Глава 87
— Вы нужны нам, хозяйка. Вы присоединитесь к нам?
— На самом деле, кроме словесных перепалок, я ни на что не гожусь… но мне всё же казалось, что я могу принести хоть какую-то пользу. Например, разрабатывать стратегии или стать информатором. Как думаете, это возможно?
Я слегка сжала его пальцы, внезапно смутившись. Мой недавний всплеск эмоций был лишь детской обидой. Пусть это и было безрассудно, в глубине души мне хотелось получить подтверждение, что я действительно могу быть полезной.
Но я никак не ожидала, что в ответ прозвучит предложение начать усиленные тренировки.
— Командующему операцией редко приходится сражаться лично.
— Вы хотите сказать, что я стану командующим операцией?
— Именно так. Командующий — это ключевая фигура, чью личность нужно скрывать от врагов, и самая важная роль. У каждого из нас свои сильные стороны. А задача меня, Килиана и Изекииля — быть надежной опорой для нашего командира.
Эльюард, молча слушавший нас, прикрыл рот рукой и тихо рассмеялся.
— Если заключите контракт со мной, вам не придется ломать голову над мелочами. Чем больше у вас силы, тем шире выбор: идти к вершине, жить обычной жизнью или выбрать путь справедливости.
Данте покачал головой на его слова.
— Не уверен, что от этого демона будет много толку. В любом случае, отныне вы — наш командир. А для этого вам нужно стать сильнее. И телом, и духом.
Он, будучи во всем намного лучше меня, продолжал твердить, что я им нужна. Тяжелый груз, давивший на сердце, словно начал рассеиваться, а вместе с ним пропал и страх, что все однажды уйдут, оставив меня в одиночестве.
Как бы то ни было, это к лучшему. Я слегка улыбнулась и крепче сжала руку Данте. Мало того что он мой дворецкий, так еще и станет моим «живым оружием.» Какое облегчение.
— Хорошо, я постараюсь стать как можно сильнее, и мы вместе всё снесем. Я буду командовать вами правильно.
— Что именно вы собрались сносить?
— Всё, что стоит у нас на пути…
Я говорила это с видом отважного генерала, но вдруг перед глазами всё поплыло, и я почувствовала, как заваливаюсь набок.
— Ох, неудивительно, ведь вы еще не восстановились, а уже встретились с демоном и призраком.
Насмешливый голос Эльюарда эхом отозвался в комнате.
— Командующий, вы явно переоценили свои силы.
Данте подхватил меня и уложил в кровать.
В этот момент я невольно подумала: не стала ли я часом командующим повстанческой армии? Похоже, я перешла черту, возврата из которой уже нет.
— Нужно увеличить время тренировок. Как только поправитесь, начнем с укрепления мышц ног.
Только не это!
* * *
Я резко открыла глаза, почувствовав, как солнечный свет пробивается сквозь шторы. Рядом, на стуле у кровати, сидел Данте и, греясь в утренних лучах, что-то шил. В руках у него была серо-зеленая форменная одежда для военных тренировок.
— Вы проснулись? Я шил для вас специальную тренировочную форму.
Выглядит как суровый вояка, а сидит и прилежно шьет. Как бы я ни старалась, никак не могу к этому привыкнуть.
— Сегодня тренировки не будет…
— Верно, начнем после выздоровления. Даю вам два дня на восстановление.
Почему он стал таким строгим со мной! Он что, действительно решил тренировать меня всерьез?
В этот момент раздался стук в дверь, и вошли Изекииль и Килиан с подносом еды. Изекииль поставил поднос мне на колени.
— Завтракай. Французские тосты в яйце и салат из нута.
— О, я это обожаю. Спасибо.
— А есть ли вообще еда, которую ты не любишь?
Я терпеть не могу аронию и нони. Нут — еще куда ни шло, но… при виде сока нони у меня во рту сразу становилось горько.
— Мастер, я принес травы и цветы для душевного спокойствия.
Килиан положил у изголовья кровати маленький мешочек, наполненный травами и лепестками.
Это что, ароматерапия? Тонкий, сладкий аромат лаванды наполнил воздух.
— Какой чудесный запах. Спасибо.
Все так заботятся обо мне… Я была тронута до глубины души, но стоило вспомнить вчерашние события, как радость мгновенно улетучилась.
Если Килиан узнает, что тем магическим зверем был отец Дженни, ему наверняка будет больно. Стоит ли говорить об этом? Но если он всё равно обо всем узнает, лучше, если я скажу сама.
Я замялась, подбирая слова.
