* * *
За всё время пребывания в Стокгольме, после того как в первый день мы сходили в кино, мы почти не занимались туризмом.
Разве что покупали одежду или нижнее белье для Вероники.
Конечно, всё это было либо вызывающим бельем, либо откровенными нарядами. Казалось, Швеция настолько открытая в плане секса страна, что я даже удивлялся.
Вероника, чья фигура была настолько хороша, что ей шло абсолютно всё, кажется, вошла во вкус и при любой возможности пыталась меня соблазнить.
Разумеется, во мне проснулся консерватор, и я попросил её не носить откровенные вещи на людях. Она с удовольствием послушалась и купила себе мешковатый свитер и длинную юбку, почти полностью скрывающие её фигуру.
Хотя, даже когда всё было скрыто, её красота никуда не делась.
— Уху-ху-ху-ху-ху~.
— Вероника.
Вероника посмотрела на меня, широко улыбаясь, и ещё сильнее прижала свою грудь к моей руке.
Но отвечать не спешила.
— Дорогая.
— Да~! Дорогой~.
— Может, перестанешь трогать мою задницу?
— Ой~!
Какое ещё «ой»? Что за «ой».
Она ведь с самого утра не переставала её лапать.
Даже после того, как мы занимались этим до самого выезда из отеля, ей всё было мало, и она продолжала открыто меня соблазнять.
Конечно, мне она тоже нравилась, да и выносливости у меня хватало, чтобы не свалиться с ног после пары раз.
Но всё же, не здесь же.
— Ну так куда мы теперь?
— В Швейцарию. Билеты уже куплены.
Нам нужно было в штаб-квартиру Всемирной организации по борьбе с терроризмом в Швейцарии.
— А? Тогда насчёт комнаты...
— Думаю, снимем новую.
— Согласна~! Согласна~!
Возможно, потому что она услышала, что я буду жить в казарме, Вероника полностью поддержала моё решение.
Конечно, Вероника тоже собиралась работать в приюте, который курировала организация.
Так что, если только я не буду на задании.
Хотя, возможно, она будет отправляться на задания вместе со мной.
И всё же, она так обрадовалась новости о новой комнате, вероятно, потому что боялась, что жизнь в общежитии сделает наши ночные утехи более затруднительными.
Так, счастливо обсуждая будущее, мы сели в самолёт и отправились в Швейцарию.
В аэропорту Цюриха нас уже ждал Фрэнк. Он приехал на собственной машине, и мы вместе отправились на восток.
Добравшись до небольшого городка под названием Арбон, мы сразу направились в штаб-квартиру.
— Глава организации ждёт вас с женой, буквально глаз не сводя с дверей.
— А, правда?
— Аха-ха! Хёну! Слышал? Жена! Жена!
Вероника крепко вцепилась в мою руку, не в силах сдержать радость. Фрэнк, глядя на неё, почесал затылок.
— Кстати... э-э, святая?
— Я не святая, я кардинал.
— О, прошу прощения, госпожа кардинал. У меня есть к вам один вопрос...
— Спрашивайте о чём угодно. О, если вы хотите спросить, как сильно я люблю Хёну...
— Нет, нет, не об этом. Видите ли, вы в прошлый раз остановили пулю...
— Верно, ведь у меня есть святая сила.
— Эту святую силу... можно ли как-то получить и мне?
В его глазах, когда он заискивающе смотрел на неё, читалась жажда.
Сила, останавливающая пули?
Это тоже важно.
Но Фрэнк явно желал не только этого.
Вероника мягко улыбнулась, и Фрэнк, помедлив, склонил голову.
—...Если моя дочь снова сможет ходить, я готов верить в вашего Бога и следовать за ним сколько угодно.
— Нельзя просить награду за веру.
— Угх. Н-но...
— И всё же, я взгляну. В конце концов, я тоже владею навыком исцеления.
— Благодарю вас! Госпожа кардинал!
— Благодарите Бога, а не меня. И всегда творите добро.
— А-а-а...
Фрэнк был так счастлив, что, казалось, готов был пуститься в пляс от радости.
Вероника, одарив его кроткой, милосердной улыбкой, естественно прильнула ко мне.
— Ну как? Я хороша?
— Думаю, я бы тоже смог это сделать.
В конце концов, я тоже могу использовать силу Мудреца.
