Полугигантша медленно повернулась ко мне. — Почему? — потребовала она.
— Без Тёмной метки пройти через выходной портал не удастся. Никому из вас, — произнёс я. Я объяснил, что случилось, когда я попытался пройти, и как работают метки, умолчав при этом о волках и о том, что сам я уже отмечен. — К сожалению, вы застряли здесь. Мы все застряли, — заключил я.
— Будь проклят Хозяин, — выругался Борнхольм. — Я так и знал! Он сжульничал.
Морин закрыла глаза и сжала ладони, скрывая едва заметную дрожь. — Теперь ясна его конечная цель, — тихо произнесла она про себя.
Декалтия нахмурилась. — Не понимаю.
— Если слова Майкла верны, единственный надёжный способ получить Тёмную метку — принять тёмный Класс, — объяснил Тантор. — Чтобы покинуть подземелье, придётся отречься от других путей. Хозяин пытается принудить нас следовать только Тьме, — заключил он.
Я молчал, но сам пришёл почти к такому же выводу. Задним числом было очевидно: Хозяин манипулировал нами с той самой минуты, как мы вошли в Игру. Сначала — разговорами о том, что мы злые, а потом — натравив кандидатов друг на друга.
Не менее ясно было и то, что его слуги — Гнат и Стейн — тоже являлись частью этой схемы. Я ещё не знал, как справиться с фамильяром, но в одном был твёрд: не поддамся на уловку Хозяина. Не доставлю ему этого удовольствия. Каким-то образом я выберусь из подземелья, не принеся клятвы Тьме.
Вот только как именно — этого я пока не придумал.
Морин открыла глаза. Похоже, она восстановила самообладание. — Не всё потеряно, — произнесла она, поочерёдно взглянув на каждого из своих спутников. — У нас есть шанс. Можно пробиться через туннельный комплекс гоблинов и добраться до логова троллей. За ними, возможно, найдётся другой выход из сектора. — Несмотря на слова, голос её звучал без особого оптимизма.
— Это разумно, — согласился я. — Сам намерен поступить так же. — Я глубоко вздохнул. — Но прежде чем идти этим путём, предлагаю попробовать кое-что другое.
Морин вопросительно посмотрела на меня.
— Мы разгромим банду Сабена, — заявил я.
Реакция оказалась не той, которую я ожидал. Сигмар засмеялся. Декалтия опустила голову. Морин не встретила мой взгляд. Тантор покачал головой.
— Это невозможно, парень, — грустно произнёс Борнхольм. — Никто не хочет покончить с жестоким правлением Сабена сильнее, чем я. Но у этого подлеца есть два десятка закалённых воинов и магов — его так называемые «элиты». Все они первого ранга и вооружены до зубов. Пусть наши числа больше — атаковать их без снаряжения — самоубийство.
Я улыбнулся. — Кто сказал, что мы пойдём без снаряжения?
Пять пар глаз одновременно уставились на меня — с одинаковым удивлением.
— В туннельном комплексе лежат около семидесяти мёртвых гоблинов, — сказал я. — На каждом — кожаные доспехи, в руке — оружие того или иного вида. Не самое лучшее снаряжение, признаю, — но осмелюсь предположить: для штурма большинство из вас им вполне можно вооружить?
Уныние, заполнявшее палатку, уступило место чему-то другому: надежде.
Борнхольм вскочил на ноги; в его широко распахнутых глазах горело пламя, а ноздри раздулись. — Не шути со мной, парень, — выдохнул он. — Ты серьёзно? Ты поделишься своим лутом с нами?
Я кивнул.
Дворф молча изучал моё лицо долгое мгновение. Найдя искомое, он откинул голову назад и взревел: — Тогда клянусь богом, давайте это сделаем! — Не дожидаясь товарищей, он вылетел из палатки с воплями, призывая остальных кандидатов собираться.
После секунды оцепенения Декалтия стиснула моё плечо огромной ладонью и шепнула в ухо: — Спасибо, маленький человек. — После чего тоже поднялась и нырнула из палатки.
~ ~ ~
Остальных из ближнего круга Морин — включая её саму — пришлось убеждать дольше.
В конечном счёте трое согласились воздержаться от суждений до тех пор, пока сами не увидят обещанный лут. От Сигмара я меньшего и не ждал, Тантор выглядел человеком осторожным — но сдержанность Морин меня всё же удивила. Я думал, она ухватится за возможность обеими руками.
Возможно, она уже потеряла надежду. Или моё предложение кажется ей слишком хорошим, чтобы быть правдой.
