Яркое солнце продолжало освещать Столицу, а чистое голубое небо выглядело почти издевательски спокойным на фоне черного дыма, который сейчас поднимался над многими районами города.
Обычно бурлящая жизнью Столица сейчас утопала в криках, грохоте разрушений и отголосках множества сражений, эхом докатывающихся до Студенческого Городка.
На площади Студенческого Городка в этот момент царила не меньшая суматоха.
Все студенты Академии прижали сюда всего минутой ранее. Повсюду слышалось тяжелое дыхание запыхавшихся учеников, тревожные разговоры и быстрые команды профессоров, пытавшихся хоть как-то организовать толпу.
Часть преподавателей уже начала разделяться.
Одни оставались на площади, чтобы продолжить защищать студентов, другие же быстро собирались в отдельные группы, явно готовясь вернуться обратно к Академии и поддержать Валерию с Духласом.
— Не позволяйте студентам расходиться!
— Профессор Хельга, наложите скрывающий присутствие магический круг!
Среди всей этой толпы стоял и Каэль, внимательно наблюдая за происходящим вокруг.
Его взгляд то и дело скользил по небу над городом, где продолжали подниматься новые столбы дыма, после чего возвращался к профессорам, спешно организовывающим оборону Студенческого Городка.
“С момента нападения прошло всего около двадцати минут…” — напряженно размышлял он. “Но звуки боя стали только интенсивнее. Сколько же рабов зверолюдям удалось освободить?”
Но в этот момент к общему хаосу внезапно добавились новые крики.
Со стороны одного из переулков на площадь выбежала группа студентов.
Это были юнцы из Ластхолда, чьи занятия закончились еще около часа назад. Судя по их сбившемуся дыханию и испуганным лицам, все это время они скрывались в общежитии не понимая, что происходит.
Некоторые из них даже держали в руках оружие.
— Наконец-то кто-то пришел!
— Это... Почему здесь так много студентов Академии?
Но в следующий миг кто-то из них внезапно заметил Каэля.
Глаза парня сразу расширились, и он выкрикнул на языке Ластхолда:
— Каэль! Что здесь происходит?!
Каэль резко поднял голову и почти сразу ответил ему тем же языком:
— Похоже, Столица подверглась нападению! Но не паникуйте — сейчас мы под защитой профессоров!
Только после этих слов юнцы Ластхолда наконец заметили, что неподалеку группа преподавателей уже начала разделяться.
Часть профессоров быстро двигалась обратно к Академии, а остальные разворачивались к толпе студентов, явно собираясь удерживать оборону здесь.
Толстый усатый профессор шагнул вперед и басисто рявкнул:
— Соблюдать порядок! Рассредоточьтесь по общежитиям и укройтесь на подземных этажах! Пока мы здесь — никто не прорвется в Студенческий Городок!
В ответ на приказ профессора студенты начали быстро разделяться.
По площади сразу потянулись десятки небольших потоков учеников, которые спешно направлялись к общежитиям Студенческого Городка. Кто-то продолжал нервно оглядываться в сторону дыма над Столицей, кто-то судорожно сжимал оружие или магические свитки, а некоторые и вовсе шли почти молча, явно до конца не понимая масштаб происходящего.
Каэль тем временем быстро проскользнул ближе к группе Ластхолда.
— Все будет хорошо, не переживайте, — спокойно произнес он на их языке, стараясь говорить увереннее.
После этих слов общая толпа окончательно начала разбегаться по улицам Студенческого Городка.
Студенты большими группами бежали к общежитиям, и вскоре узкие улочки между зданиями заполнились топотом ног, тяжелым дыханием и встревоженными голосами.
Каэль двигался вместе со всеми, продолжая внимательно наблюдать за происходящим вокруг.
“За нашей группой обычно следит Валерия…” — мысленно отметил он, быстро скользя взглядом по крышам и ближайшим переулкам. “Но сейчас ее здесь нет.”
Обернувшись еще раз и убедившись, что ни один из профессоров не следит конкретно за их группой, Каэль мгновенно решился.
“Сейчас.”
В следующий миг он ловко свернул в узкий боковой проулок между общежитиями, отделяясь от общего потока студентов.
А затем резко ускорился.
Серая мана коротко вспыхнула в его каналах, и Каэль почти бесшумно рванул вперед по пустой улице, быстро удаляясь в сторону охваченной хаосом Столицы.
Но в тот самый миг, когда фигура Каэля скрылась за поворотом узкого проулка, среди группы Ластхолда нашелся тот, кто заметил его исчезновение.
Глаза Айдена мгновенно сузились, а во взгляде вспыхнула плохо скрываемая ненависть.
Он почти сразу остановился, позволяя остальным студентам пробежать дальше мимо него. Несколько юнцов удивленно обернулись, но Айден даже не посмотрел в их сторону.
Вместо этого он медленно перевел взгляд туда, где только что исчез Каэль.
— Беспокоиться за своих жалких дружков из таверны? — зло пробормотал он.
На лице Айдена постепенно начала расползаться мрачная ухмылка.
После всего произошедшего в Академии ненависть к Каэлю внутри него только усилилась. Для Айдена тот уже давно перестал быть просто врагом — само существование Каэля воспринималось как унижение.
Айден чуть прищурился, бросая быстрый взгляд куда-то в сторону центральной площади Студенческого Городка.
— Нужно сообщить об этом Валькерису, — тихо выдал он. — Это мой шанс.
И с этими словами Айден резко развернулся, сразу переходя на бег.
✦ ✦ ✦
Пока в Студенческом Городке все больше студентов распределялись по общежитиям и спускались на подземные этажи, Каэль уже на полной скорости мчался к окраинам территории Имперской Академии.
