Едва слышные металлические щелчки и сухой шелест бумаги разносились эхом по безграничной библиотеке.
Звук повторялся, теряясь где-то в высоте и возвращаясь откуда-то снизу, будто само пространство здесь не имело ни верха, ни низа. Золотые книжные полки тянулись во все стороны, уходя бесконечно вверх и столь же бесконечно вниз, образуя сложную сеть этажей, переходов и узких мостков.
Источником этих ровных, почти ритмичных звуков были марионетки.
Они двигались по каждому уровню, шаг за шагом, без лишних движений, аккуратно протирая полки и корешки книг. Тонкие металлические пальцы скользили по переплетам, снимая почти невидимую пыль, после чего сразу переходили к следующей книге.
Их движения были точны до мелочей, словно каждая из них следовала заранее заданному порядку.
В других частях библиотеки марионетки передвигали небольшие парящие тележки, нагруженные аккуратными стопками книг и свитков. Мана поддерживающая тележки в воздухе тихо раскатывалась по гладкому полу, не нарушая общей тишины.
Доехав до нужного места, они останавливались, сверялись с чем-то невидимым, и начинали раскладывать содержимое по полкам.
Книги, которые они приносили, выглядели новыми — переплеты еще не потускнели, края страниц были ровными, без следов времени. Свитки же, наоборот, иногда казались древними, но их аккуратно засовывали в золотые тубы и вписывали в общий порядок, словно каждая находка занимала строго отведенное ей место.
Создавалось ощущение, будто эта библиотека не просто хранит знания, а постоянно растет, расширяясь и пополняясь чем-то, что не должно было здесь появляться само по себе.
И при всей этой непрерывной работе, казалось что внутри нет ни единого живого существа.
Только бесконечные ряды книг, и марионетки, что продолжали свою работу.
Но в следующий миг эту выверенную идиллию разорвал резкий хлопок.
Звук прозвучал чужеродно, слишком громко для этого места, и отразился от бесконечных рядов полок, разлетаясь эхом во все стороны.
Одна из марионеток, стоявшая у полки, в ту же секунду разлетелась на куски. Металлические фрагменты с тихим звоном осыпались на пол, а книга, которую держала марионетка, шлепнулась вниз.
Движение вокруг на мгновение замерло.
Ближайшие марионетки почти синхронно развернулись, их головы повернулись в сторону разрушения с одинаковой точностью.
На месте уничтоженной марионетки стояла маленькая девочка.
Она появилась без какого-либо перехода, словно всегда находилась там, просто до этого ее не замечали.
Черная мантия свободно свисала с ее плеч, но не лежала неподвижно — ткань будто распадалась на тонкие лоскуты, медленно колыхаясь у босых ног, словно их касался невидимый поток. Между складками мелькали тонкие серебряные нити и узоры, напоминающие древние схемы или карты, едва уловимые при движении.
На фоне бесконечных рядов книг она выглядела слишком маленькой — едва ли выше пояса взрослого человека.
Кожа имела холодный, приглушенно-синий оттенок, лишенный какого-либо тепла. Длинные серые волосы спадали почти до колен, частично скрывая ее фигуру. А из головы поднимались два изогнутых рога.
Девочка медленно повернула голову, и из-под прядей показались ее глаза, полностью белые, без зрачков. Понять, куда именно она смотрит, было почти невозможно.
На мгновение она замерла, словно прислушиваясь к чему-то, а затем ее губы растянулись в широкой улыбке, обнажая ряд острых зубов. В этой улыбке не чувствовалось ни злобы, ни тепла, только легкая игривость.
В следующий миг произошло то, что насторожило бы любого. Девочка приоткрыла рот, и из него прозвучал взрослых женский голос:
— Не рассчитала…
Сказав это, она едва оттолкнулась босыми ногами от пола и начала плавно подниматься вверх. Лоскуты мантии потянулись следом, чуть запаздывая, а серебряные нити между складками на миг блеснули в полумраке.
Поднимаясь все выше, она быстро терялась среди бесконечных полок.
Марионетки синхронно повернули головы, провожая ее, а затем почти сразу вернулись к работе. Несколько опустились к осколкам, аккуратно собирая части разрушенной марионетки, другие подняли упавшую книгу, протерли и вернули ее на место.
Спустя пару мгновений библиотека снова выглядела так, будто ничего не произошло.
✦ ✦ ✦
В этот миг странная девочка все сильнее набирала скорость. Она щурилась так, будто вглядываясь сквозь пространство.
— Да… Это здесь… — тихо пробормотала она.
Ее фигура стремительно поднималась вверх, скользя мимо бесконечных рядов полок, пока движение постепенно не начало замедляться.
Вскоре перед ней возник массивный золотой мост, зависающий над бездонной пропастью. Его поверхность была гладкой, с тонкими узорами по краям, и магическим кругам вплетенными в его структуру.
