Мун уже нырял обратно, шаря руками в густой жидкости. Он нащупал гриву Миража и рванул вверх изо всех сил, вытягивая голову коня над поверхностью.
Мираж разразился жестоким кашлем, его бока тяжело вздымались, пока он судорожно пытался отдышаться. Но он был жив.
Они поплыли к тому, что выглядело как выступ или платформа, участок стены камеры, возвышавшийся над уровнем жидкости и дававший возможность хоть немного передохнуть.
Мун выбрался первым, а затем вместе с Селеной вытянул Миража на твёрдую поверхность. Обессиленный конь рухнул без сил, его дыхание было тяжёлым, но ровным.
«Все целы?» спросил Мун, всё ещё пытаясь восстановить собственное дыхание.
«Живы», подтвердила Селена, выжимая красную жидкость из волос. «Едва, но живы».
Мун создал пламя на ладони, чтобы осветить пространство вокруг, и то, что он увидел, заставило его дыхание прерваться уже по совершенно иной причине.
Они находились в колоссальной камере, десятки метров в поперечнике. Пространство имело грубую овальную форму, с толстыми мускулистыми стенами, которые заметно сокращались и расслаблялись мощными ритмичными толчками.
Звук ударов стен, который Мун слышал ранее, здесь был оглушительным, отдаваясь дрожью во всём теле с каждым новым импульсом.
Тудум.
Тудум.
Пол камеры, точнее, озеро красной жидкости, из которого они только что выбрались, поднимался и опускался с каждым сокращением, происходившим примерно раз в минуту. Мун с ужасом и заворожением наблюдал, как стены сжимались внутрь, заставляя жидкость резко подниматься, а затем расслаблялись, позволяя ей снова опасть.
И здесь были отверстия. Множество массивных отверстий в стенах камеры, четыре отчётливых прохода, в которые жидкость втекала и из которых вытекала в такт ритмичным сокращениям.
Разум Муна начал обрабатывать увиденное.
Густая красная жидкость, унёсшая их своим потоком. Тепло. Слабый металлический привкус, который он заметил, когда немного попало ему в рот во время кувыркания под водой.
“Кровь. Нас пронесло волной крови”.
Белая жидкость, которую он ранее добыл из стены. Заживающая, регенерирующая ткань.
“Живая ткань. Органические стены, восстанавливающие повреждения”.
Проходы, открывающиеся и закрывающиеся циклично. Огромная камера с многочисленными отверстиями, похожими на сосуды.
Сердцебиение.
Глаза Муна расширились от нарастающего, чудовищного осознания.
«Селена, я знаю, где мы», тихо произнёс Мун, и его голос был напряжён от с трудом сдерживаемого страха. Впервые за очень долгое время Мун испытал настоящий, осязаемый страх. Страх, от которого кровь стыла в жилах, а лицо бледнело.
Она посмотрела на него, увидев выражение его лица. «Где?»
Мун указал вверх, на массивные стены, сокращающиеся и расслабляющиеся. Затем на дюжину огромных сосудистых отверстий, куда втекала и откуда вытекала кровь. Затем вниз, на озеро крови под ними.
«Мы внутри сердца», сказал Мун, и его голос был едва слышен за оглушительным биением. «В сердечной камере живого существа. Всё, по чему мы пробирались, проходы, циклы, смыкающиеся стены, всё это было кровеносной системой. Кровеносными сосудами. А это...»
Он обвёл рукой колоссальное пространство.
«Это одна из сердечных камер. Скорее всего, желудочек, судя по размеру и тому, как кровь прокачивается через эти сосуды».
Селена оглядела камеру с нарастающим ужасом по мере того, как осознание доходило до неё. «Но... масштабы... эта камера десятки метров в поперечнике. Проходы, по которым мы шли, были достаточно широки, чтобы Мираж мог по ним бежать. Если это сердечная камера, тогда само существо...»
Она не смогла закончить фразу.
Мун закончил за неё, и голос его был мрачен. «Должно быть абсолютно чудовищных размеров. Крупнее любого зверя, с которым мы когда-либо сталкивались... нет, крупнее любого существа, когда-либо зафиксированного в записях».
Он посмотрел вверх, на свод камеры, пытаясь прикинуть размеры. «Исходя только из размера этой сердечной камеры, общая длина тела существа может составлять...»
Мун произвёл мысленные расчёты и почувствовал, как ледяной ужас оседает в животе.
«Сотни метров».
Они сидели в ошеломлённом молчании, слушая оглушительное сердцебиение, окружавшее их со всех сторон.
Тудум.
Тудум.
Они находились внутри живого существа настолько огромного, что это не поддавалось осмыслению. И они абсолютно не представляли, что за чудовище обладало телом подобного масштаба.
И знает ли оно вообще, что они внутри него.
Или что произойдёт, если узнает.
Мысли Муна немедленно вернулись к охоте на лося, в которой он участвовал вместе с лейтенантом и его группой ветеранов. Во время того путешествия они пересекли долину, Долину Великого Раскола. Массивный географический объект, характеризующийся необъятной, неестественной расщелиной, рассекавшей ландшафт так, словно нечто невероятно мощное ударило по земле с ужасающей силой.
Лейтенант объяснил тогда, что долина представляла собой след от атаки или отметину, оставленную существом настолько чудовищно могущественным, что даже закалённые в боях ветераны отказывались это обсуждать. Один только масштаб разрушений заставлял волосы пробуждённых вставать дыбом при одной мысли о том, что могло причинить подобный урон.
Ходили слухи, что такие существа существовали ещё до того, как люди вошли в первое святилище. Существа, давно вымершие.
“Возможно, мы внутри... одного из тех созданий”.
Мун выругался про себя, осознание оседало на нём, словно удушающая гора, давящая сверху.
Существо с внутренней анатомией настолько невероятно прочной, что даже со всей своей физической силой, усиленной характеристиками и навыком, Мун не мог повредить её ни на йоту. Ткань мгновенно исцелялась от его ударов кинжалом. Стенки кровеносных сосудов смыкались с силой, которая превратила бы в пыль цельный камень, не встречая ни малейшего сопротивления.
Это был хищник, чей уровень мощи находился в масштабах, настолько превосходящих текущие возможности Муна, что он даже не смел помышлять о сражении с ним.
Сама эта идея была абсурдна, как если бы муравей угрожал человеку.
Разумеется, физическая сила Муна и близко не стояла с его магической наступательной мощью. Как маг, он обладал тремя навыками Эпического ранга: Родство с Пятью Элементами, Воспламенение и Стойкость, в то время как как воин ближнего боя не имел ни одного. Его Искусство Кинжала было всего лишь Обычного ранга. Но всё же Мун предельно ясно осознавал свои ограничения.
Даже магия земли Селены, которая должна была быть в определённой степени эффективна даже против некоторых более слабых зверей S-ранга, не могла даже сопротивляться сжимающимся кровеносным сосудам.
Мун не мог даже начать осмыслить истинную боевую мощь существа таких размеров.
♢ ♢ ♢ ♢
Переводчик: Lozeryy
Редактор: Eroks