Сто тридцать лет Ван Ши был неподвижен, словно каменное изваяние. Пыль веков осела на его плечах, а паутина затянула своды пещеры, но внутри его тела бушевал истинный шторм. Золотое Ядро, питаемое ресурсами убитого торговца и вековой медитацией, расширилось до предела, пока не стало ослепительно белым.
Внезапно мир вокруг содрогнулся.
Небо над горами за считанные секунды затянуло черными тучами. Воздух стал тяжелым, пропитанным запахом озона и первобытного страха. Это не была обычная гроза — это была Небесная Кара, воля самого Мира, пришедшая уничтожить того, кто осмелился посягнуть на бессмертие.
— Пришло время, — прохрипел Ван Ши, открывая глаза.
Он вышел из пещеры, и в тот же миг первая молния — толщиной с вековой дуб — обрушилась с небес. Ван Ши не стал уклоняться. Он взмыл в небо, навстречу разряду.
Бам!
Удар небесного огня обрушился на его тело, сжигая остатки одежды и обугливая кожу. Но Ван Ши лишь оскалился. Его закаленные меридианы впитали ярость молнии, направляя её прямо в центр Даньтяня. Под этим чудовищным давлением его Золотое Ядро начало трескаться.
Вторая, третья, пятая молния... Каждое попадание заставляло его кости стонать, а изо рта вырывались клубы пара. На девятом ударе произошло то, ради чего он страдал два столетия. Золотое Ядро с оглушительным звоном разлетелось на тысячи осколков, и из этого сияющего хаоса возникла крошечная фигура — духовная копия самого Ван Ши.
Зарождение Души.
В этот миг аура Ван Ши изменилась. Больше не было нужды в словах или жестах — он сам стал законом этой территории. Его духовное море расширилось настолько, что он почувствовал каждое живое существо в радиусе сотен ли. Седые пряди его волос вспыхнули чистым белым светом, а глаза стали глубокими, как сама бездна.
Небесные тучи, признав его силу, начали медленно рассеиваться, оставляя после себя лишь выжженную землю и человека, парящего в пустоте. Ван Ши глубоко вдохнул. Теперь он чувствовал, что техника «Грозовое Сердце», которую он не мог постичь раньше, стала понятна ему до последней запятой.
Он сжал кулак, и пространство вокруг него мелко задрожало.
— Тай Шан... — прошептал он, и его голос разнесся по ветру, словно приговор. — Надеюсь, ты хорошо прожил эти годы. Потому что твоё время официально истекло.
В роскошных чертогах Секты Железного Кулака, затянутых тяжелым шелком и пропитанных ароматом дурманящих благовоний, Тай Шан возлежал на горе расшитых подушек. Окруженный полуобнаженными красавицами, он наслаждался плодами своей тирании. Внезапно его тело, закаленное пиком стадии Зарождения Души, инстинктивно вздрогнуло.
— Апчхи! — Тай Шан резко чихнул, и от этого непроизвольного выплеска его Ци по стенам покоев пробежали тонкие трещины.
Одна из девушек, нежно поглаживая его плечо, обеспокоенно заглянула в глаза.
— Дорогой, неужели ты простудился? Может, позвать лекарей?
Тай Шан нахмурился, чувствуя мимолетный холод, словно чья-то ледяная рука коснулась его загривка. Но он лишь властно обнял девушку за талию и хрипло рассмеялся.
— Глупости! Кто в этом мире может заставить меня заболеть? Просто какой-то мусор поминает мое имя в своих предсмертных молитвах. Продолжим...
В то же самое время, в сотнях ли от Ван Ши, в величественной Секте Меча, атмосфера была куда спокойнее. На открытой террасе, среди цветущих слив, Цзянь У и Чи Ян неспешно пили чай из тончайшего фарфора. Оба мастера Трансформации Духа одновременно подняли взгляды на горизонт, где небо всё еще багровело от отзвуков Небесной Кары.
— Ты видел это, Чи Ян? — Цзянь У медленно поставил пиалу. — Девять ударов молнии высшего порядка. Кто-то только что ворвался на стадию Зарождения Души с такой яростью, будто хотел пробить небеса насквозь.
Чи Ян задумчиво погладил бороду, в его глазах отразились отблески далекого пламени.
— Аура кажется знакомой... холодная и колючая, как зимний ветер в горах. — сказал Чи Ян.
— Надеюсь, этот парень выжил, — Цзянь У едва заметно улыбнулся. — Будет обидно потерять такого гения. Если это тот, о ком я думаю, то мир скоро станет очень шумным местом.
На заднем плане, не обращая внимания на философские размышления великих мастеров, кипела жизнь. Хэй Инь пытался сбежать от Чи Ся, которая с криками: «Ты не допил восстанавливающий отвар, бездельник!» — гонялась за ним с огромной дымящейся чашей. Они то и дело проносились мимо стола старейшин, нарушая торжественность момента своим дурачеством.