—...П-лечение у меня получается лучше! И вообще, почему бы просто не похвалить меня?
— О, точно. Вау, Вероника, ты лучшая.
— Поздно.
Вероника надула губки, встала на цыпочки, чмокнула меня в губы и прошептала:
— В наказание сегодня ночью я не дам тебе спать.
Э-э...
Это точно наказание?
Огромное здание на окраине Арбона.
Оно маскировалось под торговую компанию «Женева», но, войдя внутрь, в штаб-квартиру Всемирной организации по борьбе с терроризмом, я увидел знакомые лица.
— О! Сон!
— Слышали, ты завёл жену! Жену!
— Вау~! Настоящий ангел!
— Неудивительно, что этот чурбан влюбился!!
Грубоватые товарищи по отряду ехидно улыбались, приветствуя не меня, а Веронику.
Вероника не испугалась их, а просто улыбнулась и поздоровалась в ответ.
— Приятно познакомиться. Я Вероника Ириноа Пиверц. Жена Хёну. Надеюсь на вашу поддержку.
— Она нас не испугалась! Зачёт!
— Я одобряю этот брак.
Обычно они кажутся просто весёлыми разгильдяями, но у каждого из них в душе глубокие раны.
Вероника, глядя на них с жалостью — ведь сейчас они улыбаются, но по приказу превратятся в безумных убийц, — взяла меня за руку.
— У всех них так много душевных ран.
— Это место, где ищут именно таких людей.
— И тебя тоже?
— Ну, я... Но теперь у меня есть ты.
— Эхе-хе...
Вероника, радостно обняв меня, поцеловала в щёку.
После той первой ночи Вероника всегда была такой. Она не скрывала своей привязанности ко мне. Мне это нравилось, поэтому я тоже обнял её.
— Я же сказала прийти сразу по прибытии... Почему вы тут милуетесь?
Раздался холодный голос. Это была генерал-лейтенант Влади. Увидев её, идущую с сигарой в зубах и руками в карманах пальто, бойцы начали разбегаться.
— За мной. Глава организации и другие высокопоставленные лица уже ждут.
Я пошёл следом за ней, держа Веронику за руку.
Второй подземный этаж здания.
В конференц-зале, защищённом даже от прямого попадания бомбы, уже ждали важные персоны.
— Хм-м... Добро пожаловать, руководитель группы Сон.
— Есть.
Мы с Вероникой сели на подготовленные места.
То, что такие важные люди, которых редко увидишь, присутствуют на совещании, пусть даже по видеосвязи, должно быть, связано с событиями в Японии.
— Прежде всего, руководитель группы Сон, поздравляю с женитьбой.
На самом почётном месте сидел седовласый старик.
Он был председателем корпорации «Смит», гиганта мировой индустрии, выросшего на военных заказах. Он излучал соответствующую атмосферу и спокойно спросил:
— Итак... можно ли увидеть эту силу?
— Вспых!
Я поднял левую руку. На ладони вспыхнуло пламя, созданное из маны.
Генерал-лейтенант Влади, с любопытством наблюдавшая за этим, лично проверила меня и убедилась, что это не подделка.
— А ваша супруга, Вероника, тоже может использовать подобную силу, верно?
— Да.
Председатель вздохнул, увидев святую силу, исходящую от Вероники. Он подошёл, опираясь на трость, встретился взглядом с этим светом и пробормотал:
— Сила исцеления людей... Это поистине поразительно. Кто вы такая? Вы правда ангел?
— Я просто жена Хёну. И... я была кардиналом, служившим Богу.
Вероника рассказала о себе, опустив всё, что касалось игры. Выслушав её, председатель тяжело вздохнул.
— Что за истории, словно из какой-то игры...
Мы с Вероникой вздрогнули и отвели взгляд.
— В любом случае... это не плохо. Не плохо... Однако будьте осторожны, ведь могут найтись те, кто позарится на силу вашей супруги. По возможности, я бы хотел, чтобы вы не покидали штаб-квартиру... но вы ведь откажетесь, верно?
— Да. Я намерена всегда быть рядом с Хёну.
Молодец, моя жена.
Вероника ответила так, будто это само собой разумеющееся, а генерал-лейтенант Влади пожала плечами и достала новую сигару.
— В любом случае, руководитель группы Сон сказал, что в ближайшее время не планирует увольняться.
— Да. Ну, я намерен идти до конца.
