Я не торопился.
Склонив голову, я взвешивал варианты. Выслушав историю людей Морин, я понял: бояться их мне нечего. Надёжными они могут оказаться, а могут и нет, — но угрозы они не представляют. Даже если бы кандидаты попытались схватить меня силой, с их уровнями им бы это не удалось — я ускользну в любой момент.
Банда Сабена — другое дело. Но пока люди Морин будут служить отвлечением, банда скорее всего не сдвинется со своей позиции ещё долго.
Бежать, бросив обе группы разбираться самостоятельно, — вариант. И неплохой, подчёркивала осторожная часть меня.
Второй вариант — помочь, но минимально. Можно открыть запертую дверь и выпустить запертых кандидатов из-под блокады Сабена. Это позволит мне самому не рисковать и сохранить чистую совесть. Главный риск — лишиться всего лута, ещё лежащего в туннельном комплексе гоблинов.
Но второй вариант — полумера. Люди Морин пока об этом не знают, однако бегство через запертую дверь им мало поможет.
Были и другие соображения.
Например, куда двигаться дальше? По моим прикидкам, в подземелье оставался лишь один неисследованный участок: туннель с троллями. По словам Гната, они как минимум второго ранга — серьёзная угроза. Можно попытаться прокрасться мимо, но оставлять живых троллей за спиной мне не нравилось. А без собственной магии убить их я не мог.
Не менее важна была информация — которой мне катастрофически не хватало. И не ускользнуло от внимания, что Морин с людьми, судя по всему, понимали этот мир куда лучше меня: они находились здесь на несколько недель дольше.
Сама безопасная зона тоже требовала внимания. Если я сбегу, а потом придётся вернуться, — обнаружить здесь враждебную, хорошо вооружённую силу вроде банды Сабена было бы неприятно.
И наконец — сама банда. Как бы скептически я ни относился к некоторым частям рассказа Морин и Тантора, поведение людей Сабена я видел собственными глазами. В памяти всплывали образы избиваемых пленников. Какие бы сомнения я ни питал насчёт людей Морин, в одном я был уверен: Сабен — настоящая угроза. И нельзя не учитывать, что к этому времени его банда наверняка накопила немалое состояние. Лут будет богатый.
Итак. Магическое подкрепление. Защита безопасной зоны. Информация. Освобождение пленников. И добыча. Пять веских причин сделать больше.
Я вздохнул, осознав, что именно обдумываю. Существовал третий вариант: не просто открыть людям Морин путь к отступлению, но помочь им разбить Сабена.
Третий вариант был не без рисков.
Я почти ничего не знал о людях Морин. Их поведение до сих пор оставляло желать лучшего, и хотя большую часть их злобы и грубости можно было списать на страх и подозрительность, достаточно знать их не знал, чтобы судить, кто они на самом деле под этой колючей оболочкой.
Они могли при первой возможности попытаться предать меня. Могли оказаться такими же злодеями, какими называл нас Хозяин. Но его словам я больше не верил — и был уверен, что смогу уйти от любого предательства.
Я поднял голову и встретил взгляд Морин. Её глаза ни на секунду не отрывались от меня. Я ещё раз взвесил всё, что задумал. Я был уверен, что план выполним, — но многое зависело от людей разрисованной женщины.
Мне не нужно им доверять. Достаточно, чтобы мы могли работать вместе.
Я принял решение. — Я не проскальзывал мимо людей Сабена.
— Знал я! Он один из них, — торжествующе воскликнул Сигмар. Он взглянул на Морин. — Разреши допросить его. Я вытащу из него правду.
Разрисованная женщина жестом заставила его умолкнуть. — Ты знаешь: Игра не позволит это сделать в безопасной зоне.
Слова Сигмара и особый нажим, с которым он произнёс «допросить», насторожили меня — но я проигнорировал его и не отрывал взгляда от Морин. — Я вошёл в безопасную зону через другой туннель — тот, что за запертой металлической дверью.
Сигмар вскинулся. — Невозможно, — наконец выдавил он. — Дверь заперта. Ты лжёшь!
Тантор грустно покачал головой. — Мои люди снова проверили дверь после того, как вас заметили. Она по-прежнему заперта. Сигмар прав. Вы не говорите правды.
