Ли Мэй вздохнула и присела на край черепицы рядом с Ван Ши, расправив свои безупречные бирюзовые одежды.
— Хотя я тут ненадолго, — проговорила она, глядя на долину внизу. — Пришла проверить, не превратил ли ты Секту Меча в груду щебня.
Ван Ши едва заметно усмехнулся, глядя на неё.
— Как видишь, всё вроде бы целое. Если не секрет, чем ты занималась все эти годы?
— Ох, не спрашивай! Наставница Е Цинхань окончательно сошла с ума. Она вызвала меня и объявила, что принимает третью ученицу. Её зовут Цзин Хуа. И представляешь, эта девица уже на начальном уровне Зарождения Души!
Она раздраженно дернула плечом, и её аура Инь на мгновение похолодела.
— Наставница заявила мне прямо в лицо: «Ли Мэй, хватит бездельничать и шататься по чужим сектам. Тебе нужно становиться сильнее, а то твоя новая младшая сестра уже дышит тебе в затылок». А мне... мне её зеленые волосы совсем не нравятся! Вот что мне ей сказать, чтобы она их спалила или перекрасила? Разве приличные культиваторы ходят с цветом весенней травы на голове?
Ван Ши молча слушал, удивляясь тому, как быстро Ли Мэй вернула в его жизнь этот шумный, живой хаос.
— Радует только одно, — продолжала Ли Мэй, чуть успокоившись. — Юэ Мэй, первая ученица наставницы, меня поддержала. Она тоже считает, что брать ученика такого уровня и с таким прошлым — это совсем на наставницу не похоже.
Ван Ши задумчиво вертел в пальцах пустую пиалу.
— Почему тебя так тревожат решения наставницы? — негромко спросил он. — Принятие талантливого ученика — благо для любой секты.
Ли Мэй фыркнула, и её аура Инь на мгновение всколыхнулась, заставив иней выступить на черепице.
— Всё не так просто, — она понизила голос, и в её тоне прозвучала редкая для неё серьезность. — У Секты Лунного Лотоса есть... скажем так, необычный артефакт. Древнее наследие, к которому имеют доступ только глава и её прямые ученики. По легендам, его оставил наш предок десятки тысяч лет назад, прежде чем бесследно исчезнуть.
Она сделала паузу.
— В записях сказано, что тот мастер достиг пика уровня Пересечения Невзгод. Хотя я в это не верю. Где все эти великие мастера сейчас? Почему небо молчит уже тысячи лет? Это кажется просто красивой сказкой для укрепления авторитета секты. Но сам артефакт... он реален. И он невероятно ценен.
Ли Мэй резко повернулась к Ван Ши.
— Это всё, что я могу тебе рассказать. Правила секты не позволяют мне раскрыть больше, как бы я ни хотела.
Ван Ши медленно кивнул.
— Ты и так рассказала слишком много, — произнес он, и в его голосе послышалось искреннее признание её доверия.
Ван Ши смотрел вниз на разворачивающуюся сцену. Хэй Инь несся через двор так быстро, что его пятки едва касались камней, а за ним, шипя и разбрасывая искры, послушно летел идеально сформированный огненный шар.
Следом из тени пагоды неспешно вышла Ся Юэ. Каждое её движение источало властную грацию.
Глаза Ли Мэй округлились.
— Ван Ши… это что, Ся Юэ?! — прошептала она, не скрывая изумления. — Что Глава Секты Багряного Рассвета забыла в Секте Меча? Она же невероятно занятая женщина, я её видела-то пару раз на общих собраниях издалека. Общаться с ней — это всё равно что с действующим вулканом договариваться!
— Чи Ян достиг средней стадии Трансформации Духа, — спокойно пояснил Ван Ши. — Приехали отметить это событие с дочерью и зятем лет двадцать назад. Ну и решили остаться, подождать Цзянь У из затворничества. А Ся Юэ… она взяла на себя слежку за Хэй Инем вместо меня. Мы с ней об этом прямо на этой крыше договорились.
