Но стоило Корнелиусу сделать глоток, как его брови сразу поднялись. Он на мгновение замер, словно прислушиваясь к ощущениям, и непонимающе выдал:
— Как это…
Каэль лишь пожал плечами, спокойно наблюдая за реакцией:
— Сам не знаю. Весь алкоголь варит старик Барнабас. Но каким-то чудом, в его напитках сохраняется много маны.
Корнелиус чуть нахмурился, прокручивая имя в голове:
— Барнабас? Кажется, я уже слышал это имя…
Каэль кивнул в сторону спуска в подвал, бормоча:
— Старик говорил, что раньше продавал свое пойло только элите столицы. Я лишь уговорил его поработать на более широкую публику. Правда, пришлось немного удешевить рецепты.
Корнелиус сделал еще один глоток, уже увереннее, и довольно кивнул:
— Похоже, я стану вашим постоянным клиентом.
Каэль усмехнулся, чуть склонив голову:
— Примем за честь.
Корнелиус на это мягко улыбнулся, но почти сразу его взгляд стал внимательнее:
— Ты молодец.
Он сделал короткую паузу, после чего добавил уже серьезнее:
— Но надеюсь, ты не решил бросить Академию и стать трактирщиком?
Каэль спокойно отпил из своей кружки, провел тыльной стороной ладони по губам, убирая пену, и ответил без колебаний:
— Об этом можете не беспокоиться. Мои амбиции гораздо выше.
Корнелиус одобрительно кивнул, и делая еще один глоток, заинтересованно спросил:
— Успел подумать, каким путем пойдешь?
Каэль на секунду отвел взгляд, словно собирая мысли, после чего спокойно ответил:
— Для начала нужно понять, как меня оценят профессора. Но в целом… я неплох в алхимии, — он чуть постучал пальцем по кружке, — и думал о мастерстве начертательства. Плюс хотелось бы совместить это с военным делом. Сила всегда нужна.
Корнелиус приподнял брови, внимательно глядя на него:
— Вижу, ты метишь в будущую элиту Империи. Похвально.
Но сказав это, старик чуть прищурил глаза, отчего его красные рептильные зрачки словно блеснули.
— Не думал о Гильдии Ученых? — напрямую спросил он. — За короткое время ты проявил себя даже лучше, чем я ожидал. Я вполне мог бы взять тебя своим подмастерьем, Каэль.
Каэль на мгновение замер, взгляд его стал чуть серьезнее, после чего он уважительно склонил голову:
— Это была бы великая честь.
Он чуть задержался, подбирая слова, и добавил уже осторожнее:
— Проблема в том, что я хочу заниматься несколькими ремеслами сразу. Боюсь, что подобное может вас оскорбить.
Корнелиус лишь сдержанно засмеялся, и с легким намеком ответил:
— Экзамены допускается сдавать досрочно. Если случится так, что мою специализацию ты сдашь первой из всех… — он чуть повел плечом, — об обидах и речи быть не может.
С этими словами старик поднял кружку и за несколько глотков допил все до дна. Поставив ее на стол с тихим стуком, он на мгновение задержал ладонь на дереве.
Каэль на миг растерялся, выдав:
— Уже уходите?
Корнелиус поднялся, легко выпрямившись, и, проходя мимо, хлопнул Каэля по плечу.
— Еще зайду, — сказал он спокойно. — Сегодня просто хотел убедиться, что ты в порядке.
Развернувшись к выходу, он на ходу добавил:
— Спасибо за напиток. И подумай о моем предложении!
Казалось, Каэль лишь сейчас спохватился, и тотчас крикнул ему вслед:
— Главное не передумайте!
Корнелиус лишь рассмеялся, махнув рукой, даже не оборачиваясь, и вскоре вышел во внутренний двор.
На лице Каэля сразу расползлась расчетливая улыбка. Он проводил старика взглядом, машинально скользнув пальцами по краю стойки, и мысленно отметил:
“Не зря я с самого начала сближался с Корнелиусом… Обычный подмастерье и подмастерье уважаемого мага — это совсем разные позиции.”
Мысль уже начала разворачиваться дальше, но ее резко оборвал громкий смех со стороны входа во внутренний двор.
Шум выбился из общего гула таверны — слишком наглый, слишком уверенный. В нем сразу слышались знакомые голоса.
Каэль поднял взгляд, не обращая внимания на остальные столы, и сразу нашел источник.
"Валькерис..." — мысленно пробормотал он.
Он шел впереди, как и всегда, вальяжно, с тростью в руке, а за ним тянулась вся его свита. Они уже входили во двор, не замедляя шага, оглядываясь по сторонам так, будто пришли не в чужое место, а в свое.
Корнелиус как раз прошел мимо них, не сбавляя шага и даже не взглянув в их сторону, словно те для него просто не существовали.
И почти сразу раздался голос Сейрана, громкий, нарочито недовольный:
— Эй, не вижу свободных столов!
