Одна из лабораторий Академии Уитби. Это был отдельный пункт программы конференции — небольшой совместный семинар с исследователями другого университета. Народу всего человек десять, так что по сравнению с основной конференцией здесь было почти тихо.
— Тогда начнём.
Я оглядел лабораторию. За столами сидели девять исследователей из Уитби, а у дальней стены стояла Хедвиг. Почему именно стояла — понятия не имею.
— Раз все собрались, приступим. Сегодня разберём две вещи: как выращивать голубую плесень и где в будущем можно использовать получаемое из неё вещество.
Слушатели закивали.
— Первое — выращивание. Голубая плесень хорошо растёт в прохладной и сравнительно сухой среде. Если будет слишком сыро, вместе с ней заведутся насекомые или другие виды плесени. Я использовал обычный хлеб.
— Второе — проверка антибактериальной активности. В нашей лаборатории на одну питательную среду высевали бактерии и помещали образец голубой плесени. Если штамм вырабатывает нужное вещество, рядом с колонией плесени бактерии почти не растут.
— Третье — селективное выращивание. Плесень гораздо сложнее бактерий, поэтому для жидкой культуры мы использовали среду из бобов и сахара.
Хедвиг подняла руку. Похоже, всё это время она старательно записывала.
— Голубая плесень растёт и в жидкости?
— Да.
— Что касается очистки самого пенициллина, здесь пока подробно рассказывать нечего. Эту часть мы передали алхимикам.
Хедвиг немного склонила голову.
— А обязательно вообще его очищать?
— Для лечебного эффекта человеку понадобится примерно полграмма пенициллина в сутки, обычно около недели. Чтобы получить полграмма, нужно переработать культуру объёмом примерно с ванну.
— А-а.
— Поэтому просто заваривать голубую плесень как чай смысла почти нет.
Теперь — применение.
— Четвёртый вопрос: для чего это вообще нужно. Самое важное применение, которое я вижу сейчас, — профилактика гангрены у оперируемых пациентов, при глубоких ранах и тяжёлых травмах.
Пенициллин — антибиотик, действующий главным образом на грамположительные бактерии. Если совсем просто, на те виды, которые особенно часто встречаются на коже и легко попадают в раны. Но это не лекарство от всех инфекций. При пищевых отравлениях и некоторых кишечных инфекциях проблему могут создавать уже выделенные бактериями токсины. Против вирусных болезней вроде гриппа пенициллин вообще бессилен.
И даже среди бактериальных заболеваний есть исключения. Туберкулёз, например, им не вылечишь: у микобактерий клеточная оболочка устроена иначе. Против многих грамотрицательных бактерий он тоже действует слабее. В современной медицине к этому добавилась бы ещё устойчивость к антибиотикам, но здесь до такой проблемы пока далеко.
По лаборатории прошёл гул. Экспериментального материала на животных мы уже могли получить достаточно, так что основные эффекты всё равно поддавались проверке. Один из профессоров поднял руку.
— Профессор Астрикс, сколько лет, по-вашему, осталось до практического применения? Пока всё выглядит довольно далёким от клиники.
— На животных можно работать уже сейчас. Небольшие объёмы для лабораторных мышей производятся без особых трудностей. А до полноценного применения…
Точно я и сам не знал. Но если судить по реакции алхимиков, которых мы недавно нашли, задача явно не казалась им невозможной. Лусиана тоже говорила, что шанс есть. Значит, прорыв может случиться довольно скоро.
— Если оценивать осторожно — около пяти лет. Но всё зависит от финансирования и того, насколько активно научное сообщество займётся этой темой.
— Понятно.
Пять лет. На слух долго. На самом деле для такого открытия — невероятно короткий срок. Исследователи вокруг стола согласно закивали.
***
Хедвиг почесала голову. Один вопрос всё-таки не давал ей покоя. Откуда он знает примерную дозировку лекарства, которого они ещё даже не умеют нормально получать? Но спрашивать Хедвиг не стала.
Скорее всего, снова услышит какой-нибудь странный ответ. Если верить словам профессора Астрикса, до медицинского «святого Грааля» оставалось всего пять лет. Неужели он и правда справится? С другой стороны, до сих пор почти всё, за что он брался, заканчивалось успехом.
Бактерии. Передача эпидемической дизентерии. Даже лейкоциты. Астрикс раз за разом доказывал то, что ещё недавно казалось невозможным.
Год назад кто-нибудь вообще стал бы всерьёз обсуждать такие вещи?
***
Пора возвращаться в Академию. Кажется, из-за нехватки времени мы собирались лететь обратно на вивернах, но план почему-то изменился. Минт ждала у кареты.
— Долго ждали?
— Нет.
Она покачала головой, первой поднялась в карету и уже сверху протянула мне руку. Я принял её и забрался следом.
