* * *
У каждого свои предпочтения в отдыхе.
Кто-то отдыхает, просто лежа в кровати и не вставая, а кто-то — наслаждаясь вкусной едой.
Поэтому Сесиль была благодарна за свои предпочтения в отдыхе.
— Усиливаются ли страдания Мудреца в зависимости от того, как мы здесь отдыхаем и исцеляемся? Например, если мы выберем отдых с использованием чего-то дорогого...
— Это не так, так что не чувствуйте себя обязанной и отдыхайте с комфортом. Как я уже сказала, мы можем предоставить всё необходимое для отдыха и исцеления. Однако вам придется использовать всё это здесь.
Лейя говорила искренне, и Сесиль усмехнулась.
Она только этого и ждала.
— Правда? Тогда можешь дать мне магические книги? Я исцеляюсь, когда учусь.
— Магические книги... какие именно вы имеете в виду...
— Высшего уровня.
В Княжестве магия была развита гораздо лучше, чем в других странах, и редкие заклинания можно было изучить без особого труда.
Однако, даже несмотря на это, в разработке магии высшего уровня большой разницы с другими местами не было.
Обладая выдающимся талантом, Сесиль уже изучила почти всю магию высшего уровня, доступную в Княжестве, и решила воспользоваться этой возможностью.
— Принеси все магические книги высшего уровня, которые у вас есть. И принеси всё для восстановления маны. А, и еще еды. Чай пусть будет «Дарджилинг»...
После её длинного списка требований Лейя на мгновение замолчала, а затем подняла руку. В тот же миг открылась дверь, и были доставлены несколько магических книг вместе с запрошенными Сесиль предметами.
Как только всё было на месте, Сесиль сразу же принялась изучать книги.
Это я уже учила.
Это я знаю.
Это уже освоено.
Быстро просматривая названия на обложках, Сесиль обнаружила книгу, которую давно искала, и ту, что была нужнее всего в текущей ситуации.
— Эту и эту. Остальное забирай.
— Слушаюсь.
Сесиль выбрала «Воплощение фантазии» — магию высшего уровня из разряда иллюзий.
Мощное заклинание, создающее своего рода барьер, внутри которого выстраивается иллюзия заклинателя.
Это была сильная магия, крайне полезная в войнах, где нужно поражать множество целей: те, чья ментальная сила ниже определенного уровня, начинают принимать иллюзию за реальность и становятся небоеспособными.
А вторая книга была...
«Тысячи добродетелей».
В отличие от «Воплощения фантазии», это заклинание направлено на одну цель: оно наносит мощный урон тем, кто обладает злой сущностью, и накладывает бафф на тех, кто добр, — магия, подобная святой силе.
В бою против врагов со злой сущностью, таких как демоны, эти «Тысячи добродетелей» определенно принесут больше пользы, чем любая другая изученная ею магия.
Забрав две книги, Сесиль села за роскошный стол, поставила рядом кристалл для восстановления маны и повернула голову.
— Эй, кардинал...
Похоже, в отличие от неё, у Вероники не было никаких желаний в этом месте.
Она уже устроилась в углу комнаты, соорудив алтарь, и молилась.
Поистине бескорыстная женщина. Или, может, стоит сказать — жадная?
Сесиль понимала, почему та, кто еще недавно кричала от отчаяния, так внезапно изменила свое поведение.
«Ради Хёну, конечно же».
Если это место предоставляет всё для исцеления, то, возможно, место, куда вошел Хёну, предоставляет всё для страданий.
Как она успела заметить, Хёну всегда выполнял то, что обещал.
И такой человек сам выбрал Испытание страдания.
Почему?
Потому что ему нравится страдать?
Вряд ли.
Тогда ответ один.
У Хёну есть способ выдержать Испытание страдания.
Но к «если» всегда нужно быть готовым.
Нельзя исключать вероятность того, что после окончания испытания он будет полуживым.
Вероника догадалась, что на этот случай нужно подготовить как можно больше святой силы.
«И правда, всё непросто».
Сесиль посмотрела на две выбранные книги.
Как правительнице страны, ей было важно быть готовой к войне, которая могла начаться в любой момент.
Поэтому то, что полезно в войне...
«Воплощение фантазии», магия высшего уровня, которую невозможно достать даже в Княжестве, должна стать её приоритетом.
Поскольку неизвестно, когда закончится это Испытание исцеления, сейчас, как княгиня, она должна изучить именно «Воплощение фантазии».
Даже для неё изучение магии высшего уровня может занять много времени.
К тому же, разве Хёну не говорил?
Что демона можно одолеть, если есть он и кардинал Вероника.