Почти в тот же момент Пунтис подхватил, озираясь по сторонам:
— Прибыли особо важные гости! Где хозяин заведения?
Часть гостей сразу обернулась на шум. Разговоры начали стихать, кто-то даже привстал, пытаясь лучше рассмотреть, что происходит у входа. Узнав Валькериса, несколько студентов переглянулись, по лицам прошла настороженность — казалось его компания имела дурную репутацию.
Сейран уже набрал воздуха, собираясь выкрикнуть что-то еще, но в этот момент со стороны зала спокойно прозвучало:
— Чем могу помочь, господа?
Разворачиваясь на голос, вся компания почти одновременно повернулась, и, узнав Каэля, на секунду замерла, будто не сразу поверив глазам, после чего тут же разразилась смехом.
Сейран, ухмыляясь, шагнул чуть вперед:
— Ты что здесь делаешь, Связной?
Пунтис, окинув его взглядом с ног до головы, фыркнул:
— Студент Академии работает официантом? Какой позор…
По двору прокатился приглушенный гул, кто-то наклонился к соседу, перешептываясь, а кто-то, уже подвыпив, с интересом подался вперед, не скрывая любопытства.
Каэль, не меняя выражения лица, спокойно остановился в паре шагов от них, держа спину ровно, и, чуть склонив голову, ответил:
— В честном труде позора нет.
После чего, глядя прямо на них, спокойно повторил:
— Чем могу быть полезен?
Валькерис медленно перевел взгляд на Каэля, и в нем сразу проступило откровенное презрение. Он чуть скривил губы, будто перед ним стояло что-то неприятное, и, даже не скрывая тона, произнес:
— Я желаю говорить с хозяином таверны, а не со всяким мусором.
Каэль устало выдохнул, на секунду прикрыв глаза, словно уже ожидал подобного, и приоткрыл рот, собираясь ответить, но не успел.
Сзади, перекрывая шум внутреннего двора, раздался недовольный голос:
— Что здесь за крики? Даже покурить спокойно нельзя!
Обернувшись, Каэль увидел Барнабаса, который шел к ним неторопливо, на ходу подкуривая табак в трубке. Он щелкнул пальцем, высекая искру, и затянулся, выпуская густой дым прямо в сторону.
Валькерис прищурился, сразу переключая внимание на него:
— Это твоя таверна, старик?
Барнабас остановился рядом с Каэлем, бросив короткий взгляд на компанию, после чего спокойно ответил:
— Моя. А что?
Услышав это, Валькерис на мгновение замер, а затем в его глазах мелькнул холодный, коварный блеск. Уголок губ дернулся вверх, и он, чуть склонив голову, медленно произнес:
— Тебя не беспокоит, что у тебя работает всякий мусор?
Кивнув в сторону Каэля, он даже не посмотрел на него, продолжая говорить уже с ленивой уверенностью:
— Если хочешь, чтобы к тебе заходили такие господа, как я… стоит избавляться от подобных дикарей.
Барнабас, не торопясь, затянулся трубкой, выпуская дым в сторону, и приподнял одну бровь, окидывая его взглядом с ног до головы.
— Господа как ты? — переспросил он, чуть склонив голову. — А ты, собственно, кто такой?
Губы Валькериса едва заметно дернулись, на лице мелькнуло раздражение, но он быстро взял себя в руки. Выпрямившись, он чуть постучал тростью о землю и ответил:
— Перед тобой правнук Директора Имперской Академии.
С этими словами он достал из-за пояса мешочек с монетами, и лениво продолжил:
— Освободи для нас лучшие места… и вышвырни этого отброса, чтобы я его больше не видел.
Он слегка встряхнул мешочек, будто подчеркивая вес слов, и добавил:
— Поверь, я в долгу не останусь.
Валькерис уже почти не скрывал довольства, уголки губ поползли вверх, а взгляд скользнул по Каэлю с явным предвкушением.
“Думаешь, я дам тебе спокойно жить в Столице?” — мелькнуло у него в голове, пока он лениво перебирал пальцами мешочек с монетами.
Но в следующий миг произошло то, отчего Валькерис словно оцепенел.
Барнабас сделал глубокую затяжку, щурясь сквозь струйку дыма, и, шагнув чуть ближе, резко выдохнул его прямо в лицо Валькерису.
— Вывеску видел, щенок?
Слова прозвучали грубо и громко, перекрывая шум гостей.
Валькерис будто не сразу осознал произошедшее, или не поверил в него. Рука с тростью чуть дернулась, взгляд стал резче.
Барнабас же даже не дал ему времени прийти в себя, лениво постукивая трубкой о ладонь:
— Сюда приходят веселые пьяницы… а не наглые молокососы.
Где-то сбоку кто-то тихо засмеялся, прикрывая рот рукой. За ближайшим столом двое студентов переглянулись, сдерживая улыбки.
Но Барнабас и не думал останавливаться.