Морин молчала. Со сложенными на коленях руками она терпеливо ждала моего объяснения.
Я полез в рюкзак. — Она заперта, — согласился я, — потому что я запер её за собой. — Я протянул магический ключ. — Вот этим.
В оглушительной тишине пять пар глаз уставились на ключ в моей руке.
— Где вы его взяли? — выдохнула Морин.
— У гоблинского вождя, — сказал я.
Она смотрела на меня непонимающим взглядом.
Я махнул рукой, откладывая объяснение. — Расскажу позже. Важно другое: за металлической дверью находится выходной портал сектора. Только я не советовал бы им пользоваться, потому что—
— Вы нашли выход из сектора? — спросила Морин, не веря своим ушам. — Вы понимаете, что это значит?
— Эм... — я нахмурился. — Нет?
Остальные тоже встрепенулись, на лицах вспыхнуло новое возбуждение. — Этот гоблинский вождь, — резко спросил Тантор, — он случайно не был боссом сектора?
— Гм, думаю, да, — произнёс я, так и не поняв, что их так взволновало. Я ведь ещё даже не добрался до главного.
— Не верю ушам своим! Парень расчистил сектор, — взревел Борнхольм.
— Невозможно, — снова пробормотал Сигмар.
Я смотрел на всех в замешательстве. — Не понимаю.
— В каждом секторе подземелья есть один босс, — объяснила Морин. На её лице читалась улыбка, в глазах блестели слёзы. — Убийство босса — всегда финальное испытание. — Она помолчала. — Вы открыли для остальных дорогу из подземелья, Майкл. Спасибо.
Увидев, что лоб мой по-прежнему наморщен в непонимании, она мягко спросила: — Ваш фамильяр не рассказал вам?
— Нет, — пробормотал я. — Не рассказал.
— Не будем торопиться радоваться, — уныло буркнул Сигмар. — Вдруг он лжёт.
— Зачем ему лгать? — возразил Борнхольм. — И потом — у него же есть ключ!
— Откуда у него ключ, если не от треклятого торговца? — парировал Сигмар.
Мой взгляд метнулся к Морин в поисках объяснения.
— Мы все узнали ключ в вашей руке, потому что точно такой же продаётся у одного из торговцев, — сказала она. — Мы давно знаем, что запертая дверь ведёт на следующий этап сектора, но даже объединив все средства, не смогли наскрести нужной суммы.
Я кивнул. — Сколько он стоит?
— Двадцать золотых, — ответила она.
Я поморщился.
— Как вы добрались до области за дверью? — спросила Морин.
Я взглянул на неё. Ни тени подозрения. Она спрашивала из простого любопытства. Я пожал плечами. Оснований лгать не было, и я объяснил, как добрался до туннельного комплекса гоблинов.
— Он нашёл чёрный ход, — восхитился Тантор.
— Похоже на то, — согласился Борнхольм.
— Где была твоя команда? — спросила Декалтия. Она не произносила ни слова уже долгое время.
Я посмотрел на неё. — Моя команда?
Та кивнула. — Их убил гоблинский вождь? — Когда я не ответил сразу, взгляд её заострился. — Или ты их бросил?
Я покачал головой. — У меня не было команды. По подземелью я шёл один.
Снова тишина — слова упали, как камень в воду. Даже Морин выглядела растерянной.
— Ага, конечно, — фыркнул Сигмар, нарушив молчание.
— Это правда, — сказал я, встретив его взгляд.
— И ты хочешь, чтобы мы поверили, что ты убил босса сектора и несколько десятков гоблинов — один? — произнёс он с нескрываемым скептицизмом.
— Семьдесят.
— Что? — опешил он.
— В туннельном комплексе было около семидесяти гоблинов.
— И ты утверждаешь, что убил всех? — тихо спросил Тантор.
— Да, — произнёс я.
Убеждённость в моих словах — больше, чем сами слова, — судя по всему, перевесила сомнения. Всех, кроме Сигмара.
— Значит, путь на поверхность открыт, — сказала Декалтия, в глазах сверкнул огонь. — Мы свободны.
Я покачал головой. — Нет.. увы, всё не так просто.