Хэй Инь на мгновение замер, почувствовав далекий отголосок силы, и посмотрел в сторону гор. «Друг мой... неужели это ты?» — пронеслось в его голове, но тут же в его затылок прилетела пилюля от Чи Ся, и он с криком бросился наутек.
Цзянь У с теплой усмешкой проводил взглядом носящихся друг за другом учеников. Поставив пиалу на стол, он негромко произнес.
— Ну, вы, молодожёны, хватит пыль поднимать. Есть дело. Слетайте-ка к тем горам, посмотрите, кто там устроил этот переполох с небесной карой. Если это окажется наш угрюмый Ван Ши — не давайте ему сразу сбежать. Проведите с ним время, развлеките, а то он за эти столетия совсем в камень превратился, разучился с живыми людьми разговаривать.
Хэй Инь мгновенно затормозил, едва не сбив Чи Ся с ног. В его глазах загорелся азарт.
— Мы мигом, учитель!
Чи Ся лишь фыркнула, поправляя растрепанные красные волосы, но в её глазах тоже читалось любопытство. Спустя мгновение два луча — черный и алый — сорвались с террасы и устремились к горизонту.
В это время на выжженном пике горы Ван Ши медленно опустился в позу лотоса. Вокруг него всё еще витал запах паленой земли. Он закрыл глаза, делая глубокий вдох. Новорожденная Душа внутри него пульсировала, требуя гармонии с телом. Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы усмирить бушующую Ци и запечатать мощь Зарождения Души глубоко внутри, оставив снаружи лишь холодное спокойствие.
Ван Ши уже собирался оттолкнуться от земли и исчезнуть в облаках, как вдруг тишину разорвал знакомый, чересчур бодрый голос.
— Эй! Ван Ши! Друг мой! Неужели ты решил улететь, даже не поздоровавшись?
Ван Ши замер и медленно обернулся. В небе, стремительно снижаясь, к нему летели Хэй Инь и Чи Ся. Парень махал рукой так активно, будто они расстались только вчера, а не сто тридцать лет назад.
— Ну и ну... — пробормотал Ван Ши, и в его холодном взгляде на миг промелькнула искра чего-то похожего на человеческое удивление. — Опять ты. И на этот раз не один.
Хэй Инь приземлился в паре шагов, едва не подняв новое облако пыли, и восхищенно присвистнул, оглядывая ауру Ван Ши.
— Ого! Да ты теперь настоящий Старейшина Секты или даже Глава! Не зря учитель сказал, что ты засиделся. Ну что, пойдем выпьем или ты снова планируешь спрятаться в какую-нибудь дыру еще на пару веков?
— У меня много дел, — отрезал Ван Ши, даже не глядя на Хэй Иня. Его голос был холодным, как лед на дне ущелья. — И я не становился твоим другом. Друзей так просто не заводят, особенно в нашем мире.
Но Хэй Иня это не смутило. Он продолжал настаивать, кружа вокруг Ван Ши с энтузиазмом молодого щенка, пока тот наконец не остановился. Белые пряди волос Ван Ши качнулись на ветру, когда он бросил на парня тяжелый взгляд.
— Хорошо. Я уделю тебе время, — произнес Ван Ши, и его аура Зарождения Души на миг придавила траву к земле. — Но только если у тебя есть информация о Секте Железного Кулака.
— Да конечно! Я расскажу всё, что знаю! — радостно выпалил Хэй Инь.
Только через секунду до него дошел истинный смысл вопроса. Он посмотрел на ледяное спокойствие Ван Ши, на его седые волосы и на ту жажду крови, что скрывалась за внешней невозмутимостью. Хэй Инь осознал: он только что своими руками навел «бестию» на цель. Но, взглянув на Чи Ся и поняв, что отступать поздно, он лишь махнул рукой и заговорил.
Пока они летели, а затем шли по оживленным улицам города, Хэй Инь выкладывал всё.
— Секта сейчас на пике влияния, захватили все окрестные рудники. Но Тай Шан... — Хэй Инь понизил голос. — Он застрял. Несмотря на все ресурсы, он так и не смог продвинуться дальше. Он всё еще на пике Зарождения Души, проводит дни в праздности и роскоши, уверенный в своем бессмертии.
Они вошли в ворота огромного, кипящего жизнью города.
— Кстати, — Хэй Инь обвел рукой высокие шпили зданий и чайные дома. — Мы сейчас в городе Тяньцзин. Он считается торговой столицей этого региона. И, — он замялся, — до главных ворот Секты Железного Кулака отсюда рукой подать. Буквально за тем хребтом.
