тех, у кого есть любимчики, когда дело доходит до цветов, но ЧЁРНЫЙ с жёлтым – это такая классика. А с этой мантией, сумками и шляпой? О да. Отличный наряд. Правда, я не могу понять, маг грома он или пчелиный маг. Есть только один способ выяснить!
"На старт, внимание... марш!"
Я указываю на свою грудь. Давай, нападай, бро.
Чёрт, обожаю, насколько серьёзно он выглядит. Он не абсолютно хладнокровен, но его страх куда менее очевиден, чем у моих предыдущих противников. В таком виде я, возможно, действительно получу хороший бой, а если повезёт ещё больше, то и новую защиту! Ммм, защита от пчёл...
"А ты довольно самонадеян, не так ли?"
Я вопросительно изгибаю бровь.
"Мне нравится думать, что я хорошо осознаю свои собственные возможности и ограничения."
Я облизываю губы.
"Именно поэтому я прошу тебя ещё раз. «Нападай»."
Это наконец-то заставляет его действовать. Вытащив из-за пояса длинную штуку, похожую на палку из слоновой кости, он направляет её на меня левой рукой, и его пальцы ложатся в пять специальных выемок. Интересно. Тёмные трещины вдоль посоха внезапно начинают заполняться паутиной света, и по арене разносится запах грома и дождя. На кончике посоха, направленном прямо на меня, пляшут паучьи лапки электричества.
Хм. Значит, никакой пчелиной магии...
КРА-А-АК!
Молния пронзает арену, ударяя меня прямо в грудь, её ослепительный свет на мгновение ослепляет всех зрителей, и после этого невероятного удара...
М?
Я смотрю на свою грудь. Там нет даже следа. Я дотрагиваюсь до неё и обнаруживаю, что она слегка горячая, но в остальном совершенно цела. Э-э...
На другой стороне арены мой противник пялится на меня, затем на свой посох, а потом снова на меня.
"А?"
Он произносит это недостаточно громко, чтобы это было адресовано мне, но благодаря своим чувствам я всё равно слышу, как он бормочет:
"Какого чёрта? Я что, промазал...? Бог Скорости лишил меня Своего благословения или типа того?"
"Эй, там всё в порядке?" — кричу я через всю арену.
"З-заткнись! Просто помолчи минутку, ладно? Мне нужно..."
Достав из сумки небольшой амулет, он начинает молиться. По крайней мере, я так думаю. В конце концов маленький амулет начинает ярко светиться, заставляя его облегчённо вздохнуть. Он картинно поворачивается ко мне, снова поднимая посох.
"Готовься. На этот раз я не промахнусь!"
Я пожимаю плечами. О да, конечно, круто, я просто постою здесь и позволю тебе стрелять в меня молниями. Это абсолютно нормально и ничуть не странно делать в смертельной битве. Но да, дай мне только подготовиться, и я...
КРА-А-АК!
Очередная молния проносится дугой по арене, совершенно чётко ударяя меня в грудь, и не наносит абсолютно никакого урона. Нет, не «никакого».
< ◇ >
Вы изучили: [Защита от Паралича] Ур.6
Вы изучили: [Защита от Ударов Током] Ур.2
< ◇ >
Хе-е-ей, давненько я их не видел! Может, стоит поблагодарить его за прокачку?
Не-а, судя по тому, как он стучит по посоху, словно по старому пульту, вряд ли он настроен принимать комплименты. И всё же, так нормальные бои не проводятся.
"Эй, чувак, если тебя не затруднит, как насчёт того, чтобы ты просто сдался, и мы могли бы..."
Вжик!
А теперь он использует правую руку, чтобы пулять в меня молниями. Совершенно безрезультатно, заметьте. Я даже лёгкого покалывания не чувствую, так что, хотя я бы с удовольствием растянул это удовольствие, чтобы поднять сопротивление, сомневаюсь, что его дешёвые молнии дадут мне что-то сверх того, что я уже получил.
Игнорируя его жалкие потуги в магии, я подхожу к нему: разряды и болты молний отскакивают от меня, как вода с гуся. С каждым моим шагом он становится всё более отчаянным, тяжело дыша и дрожа, прилагая все усилия, чтобы продолжать швырять в меня неэффективные, бесполезные заклинания.