Серая мана непрерывно циркулировала по его каналам, заметно уменьшая вес тела и делая движения легче. Под подошвами сапог едва слышно хрустела каменная крошка, а сам Каэль перескакивал через дорожки и декоративные кусты, двигаясь напрямую.
Его янтарные глаза сохраняли холодную сосредоточенность.
В уме Каэля одна за другой всплывали улицы Столицы, складываясь в подробную карту города.
“Малая Янтарная улица чуть восточнее…” — быстро прикидывал он, резко сворачивая между двумя зданиями. “Лучше всего добираться через переулки, избегая главных улиц.”
Даже отсюда он продолжал слышать далекие взрывы, крики и тяжелый грохот столкновений магии.
Каэль мчался вперед не сбавляя скорости.
И с каждым новым прыжком высокая внешняя стена Академии становилась все ближе.
Перед ней тянулся ряд высоких деревьев, листья которых сейчас тревожно шелестели от порывов ветра и далеких ударных волн. За самой стеной уже виднелись клубы дыма, поднимающиеся над городом, а вместе с ними доносился запах гари, крови и чего-то жженого.
“Еще немного…” — мысленно произнес Каэль, резко ускоряясь еще сильнее.
Подбегая все ближе к внешней стене Академии, Каэль вдруг чуть раздраженно оскалился.
“Все же стоило заранее купить хотя бы какое-то оружие…” — мысленно прошипел он, резко меняя направление бега.
В следующий миг Каэль высоко подпрыгнул, цепляясь рукой за толстую ветку одного из деревьев. Ветка опасно скрипнула под его весом, но уже в следующий миг он воспользовался инерцией, и взлетел еще выше, хватаясь за край высокой каменной стены.
Пальцы Каэля сжались на холодном камне, и он сразу подтянул себя вверх.
Но в тот миг, когда голова Каэля поднялась над стеной и перед ним открылся вид на улицы Столицы, его сердце на секунду пропустило удар.
— Вот черт… Без оружия здесь не обойтись… — едва выдавил из себя он.
Перед взором Каэля открылась небольшая площадь, от которой в разные стороны расходилось сразу несколько улиц.
Вся мостовая была залита кровью настолько сильно, что даже вода в каменном фонтане посреди площади приобрела темно-красный оттенок. Повсюду валялись тела людей и зверолюдей, а в воздухе стоял тяжелый запах крови и дыма.
Но хуже всего было то, что бой здесь все еще продолжался. И повсеместно виднелись следы рассеивающейся после столкновений маны.
Имперские военные вместе с обычными горожанами пытались сдерживать зверолюдей прямо посреди площади. Кто-то из торговцев сжимал кухонные ножи и топоры, кто-то прятался за перевернутыми телегами, а несколько рыцарей Империи держали оборону возле одной из улиц, не позволяя зверолюдям прорваться дальше.
Однако даже с первого взгляда становилось ясно — военных здесь катастрофически не хватало.
Глаза Каэля быстро бегали по площади, оценивая происходящее.
И в этот момент один из зверолюдей с яростным ревом ворвался прямо в группу торговцев, которые пытались обороняться возле разрушенной лавки.
В его руках находился огромный двуручный топор, взятый у кого-то из мертвых стражников.
Первый же удар с чудовищным треском расколол деревянный щит, вместе с этим отсекая торговцу руку чуть выше локтя. Мужчина дико закричал и рухнул на колени, а зверолюд уже следующим движением провернул топор дальше.
Второго торговца буквально разрубило до груди.
Кровь и внутренности брызнули на землю, а несколько стоящих рядом людей в ужасе отшатнулись назад.
Но в следующую секунду, со вспышкой бирюзовой маны, сбоку ударило длинное копье имперского рыцаря.
Острие насквозь пробило зверолюду бок, выходя почти возле позвоночника.
Но тот лишь захрипел, а затем резко схватил древко рукой и одним рывком подтянул рыцаря к себе, будто тот ничего не весил.
А уже в следующий миг зверолюд вгрызся зубами прямо ему в шею.
Раздался влажный хруст, орошая напуганных торговцев кровью.
Оба тотчас рухнули на землю, продолжая в предсмертной агонии бороться друг с другом прямо среди окровавленной мостовой.
Чуть дальше по улице группа гражданских в спешке пыталась перегородить вход в узкий переулок перевернутой телегой. Несколько мужчин, тяжело дыша, навалились плечами на деревянные колеса, пока двое раненых солдат стояли впереди, удерживая дрожащий полупрозрачный барьер из маны.
Синий свет то и дело мерцал, становясь слабее.
У одного из солдат кровь непрерывно текла из-под брони, уже пропитывая сапог, но он все равно продолжал удерживать барьер, сцепив зубы от напряжения.
Однако в следующий миг сверху внезапно мелькнула тень.
С крыши двухэтажного дома прямо в толпу спрыгнул худой зверолюд с непропорционально длинными руками.
В его лапах мгновенно вспыхнули серые костяные клинки.
Еще до того, как люди успели нормально закричать, он уже рванул вперед.
Зверолюд буквально пронесся через толпу, полоснув кинжалами. Один мужчина сразу рухнул на землю, прижимая руками распоротый живот, другой лишь сплюнул кровь, а по его шее медленно начала расползаться кровавя линия.
Раненый солдат резко развернулся, и с ревом попытался ударить мечом.
Но зверолюд резко пригнулся, почти скользнув под выпадом, а затем одним движением снизу вверх вспорол солдату подбородок до самого лба.