Теплое солнце мягко освещало небольшую горную долину, усеянную алыми цветами и редкими скрученными деревьями, чьи ветви тянулись в стороны, и слегка поблескивали.
Талый снег стекал с каменных склонов, собираясь в ручьи и небольшие речушки, которые пересекали долину, наполняя ее тихим, ровным журчанием.
Воздух был наполнен сладким ароматом цветов, но сейчас его перебивал более приземленный запах — пряный, густой, сытный. От большого костра тянуло теплом, а над ним, на тяжелой подставке, возвышался огромный казан почти в человеческий рост.
На подставке рядом с ним стоял мужчина в красной броне, беззаботно помешивая содержимое длинной деревянной ложкой.
Перед ним выстроилась очередь из юнцов Ластхолда.
Чуть в стороне стояли Каэль и Гильмеш, держа в руках по две тарелки с едой. Оба смотрели на начало очереди, ожидая Гиррена, который как раз подошел к казану с пустыми тарелками.
Янтарные глаза Каэля спокойно скользнули по цепочке людей, затем по тем, кто уже сидел на земле, принимаясь за еду.
Большинство выглядели вымотанными.
Одежда, которая при выходе из Ластхолда была аккуратной и чистой, теперь потеряла вид: на тканях темнели пятна грязи, кое-где виднелись разрывы, а некоторые юнцы двигались осторожно, едва заметно прихрамывая, неся свои тарелки к месту отдыха.
Смотря на это, Каэль мысленно отметил: "Некоторые уже на грани…"
Его взгляд ненадолго задержался на одном из юнцов, который, сев на землю, просто смотрел в тарелку, словно не имея сил даже начать есть.
Затем Каэль перевел взгляд дальше, на Старейшину Корнелиуса. Тот, как и все, спокойно ел ту же кашу с мясом, не выделяясь ни поведением, ни положением.
"Но сегодня мы наконец преодолеем эти горы… Даже не верится."
В мыслях всплыли последние две недели пути.
Постоянное движение. Ночевки в походных палатках. Нападения зверей.
Разнообразные звери появлялись почти ежедневно. И хотя имперские маги полностью прикрывали юнцов, не давая никому погибнуть, это не означало, что все проходило без последствий.
Некоторые атаки зверей поражали не цель, а целую область.
Каэль чуть скосил взгляд в сторону, замечая парня с туго перебинтованной рукой.
"Если бы я тогда не среагировал…" — спокойно отметил он. "Нас бы тоже задело кислотным плевком…"
Но в этот момент его размышления прервал Гиррен, который подошел с наполненными тарелками и, слегка кивнув вперед, спросил:
— Ну что, пошли?
Гильмеш тут же довольно усмехнулся.
— Слушай, Гиррен…
Но тот даже не дал ему договорить, только чуть раздраженно хмыкнув:
— Боги… избавь меня от своих глупых вопросов.
И, бросив короткий взгляд на Каэля, добавил:
— Пошли.
Каэль лишь улыбнулся и зашагал вперед рядом с ним, слегка прихрамывая после последних дней пути.
Гильмеш, не обращая внимания на реакцию, все равно продолжил:
— Так вот, Гиррен. Что бы ты выбрал: быть могучим магом, но все будут считать тебя слабаком… Или быть слабаком, но все будут думать, что ты всемогущий?
Гиррен просто шел вперед, не реагируя, будто вопроса и не было.
Каэль тоже смотрел вперед.
В нескольких десятках шагов на расстеленной походной ткани сидели Вайолет, Розель и Лиссандра. Они о чем-то оживленно разговаривали, время от времени улыбаясь, а параллельно разминали уставшие ступни. Вайолет, так вообще перевязывала ранки на пяточке, появившиеся от трения кожи. Никто из них не был готов к такому длинному и тяжелому пути.
Смотря на них, Каэль мысленно отметил: "За последние две недели… мы все заметно сблизились."
Он коротко зыркнул на Гиррена, замечая, как уголок его губ едва заметно дернулся вверх.
"Гиррен немного лукавит…" — спокойно добавил он про себя. "Если он и раздражен поведением Гильмеша, в этом раздражении есть и капля веселья."
Гильмеш, заметив, что Каэль тоже перевел взгляд в сторону Гиррена, тут же оживился и спросил:
— А что бы ты выбрал, Каэль?
Гиррен тихо хмыкнул.
— Зачем ты его спрашиваешь, если ответ и так очевиден?
Каэль лишь слегка улыбнулся, не сбавляя шага.
— Есть такая фраза: “Быть, а не казаться”. К тому же, выглядеть слабым в чужих глазах — иногда тоже преимущество.
Гильмеш нахмурился, явно пытаясь понять смысл слов Каэля. Но уже спустя секунду он сдался, спрашивая:
— Не понял… Это какой из вариантов?
Каэль повернул к нему голову и, с той же спокойной, добродушной улыбкой, ответил:
— Тот, где я сильный… а другие этого не понимают.
Как раз в этот момент они подошли к девушкам.
Розель, сидевшая, поджав одну ногу и аккуратно смазывая мазью вторую, первая заметила их. Она подняла взгляд и, чуть скривившись, сказала:
— Опять эта каша... Скоро она у меня из ушей полезет.