Мост вел к исполинским воротам.
Они возвышались впереди, занимая собой почти все пространство, украшенные сложными узорами и древними письменами, которые едва заметно переливались в тусклом свете.
Подлетев ближе, девочка мягко опустилась, касаясь босыми ступнями золотого помоста, и, не останавливаясь, пошла вперед спокойным шагом.
Но не успела она дойти до ворот, как пространство вокруг чуть дрогнуло.
— Среди нас ты больше всего знакома с законами времени, — раздался глубокий мужской голос, звучащий сразу со всех сторон. В нем чувствовалась легкая, едва уловимая игривость. — Так почему ты всегда приходишь не вовремя?
В этот же миг тяжелые створки ворот дрогнули, словно откликаясь на мужской голос, и с глухим, протяжным грохотом начали медленно отворяться внутрь. Звук прокатился по пространству, отражаясь от уровней библиотеки и постепенно затихая в глубине.
За воротами открылся просторный зал.
Высокие колонны уходили вверх, теряясь в золотистом сиянии, в котором растворялся потолок. Свет мягко ложился на камень и металл, а в воздухе ощущался запах старой бумаги, холодного железа и едва уловимый сладко-цветочный оттенок, выбивающийся из общей картины.
Девочка не стала задерживаться, сразу переводя взгляд вперед.
В центре зала, среди колонн и света, восседал силуэт мужчина. Его фигура была неподвижной, но пространство вокруг него ощущалось иначе, словно сгущаясь.
От него исходила глубокая аура, в которой странно переплетались спокойствие и нечто тревожное, почти хаотичное, не уступающее по своей природе самой девочке.
В тот же миг фигура девочки размылась и она почти мгновенно оказалась перед столом мужчины.
Чуть склонив голову, она спокойно произнесла:
— Приветствую, Бог Знаний и Безумия.
И вместе с этими словами она медленно подняла глаза, теперь уже видя не силуэт, а настоящий облик мужчины.
Он сидел совершенно ровно, так, что края его белой-золотой мантии оставались неподвижны.
Кожа мужчины имела насыщенный темно-красный оттенок, и по ней тянулись тонкие золотые письмена, сходясь к лысой голове, где линии создавали сложный рунический круг. При слабом движении света символы едва заметно переливались, словно жили своей жизнью.
Шесть рук Бога Знаний и Безумия двигались независимо друг от друга, не создавая хаоса. Одна лениво переворачивала страницу раскрытой книги, лежащей на коленях. Вторая удерживала свиток, исписанный плотным, мелким почерком. Третья касалась подбородка, застыв в задумчивости. Четвертая медленно вычерчивала в воздухе тонкие золотые символы, которые тут же растворялись, не успевая закрепиться.
Его уши были заострены, а вытянутое лицо с острыми чертами придавало ему почти хищный вид.
В узких глазах мерцало множество золотых зрачков, двигающихся независимо друг от друга. При внимательном взгляде можно было заметить под нижними веками еще две пары меньших глаз, сейчас закрытых, будто ожидающих своего момента.
Чуть приподняв уголки губ, он позволил себе легкую, едва уловимую насмешку.
— Давно не виделись, Богиня Пространства.
Девочка спокойно кивнула, не отводя взгляда.
— Лет триста прошло.
Он не поднял головы сразу, продолжая читать, будто ее появление не стоило даже короткого взгляда.
Лишь одна из его рук замерла на середине строки, пальцы на мгновение остановились, а затем его глаза едва заметно сместились в сторону девочки.
— Зачем ты поломала мою марионетку?
Девочка тихо рассмеялась, наклонив голову, словно вопрос ее искренне позабавил.
— Твоя мелочность все так же раздражает.
Бог Знаний и Безумия чуть ухмыльнулся, не отрываясь от книги, и одна из его рук лениво перевернула страницу.
— Мелочность? Просто я берегу свои вещи, — спокойно ответил он. — Радуйся, что ты не задела ни одну из моих книг…
На этом он словно потерял интерес к разговору. Его внимание вновь рассеялось между книгой, свитком и символами, что продолжали рождаться и исчезать в воздухе.
— Зачем пришла? — произнес он уже более рассеянно. — Тебе нужна какая-то информация?
Не дожидаясь ответа, он тихо выдохнул, будто утомившись самой необходимостью разговора.
— У меня сейчас мало времени, а моя память не безгранична… — добавил он. — Приходи через несколько десятков лет. Тогда и займусь твоим вопросом…
В ответ девочка лишь перевела взгляд в сторону стола, задержав его на стеклянной колбе.
Внутри, в легком сером мареве, медленно вращалась книга, словно не имея веса. Ее страницы едва заметно дрожали, будто реагируя на что-то извне.
