Нога болит. Голова болит. Несколько ночей подряд готовила выступление — теперь ещё и глаза плохо фокусируются. Если подумать, почти нет места, которое не болит. Истина сидела и потирала ушибленную ногу. Не поймёшь, от долгого стояния она ноет или всё-таки из-за того, что по дороге развалилась карета.
В любом случае больно. Зато выступление закончилось успешно. Да, несколько человек клевали носом. Наверное, просто много работали накануне. Это ведь не потому, что Истина плохо выступила. Теперь профессор вышел отвечать на вопросы. Для кого-то сегодняшняя встреча могла показаться камерной и незначительной. Для Истины это была самая большая сцена в её жизни. Ей всё-таки повезло.
Профессор Астрикс мог гонять её без жалости, но в одном сомневаться не приходилось — человек он выдающийся. Когда Истина шла к нему в аспирантуру, ожидания лежали где-то на полу. Закончить бы магистратуру хоть у кого-нибудь. И всё. Теперь это казалось почти смешным. Её научный руководитель дал ей шанс поучаствовать в работе, которая меняет историю медицины империи.
Статью об эпидемической кишечной инфекции вообще отдал ей как первому автору. Может, потому что микробную теорию уже представил сам. Сегодняшнее выступление тоже, кажется, прошло удачно. Мысль она донесла. На вопросы отвечала. Важные люди её запомнили. Возможно, даже появятся связи в высшем обществе. Признание. Репутация исследователя.
Настоящее мастерство целителя. Знакомства среди тех, кто принимает решения. А там, глядишь, можно будет наконец заткнуть людей, которые годами цеплялись к её происхождению и даже пытались вытолкнуть из аспирантуры. Сейчас, правда, сама Истина сидела за кафедрой и массировала больную ногу. Но когда-нибудь и в её жизни наступит спокойный период. Если просто продолжать идти за этим профессором.
***
Выступление закончилось. Истина нервничала, но справилась. Возможно, дрожащий голос даже вызвал у слушателей немного сочувствия. Теперь очередь отвечать на вопросы была моей. Позиции других профессоров можно изучить заранее. А здесь сидели в первую очередь люди из политики и управления. Манфред посмотрел на меня.
— То есть предлагаешь относиться к эпидемиям как к войне?
— Именно.
— Звучит разумно.
Похоже, мысль хотя бы зацепилась. Уже ради этого нас, наверное, и позвали. Манфред немного задумался и повернулся к нынешней старшей целительнице дворца. Вайолет распахнула глаза. Похоже, только что дремала.
— Что думаешь?
— Я несколько раз ездила в Академию и обсуждала с профессором его новые идеи. В целом считаю их верными.
Быстро соображает. И формально не соврала. Она действительно приезжала. И утверждать, что мы совсем не обменивались мнениями, тоже нельзя. Умная и ленивая. Точнее, талант использовать интеллект исключительно для того, чтобы меньше работать, у неё выдающийся.
— Понятно.
— Мы раньше вместе работали во дворцовом лазарете.
Вайолет незаметно показала мне большой палец и изобразила добродушную улыбку. Невероятный человек. Хотя если бы мы работали в обычном офисе, она, наверное, была бы идеальной коллегой. Врачам, правда, так работать не положено.
— Хорошо. Я понял позицию профессора. Если свести её к основе, вы утверждаете, что плохие условия жизни создают почву для эпидемий и помогают им распространяться.
— Да.
Глаза Манфреда немного сузились.
— Удобная профессия у целителей. Пришёл пациент — скажи ему хорошо есть, тепло одеваться и высыпаться. Лечение окончено.
Вот это как раз самое трудное, идиот-принц. Забираю назад всё хорошее, что о нём говорил. Иногда сразу видно: Манфред всё-таки человек из верхушки общества. Даже при хорошем характере привычка смотреть на весь мир сверху никуда не девается.
— Многие болезни действительно можно предотвратить или облегчить именно этим. Но обычно ко мне приходят уже после того, как такой уровень профилактики не сработал.
Этот ответ его, кажется, устроил. Манфред просто кивнул.
— Обдумаем. Вы хорошо поработали.
Я поклонился и вместе с Истиной вышел из переговорной. За спиной снова поднялся шум. Истина посмотрела на меня.
— Нормально получилось?
— Да.
— Я ужасно боялась до поездки. Но, кажется, даже не заикалась!
Если честно — заикалась. Много. И всё выступление ещё прихрамывала из-за травмированной ноги. Сама, похоже, не заметила. Но какая разница. Может, ей даже немного посочувствовали.
— Заикание вообще не главное. У тебя достаточно сильная работа, чтобы люди оценивали содержание, а не то, насколько ровно ты говоришь.