Однако несмотря на сомнения, Морин действовала быстро. — Тантор, поставь отряд стеречь вход в северный туннель, — приказала она, когда мы вчетвером покидали палатку. — Боюсь, Борнхольм был не слишком разборчив в том, с кем поделился сведениями Майкла.
— Сделаю, — сказал Тантор и поспешил прочь.
Я взглянул на Морин с любопытством.
Перехватив мой взгляд, она произнесла: — Люди Сабена периодически совершают вылазки в безопасную зону. — Она скривилась. — А некоторые из наших людей, случается, перебегают на другую сторону. Оба предыдущих раза, когда мы штурмовали лагерь, Сабен узнавал о наших планах заблаговременно и встречал нас во всеоружии. На этот раз мы не можем допустить подобного. Бежим ли мы или атакуем — Сабен не должен знать, что мы затеяли.
Я кивнул, оценив её предусмотрительность.
— Почему ты это делаешь? — вдруг спросила Морин.
Я посмотрел на неё. — Что именно?
— Указать нам путь к выходу — это одно. Но отдать весь лут? — Она изучающе смотрела на меня. — На альтруиста ты непохож.
— Во-первых, я отдаю не весь лут — лучшее уже при мне, — ответил я. — Во-вторых, то, что получу в обмен от банды Сабена, наверняка стоит вложений. — Я широко повёл рукой в сторону собирающихся кандидатов. — Всё это — вооружение ваших людей, назовите это инвестицией.
— Значит, всё ради добычи? — в её голосе скользнула нота разочарования.
— Конечно, — легко ответил я. — А что ещё? — Я ещё не был готов раскрывать ей все свои соображения.
Разрисованная женщина лишь покачала головой. Обернувшись к Сигмару, она произнесла: — Собери всех у запертой двери.
— Всех? Ты уверена? — спросил тот.
— Уверена, — ответила она.
— Хорошо, — сказал он и зашагал прочь, но успел пробурчать себе под нос: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Морин улыбнулась — чуть грустно, показалось мне. — Я тоже надеюсь, — произнесла она и снова повернулась ко мне. — Идём, направимся к воротам. Остальные встретят нас там.
Я пошёл рядом с разрисованной женщиной, и какое-то время мы шли молча. Встречные кандидаты узнавали Морин и отдавали ей честь или кивали с уважением.
— Почему они идут за тобой? — спросил я в конце концов, кивнув в сторону кандидатов.
Морин пожала плечами. — Не знаю. Я никогда не стремилась к лидерству — оно просто так сложилось. Моя группа была одной из немногих, кому удалось дать достойный отпор людям Сабена. После того как мы отбили первые попытки банды нас захватить, другие кандидаты потянулись к нам в поисках защиты. — Она вздохнула. — Но Сабен всегда был на шаг впереди, и в конце концов мы тоже стали его жертвами и оказались здесь.
Я нахмурился. — Но как Сабен набрал такую силу, что одолел столь многих?
— Вот и вопрос, — тихо произнесла Морин. — Одни думают, что ему попался какой-то сверхмощный предмет.
Я заметил её выбор слов. — Но ты так не считаешь?
— У Сабена есть способности, которых нет ни у одного другого кандидата. Он редко дерётся сам, но когда всё же вступает в схватку — эффект разрушительный. Я думаю, у него мастерский Класс.
Я уважительно свистнул. — Мастерский Класс. Нашёл его в самом начале?
Морин покачала головой. — Ты не так меня понял. Я уверена, что он вошёл в подземелье с этим Классом.
Я резко взглянул на неё. — Каким образом?
— Думаю, Стейн ему его дал, — сказала она.
Я прищурился, осмысляя последствия. Если подозрение Морин было обоснованным, значит Стейн и Хозяин сжульничали ещё глубже, чем я предполагал.
Правильно ли я поступаю? — задумался я. Если Стейн пошёл на все эти хлопоты ради Сабена, то вряд ли ограничился одним Классом. Какие ещё сюрпризы таил в рукаве лидер банды?
Это ставило вопрос: разумно ли атаковать лагерь Сабена? Пожалуй, нет, признал я, — но это нарушит планы Хозяина. Ещё одна причина для выбранного пути, пришедшая мне в голову только сейчас. Помимо всего прочего, я вдруг осознал, что идея расстроить замыслы Хозяина мне очень нравится.
Мною манипулировали. И я это ненавидел.
Пора было взять хоть небольшой реванш.