Неделя пролетела как один день.
После того как Куросаки дал добро на участие в турнире, команда собралась в полном составе уже на следующий день. Ю Цзин, Кен Ямомото и Нам Фудзияма — трое ребят, с которыми Акио, Мия и Ким играли ещё в школе, — с радостью согласились участвовать. Они не были одарёнными в том смысле, как Акио или Мия, но волейбол любили искренне и тренировались усердно.
Куросаки выделил им время после основных тренировок — час вечером, когда солнце уже клонилось к закату и жара спадала, уступая место прохладному ветерку. Они собирались на заднем дворе додзё, где всё ещё висела импровизированная сетка между двумя старыми деревьями, и отрабатывали связки. Иногда, когда ветер усиливался, сетка начинала раскачиваться, и мяч летел по непредсказуемой траектории — это добавляло тренировкам элемент хаоса, который всем, как ни странно, нравился.
— Так, ещё раз! — командовал Ким, который естественным образом взял на себя роль капитана. На тренировках он преображался: сонный и ворчливый по утрам, здесь он становился энергичным, собранным, почти диктатором. — Ю Цзин, ты на приёме. Кен, подача в левый угол — я хочу, чтобы ты целился в стык между зонами. Нам, блокируешь справа и не дёргаешься раньше времени, ты в прошлый раз прыгнул до удара. Акио, Мия — вы на своих местах.
И они играли. Час за часом, вечер за вечером. Мяч летал через сетку, ударялся о землю, взмывал в воздух. Пот заливал глаза, мышцы ныли после двойных тренировок — утром с Куросаки, вечером на площадке, — но никто не жаловался. Даже Ким, который обычно находил повод поныть, теперь просто молча работал, лишь изредка позволяя себе короткое «ну ещё разок».
Ю Цзин, самый низкий в команде, компенсировал недостаток роста невероятной реакцией. Он бросался за мячами, которые казались безнадёжными, и каким-то чудом доставал их в последний момент. После одной особенно эффектной пробежки через всю площадку Ким присвистнул:
— Ю, ты вообще человек? Как ты это достал?
— Практика, — коротко ответил Ю Цзин, вытирая пот, и в его голосе не было ни капли хвастовства. Просто констатация факта.
Кен Ямомото на подаче был неутомим. Он мог стоять на линии и отправлять мячи через сетку десятки раз подряд, каждый раз меняя угол и силу. К концу недели его подачи стали настолько точными, что даже Акио с его реакцией иногда не успевал их принять.
— Ты стал ещё сильнее, чем в школе, — заметил он после одной особенно коварной подачи, которая ударилась точно в линию.
— Я тренировался, — ответил Кен. — После того турнира, когда мы проиграли Spirit, я решил, что больше не хочу проигрывать из-за глупых ошибок.
Нам Фудзияма был самым молчаливым в команде. Он редко говорил, но на площадке его присутствие ощущалось постоянно — его блоки были как стена, а диагональные атаки заставали врасплох даже своих на тренировках. Однажды вечером, когда все уже собирались расходиться, он вдруг сказал:
— Я рад, что мы снова вместе.
И всё. Больше ни слова. Но этого было достаточно.
Куросаки иногда выходил на крыльцо и наблюдал за ними. Он не вмешивался в тренировку — только смотрел, скрестив руки на груди, и иногда делал короткие замечания: «Ким, ты опять дёргаешься», «Ю Цзин, держи спину ровнее при приёме», «Акио, не вкладывай всю силу в удар — контролируй точность». В его голосе не было строгости — скорее, удовлетворение.
К концу недели, после особенно удачной связки — пас Мии, разбег Акио, удар в диагональ — Куросаки кивнул.
— Вы готовы. Не идеальны. Но готовы.
— Спасибо, учитель, — ответил Акио, вытирая пот со лба.
— Завтра покажете, на что способны.
Спортивный комплекс встретил их гулом голосов и запахом резинового покрытия. Акио вошёл в зал и на мгновение замер — столько людей, столько команд, столько энергии в одном месте. Трибуны были заполнены примерно наполовину: зрители, члены других команд, какие-то официальные лица с бейджами. Где-то в углу группа поддержки разминала голосовые связки, выкрикивая речёвки. Под потолком гудели лампы, заливая площадки ярким белым светом.