Он сделал еще один шаг, чуть наклонившись вперед, и ткнул мундштуком трубки в сторону таверны:
— Хочешь пить мое легендарное пойло — стой в очереди. И веди себя как человек.
Валькерис резко втянул воздух, сцепив зубы так, что на скулах выступили жилы, и прошипел, делая шаг вперед:
— Ты хоть понимаешь, кто я такой…
Но договорить ему не дали. Барнабас, не меняя позы, лишь коротко дернул уголком губ и тут же перебил:
— Да хоть бабушка самого Императора. Мне плевать.
Он лениво махнул трубкой в сторону Каэля, даже не заботясь об эмоциях Валькериса:
— И этот пацан здесь не работает. Он совладелец таверны.
По залу прокатился тихий гул, кто-то удивленно вскинул брови, кто-то резко повернул голову к Каэлю.
Сам Каэль лишь чуть улыбнулся, глядя прямо на Валькериса:
— Видит Бог, я хотел вам помочь… и угостить прекрасным пивом старика Барнабаса.
Он коротко выдохнул, будто давая последний шанс:
— Еще не поздно замять конфликт…
Но Валькерис уже не слушал.
— Совладелец? — рявкнул он, сжимая мешочек так, что монеты звякнули. — Хватит шутить, старик. Уволишь этого отброса — дам тебе в пять раз больше.
Но в следующий миг ему в лицо снова ударило облако дыма.
Барнабас заговорил уже без всякой игры, шагнув на полшага вперед и окинув его холодным взглядом:
— Знаешь что… Ты мне не нравишься.
Кивнув на мешочек в его руке, он с явным раздражением добавил:
— Засунь свои монетки себе в задницу и проваливай отсюда.
— Что сказал?! — взревел Валькерис, резко вцепляясь в рубаху Барнабаса, и в тот же миг вокруг него вспыхнула алая мана, густая и дергающаяся, будто живая.
Он уже сжал кулак, собираясь ударить, но не успел.
Каэль шагнул вперед и резко перехватил его запястье, в ответ поднимая свою серую ману. Контакт вышел жестким — в следующий же миг рука Валькериса дернулась вниз, словно налившись свинцом.
Валькерис дернул рукой, пытаясь вырваться, но его корпус лишь сильнее повело в сторону. Пальцы соскользнули с рубахи Барнабаса, и он, потеряв опору, на шаг сбился, едва не споткнувшись.
— Что за… — ошарашенно прошипел он, вскидывая взгляд.
Серая мана все еще давила на запястье, и лишь через мгновение он резко вспыхнул собственной силой, грубо вытесняя чужое влияние. Рука вернула нормальный вес, и Валькерис резко вырвал свое запястье из захвата.
Его прихвостни на миг удивились, что какой-то провинциал сумел пошатнуть Валькериса. Но уже следом начали взывать к своей мане, словно готовясь к драке.
Вот только вмешательство не заставило себя ждать. Как раз в этот миг недалеко мелькнули силуэты городской стражи. И сразу следом со стороны улицы раздался грубый голос:
— Что здесь происходит?!
Валькерис дернул взглядом в сторону, мгновенно погасив ману, и коротко бросил своим:
— Уходим. Не желаю больше здесь оставаться.
Развернувшись, он уже на ходу через плечо бросил, даже не глядя:
— Ты еще пожалеешь об этом, старик.
Каэль проводил их взглядом, не двигаясь с места, затем чуть выдохнул и повернулся к подошедшей страже, спокойно кивнув:
— Все в порядке. Спасибо за службу.
Один из стражников задержал на нем взгляд, будто прикидывая, стоит ли расспрашивать дальше, но, не найдя повода, лишь буркнул что-то и махнул рукой остальным. Через несколько секунд их шаги уже растворились в уличном шуме.
Барнабас, стоявший рядом, не спеша затянулся, затем перевел взгляд на руку Каэля, которой тот только что держал Валькериса, и чуть прищурился.
— Интересная у тебя магия, парень… — протянул он, выпуская дым в сторону.
Каэль лишь улыбнулся, чуть разминая пальцы, словно сбрасывая остаточное напряжение:
— Пока еще слабая. Надеюсь, что в будущем смогу ее достаточно развить.
Барнабас хмыкнул, снова поднося трубку к губам, и, затягиваясь, пробормотал:
— Было бы интересно глянуть на нее в бою…
✦ ✦ ✦
А в это время Валькерис уже пробирался сквозь толпу, резко раздвигая плечом прохожих. Его шаг был быстрым, резким, трость стучала по камню чаще обычного. Лицо перекосило от злости, губы сжались в тонкую линию.
— Этот отброс уже два раза меня оскорбил… — процедил он сквозь зубы, почти не понижая голоса. — Такое я терпеть не стану.
Он резко повернул голову, зыркнув на Сейрана:
— Я хотел быть снисходительным, но увы. Этому дикарю нужно указать на его место.
Сейран сразу кивнул, даже не задавая лишних вопросов.