Ван Ши шел по мостовой, и люди инстинктивно расступались перед ним, хотя он и скрывал свою мощь. Его взгляд был прикован к далеким пикам, маячившим за стенами города. Тяньцзин был полон звуков, смеха и запахов еды, но для Ван Ши всё это было лишь фоном.
— Значит, он совсем рядом, — прошептал Ван Ши.
Чи Ся, шедшая рядом, нервно теребила край своего красного платья. Она чувствовала: этот Ван Ши не просто пришел за информацией. Он пришел забирать жизни.
Чи Ся, видя, что Хэй Инь полностью поглощен разговором о делах сект, надула губы и начала демонстративно дергать его за рукав.
— Хэй Инь! — возмущенно воскликнула она. — Я вообще-то здесь! Ты совсем не уделяешь мне времени! Всё только «Ван Ши» да «Ван Ши»! Я обиделась!
Хэй Инь, почувствовав, что запахло жареным (и вовсе не едой), резко спохватился. Он виновато посмотрел по сторонам и, поймав хмурый взгляд Чи Ся, быстро затараторил.
— Ну что ты, милая, прости! Просто дело важное... Пошли, я тебя... накормлю! Всё за мой счёт в лучшем заведении Тяньцзина! Любое блюдо, какое захочешь!
Лицо Чи Ся мгновенно преобразилось. Обида испарилась, уступив место детскому восторгу.
— Ура! Кушать! — она захлопала в ладоши. — Я как раз проголодалась. Но смотри, теперь ты будешь уделять время только мне!
С этими словами она мертвой хваткой вцепилась в руку Хэй Иня и буквально потащила его в сторону роскошного ресторана «Небесный Аромат».
Ван Ши молча следовал за ними. Он зашел в заведение, сел за отдельный столик в тени и просто наблюдал. Глядя на то, как Хэй Инь и Чи Ся смеются, делятся едой и спорят о каких-то пустяках, он ощутил странный укол где-то в глубине груди. «Как же у них всё просто...» — пронеслось в голове.
И в этот миг, вопреки его воле, в памяти всплыл образ Ли Мэй. Он увидел её лицо, освещенное тусклым светом его старой пещеры, услышал её звонкий голос, рассказывающий очередную чепуху о внешнем мире, пока он сидел в медитации. Ван Ши резко тряхнул головой, отгоняя наваждение.
— Почему я вообще её вспомнил? — холодно подумал он, подавляя внезапное смятение.
Его взгляд снова стал стальным. Завтрашний день был уже распланирован: днем он изучит каждый пост охраны и каждую лазейку в защитных формациях Секты Железного Кулака. А вечером... вечером начнется то, ради чего он дышал последние четыреста восемьдесят лет.
Он посмотрел на Хэй Иня и Чи Ся, которые теперь сидели напротив друг друга, почти соприкасаясь лбами и с аппетитом уплетая изысканные деликатесы.
— Сейчас я поем... и уйду, — прошептал Ван Ши самому себе, заказывая простую чашу риса и крепкий чай. — Больше никакого балагана. Завтра кровь Тай Шана окрасит закат.
Ван Ши провел следующий день как бесплотный дух. Скрыв свою ауру Зарождения Души под слоями ментальных барьеров, он обошел всю территорию вокруг резиденции Секты Железного Кулака.
Он видел всё: как сменяются караулы каждые два часа, где расположены узлы защитной формации «Десяти Громов» и какие из башен патрулируют практики Золотого Ядра. Он заметил, что у главных ворот стража была расслаблена — четыреста восемьдесят лет доминирования в регионе сделали их заносчивыми и неосторожными. Они не ждали удара, особенно от одного человека.
Узнав всё, что было необходимо, Ван Ши вернулся в Тяньцзин. Он не пошел в гостиницу и не искал Хэй Иня. Он нашел уединенный угол на крыше заброшенной пагоды, откуда открывался вид на величественные пики Секты Железного Кулака.
Ван Ши сел в позу лотоса. Ветер трепал его белые пряди, а на коленях лежал простой, но тяжелый меч, купленный утром на рынке — он не хотел тратить силы на управление сложными артефактами, сегодня его главным инструментом будет чистая ярость.
Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в тот самый багровый цвет, который он видел в день гибели Секты Пыльных Теней. Город внизу начал зажигать фонари, послышалась музыка из чайных домов, но для Ван Ши мир сузился до одной точки — до покоев Тай Шана.
— Старик Ван Линь, смотри внимательно, — прошептал он, когда последний луч солнца исчез за горизонтом. — Сегодня фамилия Ван прогремит над этими горами.
Ван Ши открыл глаза. В них больше не было сомнений или воспоминаний о Ли Мэй. Только холодный, испепеляющий огонь. Он поднялся, накинул капюшон и растворился в сумерках, направляясь к главным воротам Секты Железного Кулака.