— Надо же было так всё изрешетить, парень? — ворчал Борнхольм. Мы склонились над трупом дворфа-стражника и пытались снять броню.
— Постараюсь менее усердно убивать в следующий раз, — пробормотал я.
— Уж постарайся, — буркнул дворф, похоже не уловив моего тона.
Мы по-прежнему были у захваченного поста. Сигмар с главными силами ещё не прибыл. Впереди Морин, Тантор и половина разведывательного отряда вели наблюдение, остальные снимали снаряжение с убитых стражников.
— Поторопись, Борнхольм, — произнесла Декалтия. — Сигмар уже идёт, а ты знаешь: ждать он не станет.
Дворф ничего не ответил, но ворчать перестал и ускорился. Оставив его, я сел на пол и уделил минуту новому очку атрибута.
Ваше Телосложение выросло до ранга 4.
Затем я закрыл глаза. Доверившись обострённым чувствам в качестве предупреждения об опасности, я опустошил разум и позволил запасу пси в подсознании пополняться.
Вы восполнили 2% пси. Ваш пси: 62%.
С каждым вдохом запасы медленно восстанавливались. Перечитав каталог Хэмиша, я выяснил: существуют навыки, похожие на медитацию, для восполнения выносливости и маны. Идея заманчивая, но ячеек для них у меня попросту нет.
Рука тяжело опустилась на плечо, резко возвращая из транса.
Медитация прервана! Ваш пси: 80%. Ваш навык медитации вырос до уровня 19.
Я поднял голову. Борнхольм — полностью облачённый в новую броню. — Все пришли, — сказал он.
Я встал. Оглядевшись, увидел, что колонна кандидатов стоит в готовности меньше чем в пяти ярдах. Так был поглощён медитацией, что не услышал ни их шагов, ни приглушённого гула голосов.
— Что ты делал? — с любопытством спросил Борнхольм.
— Медитировал, — рассеянно ответил я, оглядываясь в поисках ближнего круга Морин. — Где Сигмар?
— Пошёл вперёд — к Морин и Тантору, — ответил дворф. — Давай и мы присоединимся.
~ ~ ~
Мы нашли Морин и остальных в двадцати ярдах впереди — в оживлённом споре.
— ...мне это всё равно не нравится, — шептал Тантор.
— Но куда они могли деться? — голос Декалтии звучал хрипло: она старалась говорить тихо.
— Не знаю, — ответил тот. — И именно это меня беспокоит.
— Разве это важно? — спросил Сигмар. — Вот наш шанс захватить лагерь. Надо пользоваться.
При нашем приближении Морин оглянулась, и остальные умолкли.
— Проблемы? — спросил я, обращаясь к разрисованной женщине.
— Не совсем, — сказала Морин, переглянувшись с Сигмаром и Тантором. — Разведчики вернулись из рекогносцировки. Банда до сих пор не подозревает о нашем присутствии, но нигде нет ни следа элиты Сабена.
— Что, возможно, ничего не значит, — сказал Сигмар.
— Но это меняет наши планы, — добавил Тантор.
Я кивнул, понимая их затруднение. Первоначальный план предусматривал сосредоточение удара именно на ядре Сабена. Все сошлись: победа над элитой — ключ к победе в бою. С этой целью Морин разбила силы на отряды и поставила часть из них охотиться на лейтенантов и лидера банды. Теперь, когда ни одна из основных целей не обнаруживалась, планы рассыпались.
— Неважно, где они, — резко произнёс Борнхольм. — Будем ещё долго сидеть сложа руки — нас заметят. Как бы мы ни решили, действовать нужно быстро.
Морин взглянула на дворфа. — Борнхольм прав. Медлить дольше нельзя. — Она поднялась на ноги. — Сигмар, веди колонну. Пора атаковать.
~ ~ ~
Колонна из ста пятидесяти кандидатов с Морин, Декалтией и Борнхольмом во главе рысью преодолела последние пятьдесят ярдов до лагеря. Никто не заговорил, никто не крикнул, никто не вышел из строя. Самообладание было впечатляющим — и немного пугающим.
По мере расширения туннеля колонна развернулась в молчаливые ряды. Поначалу наше появление прошло незамеченным. Это длилось недолго. Но и после того, как была поднята тревога, люди Морин сохраняли дисциплину. Выполняя приказы и игнорируя нарастающий хаос в лагере, они выстраивались в боевую линию.