К тому времени, как я оказываюсь прямо перед ним, он больше не в состоянии выпустить ни единого заклинания; стук его заячьего сердечка быстро разносится в воздухе, дыхание тяжёлое и сбивчивое, а руки дрожат. Неужели магия требует таких физических усилий? Видимо, да. К сожалению, в его глазах всё ещё теплится искра боевого духа, поэтому, чтобы окончательно её погасить, я хватаю его за оба запястья и сжимаю с такой силой, что он роняет посох и падает на колени, но не настолько, чтобы действительно их сломать. В смысле, я «мог бы», но ведь он не причинил мне никакого вреда, так что...
Я смотрю на него сверху вниз.
"Ну?" — спрашиваю я.
"Ты сдашься теперь?"
Он тяжело дышит. Я сжимаю его запястья чуть сильнее, чувствуя, как угрожающе хрустят его кости.
"Я-я сдаюсь, сдаюсь! Я сдаюсь, так что, пожалуйста..."
Его голова опускается к полу.
"Не... не делай мне больно...!"
Я и не собирался! Ну, по крайней мере, не «серьёзно», но...
"Ещё один противник сдаётся за считанные минуты! Kitty в ударе!" — бесполезно комментирует сверху Боль.
Он ухмыляется мне, а затем обращается к сбитой с толку аудитории.
"Для тех, кто, возможно, не понял, свидетелями чего вы только что стали, Я с удовольствием открою тайну: [Защита от Божественности] у нашего дорогого Kitty сейчас на четвёртом уровне, а значит, ни у одной магии молний низкого уровня нет ни малейшего шанса пробиться сквозь неё. При этом того же нельзя сказать об обычном оружии! Так что, пока это жалкое подобие мага уползает с арены, давайте поприветствуем нашего следующего претендента – прекрасную PinPrickPrecision с двадцать девятого этажа Сложной сложности с её шокирующим семьдесят первым уровнем!"
Всего семьдесят первый? Разве у парня, которого я только что размазал, не семидесятый уровень или около того? Нет, учитывая, что она только на двадцать девятом этаже, а этот парень был на двадцать восьмом, разве это не значит, что она сражалась с претендентами из начала тридцатых этажей? И она победила?
Это... весьма многообещающе. Но мне не стоит обольщаться. Мой уровень всё ещё выше её, так что остаётся шанс, что она окажется таким же болваном, как и остальные.
Тем не менее, когда она выходит на сцену, я не могу не почувствовать чуть большего волнения. Кожаная броня, кольчуга, и, как только мы должным образом встречаемся взглядами, она надевает шлем, да с такими длинными краями, что он скрывает её шею. В таком виде всё её тело защищено, без видимых щелей. Однако, поскольку кольчуга на ней лишь в определённых местах, а остальное защищено в основном кожей, а не настоящим металлом, мои когти всё равно смогут пробиться.
Пока я начинаю задаваться вопросом, лучница ли она или кто-то ещё, она выхватывает длинный тонкий клинок сбоку и принимает стойку, которую, я почти уверен, используют в основном фехтовальщики.
Да ладно. Неужели мне предстоит сразиться с настоящим бойцом? С кем-то, кто знает, что делает? С тем, кто может составить мне конкуренцию, и даже больше?
Я чувствую, как дрожу от предвкушения.
Нет, нет, мне нужно держать себя в руках. То, что она подаёт некоторые надежды, ещё не значит, что...
"Марш!"
Она летит через арену, её рапира сверкает, направляясь прямо мне в глаз, и лишь инстинктивный шаг в сторону спасает меня от нокаута с одного удара.
Она быстрая! — это всё, что я успеваю подумать, прежде чем она отводит клинок, готовясь к новому удару – куда?
В грудь? В живот? В шею? В лицо? Поскольку шлем скрывает её глаза, я не могу понять, куда она целится, поэтому вместо того, чтобы ждать, пока этот ответ пронзит меня, я сам создаю себе ответ: отказываясь отступать, я бросаюсь к ней, одна рука поднята для защиты черепа, а другая тянется к её рапире. Если я смогу просто выбить её из её рук, то...