— Тогда ещё один вопрос. Вы сказали, что были кардиналом церкви... не преследует ли Бог, которому вы поклоняетесь, другие религии?
— Нет.
— Это очень радует. И... не отказываетесь ли вы лечить тех, кто исповедует другие религии...
— Мой отец говорил: протягивай руку помощи всем, кто желает спасения. Пусть я сейчас не в своём мире, я не собираюсь забывать это учение.
— Это очень радует. На самом деле, среди детей, о которых мы заботимся, и среди наших доблестных солдат, которые были с нами, немало раненых. Если вы сможете их исцелить...
— Я попробую.
— О, я тоже могу это делать.
—...Тем лучше. Хм. И...
В остальном всё касалось процедур вступления в организацию.
Проблем не возникло, и Вероника смогла официально внести своё имя в списки организации.
В качестве моего адъютанта.
— А? Разве так можно?
— В любом случае, похоже, ваша супруга не хочет с вами расставаться. Если у неё есть особая сила, то и отношение должно быть особым. Было бы глупо потерять то, что имеешь, из-за пустяков...
Председатель тяжело вздохнул.
— Мы и так слишком много потеряли.
Атмосфера стала торжественной.
Все присутствующие на этом совещании — люди, которые потеряли что-то очень ценное.
Наверное, поэтому они стараются не относиться к Веронике пренебрежительно.
— В мирное время работайте в приюте, а в военное — действуйте вместе с руководителем группы Сон. По докладам генерал-лейтенанта Влади, ваша боевая мощь тоже весьма значительна.
— Да. Я ведь была инквизитором. Ловить тех, кто отнимает чужое и следует злу, подобно демонопоклонникам — это то, что понравится и Богу.
— Это радует. О, и если хотите, можете построить здесь храм.
— Ой? А можно?
— Мы обеспечим все удобства. Если вы будете с нами.
— Тогда, пожалуйста, хорошо обращайтесь с моим мужем.
— Нам остаётся только повысить ему зарплату.
Вероника так естественно общалась с председателем. В конце концов, она сама была важной фигурой в своей организации, поэтому и могла так легко вести переговоры.
Генерал-лейтенант Влади, наблюдая за тем, как Вероника непринуждённо беседует с другими высокопоставленными лицами, толкнула меня в бок.
— Хорошая жена.
— И не говорите.
Вероника официально вступила во Всемирную организацию по борьбе с терроризмом. Поскольку никакой церемонии приветствия не было, я с лёгким сердцем направился с ней в приют.
Как только мы вошли в небольшое здание рядом с главным корпусом, к нам подбежали дети.
— Вау!! Дядя!
— Сон! Сон!
— Ха-ха! Ну привет, ребята!
Дети радостно встретили меня.
Вероника, глядя на них, дрожала.
—...Хёну.
Вероника смотрела на детей.
Да. Среди детей были не только здоровые.
Дети с большими шрамами, дети, у которых не хватало конечностей. Дети без глаза.
Дети со следами ожогов на теле.
Глядя на них, Вероника едва сдерживала слёзы.
— Можно... мне их исцелить?
Я посмотрел на генерал-лейтенанта Влади, которая шла следом. Видимо, всё было обговорено заранее? Она кивнула, и Вероника сложила руки.
В тот же миг за спиной Вероники раскрылись «Крылья света» — доказательство того, что она высвобождает мощную святую силу.
— Это ангел...
— прошептал один ребёнок, шевеля губами, наполовину искажёнными ожогами.
Да.
Это ангел.
— О...
Те крылья света, что исходили от Вероники.
Тот тёплый свет, исцеляющий больных и раненых.
Этого было вполне достаточно, чтобы поверить, что она — ангел.
— А? А-а-а?!
Святая техника, которую использовала Вероника, была «Священным исцелением» — самым мощным навыком восстановления после травм, доступным жрецам.
Мощная техника, быстро исцеляющая любые раны, за исключением психических заболеваний и болезней.
Это мощная техника, доступная лишь немногим избранным в церкви, но Вероника была исключением из этого правила.
Поэтому её святая техника была достаточна, чтобы исцелить тела раненых детей, даже если их сердцам было тяжело.
— Боже мой...
— О Господи...
— А-а... а... невероятно... невероятно... Дети исцеляются. О-ох... кх-х...