Он не был здесь с прошлогоднего турнира, когда они проиграли Spirit, и теперь это место вызывало смешанные чувства: азарт пополам с неприятными воспоминаниями. Он помнил, как стоял тогда на этой же площадке, глядя на табло с счётом 25:27, и чувствовал, как внутри что-то сжимается. Тогда он поклялся себе, что вернётся и победит.
И вот он здесь.
— Ничего себе, — присвистнул Ким, оглядывая трибуны. — Народу-то сколько. Я думал, будет как в школе — пара команд и скучающий судья, который в телефон пялится.
— Это городской турнир, — напомнила Мия, поправляя волосы. Она тоже оглядывала зал, и в её глазах горел тот самый огонь, который Акио видел перед важными боями. — Здесь серьёзный уровень. Даже если не все команды одарённые, они всё равно тренируются годами. Некоторые из них играют вместе с начальной школы.
— Ну, мы тоже не пальцем деланы, — усмехнулся Ким. — У нас за плечами бои с S рангами. Какой-то волейбол после этого — просто разминка.
— Не зазнавайся, — одёрнула его Мия. — Помнишь, что дядя говорил про самоуверенность?
— Помню, помню, — Ким поднял руки. — «Самоуверенность убивает быстрее любого противника». Я просто шучу. На самом деле я волнуюсь. Но в хорошем смысле.
Их команда собралась в полном составе в зоне ожидания. Ю Цзин уже разминался, перекатывая мяч между ладонями — его пальцы двигались с гипнотической плавностью. Кен проверял подачу у стены, и каждый его мяч летел с характерным свистом, заставляя проходящих мимо игроков из других команд оборачиваться. Нам стоял чуть в стороне, наблюдая за соперниками на соседней площадке — он всегда так делал перед матчами, изучая чужие движения.
— Нервничаешь? — спросила Мия, подходя к Акио.
— Немного, — признался он. — Но это приятное волнение. Не как перед боем.
— Согласна, — она улыбнулась. — Здесь никто не умрёт. Просто игра.
— Просто игра, — повторил он. — И мы выиграем.
Куросаки занял место в тренерской зоне — он выбрал позицию почти по середине, откуда хорошо просматривался весь зал. Акио заметил, как учитель методично оглядывает помещение: входы, выходы, окна, лица зрителей. Его взгляд скользил по толпе, на мгновение задерживаясь на каждом подозрительном движении, и двигался дальше. Даже здесь, в мирной обстановке турнира, он оставался ассасином.
— Учитель действительно воспринимает это как операцию, — тихо сказала Мия, проследив за его взглядом. — Я видела, как он проверил все выходы, пока мы переодевались.
— Он просто хочет, чтобы мы были в безопасности, — ответил Акио. — После Кадзуки и письма Шина он не доверяет ничему. И правильно делает.
— Это точно, — кивнула Мия. — Но сейчас давай сосредоточимся на игре. Учитель справится с безопасностью. А мы — с волейболом.
Их первыми соперниками стала команда под названием «Северные Ястребы» — пятеро крепких парней в синей форме с белыми номерами на груди. Они выглядели внушительно: высокие, широкоплечие, с развитой мускулатурой. Было видно, что они проводят в зале много времени — не только играют, но и работают над физической формой. Их капитан, парень с нашивкой на рукаве, возвышался над остальными почти на голову.
Акио сразу заметил: они не одарённые. Никакой ауры, никаких признаков способностей. Обычные спортсмены, которые тренировались годами, оттачивая технику и физическую мощь. В каком-то смысле это вызывало даже больше уважения — они достигли всего тяжёлым трудом, без магических даров.
— Без способностей, — констатировал Ким, разминая плечи и провожая взглядом особенно высокого игрока «Ястребов». — Ну, значит, и мы без них. Будет честно.
— Согласен, — кивнул Акио. — Играем чисто. Никаких молний, никакой воды.
Мия улыбнулась, разминая пальцы — она тоже привыкла использовать воду на тренировках, но сегодня всё будет иначе.
— Значит, только волейбол. Как в старые добрые.
— Именно, — подтвердил Ким. — Только мы, мяч и эти ребята, которые выглядят так, будто могут поднять автомобиль. Ничего особенного.