Он обвел взглядом старую черепицу и улыбнулся — на этот раз почти открыто.
— Знаешь, я начинаю думать, что эта крыша — моё счастливое место. Здесь решаются судьбы, заключаются союзы и, как видишь, иногда открываются виды на очень поучительные тренировки.
Ли Мэй посмотрела на него, потом снова вниз на Хэй Иня, который как раз пытался затормозить перед стеной.
— Счастливое место? — она покачала головой, её бирюзовые одежды затрепетали. — Ты спихнул своего лучшего друга в руки самой суровой женщины региона и называешь это счастьем? Бедный Хэй Инь, он, небось, за эти двадцать лет постарел больше, чем за предыдущие сто.
В этот момент Ся Юэ, почувствовав чужой взгляд, медленно подняла голову. Её глаза встретились с глазами Ван Ши и Ли Мэй.
На вершине пагоды время словно замерло. Ван Ши, не вставая с места, лишь слегка наклонил голову, и его волосы скользнули по черному шелку плеча. Снизу, с тренировочной площади, Ся Юэ ответила тем же — едва заметным кивком, после чего её рука вновь взметнулась, направляя поток багровой Ци в сторону Хэй Иня.
Ли Мэй застыла. В мире великих сект, где каждый сантиметр поклона строго регламентирован рангом, увиденное граничило с ересью.
— Т-ты... — пролепетала она, и её бирюзовые одежды мелко задрожали от избытка эмоций. — Как это понимать, Ван Ши? Ты даже не поклонился ей! Это Ся Юэ! Глава Секты Багряного Рассвета! Она может испепелить за одно проявление неуважения! А она... она просто кивнула тебе в ответ, как старому знакомому?!
Ван Ши перевел взгляд на Ли Мэй. Его глаза, в которых отражалось утреннее небо, оставались пугающе спокойными.
— Знаешь, я думаю, она не суровая женщина, — негромко произнес он. — Она просто любящая мать, которая повидала в этой жизни слишком много грязи и фальши. Ей не нужны поклоны тех, кто её ненавидит или боится. Она ценит искренность. Мы проговорили с ней на этой крыше достаточно, чтобы я увидел за пламенем её ци усталое сердце, которое просто хочет защитить свою дочь.
Ли Мэй встряхнула головой, отказываясь принимать это объяснение. Для неё, выросшей в строгих рамках Секты Лунного Лотоса, образ Ся Юэ был незыблем.
— Не верю! — отрезала она, и её аура Инь холодно кольнула воздух. — Весь регион знает её как «Железную Императрицу Пламени». Говорят, с ней невозможно договориться, если у тебя нет за спиной армии или артефакта божественного ранга. Старейшины моей наставницы бледнеют при одном упоминании её имени! А ты пытаешься убедить меня, что она просто «заботливая мама»? Ван Ши, ты либо видишь то, чего нет, либо... либо я не знаю что.
Ван Ши лишь слегка усмехнулся.
— Титулы — это одежда, Ли Мэй, — просто ответил он. — Люди надевают их, когда выходят в мир. Но здесь, под этим небом, мы все — лишь путники. Она это понимает. И я это понимаю.
— Хотя приди сюда кто-то из великих сект — Кун Мин, Цзан Тянь или Бай Сяньтянь, — неуважение стоило бы уничтожения всей секты за одну-единственную технику, — произнёс Ван Ши, и его голос прозвучал сухим. — Вот так устроен этот мир. На определённом уровне культивации твоя жизнь больше не принадлежит тебе, она принадлежит тому, чья Ци способна подавить сами небеса. Одно неверное слово, один недостаточно глубокий поклон — и горы окрасятся кровью тысяч учеников.
Ли Мэй горько усмехнулась, и в её бирюзовых глазах промелькнула тень первобытного страха, знакомого каждому, кто ступил на путь самосовершенствования.