Значит, ей, будучи лишь дополнением, правильнее будет изучить «Воплощение фантазии» здесь.
Сесиль усмехнулась.
И...
Без колебаний открыла «Тысячи добродетелей».
Сколько времени прошло? В пространстве, где царила такая тишина, что невозможно было даже отследить ход времени, Сесиль наконец освоила «Тысячи добродетелей» и, подняв руку, активировала магию.
Мягкий свет, похожий на святую силу, собрался у неё на ладони.
Этот свет казался таким же чистым, как тот, что создавали Хёну или Вероника, способные использовать святую силу.
Сесиль искоса взглянула на Лейю, которая с момента своего появления не шелохнулась ни разу.
Если эта женщина — приспешница демона, то «Тысячи добродетелей» должны на неё подействовать.
Может, попробовать одолеть её и выбраться отсюда?
Когда она раздумывала, выпустить ли свет, который держала в руке, или нет...
— Закончено.
Лейя открыла дверь, словно прочитав её мысли. Внутри было мерцание.
Это был выход, возвещающий об окончании испытания.
Топ-топ!
Вероника, которая всё это время молилась, сложив руки, как статуя, вскочила. Когда она пулей вылетела из испытания, Сесиль пристально посмотрела на книгу «Воплощение фантазии», которую так и не успела толком изучить.
Если спросить, жаль ли ей — конечно, жаль.
Но...
— Не то чтобы это имело значение.
Сесиль, шагая к выходу, посмотрела на Лейю и сказала:
— Передай демону, чтобы ждал. Цена за то, что он играл людьми, будет немалой.
Даже на её угрозу Лейя ответила с прежним бесстрастным лицом.
Словно говоря: «Попробуй, если сможешь».
Выбравшись из испытания, Вероника поспешно огляделась и замерла.
Потому что она увидела человека, стоящего перед исчезающим Испытанием страдания.
Выглядя довольно изможденным, он стоял прямо, скрестив руки на груди, с невозмутимым лицом.
— Хёну!!
Если он так измучился в испытании, что дошел до такого жалкого вида, почему он не лежит, а стоит?
Вероника поспешно бросилась к Хёну, осыпая его исцеляющими заклинаниями, и закричала:
— Что... что, черт возьми, там произошло?!
Она была готова расплакаться.
Пока она отдыхала, Хёну...
Сесиль, появившаяся следом, была не менее шокирована.
— Эй, Мудрец. Скажи мне. Что там случилось?
— Да в конце концов...!
На их вопросы...
Мудрец, не разжимая скрещенных рук, ответил спокойным, хоть и бледным голосом:
— Ничего... не случилось.
Сказав это, Хёну потерял сознание.
***
Сколько времени он был без чувств?
Открыв глаза, я почувствовал что-то мягкое под затылком, а перед глазами увидел нечто большое.
Я сразу понял: я лежу на коленях у Вероники.
— Очнулся?
Я убрал серебристые волосы, щекотавшие лицо, и приподнялся. Силы и ментальная энергия, потраченные на прохождение испытания, уже восстановились.
На полу валялись пустые флаконы из-под зелий исцеления высшего уровня и несколько флаконов с успокоительным.
Многовато потратили. Хватило бы и простого исцеления. А ментальную силу можно было восполнить медитацией, навыком заклинателя.
— Ты, правда...!!
— У-у-у...
Рука Вероники ухватила меня за щеку и сильно сжала. Не то чтобы до боли, но довольно неприятно.
По этому я понял, как сильно она волновалась.
— Зачем ты так самовольничал и мучил себя! Сердце же болит!
— Это пустяки.
— Пустяки? Ты знаешь, как ты выглядел?!
— Наверное, как полутруп.
В игре было так же. Испытание страдания мучает вошедшего до тех пор, пока он не окажется на грани смерти, а потом возвращает обратно.
Оно никогда не убивает. В конце концов, это испытание раздора, а не испытание на убийство претендента.
Это значит, что оно создано для того, чтобы посеять раздор в группе, внушая мысль: «Я прошел через ад, пока вы отдыхали и ели!»
Ведь если бы оно убивало, сплоченность группы только крепла бы.
— Спасибо, что лечила.
— Ха... ну ты даешь. Помнишь обещание, которое давал перед входом? Еще увидимся.
Вероника, надув щеки, медленно убрала руку с моего лица и нежно погладила его.
В любом случае, эти утомительные испытания закончились, так что пойдем?
Но перед этим...
— Эй, Сесиль. Почему ты выучила «Тысячи добродетелей»? «Воплощение фантазии» разве не лучше?
—...Значит, ты всё-таки видел.