Она делает шаг в сторону и наносит удар мне по ногам. Я уворачиваюсь, но в это короткое мгновение отвлечения она снова бьёт мечом, метя мне в шею. Моя рука движется быстрее, позволяя ей вместо этого пронзить моё запястье. Я почти ухмыляюсь. Забавная особенность запястья заключается в том, что две кости, составляющие запястье и руку, на самом деле перекрещиваются, когда вы поворачиваете кисть. Другими словами, теперь, когда её лезвие застряло между этими двумя костями...
Свернуть это запястье на сто восемьдесят градусов, перекрещивая кости и захватывая её меч – довольно простой трюк.
Рукоять рапиры выскакивает из её руки под действием силы моей поворачивающейся кисти, её вес заставляет само лезвие выскользнуть из моей руки и со звоном упасть на пол. Я наступаю на него.
"Ну?" — спрашиваю я.
"Что теп..."
Нож, которого я раньше не замечал, сверкает у моей шеи, но благодаря моим впечатляющим инстинктам я успеваю поймать его за лезвие. Я смотрю на неё. Она смотрит на меня. Я не вижу её лица из-за шлема, но почти физически ощущаю её безмерное негодование.
Знаете, делать так кажется несколько жестоким, но...
Хвать!
Нож летит в воздухе, и я хватаю его одновременно с ней: наступает короткое мгновение, когда мы замирамираем, затаив дыхание: только я и она, наши пальцы сплелись на рукояти ножа... А затем она использует нож, чтобы ударить меня в грудь. Очень грубо. Поскольку ей явно нельзя доверять оружие, я выкручиваю нож из её руки и швыряю его в ров. Вот так: обезоружена.
"Ну? И что теперь?" — спрашиваю я, ухмыляясь ей, как кот.
Никакого ответа. Что ж, я всё ещё держу её за руку, так что с таким же успехом могу выбить этот ответ силой.
Простым движением я снимаю с неё шлем, а затем столь же легко хватаю её за горло. Она тяжеловата, но не намного больше гоблина, так что я всё равно могу поднять её одной рукой, не делая слишком очевидным, что это напрягает мою мускулатуру.
"Давай же," — говорю я её задыхающемуся, хватающему ртом воздух лицу.
"Одно короткое словечко, и ты сможешь уйти совершенно невредимой. Разве не здорово?"
Её глаза яростно горят. Я редко вижу настолько решительный взгляд, поэтому, даже когда её лицо становится КРАСНЫМ, я понимаю, что этого будет недостаточно.
Не дожидаясь, пока она потеряет сознание, я швыряю её в ров.
"Ещё одна бескровная победа! Неужели Kitty начал с чистого листа, или же он бережёт свои когти для грандиозного финала? Давайте узнаем! Пожалуйста, поприветствуйте претендента тридцать шестого этажа Высокой сложности... Погодите-ка, минуточку..." — внезапно прерывается Боль, отворачиваясь от публики.
Пока Он кивает и внимательно слушает что-то похожее на светлячка, шепчущего Ему на ухо, зрители перешёптываются между собой. Растерянность и неуверенность кажутся самой яркой реакцией, не то чтобы меня это волновало. Что меня волнует, так это то, что Moleman и Райс всё ещё болеют за меня. Только это и имеет значение.
Примерно через полминуты Боль снова поворачивается к нам.
"Да, э-э, похоже, следующий претендент решил выбросить полотенце! Досадно, да? В таком случае, полагаю, мы перейдём сразу к следующему претенденту, если, конечно, Kitty не хочет сделать перерыв?"
Я бросаю на Него свирепый взгляд. Он с улыбкой смотрит на меня сверху вниз.
"Я так и думал. В таком случае, давайте все поприветствуем искусного GlintInShadow с сорокового этажа Нормальной сложности, с его потрясающим девяносто шестым уровнем – аж на тринадцать уровней выше, чем у Kitty!"
Возникает пауза.
"Э-э, ты ведь готов сражаться, не так ли?"
На арене в облаке дыма появляется ниндзя.
"Да," — произносит он, как только публика немного успокаивается.
"Я готов показать этому зверю, как проходит настоящая битва."
"Вот как? Замечательно! В таком случае, давайте приступим. На старт... внимание... Марш!"
Ниндзя что-то в меня бросает. А, в моём лбу торчит игла.
"Это," — заявляет ниндзя.
