***
Наблюдатели увидели, как Зенон Кайзер стоял с гордо поднятой головой.
Это практически стоило ему жизни. Часть его эдеминарного доспеха была уничтожена: хаори — подарок госпожи Шиаон, который Кайзер ценил в доспехе больше всего — превратилось в клочья, а облегающий чёрный костюм распался на обрывки ткани, обнажая мышцы, покрытые фиолетовой кровью и ссадинами.
В руках Зенона гордо покоился клинок, призванный силами врат Амальтеи. Длинная черная рукоять, длинное лезвие скрытое в ножнах, круглая гарда. Всё это было покрыто золотыми гравировками, изображавшими чудовищ, отдаленно похожих на демонов, или, как бы сказал сам Зенон, гоэтий. В своей элегантности это оружие таило древнюю мощь, чем доказывало свою принадлежность.
Принадлежность к одному из древнейших уголков демонической сокровищницы.
С губ Кайзера сорвался лёгкий смешок.
— Хороший удар, Ахиллес.
На лице Зенона играла довольная улыбка, в которой, однако, чувствовалась усталость и боль от пропущенного удара.
Демоническая регенерация делала своё дело, но даже она не могла избавить владельца от всех последствий его безрассудных действий.
— Ты наконец перестал себя сдерживать. Меня даже проняло. Благодаря этому я смог достать из врат этот клинок.
«Клык одиночества…»
Кайзер внимательнее рассмотрел черный клинок, который смог назвать Клыком одиночества, изучив информацию из врат Амальтеи, словно тот был настоящим сокровищем.
Это было древнее эдеминарное оружие, неразрывно связанное с событиями, ранее пройденными Зеноном и его товарищами, оружие, являвшее собой часть одной очень старой истории.
«Не думал, что за вратами Амальтеи будет храниться меч, когда-то лежавший в руках демона, запечатавшего Дунбак».
«Однако назвать столь элегантное оружие Клыком… Фантазия у автора была необычная…»
Зенон взялся за рукоять, и демоническая эдеминарная энергия накрыла лезвие, будто его заострив, а после обратилась взревевшей демонической ненавистью.
— Теперь моя очередь, — принял боевую стойку Зенон, начав стягивать демоническую ненависть к лезвию Клыка одиночества.
Когда ненависть окончательно сжалась вокруг меча, она закружилась вокруг его кончика тремя дорогами, похожими на реки ведущие в небытие, когда описанные в книге автора, имя которого Зенон так и не запомнил.
Сила пульсировала, как живое сердце, с каждым ударом которого давление в пещере возрастало.
Камень под ногами Зенона почернел. Неизвестная тьма, словно вылившаяся из души Кайзера, покрыла плиты и поползла дальше. Затем из черноты начали подниматься высокие кресты. Они окружили его, словно надгробия.
— Это… — прошептал Ахиллес, лицо которого исказилось толи страхом, толи удивление, но не успел закончить, ведь кресты вокруг Зенона вспыхнули, когда тот сделал выпад.
Поток демонической ненависти прокатился по полю боя и обрушился на Ахиллеса.
Глухой взрыв прошёл по пещере, когда фиолетовый и зелёный цвета смешались в чудовищном калейдоскопе. Ударная волна заставила всех прикрыть лица руками, а облако пыли и осколков взметнулось до потолка.
На несколько томительных секунд всё погрузилось в хаос.
Когда дым начал рассеиваться, открылась картина разрушения. Пол пещеры там, где стоял Ахиллес, выжгло до стеклянного блеска. Трещины расходились от эпицентра удара во все стороны, и из них всё ещё поднимался дым.
Сам Ахиллес почти стоял на коленях, опираясь на треснувшее копьё. Зелёный доспех был пробит в нескольких местах, а из ран сочилась кровь. Он тяжело дышал, будто каждое движение давалось с огромным трудом.
Наблюдатели в это время не смогли скрыть своего удивления. Аристотель нахмурился, крепче сжав мраморную книгу, тогда как Гиперион и Иштар округлили глаза и стиснули зубы.
Удар Зенона, казалось, совершенный на скорую руку, лишь бы ответить оппоненту, был феноменален. Особенно если вспомнить, что он раскрыл свои силы несколько дней назад.
Ахилл поднял голову и посмотрел на Зенона. В его оранжевых глазах плескался животный ужас.
«Откуда у него такая сила? Он ведь только недавно раскрыл свои способности».
Мысль, уже обдуманная наблюдателями, посетила и Ахиллеса, однако ответа так ни у кого и не нашлось.
«Я знаю законы развития резонантов. Достичь такого уровня за столь короткое время невозможно».
«Невозможно!»
Аналитический разум Ахиллеса, который всегда находил объяснение даже самым сложным загадкам, несколько мгновений отчаянно искал опору. Затем все схемы рухнули, оставив только один вывод.
«Зенон Кайзер — аномалия».
Аномалия. Это слово часто встречалось в речах резонантов, тем не менее оно редко относилось к ним самим.
Если речь заходила об аномалиях среди резонантов, чаще всего современные Рыцари истребления вспоминали один древний род, от которого, как было известно, практически ничего не осталось, члены которого в давние времена покорили самых драконов и левиафанов.
В одном ряду с ними Ахиллес инстинктивно расположил Зенона и посмотрел на него сквозь боль, чувствуя, как привычные законы развития резонантов рассыпаются один за другим.
«Он живёт за пределами правил, которым подчиняются остальные. Его рост нельзя назвать постепенным или линейным. Это разрыв шаблона. Исключение, которое ломает саму систему».
Зенон вернул Клык одиночества в ножны, и оружие тут же обратилось чёрной пылью, вернувшись за врата Амальтеи.
Кайзер нахмурился и тут же вновь воззвал к силе врат. В его ладони возникла массивная фигура черного копья, обвязанного цепями у самого лезвия. Пальцы Зенона сомкнулись на древке, вокруг острия тут же вспыхнули щупальца демонической ненависти.
— Ну что, Ахиллес? — бросил Кайзер, посмотрев на своё Копьё забвения. — Закончим начатое?
Ахиллес ответил силой светлости Арканиума. Вокруг острия его копья закрутился тугой зеленый вихрь. Из глубины этого пространства вырывались оранжевые молнии, будто само оружие разрывало ткань реальности.
Взгляды резонантов пересеклись лишь на миг.
Этого хватило.
Оба воина одновременно метнули копья в центр арены. Фиолетово-черный поток встретился с зелёно-оранжевым в самом сердце пещеры, и чудовищный взрыв сотряс отросток реальности до основания.
Волна чистой энергии ударила по стенам. Воздух завыл, будто сама арена закричала от боли.
Наблюдатели укрепили стойки, прикрывая лица руками, но даже так давление едва не сбило их с ног.
Демоническая ненависть и светлость Арканиума сцепились в смертельной схватке. Копьё Ахиллеса развернулось в гигантский вихрь, но демоническая ненависть, призванная Зеноном, поднялась снизу вверх и начала пожирать его, как болезнь, проникшая в живую ткань мира.
Копьё забвения взорвалось — в потолок ударил фиолетовый столб, прорезавший мрак пещеры.
На несколько мгновений зрители ослепли.
Пыль, обломки и остатки энергии снова скрыли арену.
Когда дым рассеялся, а вибрация энергии стихла, перед присутствующими открылась картина, не оставлявшая сомнений.
Ахиллес Гераклид стоял на коленях перед Зеноном Кайзером. По его щекам стекали слёзы, которые следом падали на землю, словно отбивая прощальный марш. В потухших оранжевых глазах отражались боль и разрушенные надежды.
«Неужели… я снова не смог?..»
Мысль билась в воспалённом сознании Ахиллеса, не находя выхода.
Зенон смотрел на поверженного противника сверху вниз. На его лице не было злорадства. Только понимание.
— Вот и всё.
В левой руке Зенона вновь возник Клык одиночества.
— Результат был очевиден, Ахилл. Ты не мог победить в этой битве.
Кайзер сжал рукоять сильнее, покрывая клинок слоем демонической ненависти. Казалось, он готовится нанести финальный удар.
— Причина только одна. Пока ты живёшь ради чего-то, у меня осталось лишь то, за что я готов умереть.
Ахиллес начал опускать взгляд, принимая тяжесть демонического голоса и приближение клинка.
— Однако…
Ахилл в шоке поднял голову.
Зенон протянул ему правую руку.
— Проиграть не значит сдаться. Пошли, Ахиллес Гераклид. Нас ждёт вершина Эдема.
На мгновение пещера замерла.
Иштар смотрела на Зенона широко раскрытыми глазами. Гиперион улыбнулся. Даже Аристотель позволил себе тихий вдох.
«А вот и ты…»
В следующую секунду взгляд Кайзера резко поднялся выше Ахиллеса. Зенон развернул демонический клинок и ударил над головой Гераклида.
Чёрный меч столкнулся с массивным луком, возникшим из воздуха в руках неизвестного существа.
Искры хлынули дождём. Энергия вспыхнула между клинком и луком, а ударная волна отбросила Зенона на несколько метров.
Взглядам Рыцарей открылось существо, возникшее за спиной Ахиллеса.
Давящая эдеминарная энергия накрыла пещеру. Воздух сгустился до тяжести расплавленного свинца. По коже прошёл холод.
За спиной Ахиллеса, всё ещё стоявшего на коленях, возвышалась массивная фигура. Воин в чёрных доспехах выглядел так, будто броня вросла в его плоть. В руках он держал гигантский лук. Голову скрывал шлем с искривлёнными рогами, а вместо лица виднелась узкая прорезь, из которой вырывался бледный свет. Самым страшным были толстые ржавые цепи, которые пронизывали его тело насквозь.
Ахиллес медленно поднял голову. Его сила откликалась на это присутствие глубоким, пугающим резонансом.
То же самое понял и Зенон.
Кайзер поднял клинок и произнёс:
— Разрушитель баланса.