Первый свисток судьи разрезал воздух — резкий, пронзительный звук, который мгновенно заглушил гул трибун. Все разговоры стихли. Мяч взмыл вверх, подброшенный рукой судьи, — и игра началась.
Первая подача была за «Ястребами». Их подающий — тот самый высокий капитан — подбросил мяч, сделал два шага для разбега и ударил с такой силой, что мяч пролетел над сеткой со свистом, больше похожим на звук реактивного снаряда. Акио на мгновение показалось, что он видит, как воздух вокруг мяча искажается от скорости.
Ю Цзин среагировал мгновенно — его тело сработало раньше, чем мозг успел осознать траекторию. Он поднырнул под мяч, принял его на предплечья — удар был такой силы, что по залу разнёсся звонкий хлопок — и отбил точно на Мию.
— Пас! — крикнул он, уже поднимаясь на ноги.
Мия уже была на позиции — она двигалась одновременно с мячом, будто предвидела, куда он полетит. Её руки взметнулись вверх, и она мягко, почти нежно подбросила мяч над сеткой — идеальный пас для атаки, зависший в воздухе ровно на той высоте, которая была нужна.
Акио разбежался. Три быстрых шага, толчок — и он взмыл в воздух. Время как будто замедлилось, как это бывало в бою с Молнией, только сейчас это была чистая концентрация. Он видел мяч, видел блокирующего «Ястребов», который уже прыгнул, пытаясь закрыть линию, видел свободный угол площадки.
Удар. Мяч вонзился в пол на стороне «Ястребов» с такой силой, что отскочил почти до потолка. Блокирующий приземлился, оглядываясь — он даже не успел коснуться мяча.
— Очко! — объявил судья, и на табло загорелась первая единица в графе команды Акио.
Ким хлопнул Акио по плечу с такой силой, что тот чуть не пошатнулся.
— Вот так! Без Молнии, а всё равно как из пушки. Ты вообще человек?
— Стараюсь, — усмехнулся Акио, переводя дыхание. Сердце колотилось, но это было приятно. Не страх, не ярость — чистый азарт.
«Ястребы» не сдавались. Они были сильны физически — крепкие, выносливые, с хорошей техникой, отточенной годами тренировок. Их капитан, тот самый высокий подающий, был особенно опасен: его подачи летели с невероятной скоростью и точностью, и даже Ю Цзин иногда не успевал среагировать. Одна подача прошла навылет, едва не задев лицо принимающего — Кен, стоявший на приёме, в последний момент ушёл в сторону, и мяч ударился о заднюю линию.
— Чёрт, — выдохнул он. — Простите, не успел.
— Ничего, — сказала Мия. — Соберись. Следующий твой.
Но у команды Акио было то, чего не было у «Ястребов» — опыт боёв. Они привыкли читать противника, предугадывать его движения, реагировать на непредсказуемые атаки. После сражений с Кадзуки, после бесконечных спаррингов с Куросаки, после того как они научились уклоняться от атак S-ранга — волейбол казался... медленнее. Понятнее. Мяч летел быстро, но не так быстро, как Тёмный Заряд. Блокирующие двигались резко, но не так резко, как Ким, уклоняющийся от Молниеносного Удара.
Ким читал нападающих «Ястребов» как открытую книгу. Он видел, как они готовятся к удару — по положению плеч, по разбегу, по движению глаз. Он вставал точно на линии атаки, ставил блоки, которые раз за разом гасили удары соперников. Один раз он заблокировал атаку их капитана — тот самый сокрушительный удар, который до этого прошёл навылет — и мяч отскочил обратно на сторону «Ястребов», застав их врасплох.
— Вот так! — крикнул Ким, приземляясь. — Читаю тебя, капитан!
Капитан «Ястребов» ничего не ответил, но в его взгляде мелькнуло уважение.
Мия дирижировала игрой с позиции связующего. Её пасы были точны и непредсказуемы: она меняла направление в последний момент, путая защитников. Один раз она сделала вид, что пасует на Акио — и в последнюю секунду перебросила мяч через сетку сама, застав врасплох всю команду соперника. Мяч мягко упал в пустую зону.
— Браво! — крикнул кто-то с трибун, и Акио увидел, как Куросаки на своём месте едва заметно кивнул.