Глядя на исцеляющихся детей, кто-то из бойцов перекрестился, а кто-то опустился на колени перед Вероникой, склонив голову.
Исцелённые дети подошли к Веронике, которая медленно поднялась.
Вероника ласково обнимала детей, которые ярко улыбались и благодарили её, называя ангелом, и в этот момент её невозможно было назвать иначе.
— О-о-о... Ангел! Ангел! Пожалуйста, мою дочь тоже...!!
Фрэнк был среди тех, кто пал ниц, умоляя её. Вероника помогла им подняться и благоговейно произнесла:
— Следуйте учению Бога: творите добро и уничтожайте зло. Это...
— Понял!
— Мы размозжим головы этим проклятым ублюдкам!
— О-о-о!! Убьём их всех! Ублюдки!!
...Нет, почему призыв творить добро приводит к таким жестоким результатам?
Но Вероника выглядела довольной.
Для неё творить добро означало размозжить головы демонопоклонникам, которые ради демонов вредят людям.
Видимо, что демонопоклонники, что террористы, вредящие людям ради своих идеологий и денег — всё одно.
— Бог будет с нами!
— О-о-о-о-о!!
В этот момент.
Зазвонил телефон.
—...Опять командировка.
Поступил новый боевой приказ. Известный террорист, главарь радикальных неонацистов, называющий себя потомком Гитлера.
Информация о том, что Райнхард Гиммлер направляется в Мюнхен, Германия, вместе с членами неонацистской группировки, и его фотография.
Вероятно, они хотят устроить теракт во время конференции против расовой дискриминации в Мюнхене, чтобы сорвать её.
— Скрип.
Лицо Густава, который тоже смотрел в телефон, как и я, окаменело, и послышался скрежет его зубов.
Это естественно.
Ведь Райнхард был его заклятым врагом, убившим родителей и младшего брата Густава, который был известным политиком.
Получив приказ немедленно явиться в оперативный штаб, я слегка коснулся плеча Вероники.
— Что будешь делать? Ты здесь впервые, может, подождёшь здесь? Или...
— Размозжить головы демонопоклонникам... И...
Вероника ласково погладила по голове рыжую веснушчатую девочку, которая прильнула к ней.
Девочку по имени Иоанна, которая до этого момента не могла открыть один глаз.
— Как я могу остаться в стороне от дела, которое предотвратит появление таких детей, как она?
Я улыбнулся ей, холодно улыбающейся в ответ.
— Тогда пошли.
— Да. Ну!! Все! За мной!! Идём вершить добро и карать зло!
— О-о-о!! Ангел!
— Мы будем следовать за ангелом всю жизнь!
— О-о! Ангел разгневался на террористов!
— Ангел — настоящий Люцифер!!
Вероника подняла кулак. Как тогда, когда она вела за собой Орден 13 монахинь и паладинов в битве против демонопоклонников.
Мои товарищи по отряду, глядя на неё...
— Вероника!
— Вероника!
— Госпожа Вероника посмотрела на меня!! Она приведёт меня на небеса!!
— О-о-о! Убьём всех террористов!!
Их фанатизм мог бы показаться пугающим.
Но Вероника просто безмятежно улыбнулась, украдкой взглянула на меня, подмигнула и осталась довольна.
Э-э. Ну, боевой дух подняла, и то хорошо.
Я посмотрел на детей, которые, ничего не понимая, поднимали кулаки и кричали вместе со взрослыми.
Я улыбнулся им, чьи телесные страдания почти исчезли, и посмотрел на бойцов.
Всё, что осталось у этих людей с пустыми улыбками — это тяжёлые психические расстройства и превосходящие их обида и жажда мести.
Я сжал кулак.
С этой силой сдержать обещание, данное тем, кто помог мне с моей местью, будет не так уж невозможно.
— Кстати, Фрэнк. Ты не собираешься в отставку?
— Ха. Как я могу уйти в отставку один? Руководитель группы остаётся, ангел остаётся.
— Ха. Правда? Тогда пошли.
Мстители, которые ещё минуту назад глупо улыбались детям, а те плакали от исцеления, последовали за мной.
Рядом со мной встала Вероника.
Держа её за руку, я украдкой оглянулся.
Бойцы с заряженным боевым духом злобно ухмылялись.
Окинув их взглядом, я отвернулся и, направляясь к оперативному штабу в главном корпусе, сказал:
— Идём исполнять обещание.
* * *