— Простите.
— За что?
Я сел рядом. Минт переплела пальцы с моими. Теперь руку уже как-то неловко выдёргивать. Я ожидал, что она хотя бы немного разозлится — за то, что пришлось ждать или что я позволил ей первой садиться в карету.
Но Минт только улыбалась.
— Я думала, ты и в этот раз будешь слишком занят. Что времени на меня не останется.
— Мы ведь с самого начала планировали ехать вместе. Зря переживали.
— Правда?
— Конечно.
Минт отпустила мою руку и посмотрела на меня с любопытством — и, пожалуй, чуть свысока. Потом будто наконец решилась что-то сказать.
— Я обычно такое вслух не говорю.
— Что именно?
— Просто… спасибо. Я понимаю, что иногда надоедаю тебе. Наверняка и раздражаю.
Бывает.
— Бывает.
— Какой честный… В общем.
Повисла короткая тишина. Минт долго смотрела на меня, а потом вдруг крепко обняла. Её волосы закрыли половину обзора, вокруг появился знакомый цветочный запах — что-то близкое к лаванде. На мгновение я даже забыл вдохнуть.
— Э-э…
— И дальше будь рядом.
— Ваше высочество, подождите.
Я похлопал её по спине — в знак сдачи. Но Минт отпускать меня не собиралась.
— Что тебе не нравится, доктор?
— Ничего.
Она прижалась щекой к моей щеке, всё ещё крепко удерживая руками. Я попробовал немного отодвинуться. Бесполезно. Минт просто подалась следом.
— Ваше высочество. Я сдаюсь. Всё, сдаюсь.
— Астрикс. Ты вообще понимаешь, что значит сдаться? Если сдаёшься — перестань дёргаться.
В конце концов я оказался почти прижат к противоположной стенке кареты. Минт коснулась моим лбом своего и снова посмотрела прямо в глаза. Глаза у неё были синее и глубже моря, которое мы только что видели. Возможно, потому что зрачки расширились сильнее обычного.
Они буквально сияли.
— Тебе неприятно?
— Дело не в этом…
— Тогда в чём?
Ответа не было.
— Ты ведь сам несколько раз говорил, что мне позволено иногда тебе надоедать?
— Говорил.
Голова кружится. Я надавил пальцами на висок. Минт всё ещё смотрела на меня.
— Я вообще впервые сама кого-то обнимаю. Если ты сейчас будешь выглядеть так, будто тебе это противно, мне станет немного обидно.
— Простите. Я не это имел в виду…
Может, и правда задел её. Я снова неловко похлопал Минт по спине. На этот раз она немного ослабила руки. Не отпустила совсем — просто перестала держать так крепко.
— Тогда ещё одно.
— Что?
— Один раз обними меня сам. И я отпущу.
Минт отстранилась и протянула ко мне руки, будто требуя поскорее закончить сделку. Я обнял её за талию. Она обвила руками мою шею и, мягко улыбаясь, снова встретилась со мной взглядом.
— Шучу. Не отпускай пока.
Я тихо вздохнул. После этого Минт ещё долго болтала обо всём подряд. О том, что нужно сделать после возвращения в Академию. О том, сколько печенья осталось.
О каких-то совершенно обычных мелочах.
***
Через некоторое время Минт наконец немного успокоилась.
— Я сильно тебя смутила?
— Да.
— Разозлился?
— Нет.
С явно неохотным видом Минт всё-таки отпустила меня. Я тоже собирался убрать руки, но она поймала ту, что всё ещё лежала у неё на талии. Минт положила голову мне на плечо.
— Хочу ещё немного так посидеть.
— Э-э…
Она посмотрела на меня сияющими глазами. Продолжать этот спор уже не было сил. Я снова обнял её одной рукой за талию.
— Хорошо.
— Хе-хе…
— Так о чём мы до этого говорили?
— Не помню.
Значит, ничего важного. Минт почти всем весом опиралась на меня. Я ещё раз посмотрел на её лицо.
— Вы всё-таки немного зависимы от меня.
— Что?
— Такое ощущение, что вы слишком держитесь за воспоминания о дворце и за людей, которых знали тогда. Немного грустно это видеть.
Минт задумалась.
— После того как уехала из дворца, я ни разу не чувствовала, что мне чего-то по-настоящему не хватает. И не думала, что хочу что-нибудь изменить.
— Это хорошо, но всё же…
— По-моему, ты беспокоишься зря.
Я просто кивнул.
— Когда вернёмся в Академию, ты ведь всё равно будешь проводить со мной время? Как раньше?
— Разумеется.
Минт с облегчением выдохнула, снова устроилась у меня на плече и закрыла глаза. Вот и пойми её. Может, ей просто хотелось увидеть, как я растеряюсь.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta