Глава 82
Я видела, как с ужасного магического зверя капает кровь. Взглянув в его красные глаза, отражавшие моё лицо, я почувствовала невыносимую тяжесть на душе.
Сначала я думала, что это обычный магический зверь. Но то, что солдаты заранее ждали его у особняка, и то, что он целенаправленно явился сюда и схватил Дженни…
Неужели…
— Кто ты такой?
Ба-бах!
Пока я в растерянности и оцепенении смотрела по сторонам, с неба, словно удар молнии, обрушился красный свет, накрыв зверя. В этом потоке света я в последний раз встретилась взглядом с существом, которое испарялось, словно дым.
Я видела, как из его красных глаз капают черные слезы.
«Помоги мне.»
На мгновение мне показалось, что мир замер.
За пределами моей протянутой руки красные глаза магического зверя затуманились, и он рухнул вниз. Даже упав на землю, он продолжал смотреть на меня. Его огромное тело, которое до этого стояло прямо, лишившись головы, медленно накренилось и с грохотом повалилось на бок.
Он умер, так и не успев ответить, был ли он человеком, и если да, то кем именно и какой помощи искал.
— А, а-а…
Я чувствовала себя опустошенной. Пока я, словно сломанная кукла, издавала бессмысленные стоны, рука Данте слегка сжала мое плечо.
— Вы в порядке?
— Тот магический зверь… он просил меня о помощи. Но почему я услышала его слова?
Голубые глаза Данте, смотревшего на меня, когда я несла этот бред, потемнели.
И в этот момент…
— Как и ожидалось от нашей январской Святой! Святая уничтожила магического зверя светом очищения и спасла ребенка! Давайте все поаплодируем!
У меня за спиной раздались возгласы восхищения, совершенно не соответствующие моему настроению.
Аплодисменты и хвала предназначались Галатее в белом облачении жрицы. Я видела, как красные глаза Галатеи, сопровождаемой священниками, возвращаются к своему естественному серебристому цвету. Похоже, тот красный свет был её силой.
Утешив плачущую Дженни и погладив её по голове, она подошла ко мне с обеспокоенным видом.
— Миа, ты в порядке? Хорошо, что мы успели. Ты не ранена?
— …Я в порядке.
Я ничего ей не сказала. Да и не спрашивала.
Возможно, Галатея ушла, сославшись на дела, потому что заранее знала о появлении магического зверя и расставила солдат у особняка. Я изо всех сил пыталась справиться с хаосом в душе.
— Как вас зовут?
Вдруг один из священников, стоявший рядом с Галатеей, окинул меня подозрительным взглядом.
Кажется, он из высокопоставленных… Что? «Вас»? Я слегка нахмурилась и ответила:
— Миа Фортуна.
— Судя по тому, что я не чувствую в вас магических способностей, вы обычный человек. Не могли бы вы объяснить, почему пытались помешать убийству магического зверя?
Как много он успел увидеть? Решила прикинуться дурочкой.
— Когда это я такое делала?
— Разве вы не кричали «остановись»?
К счастью, похоже, он не заметил ни способности к аннулированию, ни свечения ожерелья.
— Я обращалась к магическому зверю. Вы, должно быть, ослышались?
Я сделала максимально невинное лицо. Он пристально смотрел мне в глаза, пытаясь установить истину, но я выдержала взгляд, твердо решив не отступать первой.
Тем временем Килиан, убирая меч, подошел к нам.
— Это было сделано лишь для того, чтобы отвлечь внимание магического зверя. Есть какие-то проблемы?
Священник посмотрел прямо на меня и сменил вопрос:
— Кстати, что здесь делает гражданское лицо? Почему вы не эвакуировались?
— Гражданские тоже могут проявить храбрость ради ребенка, попавшего в беду. Вместо того чтобы рассматривать кандидатуру на премию «Храбрый гражданин», вы сразу перешли к подозрениям?
Священник, опешивший от моего ответа, смущенно кашлянул.
— Где вы были до этого?
— Разве вы не слышали от Святой? Я была с ней, потом мы разошлись, а когда увидела, что ребенка утащили, побежала следом.
Священник, бросив быстрый взгляд на Галатею, с ехидством перевел взгляд на Данте, Килиана, Изекииля и Эльюарда.
— Понятно. Я слышал, что леди видели выходящей из отеля неподалеку. Значит, вы были здесь со вчерашнего дня. Зачем вы ходили в отель?
Галатея покачала головой, показывая, что это не она ему рассказала.
Значит, это те священники, которых я встретила утром. Но ведь я вроде бы даже называла причину, что-то про годовщину?
В вопросе чувствовался нечистый умысел. Уголки губ священника кривились, а на лицах окружающих его коллег и солдат промелькнула насмешка.
Видя, как взгляд Данте становится свирепым, а Килиан тянется к рукояти меча, я жестом велела им ждать. Еще рано пускать в ход кулаки.