— Правда? Спасибо!
Истина улыбнулась и тут же прикрыла рот рукой. Очень по-девичьи.
— В общем, молодец. Пока отдыхай. В Академию выедем до ужина.
— Хорошо!
Она кивнула. Точно. Я ведь обещал Минт. Было около трёх часов дня. Солнце уже миновало полдень, но мы всё-таки выбрались из переговорной достаточно рано. Минт ждала у входа в сад. Надеюсь, недолго.
— Думала, вы закончите позже.
— Люди там занятые.
Не только занятые. Большинство из них сами решают, когда заканчивается их рабочий день. Если всё необходимое уже обсудили, незачем держать встречу ещё два часа. День выдался ясным, по-весеннему тёплым. На столике уже лежали маленькие сэндвичи. Минт, правда, почти не обращала на них внимания.
— Смотри, птица.
— В карете вы говорили, что от моего голоса голова раскалывается и велели молчать. Зачем тогда позвали в сад развлекать вас?
— Кто-то должен держать зонтик.
— Ваше высочество…
— Чего стоишь? Зонтик не возьмёшь?
Похоже, она всё-таки шутила. Над столиком был нормальный навес. А собственный зонтик Минт без дела лежал возле скамейки.
— В комнате уже пыль накопилась. Всего два месяца прошло. Наверное, совсем не убирали.
— Может, просто заперли дверь? Без вас слугам, наверное, неловко входить.
— Возможно.
Минт склонила голову.
— Давно я не была во дворце. Всё осталось как в памяти.
— И правда. Я ожидал, что ощущение будет другим.
Во дворце словно вообще ничего не изменилось. Будто два месяца исчезли и я снова пришёл на обычную смену. Минт посмотрела на меня.
— Сегодня видел первого принца?
— Да.
Так люди обычно называют родного брата? Если подумать, не самая странная семейная привычка. Не обязательно же обращаться к родственнику по имени.
— Ты бы тоже могла прийти на встречу.
— Может, когда окончу Академию, меня и начнут пускать на такие совещания.
Верно. Минт ещё очень молода. По современным меркам — старшая школьница или студентка.
— Что он хотел?
— Обсуждали санитарную политику. Кстати, там была и регентша Лаписа, которую мы недавно встречали.
— Женщина?
— Да. С тёмно-синими волосами.
— Она мне не нравится.
— Кажется, вы уже говорили.
Почему? Потому что Раплания в похожем возрасте уже фактически правит владением, а Минт ещё ничем подобным не занимается? Или причина совсем другая? Минт с недовольным лицом смотрела в пространство. Между клумбами летали бабочки, по деревьям прыгали птицы.
— Астрикс. Сколько тебе лет?
— Тридцать.
— Точно.
Она выглядела так, будто хотела сказать ещё что-то. Но молчала. Может, возвращение во дворец просто навеяло мысли.
— И всё-таки. Зонтик.
Так это не шутка? Я раскрыл светло-фиолетовый зонтик — Минт такой цвет подходил. Сам я стоял рядом в чёрном официальном костюме. Со стороны, наверное, прекрасная картина.
— Пройдёмся.
Я держал зонтик над её головой.
***
Минт медленно шла по садовой дорожке. Говорила о мелочах. О занятиях в Академии. О какой-то дочери герцога, с которой учится вместе. О профессоре, который плохо объясняет. О другом, который объясняет хорошо. Я слушал вполуха.
— Ваше высочество. Я уже не служу во дворце. Командовать мной как прислугой немного странно.
Минт снова посмотрела на меня.
— Прошу.
— Тогда другое дело.
Возразить было нечего.
— Эй.
— Да?
— Спасибо, что нашёл время. Ты сегодня был занят.
— Если вам действительно нужно, время найду.
Минт прошла ещё несколько шагов и остановилась. Ветер поднимал лепестки цветов вокруг неё.
— Я думала, что когда приеду в Академию, всё станет другим. Даже боялась немного.
Я кивнул.
— Перемены пугают.
— А оказалось, почти ничего не меняется.
— Хорошие изменения редко происходят сразу. Когда всё меняется понемногу, легко кажется, что ничего не произошло.
— Я, например, уже считаю большим прогрессом то, что вы можете спокойно и без привычной защиты говорить со мной о собственных чувствах.
Минт нахмурилась. Упс. Возможно, перебор. Она любит похвалу, но не любит, когда с ней говорят как с ребёнком.
— Иногда мне кажется, что язык у тебя работает лучше, чем целительная магия.
— Простите?
Минт направилась к выходу из сада. Вот ведь глупая принцесса…
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta