Лето здесь обычно пасмурное и влажное. Редкий ясный день при морском климате — почти подарок. Жаль только, что выходить гулять некогда.
На сегодняшнем занятии нужно впервые нормально объяснить идею антибиотиков: существуют вещества, которые даже в очень малой концентрации способны убивать бактерии, почти не вредя человеку. Поэтому мы с Истиной готовили материалы. Она листала бумаги с довольно серьёзным видом.
— Немного обидно.
— Что именно?
— Нельзя же дедуктивно доказать, что голубая плесень обязательно должна производить антибактериальное вещество. Нет какой-то безупречной цепочки, из которой вывод получается неизбежно.
— В этом смысле да.
— Может, просто принести чашки?
— Можно.
Можно сто лет спорить о том, существует ли чёрный лебедь. Но пока кто-нибудь не принесёт самого чёрного лебедя — или хотя бы его перо, — научное сообщество всё равно будет сомневаться. Теоретическое основание тоже важно. Но окончательно поверят только после наблюдения.
Сегодняшняя задача скромнее. Просто посеять мысль. Главное выступление будет не здесь, а на конференции в Уитби.
***
На следующий день пришло время занятия. Цель была вполне конкретной: ещё до статьи приучить людей к самой мысли, что антибиотик вообще может существовать. Говорят, Флеминг впервые задумался о веществе, которое избирательно убивает бактерии, когда заметил: в культуре, куда случайно попали выделения из носа, бактерии погибли.
С современной точки зрения ничего мистического. В слезах и слизи есть фермент лизоцим, который обладает слабым антибактериальным действием. В каком-то смысле — естественная часть защиты организма.
— Истина. Все пришли?
— Да.
— Хорошо.
Я оглядел аудиторию. Сегодня подозрительно мало странных людей. Ни профессоров, ни аспирантов, которые обычно появляются на моих занятиях будто по расписанию. Ну и ладно.
— Недавно мы показали, что алкоголь способен убивать бактерии. Теоретически это должно сильно помочь с больничной гигиеной и профилактикой инфекций при операциях…
Надеюсь. Я не могу знать, насколько быстро это действительно вошло в практику. Поэтому в конце фразы немного смягчил тон.
— …и, судя по всему, уже начинает помогать.
В общем.
— Но если человек просто выпьет алкоголь, бактерии внутри организма не погибнут. Более того, больному может стать хуже.
— Здесь всё упирается в концентрацию. Даже если выпить целую бутылку водки, концентрация спирта в крови обычно не дотянет и до одной десятой процента. А чтобы убивать бактерии, нужен как минимум один процент.
Вот главный вопрос.
— Может ли существовать вещество, которое безопасно для человека, но при этом убивает бактерии?
Разумеется, может. Это и есть антибиотик. Но найти такое вещество трудно.
— Оливер. Как думаете?
— Э-э… Может, вещества, которое убивает бактерии и совсем не повреждает ткани человека, нет. Но есть много средств, которые просто помогают человеку восстановиться.
Такое действительно есть. Травы, настои, поддерживающее лечение. Они могут работать. Просто механизм совсем другой.
— Верно. Есть ещё варианты?
Я обвёл аудиторию взглядом. Никто не поднял руку.
— Тогда представьте вещество, которое почти не вредит человеку, но даже в крошечной концентрации убивает бактерии.
Сам спросил и сам понял, насколько смешно звучит. Что тут представлять? Конечно, было бы прекрасно.
— Если сразу сказать вывод: несколько дней назад наша лаборатория обнаружила штаммы плесени, которые вырабатывают вещество, избирательно подавляющее бактерии.
Оливер заметно дёрнулся. Похоже, хотел спросить и в последний момент передумал. Я посмотрел прямо на него.
— Оливер. Говорите.
— Это вообще возможно?
— Почему нет?
— Плесень сама вызывает гниение и болезни. И при этом она убивает бактерии?
— Клин клином.
Если совсем коротко — именно так.
— Бактерии и плесень конкурируют за ограниченные ресурсы. Бактерии размножаются быстрее, зато плесень использует более сложные структуры и способы борьбы. Один из них — вещество, которое выборочно подавляет бактерии.
— То есть яд именно против бактерий?
— Да.
Аудитория всё ещё гудела. Пока исследование не завершено, это нормально. Когда придёт время выступать в Уитби, разговор будет уже не о том, возможно ли подобное вещество, а о способах выращивания плесени и его выделения.
— Расскажу, как мы проверяли. В центре чашки Петри выращивали плесень, а на той же питательной среде — бактерии. В нескольких случаях бактерии возле плесени почти не росли.
Истина подняла руку.
— Почему вы уверены, что действует именно какое-то выделяемое вещество?
— Нити самой плесени прекрасно видны под микроскопом. Если эффект распространяется дальше границ грибницы, разумно предположить, что действует вещество, которое диффундирует через среду.
Истина кивнула. Я задумался. Если выделить пенициллин и добавить его к живой бактериальной культуре прямо под микроскопом, можно будет наблюдать разрушение бактерий. Для этого сначала нужно получить достаточно чистое вещество.
Но в принципе возможно. Может, получится даже увидеть структуры самой плесени, связанные с его выработкой. Надо будет подумать, какое доказательство окажется максимально наглядным. С задних рядов подняла руку Энн — магистрантка Крофелтера.
— То есть вы действительно утверждаете, что нашли вещество, которое выборочно убивает бактерии?
— Да.
— Не слишком ли это похоже на мечту о серебряной пуле? Звучит почти фантастически.
Это даже не вопрос. Какая дерзкая студентка. До нормального массового производства действительно ещё далеко. Но существование вещества и его действие мы сможем доказать намного раньше.
Я покачал головой. Понимаю, почему Энн сомневается. Но здесь она ошибается.
— Нет. Само вещество мы уже нашли. Вопрос теперь не в том, существует ли оно, а в том, можно ли превратить открытие в лекарство, пригодное для клиники.
Можно ли наладить производство. Об этом я и сам думал. Смогу ли я за несколько лет выделить пенициллин из плесени в количестве, достаточном для лечения людей? Не знаю.
— План такой: за ближайшие недели размножить нужные штаммы плесени, а затем попытаться выделить активное вещество. Вырастить плесень несложно.
Химическое выделение, скорее всего, будет намного труднее. По залу снова прошёл шум. Истина смотрела на меня с первого ряда.
— Профессор.
Голос раздался с самого конца аудитории. Женщина в серой мантии с фиолетовыми глазами подняла руку. Вайолет.
— Вы сегодня опять здесь.
Она действительно почти не пропускает мои занятия. Хотя если во дворце всё равно не работает, здесь хотя бы польза. Иногда слушает внимательнее настоящих студентов.
— Я правильно поняла? Вы уже нашли токсичное вещество, которое убивает бактерии, но почти не действует на человека?
Именно это я и объясняю. Я кивнул.
— Да.
— Покажите мне тоже.
— Не хочу.
— Один раз.
Что за детский характер? Хотя если подумать, Вайолет и раньше нормальной не была. Особенно здравомыслящим человеком её никогда не назовёшь. Я вздохнул.
— Статью представим на конференции в Уитби.
— Хорошо.
Вайолет опустила руку.
***
Занятие закончилось. Но Вайолет увязалась за мной по дороге в лабораторию.
— Профессор.
— Да.
— Мне всё-таки нужно отчитаться перед дворцовой медслужбой. Может, покажете, над чем работаете? Обещаю только посмотреть.
— М-м…
Ладно. Если коммерциализация всё равно займёт годы, одна неделя ничего не решит. Но можно извлечь пользу.
— Тогда добудьте мне финансирование.
— Финансирование?
— Да.
Вайолет задумалась.
— Хорошо. В следующий раз поговорю во дворце. Скажу, что вам нужны деньги на исследование, которое действительно может изменить мир.
— Отлично.
— Значит, покажете?
Я кивнул.
— Идёмте.
Мы вошли в лабораторию. В одном из инкубаторов росли отобранные культуры голубой плесени. Я достал чашку.
— Смотрите.
— Вот оно?
Вайолет осторожно приняла чашку. Как и в предыдущих опытах, плесень была посеяна в центре, а вокруг росли бактерии.
— Вы хотите показать, что рядом с плесенью бактерии почти не растут? Поэтому считаете, что она выделяет вещество с антибактериальной активностью?
— Всё видно.
— Любопытно. Но получится ли из этого настоящее лекарство — пока непонятно.
— Для этого и нужны исследования.
Вайолет кивнула.
— Дайте один образец.
— Знаете, когда я работал во дворце, я вообще не видел, чтобы вы настолько усердно занимались делом.
— Тогда… надо мной просто не было начальника умнее меня.
Странный человек. На первый взгляд — катастрофический бездельник. Но когда действительно важно, работает хорошо. И с людьми обращаться умеет.
Поэтому даже злиться на неё всерьёз трудно. Я положил кусок хлеба с нужной плесенью в стеклянную банку и передал Вайолет.
— Держите. Отнесёте во дворцовую медслужбу.
— Благодарю. От имени имперского правительства выражаю признательность за ваш труд.
Да-да. Вайолет бережно убрала образец в сумку.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta