Решение короля

***

Зал собраний тонул в тяжёлом полумраке. Сотни энергетических кристаллов горели в высоких колоннах, но их света едва хватало, чтобы очертить сводчатый потолок и круглый стол в центре цитадели.

Вокруг стола сидели лидеры шести подразделений Рыцарей истребления, за спинами которых молча стояли их заместители.

Первым в глаза бросался статный мужчина в белых одеждах, чей ворот скрывал нижнюю половину его лица, но не мог спрятать длинных бронзовых волос. За его спиной стоял высокий мужчина с длинными белыми волосами, собранными в пучок, чью нижнюю половину лица также скрывал ворот одежд. Это был лидер подразделения Слезы серебряной крови и его заместитель: Тор Хронтир и Улль Айзен.

Рядом с ними сидел мужчина со строгим взглядом и колючими красными волосами. На его руках красовались массивные наручи из алой стали. За его спиной стоял мужчина с длинными белыми волосами, собранными в косы. Он ехидно улыбался, изредка бросая взгляд в сторону Улля. Это был лидер подразделения Гвардейцев красного золота и его заместитель: Кухулин Куланн и Браги Айзен.

Следующая пара во всем зале собраний выглядела строже всех. Они оба были облачены в строгие стальные доспехи, а их лица блестели чистотой и порядком. Беловолосый лидер подразделения Клинков вечной бури и его блондин заместитель: Старкад Хольвен и Гарет Фейрчайлд.

Поодаль от остальных расположились Тени безмолвия. Их нынешний лидер — опытный рыцарь истребления лет шестидесяти — Аларик Умба, взял себе в заместительницы молодую женщину с тёмно-зелёными волосами почти до плеч — Селену Фалькнер.

Ближе всех к Бастардам отчаяния расположились лидеры Стражей безмолвных клятв: Хамсин и Камилла.

Все эти Рыцари истребления собрались сегодня в этом зале, чтобы обсудить недавно взбудораживший весь Найфорд вопрос. Зенон Кайзер — демон в рядах Бастардов отчаяния.

Ингерам Инфер стоял у своего места. Чёрная маска скрывала его глаза, но спокойствие лидера Бастардов отчаяния чувствовали все. Рядом с ним застыл Ванагандр Гарм. Бог скрестил руки, а его хищный взгляд ловил каждое движение в углах зала. Ингерам только что закончил отчёт о Зеноне Кайзере. О его природе и барьере теней.

Последовавшая тишина оказалась тяжелее крика.

Потом зал взорвался.

— Это немыслимо! — резкий голос лидера Теней безмолвия ударил по залу, как хлыст. — Демон среди Рыцарей истребления? Ты сошёл с ума, Инфер! Даже если он был человеком, даже если его прокляли, теперь он носит демоническую кровь!

— Господин Инфер, — сладко произнесла заместительница лидера Теней безмолвия. Губы Селены тронула насмешливая улыбка, а взгляд скользнул по фигуре Ингерама с откровенным интересом, далёким от политики. — Вы всегда славились нестандартным подходом, но это даже для вас слишком.

Ингерам промолчал. Даже головы не повернул. Он прекрасно понимал эту игру: девушка снова пыталась вывести его на эмоции.

С другого конца стола прозвучал спокойный голос лидера Клинков вечной бури:

— Вопрос не в безумии Ингерама Инфера. Вопрос в пользе и рисках. Мы должны понять, насколько этот демон ценен и насколько опасен.

— Если он представляет хоть малейшую угрозу, то от него нужно избавиться, — нахмурился лидер Гвардейцев красного золота. — Или, как минимум, отправить за Великую золотую стену. Лично я считаю, что в Найфорде нет, и быть не может места демону.

— Ну не знаю, — усмехнулся Браги, заместитель Кухулина. — Мне кажется это самая интересная игра с огнём за всю историю Найфорда. Хотя, наверное, лучше сказать с тьмой. Насколько знаю, даже великие короли Авель и Соломон себе такого не позволяли.

— Не неси бред, Браги, — нахмурился Улль. — Великие Авель и Соломон Мардуки потому и стали великими, что не позволяли подобного в своём государстве. А твои идеи играть с демоном по нашу сторону стены… Звучит как тексты, написанные чертовым Королём отравленным безумием.

— Ну нет, брат! — покосился Браги. — Сравнение с Каином оскорбительно даже для человека, который никогда не касался исторических текстов. Слава великому Авелю, что он покончил с тем безумцем. Да и…

— Хватит, — одним жестом руки Кухулинн остановил Браги. После он посмотрел на Тора, всё это время сидевшего молча. — А что ты скажешь, Тор?

— За свою историю Найфорд заключал множество союзов, — кивнул лидер Слез серебряной крови. — Увы, я не так хорош в истории. Какой из них можно назвать самым безумным?

— Король Давид, тот, что был до Соломона, однажды заключил союз с родом Скайвард. Они были наездниками на драконах и потом чуть не захватили Найфорд, — подметил Браги.

— Думаю, взять в свои ряды одного демона не так страшно, как подобное решение Давида, — кивнул Тор и посмотрел на Хамсина. — Хамсин, что ты можешь сказать о Зеноне Кайзере? Стражи безмолвных клятв ближе остальных с Бастардам отчаяния.

— Лично я не видел Кайзера в бою, — Хамсин Стилвинд поднялся со своего места. — Но он рисковал жизнью, защищая жителей Найфорда. Он прошёл через отголосок Чёрной Пустыни Мертвецов и уничтожил его хранителя. Происхождение не отменяет поступков.

— А его характер? — поинтересовался Кухулин.

— Зенон юноша строгий, но воинственный, — искренне признался Хамсин. — Однако, если уж все так смущает вопрос того, что он может встать на сторону демонов, скажу прямо… Нет в Найфорде, а возможно и во всем Пределе памяти живого, который ненавидит демонов больше, чем сам демон Зенон Кайзер. Уверен, если мы приблизимся к войне с тьмой, как гласит древнее пророчество, то он будет сражаться не жалея себя.

— О, Хамсин, — усмехнулся лидер Теней безмолвия. — Древнее пророчество, ненавидит демонов, сражался за Найфорд. Ты всегда был идеалистом. Но идеалы нас не спасут, если этот демон однажды обратится против Найфорда.

— Он не обратится.

— Ты не можешь знать этого наверняка.

— Я уже объяснил свою позицию, основанную на том, что знаю, видел и слышал. А что известно вам, Умбра?

— Что ты имеешь ввиду, Стилвинд?

— Ваш род веками славился тем, что собирал информацию по всему Пределу памяти. Но что сейчас? Не можете выяснить даже того, что происходит под носом?

— Великая золотая стена стоит между нами и Пределом господства веками. Наши государства каждый год отправляют туда людей. Они гибнут потому, что человечество однажды решило провести границу между собой и демонами. И сегодня Ингерам Инфер предлагает мне принять демона в форму Рыцаря истребления. Я спрашиваю не о характере Кайзера. Я спрашиваю: где теперь проходит эта граница?

Спор вспыхнул с новой силой. Одни требовали немедленно исключить Зенона из рядов Рыцарей. Другие предлагали временное отстранение до выяснения обстоятельств. Некоторые считали, что единственный верный выход — это немедленная казнь демона. Лишь единицы продолжали защищать Зенона, пока у Бастардов отчаяния не было права голоса на совете.

Так или иначе, мнений было много. Однако Ингерам Инфер уже не слышал никого. Его взгляд был прикован к трону во главе стола, где сидел король Найфорда, чей левый зелёный глаз скользил по залу с ленивым вниманием, а на губах держалась ехидная улыбка.

Один молчал. Именно это тревожило Ингерама сильнее всех криков вокруг.

«Почему ты молчишь, Один?»

Ингерам знал этого человека не первый год. Знал его манеры, привычки и редкое умение ждать, пока противники сами раскроют слабые места. Король Найфорда никогда не спешил показывать настоящие мысли. Но сейчас его молчание затянулось слишком надолго.

Шум в зале поднялся до предела. Голоса накладывались друг на друга, стол дрожал от ударов ладоней, тени за креслами шевелились вместе с яростью своих хозяев.

Тогда Один поднял руку — зал мгновенно замолчал. Король опустил ладонь на подлокотник и посмотрел на Ингерама. Затем на Ванагандра, который в ответ оскалил клыки.

— Ингерам Инфер. Ванагандр Гарм.

Один медленно перевёл взгляд в сторону. Чуть поодаль от основного круга сидел Владимир — сильнейший среди Рыцарей истребления, меч самого Найфорда, десница короля. С начала заседания Владимир не произнёс ни слова. Теперь Один смотрел на него. Владимир медленно улыбнулся и кивнул, словно услышал немой вопрос.

Только после этого король вновь обратился к Ингераму и Ванагандру.

— Вы готовы поручиться за Зенона Кайзера?

В зале снова стало тихо.

— За него одного этого мало, — продолжил Один. — Вы поручитесь за всех Бастардов отчаяния. Потому что, как вы понимаете, они не примут его казни. Если Кайзер оступится, я должен знать, что ваше подразделение выберет королевство, а не товарища. Я не желаю уничтожать целое подразделение.

— Готов, — мгновенно ответил Ингерам.

— Мы оба готовы, — оскалился Ванагандр. — Если Кайзер станет угрозой, мы не позволим вам пачкать руки, — он сделал шаг вперёд, и металл его особой руки глухо звякнул. — Вспорем себе животы перед всем советом. А после пусть нам отрубят головы. Или ещё что. Как уже пожелает ваша извращенная фантазия.

Тишина после слов Ванагандра сжалась вокруг круглого стола. Даже лидеры, привыкшие к угрозам и смертельным клятвам, несколько секунд молчали.

Первым сорвался лидер Теней безмолвия.

— Чушь! — его голос снова разорвал зал. — Конечно, вы готовы поручиться! Конечно, будете защищать своего! Но это ничего не меняет. Демон остаётся демоном. Рано или поздно кровь возьмёт верх, и ваши клятвы не вернут тех, кто погибнет! Не просто так Великая золотая стена стоит веками!

— Заткнись, — рявкнул Ванагандр.

— Как ты смеешь? — лидер Теней резко выпрямился в своём кресле, но в его голосе проскользнула дрожь. — Я имею право…

— Ты имеешь только личные счёты с Бастардами отчаяния, — перебил Ванагандр. — А они здесь веса не имеют, — бог сделал шаг вперёд. Первородный голод вспыхнул в его глазах, и тени за спинами лидеров дрогнули. — Посмотри на своё подразделение. От Теней безмолвия почти никого не осталось. Продолжишь тявкать — потеряешь последних бойцов. И место лидера вместе с ними.

Угроза повисла над столом, как занесённый клинок. Лидер Теней замолчал и окончательно скрылся в тени кресла. Ингерам даже не посмотрел в сторону конфликта. Его внимание оставалось приковано к Одину.

— Ваше Величество, — сказал он. — Мы ждём вашего решения.

Король молчал. Его зелёный глаз долго изучал Ингерама и Ванагандра, будто взвешивал каждое слово, сказанное за последний час.

Владимир тем временем сохранял пугающую улыбку. Фиолетовое сияние его глаз горело в полумраке.

В зале стало так тихо, что слышалось потрескивание кристаллов в колоннах.

Один медленно обвёл взглядом лидеров. За пределами светового круга, в густых тенях у колонн, замерли фигуры тех, кто предпочёл ждать. Они не требовали казни. Не требовали изгнания. Просто смотрели на короля и ждали его приговора.

Ехидная улыбка Одина стала шире.

— Времена меняются, Ингерам. Я помню дни, когда в этом зале любого демона приговорили бы к смерти ещё до первого слова. А теперь молодые рыцари хотят равенства. Не желают воевать за обиды прошлого. Хотят строить будущее, — он поднял руку, и в зелёном глазу вспыхнули холодные искры. — Мне искренне нравится, чтор новый Найфорд постепенно принимает Зенона Кайзера. Однако сам я окончательного решения так просто не приму, даже с учетом ваших обещаний.

— И когда же будет принято окончательное решение?

— После моей личной беседы с Зеноно Кайзеро, конечно же! — посмеялся Один. — Однако она случится позже. Я хочу дать юноше время себя проявить. Пусть покажет мне, что достоин моего суда!

— Но!.. — хотел возразить лидер Теней, но неожиданно его смирил взглядом Владимир.

Ингерам тихо выдохнул. Его плечи едва заметно опустились, а чёрная маска будто стала легче. Ванагандр скрестил руки на груди и коротко усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло облегчение.

В другом конце зала Хамсин Стилвинд медленно откинулся на спинку кресла. Его ладонь, сжимавшая подлокотник, наконец разжалась. Камилла за его спиной позволила себе едва заметную улыбку.

Владимир всё ещё улыбался. Его фиолетовые глаза остановились на Ингераме. В этом взгляде читалось молчаливое одобрение.

Лидер Теней безмолвия дёрнулся и открыл рот для нового протеста, но Один поднял ладонь. Слова застыли в горле несостоявшегося критика.

— Кроме того, — продолжил король. — Сейчас Рыцари истребления не могут позволить себе терять талантливых новичков.

Один щёлкнул пальцами, и над круглым столом вспыхнула энергетическая проекция. Золотые линии сплелись в столб имён, а цифры зависли в воздухе пульсирующим светом. Перед лидерами семи подразделений появились текущие боевые оценки юных Бастардов отчаяния:

Рэнсин Рюкайрен — 35.000.000

Нокс Интеллиор — 45.000.000

Тюр Гарм — 48.500.000

Ланселот Беллатор — 50.000.000

Зенон Кайзер — 66.000.000

Гиперион Игнис — 75.000.000

— Неплохо, — сказал Ингерам почти небрежно, но в голосе прозвенела гордость.

Ванагандр посмотрел на одну из строк и нахмурился.

— Сорок восемь миллионов. Ожидал от сына большего.

— Как и всегда, — покачал головой Ингерам.

— Но шестьдесят шесть миллионов… — протянул Ванагандр, переводя взгляд на имя Зенона. — Парень только недавно сломал барьер. Интересно, что будет через месяц. Или через год.

— Через год, — тихо сказал Ингерам, — этих цифр уже будет мало.

Один откинулся на спинку трона.

— Передай своим подопечным, Ингерам: я жду от них больших свершений. Позже я обязательно встречусь с ними лично.

— Будет исполнено.

— Кроме того, — нахмурился Один. — Раз уж мы все так помогает Бастардам, то хочу отметить, Ингерам, что в следующий раз я планирую отправить на стену кого-то из них. Скоро планируется экспедиция за стену, возможно кто-то из Бастардов станет её участником.

— Экспедиция за стену?! — разом удивился весь зал собраний.

— Верно, — кивнул Один. — Один из Стражей на стене отметил странную активность со стороны демонов и хочет начать новую экспедицию.

— Но экспедиции не проводились уже больше ста лет, — нахмурился лидер Теней.

— Сто двадцать, если быть точным, — с усмешкой кивнул Браги.

— Верно, — неожиданно раздался голос Владимира. — Однако я, лично, стою на том, чтобы поддержать идею Стража стены. И речь здесь не только о проверке демонов, но и об изучении мифологии Эдема. Нельзя забывать, каждый резонант становится сильнее, постигая новые мифы. А где ещё искать силы, если не в их источнике?

— Да, но… — хмурился Хамсин. — На каком сейчас этапе экспедиция.

— Стена ждёт ответ Совета Пятнадцати, — кивнул Владимир. — Время есть. Однако я бы на вашем месте готовился. Кто угодно из нас может стать участником экспедиции. Это будет хорошей возможностью стать сильнее. А сила сейчас нужна.

— Сила? — покосился Ингерам.

В этот момент улыбка исчезла с лица короля. Пальцы легли на подлокотники, и в его зелёном глазу застыла холодная деловая тень. Воздух в зале снова потяжелел.

— Низакрис.

Один щёлкнул пальцами, и над круглым столом вспыхнули новые проекции.

На первом изображении лежало полуразрушенное королевство. Дымящиеся руины тянулись вдоль мёртвых улиц, чёрный пепел кружил над обломками, а на вершине центрального замка стоял Персей Гераклид. Первый Инициатор разлома широко расставил ноги и вонзил флаг Низакриса в камень.

На втором изображении горело другое королевство. Среди тел павших воинов стоял Инициатор в глубоком капюшоне. У его ног лежал седой генерал с вырванным сердцем. Мёртвые глаза старика всё ещё хранили непонимание, а Инициатор смотрел прямо в проекцию, словно знал, что за ним наблюдают.

На третьем изображении стоял Николай. Безумный учёный в маске чумного доктора наблюдал с балкона замка за гибелью целой страны. Внизу горели города, рушились башни, а среди огня бежали люди, которых уже никто не спасал.

— Низакрис наращивает силы, — тихий голос Одина прошёл по залу тяжелее молота. — Инициаторы разлома становятся опасной фракцией. Они заключают союзы, ломают границы и уничтожают тех, кто отказывается подчиниться. Они почти захватили весь материк.

— Всю Велесару? — удивился братья Айзен.

— Впервые слышу, чтобы кто-то приблизился к порабощению севера, — поморщился Кухулин. — Местные нравы никогда не позволяли даже подумать о таком.

Король щёлкнул пальцами, и проекции над столом дрогнули. Руины, флаги и горящие города вспыхнули ярче.

— Я отправил наблюдателей на Велесару. Найфорд должен был узнать, что происходит в стане врага. Связь с разведкой пропала некоторое время назад. Последнее сообщение пришло обрывками, — Один сделал короткую паузу. — Скорее всего, они мертвы.

— Это акт агрессии, — произнёс лидер Клинков вечной бури. — Низакрис плюёт на законы. Мы должны ответить.

Раздалась насмешка заместителя главы Гвардейцев красного золота:

— Ответить? Как? Мы сами отправили незаконную разведку. К тому же королевства, захваченные Инициаторами разлома, уже можно считать частью Низакриса. Когда они падали, никто не вмешался. С чего всем подниматься сейчас?

Хамсин Стилвинд повернул к нему ледяной взгляд.

— Ты сомневаешься во враждебности Низакриса?

— Я сомневаюсь в нашей готовности к войне, господин Стилвинд.

Спор разгорелся снова. Одни требовали немедленного удара, другие — созыва Совета. Кто-то предлагал отправить официальных наблюдателей, кто-то считал это пустой тратой времени. Голоса сливались в тяжёлый гул, а проекции продолжали висеть над столом, показывая страны, которые уже никто не смог защитить.

Ингерам молчал. Его взгляд скользнул от Персея с флагом к безликому Инициатору, затем к Николаю, спокойно наблюдавшему за апокалипсисом с балкона.

— Они готовятся, — тихо сказал Ингерам.

— И мы тоже должны, — кивнул Ванагандр.

— Найфорд не позволит панике управлять решениями, — сказал Один. Гул постепенно стих. — Но бездействие сейчас станет роскошью, за которую потом придётся платить жизнями. Мы укрепим границы, усилим разведку и подготовим резервы.

Лидер Гвардейцев красного золота — Кухулин поднял голову.

— А наступательные действия?

— Пока воздержимся, — ответил Один. — Мы не дадим Низакрису повода назвать нас агрессорами. Но если они ударят первыми, Найфорд ответит.

Зелёный глаз короля остановился на Ингераме.

— Бастарды отчаяния. Ты говорил, что они талантливы. Возможно, скоро им придётся доказать это на деле.

— Они готовы, — кивнул Ингерам.

— Отлично. Я верю твоим словам, Ингерам.

На лице Одина появилась лёгкая усмешка.

— Однако проверка всё равно состоится.

— Новая миссия? — усмехнулся Ванагандр. — Дайте угадаю: это связано с Лесом Немеид?

— Абсолютно верно, — кивнул король. — Странные врата, изменившие облик леса, вероятно, появились из-за Низакриса. Доказательств пока нет, поэтому открыто ударить по источнику проблемы мы не можем, — Один посмотрел на проекции, где руины сменялись золотыми линиями карты. — Значит, будем уничтожать симптомы.

— Слышал, туда уже планируют отправить двух резонантов из других подразделений, — сказал Ванагандр.

— Да. Иштар из Теней безмолвия и Ахиллес из Клинков вечной бури. Юные таланты Найфорда. Пусть два Бастарда отчаяния составят им компанию. Я хочу лично увидеть силу молодых резонантов.

Ингерам скрестил руки и на мгновение погрузился в размышления. Он быстро перебрал варианты, силу, характеры и последствия такого выбора.

— Хорошо. Тюр Гарм и…

— Отправятся Гиперион Игнис и Зенон Кайзер, — уверенно произнёс Один. Тон короля закрыл возможность спора.

— Но, господин… — Ингерам резко поднял голову.

— Таково моё решение, Ингерам Инфер.

Один поднял взгляд на проекцию с боевыми оценками. Две строки горели ярче остальных: Зенон Кайзер и Гиперион Игнис.

— В Лес Немеид отправятся два самых высоко оценённых новичка среди Бастардов отчаяния.

***

После финальной речи Одина лидеры подразделений покинули зал собраний, а затем и центральный замок Рыцарей истребления.

Найфорд входил в тяжёлое время — высокопоставленные воины уже не могли тратить часы впустую.

Через несколько минут в зале остались только двое.

Во главе круглого стола сидел Один. Слева от него в глубокой тени кресла расположился нынешний лидер Теней безмолвия.

— И всё же, ваше величество, — произнёс он, — почему вы согласились принять Зенона Кайзера в наши ряды? Я не могу поверить, что вы действительно считаете это допустимым.

Один положил руки на стол и ехидно улыбнулся.

— Я уже объяснил свою позицию. Тебя она не устроила?

— Дело в другом. Сколько я вас знаю, сколько наблюдаю за Найфордом под вашей властью… Вопросы равенства редко вас тревожили.

Тень в кресле чуть шевельнулась.

— Напротив, человек, даровавший Рыцарям истребления почти безграничные права на землях королевства, всегда казался мне заинтересованным в вещах, далёких от равенства.

Один рассмеялся и на несколько секунд закрыл зелёный глаз. Когда король вновь посмотрел на собеседника, в его взгляде блеснула хищная угроза.

— Ты внимательнее, чем я думал.

Он чуть наклонился вперёд.

— Равенство действительно тревожит меня не так сильно.

Лидер Теней безмолвия молча принял ответ, но вопрос задал снова:

— Тогда что стало причиной принятия Зенона Кайзера? Почему вы так много прощаете Бастардам отчаяния? Неужели дело в уважении к Ингераму Инферу?

— Нет.

Улыбка Одина стала шире.

— Всё проще. Я вижу огромную перспективу в силе Зенона Кайзера. Этот парень может оказаться мне полезен.

Король сделал короткую паузу.

— Нет. Должен оказаться.

— Ясно.

Лидер Теней безмолвия обладал скверным характером, но опыта ему хватало, чтобы понять настоящую логику короля. Один Хронтир всегда смотрел на мир через силу. Почти как воины древних эпох, для которых ценность человека измерялась тем, что он мог сокрушить.

— В таком случае я могу идти.

— Хорошо.

Один слегка наклонил голову, провожая собеседника взглядом.

Лидер Теней безмолвия поднялся, но перед уходом задержался.

— Однако перед этим я хотел бы извиниться. Хоть и не считаю подобное необходимостью.

Один прищурился.

— За что же?

— Ваше величество, простите меня за то, что скоро мне придётся убить вашего младшего брата. Надеюсь, на меня не падёт ярость вашей семьи.

— О…

Один усмехнулся.

— Я понимаю порядки Теней безмолвия и не стану мешать вашей битве. Даже рад, что мой братец наконец решил сделать хотя бы это.

Король лениво откинулся на спинку трона.

— За Тора тоже не переживай. Если его дядя погибнет, он воспримет это как второй день рождения.

— Понял.

Тень у кресла стала гуще.

— Значит, скоро можете готовить гроб. Как бы я ни ценил его способности, Локи Хронтир падёт от моей руки.