Пережив ночь, наконец наступило утро.
Метель прекратилась. Завывающий ветер стих до легкого бриза, и бледный свет просочился сквозь вход в пещеру, вернее, сквозь то, что от него осталось.
Ранее снег полностью завалил отверстие, запечатав их внутри, как в гробнице. Мун и Селена работали вместе, чтобы расчистить его, используя магию огня, чтобы растопить спрессованный снег, и физически откапывая остальное. Потребовалось немало усилий, прежде чем они наконец пробились наружу.
Когда они вышли на утренний свет, то остановились и уставились вдаль.
Гора преобразилась.
Лавина не просто прошла мимо их пещеры; она фундаментально изменила весь ландшафт вокруг них. Путь, по которому они поднимались вчера, исчез, погребенный под метрами снега и льда. Целые участки склона были изменены, создав новые склоны, новые обрывы, новые препятствия, которых раньше не существовало.
«Мы не можем вернуться той дорогой, которой пришли», тихо сказала Селена, окидывая взглядом разрушения. «Этого маршрута больше не существует».
Мун мрачно кивнул.
Теперь у них не было выбора; единственный путь вел наверх. Внезапно рука Селены метнулась и сжала его руку. «Мун, смотри!»
Она указала вверх, и Мун проследил за ее взглядом.
Метель полностью рассеялась, оставив небо того странного кружащегося голубовато-белого цвета, который здесь сходил за дневной свет. И там, вырезанные в верхних пределах горы, едва видимые сквозь остатки облаков, виднелись каменные сооружения.
Огромные колонны, возвышающиеся, как пальцы великанов, их поверхности покрыты инеем.
Перед ними стоял храм.
Они были ближе, чем думали. Метель и лавина фактически подтолкнули их ближе к цели, сократив долгий подход, который им пришлось бы совершить.
«Мы почти на месте», выдохнул Мун, смесь надежды и страха поселилась в его груди.
Селена продолжала смотреть вверх, ее тело было напряжено. «Мун... я кое-что видела. Всего на мгновение».
«Что?» Глаза Муна обшаривали местность вокруг храмовых колонн.
«Силуэт. Движущийся между колоннами. Похоже, человеческий, но...» Она прищурилась, подавшись вперед. «Теперь его нет».
Мун посмотрел туда, куда она указала, его глаза искали хоть что-нибудь. Он не видел ничего, кроме камня, льда и вездесущего снега.
«Ты уверена?» спросил он.
«Я...» Селена колебалась, сомнение закралось в ее голос. «Я думала, что да. Но, может, это была просто тень или движение облаков».
Мун продолжал наблюдать еще целую минуту, но ничего не появилось. И все же Селена была не из тех, кто воображает вещи, особенно после недели постоянной бдительности, отточившей ее инстинкты до остроты лезвия.
«Будем начеку», наконец сказал он. «Если там кто-то есть, мы скоро это выясним».
Селена кивнула, хотя ее рука по-прежнему крепко сжимала посох.
Подъем был опасным. Лавина создала нестабильные снежные поля, которые могли провалиться без предупреждения. Ледяные щиты прилипали к скальным поверхностям под углами, которые, казалось, бросали вызов физике.
Больше одного раза Муну приходилось использовать магию земли, чтобы создать опоры для рук, или Селене приходилось протаивать путь сквозь лед, слишком толстый, чтобы пробить его вручную.
Но они поднимались.
Храмовые колонны становились все больше по мере приближения, открывая детали, которые не были видны снизу.
Морозные узоры были не природными; это были резные изображения сцен, в которых Мун не мог до конца разобраться. Он прищурился, глядя на ближайшую колонну, когда они подошли ближе, пытаясь понять, что пытались передать мастера.
Фигуры, которые могли быть людьми, а могли быть и чем-то другим, были вырезаны в процессии вдоль каменной поверхности. Они были стилизованы, их пропорции слегка нарушены, словно скульптор работал по памяти, а не с натуры. Каждая фигура, казалось, несла предметы, высоко поднятые над головой, маршируя к центральной точке резьбы.
Глаза Муна проследили за процессией до того места, куда она вела.
Массивный трон, вырезанный с чрезмерной детализацией, выделявшийся даже среди рисунков, покрывающих остальную часть колонны. И на этом троне восседало существо, от которого у Муна по коже поползли мурашки, несмотря на то, что это был всего лишь резной камень.
Оно было гуманоидным со странными пропорциями: у него были две руки, две ноги, торс и голова. Оно было очень высоким, очень худым, с конечностями, сгибающимися под углами, которые были невозможны. Голову венчало нечто, что могло быть льдом, или рогами, или и тем и другим. И даже в камне, даже выветренное, возможно, бесчисленными годами ледяного ветра, в позе резьбы было нечто, излучающее власть.
Перед этим троном, у его основания, находился алтарь. Казалось, что фигуры в процессии по очереди возлагали на него свои подношения, их вырезанные лица были обращены вверх к восседающему существу, словно в мольбе или ужасе.
Мун перевел взгляд на следующую колонну и увидел похожие сцены. Другие фигуры, другие подношения, но всегда один и тот же трон.
«Жертвоприношения», прошептала Селена, подходя и вставая рядом с ним. Она рассматривала другую колонну, но явно пришла к тому же выводу. «Они приносят жертвы этому существу».
Мун медленно кивнул.
Это происходило здесь очень, очень давно.
«Сердце зимы», тихо сказал Мун, его взгляд снова вернулся к вырезанному существу на троне. «Думаю, мы смотрим на него».
Лицо Селены побледнело. «Если это то, с чем нам придется столкнуться, чтобы выбраться отсюда...»
Между колоннами, едва различимый в тенях, отбрасываемых массивными каменными сооружениями, находился вход. Дверной проем, ведущий в темноту, его порог был отмечен еще более замысловатой морозной резьбой.
Какие бы ответы они ни искали, какие бы ужасы их ни ждали, все это было за этим входом.
После недолгого подъема они оказались у входа в храм.
Топ! Топ!
Звуки ударов ботинок о пол эхом разнеслись изнутри храма, заставив Селену и Муна немедленно напрячься.
Они не ожидали услышать из храма звуки шагов, которые, несомненно, могли принадлежать только людям.
«Там внутри есть люди...» прошептал Мун Селене рядом с собой. С их текущей позиции было трудно определить, кто внутри, потому что все, что они видели, это темный коридор, ведущий в, по-видимому, комнату без двери; звуки предположительно доносились из той комнаты, внутрь которой они едва могли заглянуть.
Селена кивнула. «Нам войти?»
После минутного раздумья Мун ответил. «У нас нет выбора, не так ли?»
С колотящимися сердцами и напряженными телами они вошли в храм, готовые встретить все, что было внутри, будь то зло или добро.
Они медленно шли по храму, боясь издать хоть звук, желая понять, кто находится внутри, прежде чем предпринимать какие-либо действия.
Когда они достигли конца коридора, зрелище, открывшееся им внутри комнаты, потрясло их до глубины души.
«Джон?! Элара?» прошептала Селена, ее глаза широко распахнулись от шока. Последними, кого она ожидала увидеть внутри храма, были те двое товарищей по команде, которых они считали уже мертвыми.