— Килиан, Изекииль, мне нужно серьезно с вами поговорить…
Не успела я договорить, как перед глазами заклубился черный дым, и появился Эльюард.
— Я подготовил для вас письмо, хозяйка. Опять пришло послание от той женщины, вашей тети. Уже девятое по счету.
— Выбросьте его.
Я решительно отказалась. Эльюард с улыбкой скомкал письмо, которое держал в руках.
— Слушаюсь.
После императорского бала тетя постоянно присылала письма, но я их демонстративно игнорировала.
— Почему она продолжает писать, если я не отвечаю? Можно ли заявить на нее за сталкинг?
Изекииль, услышав мое раздражение, злорадно хихикнул.
— Твоему кузену отказали в приеме во все академии, включая Королевскую академию Виндстер. Вот он и мечется, как ошпаренный.
— Попасть в рыцарский орден или армию ему тоже будет нелегко. Мы внесли его в черный список.
В глубине шлема Килиана блеснула насмешливая улыбка.
Ох, лучше не переходить дорогу этим людям. Иначе можно навсегда вылететь из общества.
В первых письмах тетя просила помочь Эрмингарду с дебютом в светском обществе, а потом — попросить Данте, обладающего социальным статусом, помочь Георгию с поступлением.
Судя по всему, Кайден окончательно порвал с ними все связи.
Письмо тети, в котором наверняка было то же самое, вспыхнуло в руках Эльюарда и превратилось в пепел. Его красные глаза удовлетворенно блеснули.
— Месть кровным родственникам, эта ненависть… Мне нравится. Впредь не злитесь ни на кого, кроме меня.
Вокруг его глаз разлился красный оттенок.
С другой стороны, не выступает ли он в роли моей «корзины для негативных эмоций»?
Этот странный демон, испытывающий собственничество к моим негативным чувствам, добавил:
— А еще пришло письмо от Нейви Сериз, одной из Трех великих командиров. Скоро светский сезон, не пора ли вам начать подготовку?
Я вскрыла конверт и недоуменно склонила голову.
— К чему готовиться?
— Как командующий операцией, вы должны собирать информацию и заводить связи в светском обществе. Вся политика, власть и расширение влияния начинаются именно там. Война — не исключение.
В этом есть смысл. Я кивнула и развернула письмо.
[Моя дорогая подруга Миа. С того самого дня, как ты получила ранение в бою с врагом, мы не находим себе места от беспокойства.
Мы хотели навестить тебя, но разве не было бы величайшей грубостью прийти без приглашения? Знай, что наши мысли были с тобой… (пропущено)
.
.
Так не хочешь ли ты вместе с нами покорить светское общество?
Хотим навестить тебя, чтобы проведать и заодно провести оперативное совещание по светскому сезону первой половины года.]
Звучит как письмо от главнокомандующего союзными войсками. Я сглотнула, глядя на это приглашение к завоеванию светского общества. Как и сказал Эльюард, мне придется всерьез войти в джунгли, кишащие хищниками.
— Но… можно ли им приходить в наш особняк?
На самом деле, разве это место не настоящие джунгли? Они знают, что о нем ходят жуткие слухи, и всё равно хотят прийти? Может, они не в курсе?
[P.S. Наша подруга, святая Галатея, тоже очень переживала за тебя. Можно ли нам прийти вместе с ней? Если соберутся все пять великих дам светского общества, это будет всё равно что обрести поддержку целой армии.]
* * *
Штаб-квартира Центрального ордена Каликса, 2-й тренировочный полигон святых рыцарей.
— Сэр Кайден, умоляю, помогите хоть раз. Георгий — старший сын в нашей семье… Если его путь будет закрыт, то…
Мужчина, умоляющий Кайдена, был дядей Мии, виконт Кристофер Мюррей. Он вытирал пот со лба платком и подобострастно кланялся Кайдену.
— Мы и подумать не могли, что она обручится с герцогом, который к тому же командующий. Она всегда была такой упрямой и никого не слушала.
Кайден опустил тренировочный меч и обернулся к виконту. Его взгляд был равнодушным, словно он смотрел на бесполезную вещь.
— Мне больше не нужна ваша помощь. Я решил добиться ее расположения, ухаживая за ней лично, а не покупая ее благосклонность через вашу семью. А, и раз уж мне больше не нужно соблюдать с вами приличия, буду говорить прямо.
Виконт Мюррей поспешно заговорил, испугавшись холодного тона:
— Я… я могу быть полезен. Разве мы не единственная семья, которая у нее осталась?