Чуть прищурившись, девочка стала серьезнее, и прежняя игривость на ее лице исчезла.
— Я здесь по другим причинам.
Бог Знаний и Безумия уловил направление ее взгляда, и на его губах появилась короткая ухмылка. Одна из рук лениво постучала пальцами по столу, а другая чуть сдвинула колбу ближе к себе.
— Это моя игрушка. Не отдам.
Девочка едва заметно скривилась, словно эти слова ее только раздражали.
— На коей черт мне эта книга? — холодно ответила она. — Я беспокоюсь о Божественном Духе, что запечатан внутри.
В ответ Бог Знаний и Безумия лишь щелкнул пальцем по стеклянной поверхности.
Раздался тихий, чистый звук, и по колбе на мгновение прошла слабая рябь.
— Не стоит, — спокойно произнес он. — Бедняга запечатан внутри уже семь сотен лет.
Он перевел все свои зрачки на книгу, и в его глазах мелькнул короткий интерес, быстро сменившийся привычной рассеянностью.
— И не похоже, что у него есть способ вернуться в Мир Духов.
Бог Знаний и Безумия медленно поднялся из-за стола, не делая резких движений, сам мир должен был подстроиться под его темп.
Одна из его рук подняла стеклянную колбу, удерживая ее на уровне взгляда, а другая аккуратно подхватила серую книгу, извлекая ее изнутри.
Книга легла в его ладонь, оставаясь на первый взгляд совершенно непримечательной.
В его глазах мелькнуло озорство.
— Казалось бы, только вчера мы убили ничтожного Аскета Пустоты… — довольно пробормотал он, лениво перелистывая пару страниц. — Но прошло уже семь сотен лет.
Он чуть повернул голову, переводя взгляд на девочку.
— Забавная штука, это Время… Не правда ли?
Девочка на секунду замолчала, и ее лицо стало заметно серьезнее.
— Во Времени и заключается проблема. Точнее в его колебании.
Слова прозвучали спокойно, но без прежней легкости.
Бог Знаний и Безумия едва заметно нахмурился. Несколько его зрачков синхронно сместились, фокусируясь на ней.
Внутри него что-то дрогнуло, вызывая неприятное предчувствие.
— Что ты имеешь в виду? — уточнил он, уже внимательнее.
Девочка сделала шаг вперед, затем еще один, медленно сокращая расстояние, и, не сводя с него взгляда, спокойно произнесла:
— Как ты и сказал ранее, по своей природе я очень чувствительна к Магии Времени, ведь она неразрывно связана с Магией Пространства…
Остановившись в шаге от него, она чуть приподняла голову, и в ее белых глазах мелькнула тень сосредоточенности.
— Не так давно я ощутила невероятное искажение времени. И попытки найти источник этого искажения привели меня в твою Божественную Библиотеку…
Слова еще не успели до конца осесть, как все зрачки Бога Знаний и Безумия резко расширились.
Все шесть глаз распахнулись одновременно.
— Быть не может! — вырвалось у него. — Ты хочешь сказать, что…
Он не договорил.
— Магия Времени доступна только духам, — спокойно продолжила девочка. — А такая мощная… Да еще чтобы ее источник был здесь…
Этой фразы оказалось достаточно.
Бог Знаний и Безумия резко раскрыл книгу в руках, не обращая внимания на содержание, и приложил к ней ладонь. Золотая мана мягко, но быстро потекла внутрь, пронизывая листы и скрытые в них структуры.
На мгновение он словно превратился в статую. Словно вся его сила и все восприятие было направлено куда-то глубоко в книгу. К чему-то, что нельзя было почувствовать обычным способом.
Но уже в следующий миг его челюсти сжались, мышцы на лице дернулись, и сквозь зубы вырвалось:
— Исчез… Но как?!
Он резко поднял голову, взгляд его стал острым, почти безумным.
— Я все время был здесь!
С этими словами он яростно швырнул книгу в сторону. Канон Первородной Пустоты с глухим ударом врезался в стену, отскочил и упал на пол, переплет слегка надорвался, а несколько страниц перекосились.
Богиня Пространства лишь нахмурилась, наблюдая за этим без лишних эмоций.
— Я так и думала…
Шесть глаз Бога Знаний и Безумия начали хаотично двигаться, зрачки метались из стороны в сторону, словно он перебирал в уме тысячи вариантов, отбрасывая один за другим.
Он молчал, но напряжение вокруг него стало ощутимым.
— Понять время слишком сложно даже для меня… — спокойно продолжила Богиня Пространства. — Но раз ты не уловил пропажи Божественного Духа…
Она не успела договорить, ибо Бог Знания сам продолжил ее мысль:
— Значит он освободился в будущем, откатив время до нынешней точки.
Девочка кивнула, чуть склонив голову.
— Или, скорее всего… ему помогли освободиться…