Стоя в центре линии, я покосился на кандидатов по обе стороны. В них ощущалась тихая сосредоточенность — та, что подчёркивала ярость, тлевшую в их острых взглядах и сжатых кулаках. Кандидаты были готовы к этой битве. Нет — они были больше, чем готовы, осознал я. Они дрожали от нетерпения и жаждали крови.
Это был их шанс наконец ударить в ответ — и они это знали.
— Давай, Декалтия, — приказала Морин.
Я снова перевёл взгляд вперёд. Морин стояла на шесть шагов впереди остальных, с Борнхольмом и Декалтией по обе стороны.
Полугигантша глубоко набрала воздух. — КАНДИДАТЫ! — взревела она. — Настал час свергнуть вашего злобного лидера! Бросьте оружие — и вам не причинят вреда. БУДЕТЕ СРАЖАТЬСЯ — УМРЁТЕ.
Мне эта часть плана не слишком нравилась — слишком расточительно жертвовать фактором внезапности. Но Морин настояла. Она верила: получив возможность, многие из людей Сабена бросят его дело. По её мнению, если предъявить банде достаточно жёсткий ультиматум и лишить Сабена возможности заблаговременно запугать своих, многие переметнутся. Остальные с ней согласились.
Я сомневался — но уступил их знанию людей. Они знали многих из этих кандидатов уже несколько недель. Некоторых из них, я знал, принудили вступить в банду. Однако я не был уверен, насколько можно доверять бывшим членам банды — особенно в разгар боя. Сканируя противника, я наблюдал за их реакцией.
В лагере было всего около пятидесяти кандидатов. Мы превосходили их числом втрое, и, судя по виду, они это тоже осознали. Почти минута прошла с момента нашего появления в пещере, а кандидаты из лагеря всё ещё топтались на месте.
Я нахмурился. Где их лидеры? И куда пропала нежить, которую я видел в лагере в первый раз? Знакомые фамильяры кандидатов присутствовали — но никаких других нежитей не было.
Я взглянул на правый фланг, где Тантор командовал заклинателями. На лице боевого мага читалась тревога. Мои собственные опасения росли, и я начинал бояться, что подозрения Тантора были обоснованными. Что-то здесь было не так.
При звоне оружия я резко обернулся. Среди врагов вспыхнула схватка — между теми, кто складывал оружие, и теми, кто оказался рядом. Обведя взглядом лагерь, я увидел: почти половина членов банды бросала оружие на землю.
Морин оказалась права, — я покачал головой в изумлении, и тревога чуть отпустила. Если достаточно противников сдадутся — считай, битва выиграна, и неважно, куда девались Сабен с элитой. Возможно, бежали.
Вспыхнула ещё одна схватка.
Потом ещё одна.
Я понял: несмотря на добрые намерения Морин, кандидаты, которых она пыталась спасти, рискуют погибнуть всё равно — от рук же членов банды.
Морин пришла к тому же выводу. Жест — и ряды двинулись вперёд. — Бойцы, атака! — приказала она. — Щадите сдавшихся и берите как можно больше живыми.
Я позволил линии пройти мимо, не тронувшись с места. Мой клинок здесь не был нужен. Учитывая разрыв в силах и неразбериху среди членов банды, их быстро подавят.
На правом и левом флангах маги и лучники — около половины всех наших сил — стояли без дела. Морин не отдавала им приказа вступать в бой — и я понимал почему. Присоединись они к атаке, удержать потери в разумных пределах было бы почти невозможно. После прохождения рядов бойцов я направился к кучке людей, сгрудившихся вокруг Морин.
— Где пленники? — спросил Борнхольм, в голосе которого дрожал гнев — а может, и страх. — Почему не в центре лагеря? Этот ублюдок всегда держал их на виду!
— Не знаю, — сказала Морин, — но скоро узнаем. Сигмар пошёл допросить кого-то из банды. — Морин успокаивающе положила руку дворфу на плечо. — С Сеной всё будет в порядке, — добавила она тихо.
Грудь Борнхольма часто вздымалась, дыхание было прерывистым — но от спокойного, размеренного тона Морин он немного успокоился. Меня укол сочувствия к дворфу. Я и прежде подозревал: у него кто-то пропал, попав к банде Сабена, — теперь сомнений не осталось.
Взгляд скользнул к Сигмару. Группа бойцов вытащила из гущи боя троих сложивших оружие, и инквизитор допрашивал одного из них.
Я встал рядом с Тантором. — Мы знаем, где Сабен?
Высокий эльф покачал головой, не отводя взгляда от инквизитора. — Пока нет, но Сигмар выяснит, — произнёс он с мрачной убеждённостью.
Кивнув, я сложил руки на груди и приготовился ждать.