Акио атаковал. Без Молнии его удары были не такими сокрушительными, как в бою, но для волейбола их хватало с избытком. Он прыгал высоко — сказывались месяцы тренировок, — бил точно и сильно. Его коронный удар по диагонали, который он отрабатывал ещё в школе, проходил раз за разом. Один раз он ударил с такой силой, что мяч, отскочив от пола, улетел на трибуны, и сидевший там зритель едва успел пригнуться.
— Осторожнее! — крикнула Мия, но в её голосе был смех.
— Я контролирую, — ответил Акио, хотя сам не был до конца уверен.
Счёт рос в их пользу. 5:2. 8:4. 12:7. «Ястребы» отчаянно сопротивлялись, но разрыв медленно, неумолимо увеличивался.
— 15:8, — объявил судья после очередного розыгрыша, когда Нам поставил глухой блок, от которого мяч ушёл в аут.
«Ястребы» взяли тайм-аут. Их капитан собрал команду в круг и что-то объяснял, активно жестикулируя, показывая на схему на планшете. Было видно, что они не привыкли проигрывать с таким отрывом — на их лицах читалась смесь разочарования и злости. Но они не сдавались. Они перестраивали тактику прямо на ходу.
Ким подошёл к Акио, вытирая пот со лба полотенцем. Его лицо раскраснелось от напряжения, но глаза горели.
— Они хороши. Серьёзно. Если бы мы играли с ними в прошлом году, когда ещё не тренировались с Куросаки, они бы нас разорвали. У них техника на уровне, и физика отличная.
— Но сейчас мы другие, — ответил Акио, делая глоток воды.
— Вот именно, — Ким усмехнулся и бросил полотенце на скамейку. — И это при том, что мы даже не используем способности. Представляю, что бы тут было, если бы ты шарахнул Молниеносным Ударом по мячу.
— Мяч бы испарился, — серьёзно сказала Мия, появляясь рядом. Она тоже была раскрасневшейся, но дышала ровно — сказывались тренировки. — И сетка. А потом дядя бы нас убил.
— Ну раз тут матчи также и для одаренных, то вряд ли бы стали делать хрупкие мячи и оборудование. — ответил спокойно Акио. — Даже когда я касаюсь мяча, чувствуется, что он прочнее обычного
Вторая половина матча прошла в том же темпе. «Ястребы» боролись отчаянно — они вытаскивали сложные мячи, ставили блоки, проводили хитрые комбинации, которые явно отрабатывали на тренировках. Один раз их капитан провёл обманный удар — вместо мощной атаки он легонько перебросил мяч через блок, и тот упал в пустую зону, заставив трибуны взорваться аплодисментами. 18:11.
— Ничего себе, — выдохнул Ким. — Это было красиво.
— Учимся, — коротко ответил Акио.
Но каждый раз, когда «Ястребам» удавалось сократить разрыв или провести красивую комбинацию, команда Акио отвечала ещё более сильной атакой. Они не паниковали, не сбивались с ритма — просто продолжали играть в свою игру.
Нам Фудзияма, который обычно был молчалив и незаметен — его присутствие на площадке часто забывали отметить, — вдруг выдал серию мощных диагональных ударов, которые застали «Ястребов» врасплох. Первый удар — в левый угол. Второй — в правый. Третий — снова в левый, но с более острого угла. Защита соперника просто не успевала перестраиваться.
— Вот это он даёт! — восхищённо сказал Ким, хлопая Нама по плечу, когда тот вернулся на позицию. — Ты где так научился?
— Пока вы с Акио бегали круги у своего учителя, я в зале тренировался, — спокойно ответил Нам, и в его голосе — впервые за всё время — прозвучала нотка гордости.
Кен Ямомото на подаче отправил три эйса подряд. Первый — по центру, между двумя принимающими, которые не смогли решить, кто должен играть. Второй — в левый угол, точно в стык между зонами. Третий — самый наглый, прямо в руки капитану «Ястребов», но с такой силой, что тот не удержал мяч, и тот улетел в аут. Трибуны зашумели — кто-то даже встал, аплодируя.
— Кен, ты монстр! — крикнул Ким. — Ты вообще человек?
— Практика, — коротко ответил Кен, пожимая плечами с таким видом, будто ничего особенного не произошло. Но уголки его губ дрогнули в улыбке.
