Срыв

Кто-то из зрителей закричал. Началась паника. Люди вскакивали с кресел, давились в проходах, толкали друг друга. Журналисты хватали камеры и бросались к выходу, операторы пытались снимать, но их толкали, сбивали с ног. Женщина в первом ряду упала, кто-то помог ей подняться, кто-то просто перешагнул. Мужчина в рабочей одежде прорывался к выходу, расталкивая всех локтями. Кто-то кричал в телефон, кто-то просто бежал, не разбирая дороги.

— Всем оставаться на местах! — крикнул Ким, но его голос потонул в общем шуме.

Сайто не смотрел на них. Его глаза, теперь светящиеся глубоким фиолетовым, были прикованы к Акио. Фиолетовая энергия пульсировала вокруг его кулаков, обвивала предплечья, поднималась к плечам, делая каждый удар смертоносным. Он выглядел так, будто сам стал сгустком этой энергии — живым, дышащим, жаждущим разрушения. Его обычно аккуратный костюм был расстёгнут, галстук ослаб, волосы растрепались. Он больше не походил на холодного, расчётливого аналитика. Он был воином. Монстром, которого он сам создал в своей ненависти.

Акио едва успел пригнуться — второй заряд пролетел над головой, выбив искры из металлической балки под потолком. Кусок штукатурки рухнул вниз, разбившись об пол у ног. Сайто не давал передышки. Третий заряд — Акио перекатился через плечо, чувствуя, как энергия обжигает спину. Четвёртый — он отпрыгнул к стене, прижимаясь к холодному бетону, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Ты думал, что победил словами? — прошипел Сайто, и его голос эхом разнёсся по полупустому залу, отражаясь от голых стен и разбитых кресел. — Словами не остановить меня. Словами не вернуть мою семью. Словами не стереть боль, которую вы причинили.

Он выбросил руку вперёд, и Акио почувствовал, как невидимая сила схватила его за плечо и рванула в сторону. Телекинез. Акио отбросило к колонне — он успел подставить руку, но удар был такой силы, что штукатурка брызнула во все стороны, открывая кирпичную кладку. Боль пронзила плечо, но Акио не закричал. Он приземлился на ноги, прочертив подошвами по полу, и едва успел увернуться от следующего заряда. Заряд пролетел мимо и врезался в противоположную стену, оставив в ней обугленную воронку размером с человеческую голову. Кирпичная крошка посыпалась на пол.

Мия уже была в бою. Ледяной клинок вырос в её руке, лезвие засияло в полумраке, отражая красные огни аварийного освещения. Она атаковала с фланга, целясь в корпус — клинок рассек воздух с тихим, певучим звоном, оставляя за собой сверкающий след. Сайто даже не повернулся. Просто дёрнул рукой, и Мию отбросило назад, в кресла третьего ряда. Она врезалась в сиденья, перелетела через два ряда и приземлилась на спину, ломая под собой пластик. Осколки кресел брызнули в стороны, острые, как бритвы. Но она тут же вскочила, стряхивая ледяную крошку с одежды. Из разбитой губы текла кровь, смешиваясь с потом, но глаза горели. Она не сдавалась.

Сайто шагнул вперёд и обрушил на Акио град ударов — прямые, боковые, апперкоты. Каждый удар сопровождался вспышкой, каждый блок отдавался глухим звоном, от которого закладывало уши. Акио блокировал, уклонялся, отступал. Сайто был быстрее, чем казался — его движения были резкими, выверенными, как у человека, который долго готовился к этому моменту. Он не был профессиональным бойцом, но его ярость компенсировала недостаток техники. Каждый удар был пропитан ненавистью.

Удар ногой в корпус — Акио пропустил, боль обожгла рёбра. Он отскочил назад, разрывая дистанцию, и выбросил руку — Тёмный Заряд сорвался с ладони, плотный сгусток чёрной молнии полетел в Сайто, разрывая воздух с глухим треском. Тот не стал уклоняться. Он просто поднял руку, и заряд застыл в воздухе в сантиметре от его лица, пульсируя, пытаясь вырваться, но не в силах преодолеть невидимую преграду. Фиолетовая энергия обволокла чёрный сгусток, сжала его, подчинила.

— Телекинез работает не только на людях, — сказал Сайто, разворачивая заряд в воздухе. — Я могу управлять любой энергией. Твоей в том числе. И твоей, — он бросил взгляд на Мию.

Он отправил заряд обратно — усиленным, более быстрым, более плотным, пульсирующим чёрно-фиолетовым светом. Акио едва успел уйти в сторону — заряд прошипел мимо, врезавшись в стену за сценой. Штукатурка брызнула осколками, открывая дыру в кирпичной кладке. Тёмный дым пополз по сцене, смешиваясь с пылью и запахом озона. Акио почувствовал, как жар коснулся щеки — ещё немного, и ему бы снесло пол-лица.

— Не дайте ему поймать ваши атаки! — крикнул Ким из-за спин кресел. — Он их возвращает! Смотрите, он каждый раз тянет руку — это момент, когда он уязвим!

— Вижу! — ответил Акио, но было не до наблюдений.