"Один из сильнейших ядов во всём Чистилище. Он настолько силён, что остаётся безымянным, хотя по рассказу единственного выжившего после его употребления, он был назван «Жёлтая Пушистая Леди» из-за своей обманчиво прекрасной внешности. Через несколько мгновений ты потеряешь чувствительность языка и лица, а твой мозг начнёт отключаться. Ты уже..."
Я выдёргиваю иглу изо лба и засовываю её в рот.
Мм! Я так и думал, что узнаю леди номер два! Давненько мы не виделись, а?
< ◇ >
Вы изучили: [Защита от Яда] Ур.10
Вы изучили: [Иммунитет к Яду] Ур.1
< ◇ >
Воу, а это что-то новенькое! Иммунитет? Так вот как называется следующая ступень? Ого.
"Какого чёрта ты только что..."
Игнорируя бессмысленную болтовню ниндзя, я открываю меню навыков. Так, посмотрим... А, вот оно!
< ◇ >
[Иммунитет к Яду] (Ур.1) Эволюционировавшая версия [Защиты от Яда]. Дарует сильный иммунитет к ядам и токсинам. Тело становится слегка ядовитым, чтобы противодействовать ядам по мере необходимости.
< ◇ >
Погодите, что? Серьёзно? Последняя часть – это новое условие, и я не уверен, как к этому относиться. «По мере необходимости» предполагает, что я не всегда ядовит, но системные описания навыков всегда оставляли желать лучшего, так что нельзя принимать это за чистую монету. Нет, мне нужно будет это протестировать. И я как раз знаю идеальную подопытную свинку.
"Эй, хватит меня игнорировать! Чёрт возьми, я тебе покажу...!"
Бросив ещё одну дымовую шашку, он использует какой-то навык, чтобы подобраться поближе, что, вероятно, было не самой лучшей идеей, потому что, как только он оказывается рядом, я просто выхватываю ножи из его рук, швыряю их в ров и подсекаю его ноги, позаимствовав приёмчик у моей прошлой противницы. Когда он оказывается на полу, я опускаюсь коленями ему на грудь, засовываю руку в колотую рану, которую получил ранее, зачерпываю горсть плоти и запихиваю эту самую горсть в его громко ругающийся рот. Его глаза расширяются, и кажется, он вот-вот выплюнет или выблюет то, что я только что засунул ему в рот, а мне этого совершенно не нужно, поэтому я наклоняюсь и силой зажимаю его челюсти.
Он пытается сопротивляться, его крики приглушаются между моими пальцами, и через несколько секунд он теряет сознание.
Но технически он не «умер», и я понятия не имею, отравился ли он как следует, так что...
Я уже собираюсь вскрыть себе запястье и засунуть его в его приоткрытый рот, когда Боль решает закругляться.
"Выведя своего противника из строя несмертельным способом, Kitty в очередной раз выигрывает матч! Кажется, будто Kitty хотел зайти дальше, но раз уж его противник действительно потерял сознание от страха, в этом больше нет нужды. Какая дерзкая стратегия – заставить кого-то сдаться, просто силой заставив его стать каннибалом! Коварен, как всегда, Kitty."
Нет, погодите, я так и не узнал, отравился он или нет! Не смейте...
Пока я всё ещё пытаюсь накормить его кровью, две копии Богини Сострадания неспешно подходят и хватают его, с лёгкостью утаскивая прочь и оставляя меня валиться на бок, словно кто-то выдернул ковёр у меня из-под ног. Как они смеют красть мою подопытную свинку? Верните его, чёрт возьми!
Игнорируя меня и мой праведный гнев, Боль продолжает вещать.
"К сожалению, похоже, следующий претендент также решил сдаться. Видимо, перспектива быть насильно накормленным чьей-то кровью оказывает сдерживающий эффект. Кто бы мог подумать? Как бы то ни было, наш следующий претендент не нуждается в представлении, но всё равно его получит."
"Дамы, господа и канализационные твари, представляю вам любимый цветок пустыни Сервера Америка, первопроходца Сложной сложности, бывшую Олимпийскую чемпионку по стрельбе и нынешнюю лучницу с её шокирующим сто пятым уровнем! На сцену слева выходит: BeatriceTheAngel!"
Публика взрывается рёвом.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как она приближается.
Она ухмыляется мне.