— Ты прав, — тихо отозвалась она, глядя на свои ладони. — Если кто-то из них явится сюда, даже если все малые секты объединятся в единый строй, это будет лишь попыткой муравьёв остановить лесной пожар. Бесполезно. Я никогда не видела никого из Великих... Но Хэй Инь, этот хвастун, прожужжал мне все уши о том, как на Грозовом Пике перед вами предстал сам Кун Мин. Ты ведь был там, Ван Ши. Скажи... каково это? Что на самом деле чувствует мастер Зарождения Души, когда перед ним разверзается бездна уровня Слияния с Пустотой?
Ван Ши резко замер. И в его глазах, обычно спокойных и глубоких, отразился ледяной ужас того дня. Его голос стал низким, лишенным красок, словно он снова стоял в эпицентре той сокрушительной тишины.
— Превосходство, — сказал он, и само слово прозвучало как удар клинка по надгробному камню. — Абсолютная доминация и моментальная смерть. Вот что я чувствовал, Ли Мэй.
Он сжал кулак так, что костяшки побелели под кожей.
— Это не было похоже на сражение с мастером Трансформации Духа, где у тебя ещё остаётся шанс на чудо или секретную технику. Когда вышел Кун Мин, само пространство вокруг стало его рабом. Моё Зарождение Души, моя воля — всё это казалось детской игрушкой, которую взрослый может раздавить, даже не глядя на неё. Его присутствие — это приговор, который уже приведён в исполнение, просто ты ещё не успел осознать, что уже мёртв. На том уровне ты перестаёшь быть человеком. Ты становишься стихией, перед которой у смертных есть лишь два пути: бегство в никуда или полное забвение.
Ван Ши медленно поднялся, и его черные одежды всколыхнулись, словно крылья ворона. Он посмотрел на Ли Мэй, и в его глазах, обычно холодных, вспыхнуло пламя, которое было ярче любого солнца.
— Но знаешь что, Ли Мэй... — его голос прозвучал низко и твердо. — Однажды и я достигну уровня Слияния с Пустотой. И тогда на этой планете для меня не будет равных. Я стану тем, кто сам диктует волю небесам, и наконец смогу защитить всё, что мне дорого. Но и на этом я не остановлюсь. Моя истинная цель — Великое Вознесение. Я прорублю путь к звездам, чего бы мне это ни стоило.
Ли Мэй на мгновение замерла, пораженная его дерзостью, а затем звонко рассмеялась, и этот смех развеял тяжелую ауру страха перед Великими Сектами.
— Ну, в таком случае я тоже не буду отставать! — она лукаво прищурилась, поправляя бирюзовый рукав. — Я тоже достигну Великого Вознесения. Но помни, Ван Ши: самое главное на этом пути — остаться человеком, а не превратиться в холодный закон природы, как Кун Мин.
Ван Ши едва заметно улыбнулся и кивнул.
— Согласен. Хочешь поговорить с Ся Юэ? — внезапно предложил он. — Я могу устроить. Возьму Хэй Иня пока что на себя, дам ему передышку, а вы побеседуете. Ей явно есть что рассказать.
Ли Мэй замялась, её уверенность на миг пошатнулась.
— Ну, я не знаю... Это всё-таки Ся Юэ...
Ван Ши не стал дожидаться ответа. Он подошел к самому краю карниза, где под ногами была стометровая пропасть.
— Жду тебя внизу, — коротко сказал он.
И, не оборачиваясь, он просто шагнул в никуда. Его фигура черным росчерком пронзила воздух, падая камнем вниз. В последний момент, у самой земли, он выпустил короткий импульс Ци, гася инерцию, и приземлился точно перед Хэй Инем, подняв небольшое облако пыли.
Хэй Инь, который как раз пытался отдышаться после очередной порции огненных шаров, подпрыгнул от неожиданности.
— Брат Ван! Ты решил меня добить лично?! — завопил он, вытирая пот со лба.
Ся Юэ остановилась в нескольких шагах, её ладонь всё ещё светилась багровым светом. Она с интересом посмотрела на приземлившегося Ван Ши, а затем подняла взгляд на крышу, где всё ещё стояла Ли Мэй.