Ю Цзин на задней линии творил чудеса. Один раз он в отчаянном прыжке — практически параллельно полу — вытащил мяч, который уже почти коснулся пола. Зрители ахнули. Не останавливаясь, не давая себе времени на восстановление, он переправил его через всю площадку точно на Акио. Тот, не ожидавший такого паса, всё же успел среагировать и завершил розыгрыш точным ударом в угол.
— Ю, это было нереально! — Ким подбежал к нему и хлопнул по спине. — Ты как резиновый!
— Я просто не люблю проигрывать, — ответил Ю Цзин, потирая ушибленное плечо, которым он проехался по полу. — И не люблю, когда мяч падает.
— Браво! — крикнул кто-то с трибун, и Акио поднял взгляд.
Куросаки сидел на своём месте — теперь он не осматривал зал. Он смотрел на площадку. Его руки были расслаблены, и на лице была та самая едва заметная улыбка, которую Акио видел всего несколько раз за всё время тренировок.
Финальный свисток прозвучал при счёте 25:14 во второй партии. Первая закончилась 25:11 — сухая, уверенная победа в двух сетах. «Ястребы» не выиграли ни одной партии, но сражались достойно.
Команды построились для рукопожатия. «Ястребы» подошли к сетке — они выглядели уставшими, но не подавленными. Их капитан, тот самый высокий подающий, задержал руку Акио чуть дольше обычного. Его ладонь была тёплой и шершавой от многолетних тренировок.
— Вы хороши, — сказал он, глядя Акио прямо в глаза. — Очень хороши. Я думал, мы хотя бы вторую партию затащим. Честно говоря, мы рассчитывали на более упорную борьбу.
— Вы сильные, — честно ответил Акио. — Просто у нас было больше... практики.
— Практики, — повторил капитан «Ястребов» и усмехнулся. — Ну-ну. Я видел, как вы двигаетесь. Это не просто практика. Это что-то другое. Но я не буду спрашивать.
Он отпустил руку.
— Удачи в следующих матчах. Надеюсь, вы далеко пройдёте.
— Спасибо, — кивнул Акио. — Вы тоже.
Команда собралась у скамейки. Ким плюхнулся на стул и вытянул ноги, запрокинув голову.
— Первый блин не комом, — заявил он. — Лёгкая победа, но приятно. Особенно их капитан — мощный парень. Если бы он был одарённым, было бы страшно.
— Дальше будет сложнее, — напомнила Мия, аккуратно складывая полотенце. — Это только начало турнира. Дальше пойдут команды с опытом, возможно, с одарёнными игроками. Spirit мы ещё даже не видели.
— Знаю, — кивнул Акио. — Но мы готовы. Мы тренировались для этого.
Он посмотрел на трибуны. Куросаки всё так же сидел на своём месте, но теперь он не осматривал зал — он смотрел прямо на них. Их взгляды встретились, и учитель едва заметно кивнул — скупо, без лишних эмоций, но достаточно, чтобы Акио понял: он доволен. Может быть, даже горд.
— Учитель, кажется, расслабился, — заметила Мия, проследив за его взглядом. — По крайней мере, перестал сканировать зал.
— Значит, опасности нет, — сказал Акио. — Хотя бы пока.
— Завтра продолжаем, — Ким встал и потянулся так, что хрустнули суставы. — А сегодня — отдыхать. Я, например, планирую съесть что-нибудь вредное и посмотреть аниме. Заслужил.
— Ты каждый день это планируешь, — заметила Мия.
— И каждый день выполняю, — Ким сделал важное лицо. — Это называется дисциплина. У вас, одарённых, свои тренировки, а у меня — свои ритуалы.
Все рассмеялись. Команда собрала вещи — мячи в сумку, полотенца через плечо, — и направилась к выходу. У дверей их ждал Куросаки. Он стоял, прислонившись к стене, и когда они подошли, коротко сказал:
— Хорошая игра.
И пошёл к выходу, не дожидаясь ответа. Но Акио успел заметить, как уголки его губ дёрнулись вверх.
Впереди было ещё несколько матчей. Полуфинал. Возможно, финал. И где-то там, на горизонте — Spirit.
Но первый шаг сделан.