На лицо мужчины вдруг легла огромная тень.
Громадный зверь широко разинул пасть, обнажив острые клыки.
Ещё мгновение, и его тело будет разорвано на куски и отправится в желудок чудовища.
Мужчина инстинктивно понял, что его ждёт.
И в тот же миг его разум совершенно опустел.
“У-у-у!”
Он попытался отползти, беспорядочно перебирая руками и ногами, всё ещё охваченный ужасом.
Но именно тогда зверь взмахнул передней лапой в его сторону.
Вернее, попытался взмахнуть.
“А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!”
[Всё должно было закончиться тем, что голова мужчины оказалась бы раздавлена лапой чудовища.]
[Однако вместо этого была полностью уничтожена сама лапа зверя.]
Чудовище мучительно взревело и заметалось, волоча остаток передней лапы, с которой капали кровь и куски плоти. Около половины конечности словно снесло одним ударом.
“Позаботьтесь о травнике.”
“Есть, Ваше Величество!”
И тут раздался холодный голос.
Это был голос Кергеля.
Рыцари, получившие его приказ, тут же поспешили к мужчине.
Травник, всё ещё не понимая, что спасён, беспомощно перебирал руками и ногами.
Страх настолько захватил его, что он уже не мог нормально соображать.
Рыцарь мгновенно цокнул языком и ударил мужчину по шее.
Тот потерял сознание и обмяк.
[Никто не знал, сколько ещё чудовищ может находиться поблизости и откуда они могут появиться. Поэтому было безопаснее всего сначала лишить мужчину сознания.]
Кергель мельком взглянул на рыцаря, который передавал мужчину солдату, а затем снова посмотрел на зверя.
Его взгляд был холоден.
Чудовище, всё ещё мучившееся от боли, тоже враждебно смотрело на Кергеля, словно поняло, что именно этот человек причинил ему рану.
Жёлтые глаза чудовища.
И пара золотых глаз Кергеля.
Взгляд человека и взгляд чудовища почему-то казались удивительно похожими.
Кергель некоторое время всматривался в эти глаза, а затем уголки его губ изогнулись в усмешке.
“…Не Суин.”
“Кра-а-а!”
Чудовище подняло оставшуюся переднюю лапу и угрожающе разинуло пасть.
Но Кергель продолжал смотреть на него холодным взглядом.
“И ты не был рождён по законам природы.”
“Кра-а-а!”
“…Не знаю, кто именно решил затеять эту игру, но можешь не беспокоиться. Я не позволю, чтобы такие, как ты, появлялись вновь.”
Чудовище бросилось на Кергеля с такой скоростью, что тот словно исчез из поля зрения.
Некоторые рыцари позади него даже вздрогнули от неожиданности.
А затем поднялся огромный порыв ветра.
Он взметнул пыль с земли, так что никто не мог открыть глаз. Людям пришлось хвататься за всё, что попадалось под руку, чтобы их самих не сдуло прочь.
Но вскоре ветер стих.
Первым глаза открыл Гилов и посмотрел вперёд.
Кергель стоял там совершенно один.
А гигантское чудовище, ещё мгновение назад находившееся перед ним, исчезло, словно испарилось.
“Ваше Величество!”
“Это чудовище было создано искусственно.”
Кергель обратился к рыцарям и солдатам.
Все тут же замолчали, сосредоточившись исключительно на его словах.
“Похоже, разные виды зверей и животных неоднократно скрещивали между собой. И…думаю, в процессе использовали даже человеческую кровь.”
“Что значит, скрещивали с людьми?!”
“Какой безумец вообще способен на такую мерзость?!”
Услышав слова Кергеля, все пришли в ужас, а их лица исказились от отвращения.
Кергель некоторое время смотрел на потрясённых людей, а затем задал вопрос заместителю командира:
“Ты знаешь, где алхимия развита лучше всего?”
“Если говорить об алхимии, то это Королевство Ракаин. Но почему вы…А! Вы думаете, что это чудовище создал алхимик?”
Заместитель командира славился обширными познаниями в самых разных областях, поэтому сразу ответил на вопрос Кергеля.
Но затем до него дошёл смысл собственных слов, и он широко распахнул глаза.
“Да. Я тоже ощущаю следы алхимии.”
[Чтобы выяснить больше о природе чудовища, Кергель некоторое время обменивался с ним ударами, вместо того чтобы уничтожить его одним движением.]
[Разумеется, для остальных всё это произошло в одно мгновение.]
“И если говорить о месте, где развитие алхимии не имеет себе равных, то это Ракаин. В других Королевствах и герцогствах алхимия всё ещё находится на начальном уровне.”
Кергель произносил слова почти машинально.
Взгляды, полные восхищения и благоговения, направленные на него, совершенно его не интересовали.
[И всё же…]
[Ракаин уже давно искал с ним конфликта.]
[Более того, они причинили вред его стране, людям Империи Сероиф.]
[Так что о каких-либо компромиссах с Ракаинем теперь не могло быть и речи.]
[Конечно, кто-то мог бы спросить, с чего он так уверенно решил, что всё это было сделано именно в Ракаинe.]
[Но это не могло быть работой какой-либо другой страны.]
[Это определённо был Ракаин.]
[Алхимия на таком уровне, позволяющем создавать настолько сложных и совершенных монстров, существовала только там.]
[Именно поэтому Ракаин до сих пор мог противостоять Сероифу, оставаясь “Королевством”.]
[Кроме того, масштаб произошедшего был слишком велик, чтобы всё это мог организовать один-единственный алхимик.]
[По мнению Кергеля, подобное было совершенно невозможно без полной поддержки государства и привлечения к работе множества алхимиков.]
“…Что касается войны, я не собираюсь отступать. И не намерен позволять всему этому закончиться само собой.”
Придя к окончательному выводу, Кергель произнёс это, и его глаза опасно блеснули.
Рыцари и солдаты, ощутившие ту же свирепую решимость, что исходила от их Императора, один за другим подобрались и приготовились к дальнейшим действиям.