— Там не объяснили? Так какой ответ?
— Я сильна и без «Воплощения фантазии». А когда Проклятие дракона будет снято, стану еще сильнее.
— Правда?
— Я изучала это не ради тебя, так что не бери в голову.
Холодно отрезав, Сесиль отвернулась.
Раз так, значит, так оно и есть.
Когда я кивнул, Сесиль посмотрела на меня с каким-то недовольством и спросила:
— И что? Что случилось в Испытании страдания? Теперь-то ты можешь рассказать?
Что случилось, говоришь...
Если я начну объяснять, Вероника и Сесиль только расстроятся.
Зачем без причины повышать уровень стресса?
Я сразу принял решение.
Пусть я сам выбрал Испытание страдания, но Вероника и Сесиль наверняка чувствуют вину, и нет нужды эту вину усиливать.
— Ну, пошли! Пошли!
— Эй! А ответ?!
Остался последний этап, чтобы закончить всё это.
Только услышав мои слова, они пришли в себя, кивнули и посмотрели на открывшуюся дорогу.
Теперь, спустившись туда, мы встретимся с боссом этого события — демоном Эуриэ.
— Как сражаться с демоном?
— спросила Вероника, доставая священный артефакт и булаву. Её боевой дух был так высок, что казалось, она бросится в атаку, как только увидит демона.
Впрочем, пока я проходил испытание, она копила святую силу, так что неудивительно, что ей не терпится её использовать.
Когда она, с нахмуренными бровями и проступившей на лбу синей жилкой, улыбаясь, спросила меня, я, вспомнив игру, объяснил:
В первой фазе ничего особенного, просто сражайтесь.
Проблема во второй фазе.
— Когда мы доведем её до второй половины, она начнет искушать. Это ментальная атака, но если выдержите, всё будет в порядке. И я могу это решить, так что до моего сигнала не обращайте на неё внимания и ведите себя тихо.
— Правда? Тогда ладно.
— А, и Сесиль. Как только я начну атаку, сразу используй «Тысячи добродетелей».
— Поняла.
Помимо этого, я рассказал еще о нескольких мерах предосторожности и тактике.
С Вероникой мы сработались, так что всё нормально, но с Сесиль — нет, поэтому пришлось дать указания.
Разговаривая, мы прошли по коридору и подошли к огромной двери.
На железной двери, которая с виду казалась чем-то зловещим, были выгравированы ужасные монстры и кричащие люди.
Вероника, увидев эту дверь, открыто нахмурилась.
— Оттуда исходит злая аура.
— Это же демон, разве он должен быть добрым? Ну что, пошли!
Бабах!!
Когда я пнул дверь, открывая её, показалось темное пространство, где лишь изредка мелькал тусклый свет.
Как только мы ступили туда, мрачный плач и крики боли начали разноситься, словно хор церковных певчих.
Услышав это, Вероника стиснула зубы.
Похоже, она поняла, что это за песнопения.
Она прекрасно знала, что петь церковные гимны криками и плачем — это оскорбление Бога.
—...Наглость.
Словно воя, чтобы мы вернулись, чтобы мы бежали.
Колеблющаяся магия распространилась, и по полу потекла липкая красная жидкость, похожая на кровь.
И...
Хлюп!!
Хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, хлюп.
Вместе с нечестивым песнопением послышались шаги чего-то огромного.
Среди тусклых огней мелькало огромное тело.
В темноте вспыхнули два демонических глаза.
Это глаза.
Ужасные, проклятые глаза.
Те, кто пел нечестивые гимны, разносившиеся здесь, были существами, прилипшими к шестирукому огромному монстру — владельцу этих глаз.
Может, это жертвы этого демона?
Существа, чьи формы невозможно было разобрать, барахтались и выли, а монстр ухмылялся своей волчьей мордой, глядя на тех, кто был схвачен его телом.
—...Гр-р-р...
Монстр, словно радуясь, усмехнулся и, открыв огромную пасть, издал рев, собираясь объявить о начале битвы.
Но я не позволил ему просто так это сделать.
— Гр-р-а-а... К-к-а-а-а-а-а?!?
Я превратил «Лунный свет» в перчатку и нанес удар по огромному монстру, появившемуся из темноты.
Я прервал его рев, ударив босса этого события — демона Эуриэ.
Ба-бах!!
Под звук повалившегося огромного тела я бросил в воздух магическую сферу, чтобы осветить пространство.
Было видно, как Вероника и Сесиль, напрягшиеся от света сферы, опешили.
Встретившись с ними взглядом, я подмигнул и пожал плечами.
Пропускать сцены появления — это золотое правило.
* * *