Данте слегка кивнул, не забыв о нашем уговоре потерпеть трижды.
— Это настолько важный вопрос? Это мое личное дело, и я не обязана отвечать.
Я бросила на священника косой взгляд, выражая свое недовольство, но он не перестал ухмыляться.
— Сразу видно, что вы простолюдинка. Что за дерзкое поведение по отношению к священнику ордена?
— Священнослужитель, который должен быть равен всем, позволяет себе пренебрежительные высказывания в адрес простолюдинов? Это шокирует. Я обязательно запомню ваше лицо. Кстати, я знаю одного сотрудника газеты, который мастерски пишет преувеличенные статьи.
Какое им дело до того, сколько у меня женихов и в какой отель я хожу? Я не хотела афишировать это на каждом углу, но я не нарушала закон, поэтому мне нечего было стыдиться. Однако оставаться равнодушной к таким провокационным вопросам было невозможно.
— Ваше намерение копаться в чужой личной жизни из праздного любопытства крайне неприятно. Я официально подам жалобу, устрою одиночный пикет и соберу пресс-конференцию с журналистами и политиками из Партии простолюдинов, чтобы поднять этот вопрос на государственном уровне. К какой организации вы принадлежите и как вас зовут?
Данте говорил, что сейчас эпоха, когда власть зависит от толпы.
Когда я показала им, что бывает с теми, кто задевает простых людей, священник попятился и начал оправдываться:
— Нет, просто… бывают случаи, когда одаренные, призывающие магических зверей, скрываются под видом вражеских шпионов или еретиков… Ох!
Священника, задававшего назойливые вопросы, Данте схватил за горло. В то же время Килиан приставил меч к его шее. Священник, беспомощно болтаясь в воздухе, начал задыхаться и брыкаться.
— Кх-х! Бригадный генерал, командир… за что вы так со мной!
Данте, вспыльчивый мужчина, привыкший действовать силой, медленно наклонил голову с бесстрастным лицом.
— Вы проявили неуважение к будущей герцогине. Причем более трех раз. Неужели вы поймете, только когда вам сломают шею?
Казалось, он имел в виду, что старался изо всех сил сдерживаться, но со стороны это выглядело как обычная вспыльчивость.
Вдобавок к этому, глаза Килиана под шлемом сверкнули не менее свирепо.
— Где тебя учили манерам? Ты хоть знаешь, кто перед тобой? Это великая женщина, которая всегда думает о народе и экологии и лично борется с неравенством.
Килиан представил меня так, будто я была политиком, готовящимся к выборам.
— Неужели это те самые люди, которых мы видели вчера вечером? Было темно, я не разглядел.
— Да и манера речи… они казались важными персонами.
Я услышала разговор солдат, которые проверяли нас вчера вечером. Вместе с этим другие священники и солдаты стали вести себя более почтительно.
Священник, чье лицо побелело от страха перед угрозами двух мужчин, начал непрерывно извиняться.
— Прошу прощения, у меня не было таких намерений. Пожалуйста, простите меня.
Данте и Килиан посмотрели на меня с немым вопросом: «Убить его, госпожа?»
— Как вы хотите поступить?
Я скрестила руки на груди и, издавая задумчивые звуки «хм» и «эм», сделала вид, что обдумываю наказание.
— Жених мой, давай проявим милосердие и на этом закончим.
Как только я закончила говорить, Данте швырнул священника, которого держал в руке.
— Священник, вы же знали, что мы помолвлены, зачем продолжали спрашивать? Вы же уже слышали от Лате. Я же ясно сказала, что у этого мужчины скверный характер и он первым делом пускает в ход кулаки, если его разозлить, так что лучше его не трогать.
Галатея смотрела на священника, валявшегося на земле. Тот, поднявшись на дрожащих ногах, начал испуганно махать руками. На его шее остались красные следы от пальцев.
— Я лишь хотел точно удостовериться…
— Вы так не доверяли словам Лате, что решили проверить это, рискуя жизнью? Или вы притворялись, что не знаете, чтобы оскорбить и высмеять собеседника, но в итоге сами попали впросак?
— Это недоразумение. Все совсем не так.
Видя, как Галатея отчитывает священника из своего же ордена, я начала путаться в догадках. Это, конечно, нормальная реакция, но… Она, не зная о моем замешательстве, лучезарно улыбнулась.
— Задаете всякие глупые вопросы. Давайте перейдем к сути и закончим поскорее. Мне еще нужно идти обедать.
Опять есть? Кажется, она только что говорила, что не голодна.
— Святая, сейчас не обед важен…
При словах о том, что обед не важен, её лицо мгновенно похолодело. Увидев её пронзительный взгляд, священник замолчал, не в силах вымолвить ни слова.
Я стояла с открытым ртом, пораженная тем, что видела впервые.
— А что тогда важно? Оскорблять и высмеивать друзей Лате?