Мия атаковала снова. Ледяные иглы рассыпались в воздухе, летя в Сайто с разных сторон — одни прямо, другие по дуге, третьи заходя сбоку, сбивая с толку. Это был не хаотичный выброс — каждая игла была под контролем, каждая летела по идеально выверенной траектории, как копьё, брошенное мастером. Сайто поднял руку — иглы замерли, зависли в сантиметре от его тела, дрожа, как натянутые струны. Фиолетовая энергия обволокла их, и они развернулись, полетев обратно — быстрее, чем летели в него, с удвоенной силой. Мия выставила ледяную стену, иглы вонзились в неё, рассыпавшись в крошку. Но Сайто уже был рядом. Он не стал использовать энергию — просто ударил ногой. Мия блокировала, но сила отбросила её назад, в кресла. Она перелетела через три ряда и врезалась в стену зала, сползла на пол, оставляя на бетоне кровавый след. Ледяной клинок выпал из её руки и рассыпался, не долетев до пола.

— Мия! — крикнул Акио.

— Жива, — донеслось из-за кресел. Голос был слабым, но в нём слышалась сталь. — Бей его. Не дай ему передохнуть.

Ким не стал ждать. Он зашёл с фланга, двигаясь рвано, непредсказуемо, ломая ритм. Телекинез Сайто требовал концентрации, а Ким не давал ему сосредоточиться. Он уходил в перекаты, менял направление после каждого шага, использовал кресла и обломки как укрытия. Он был быстрее, чем когда-либо, и это пугало. Сайто попытался схватить его — Ким ушёл в сторону, поднырнул под невидимую руку, нанёс удар в корпус. Короткий, резкий, вложив в него всю свою накопленную силу, всю боль, весь страх, всю ярость. Сайто пошатнулся, но не упал. Его рука дёрнулась, и Кима отбросило к стене — он врезался в бетон плечом, послышался треск, но Ким устоял. Он выпрямился, отряхнулся и снова пошёл в атаку.

— Недостаточно, — прохрипел Сайто. — Вы все недостаточно быстры. Недостаточно сильны. Вы просто дети, играющие во взрослые игры.

Он выбросил обе руки вперёд. Фиолетовая волна ударила из него во все стороны — концентрическое кольцо энергии, которое расширялось с каждым метром, сметая всё на своём пути. Кресла разлетались в щепки, стёкла в окнах лопались, камеры журналистов падали на пол, разбиваясь вдребезги. Акио, Мия и Ким отлетели назад, врезавшись в стены и кресла. Акио ударился спиной о колонну, из лёгких вырвался хрип. Мия влетела в груду обломков, Ким прокатился по полу, оставляя кровавый след.

Акио поднялся первым. Он чувствовал, как кровь течёт по щеке из рассечённой брови, как саднит ушибленное плечо, как ноет рука, которой он блокировал удар о колонну. В ушах звенело, перед глазами плыли тёмные пятна. Но он не остановился. Он не мог остановиться. Он взмыл в воздух, используя Максимальную Искру, и обрушился на Сайто сверху, ногами вперёд, вложив в удар всё, что у него осталось. Воздух свистел в ушах, мир вокруг смазался в полосы. Сайто попытался блокировать, подняв руки, скрестив их перед собой — но сила удара была слишком велика. Его отбросило к краю сцены, он рухнул в оркестровую яму, пробив деревянный пол. Обломки досок разлетелись в стороны, подняв облако пыли. Где-то вдалеке зазвенело разбитое стекло.

Акио приземлился на ноги, тяжело дыша. Чёрные молнии вокруг его рук потускнели, но не погасли. Он смотрел в яму, ожидая, что Сайто не встанет. Секунда. Другая. Тишина. Только капли крови падали на пол с ритмичным, гипнотическим звуком.

Но Сайто встал.

Его костюм был порван в нескольких местах, на пиджаке виднелись следы ожогов. Лицо было в крови, левая рука висела плетью — похоже, перелом. Из рассечённой брови текла кровь, заливая глаз. Но он не обращал на это внимания. Другая рука сжимала край ямы, подтягивая тело вверх. Фиолетовая энергия пульсировала вокруг него, нестабильная, хаотичная, как будто он едва контролировал её. Она била в разные стороны, оставляя ожоги на полу и стенах, плавя пластик и стекло.

— Вы не знаете, — прохрипел он, вытирая кровь с разбитой губы. — Вы не знаете, на что я способен, когда терять нечего.

Он выпрямился во весь рост. Фиолетовая энергия ударила из него фонтаном, заливая сцену, кресла, проходы. Акио, Мия и Ким отступили, уходя от зоны поражения — там, где проходила волна, плавились сиденья, лопались стёкла, ломались кресла. Пластик плавился и капал на пол, стекло осыпалось дождём осколков. Воздух наполнился запахом горелого пластика и озона.

Сайто шагнул вперёд. Его лицо исказилось, но в глазах не было безумия — была холодная, абсолютная решимость. Он не собирался отступать. Он собирался драться до конца. Даже если это конец будет для него самого.

Акио выпрямился. Чёрные молнии вспыхнули с новой силой, освещая его лицо изнутри. Мия встала рядом, из её рук снова заструилась вода, собираясь в ледяной клинок. Ким сжал кулаки, готовый к новой атаке, несмотря на разбитое плечо и кровь, текущую по лицу.

Они бросились друг на друга. Сцена содрогнулась от удара.