Лиссандра, аккуратно затягивавшая повязку на ступне, лишь слегка опустила голову, но по ее лицу было видно — она полностью с этим согласна.
Каэль, остановившись рядом и чуть сместив вес с уставшей ноги, просто протянул Розель тарелку, спокойно добавляя:
— Ничего не поделаешь. Мы в походе, а не на прогулке. — и чуть улыбнувшись, добавил: — Благо, терпеть осталось не долго.
Розель приняла тарелку, на секунду коснувшись его пальцев, и, мягко улыбнувшись, ответила:
— Спасибо.
Вторую тарелку Каэль передал Вайолет, которая в этот момент откинула прядь фиолетовых волос с лица и, выпрямившись, с легкой улыбкой сказала:
— Спасибо, мальчики.
Но эта непринужденная атмосфера продержалась недолго, потому что в следующий миг раздался гулкий смех Гильмеша, который, не сбавляя шага, буквально плюхнулся на покрывало, заставив его слегка смяться под своим весом, и весело выдал:
— Так! Убираем свои вонючие ноги с нашего “стола”!
Девушки, еще мгновение назад спокойно улыбавшиеся, тотчас замерли: Розель резко одернула ногу, Вайолет вздрогнула, а Лиссандра поспешно потянулась за тканью, пытаясь прикрыться, пока к их лицам быстро приливала краска.
Гиррен, стоявший рядом и уже собирающийся сесть, на секунду застыл, затем раздраженно выдохнул и выругался:
— Ты задницей думаешь, Гильмеш?
Каэль же, спокойно опускаясь на покрывало между Гильмешом и Вайолет, беззаботно выдал:
— Просто Гильмеш судит по себе.
Он чуть повернул голову к нему и, приподняв бровь, добавил:
— В отличие от тебя, девочки ухаживают за собой. Я ни разу не чувствовал от них плохого запаха.
А затем, хитро улыбнувшись, чуть наклонился вперед и, уже откровенно подкалывая, продолжил:
— А вот от тебя… Когда в следующий раз будешь снимать сапоги, делай это подальше от нас. А то мы умрем раньше, чем доберемся до Империи.
На этих словах Лиссандра неожиданно тихо засмеялась, прикрывая рот рукой.
Вайолет и Розель тоже заметно расслабились, хотя все же почти синхронно поджали ноги под себя.
Гиррен тем временем сел рядом с Гильмешом и, протянув одну из тарелок Лиссандре, коротко сказал:
— Это твоя.
Та мягко улыбнулась и благодарно кивнула.
Каэль, краем глаза наблюдая за этим, мысленно отметил: "Рад, что Лиссандра постепенно раскрепощается."
Но в этот момент перед ним на покрывало опустилась тарелка с кашей — Гильмеш, довольно ухмыляясь, поставил ее перед ним и громко объявил:
— Всем приятного аппетита!
— Приятного аппетита, ребята, — поддержал Каэль, поднимая свою тарелку.
Сидя в кругу, все остальные присоединились к обеду, и вскоре разговоры стихли, уступая месту звуку ложек и тихому, спокойному шуму отдыха.
Держа тарелку в одной руке, а второй чуть прикрывая рот, пережевывая еду, Вайолет бросила на Каэля короткий взгляд и спросила:
— Кстати… зачем старик вызывал тебя к себе?
Остальные тоже невольно притихли, прислушиваясь.
Каэль, не спеша проглотив, перевел взгляд на нее.
— Спрашивал о самочувствии людей Ластхолда.
Он зачерпнул еще ложку каши, спокойно отправил ее в рот и, начав жевать, добавил:
— Сдается мне, ему просто нравится со мной говорить. В последнее время Старейшина Корнелиус все чаще хвалит мои успехи в понимании их языка.
Вайолет слегка кивнула, соглашаясь, и, подув на ложку, прежде чем отправить ее в рот, сказала:
— Ты действительно сильно продвинулся. Я не понимаю всего, о чем вы говорите… но точно могу сказать, что твое произношение и конструкции слов стали очень похожи на речь имперских магов.
Каэль лишь беззаботно пожал плечами и ответил:
— Надеюсь, что так. Ибо вскоре эти навыки станут критически важными.
Но в мыслях он тут же холодно уточнил: "За две недели я уже освоил почти всю основу их языка…"
Он спокойно зачерпнул еще ложку каши, продолжая есть, не выдавая ни малейшего напряжения.
"Но лучше еще какое-то время сохранять акцент и иногда допускать ошибки."
С его памятью, в которой не терялась ни одна услышанная деталь, изучение языка не представляло никакой сложности. Все эти дни он постоянно слушал разговоры вокруг — каждую фразу, каждую интонацию, каждый разговор имперских магов, постепенно выстраивая в голове цельную систему.
"Слишком быстрый прогресс только привлечет лишнее внимание…" — мысленно отметил он.
Гильмеш же в этот момент, с набитым ртом и даже не пытаясь прожевать до конца, недовольно выдал:
— Не нравится мне этот старик. Постоянно с тобой разговаривает, но так ничего и не рассказал об этой их Империи.
Каэль спокойно проглотил и, слегка пожав плечами, ответил:
— В Империи странные нравы… Как я понял, все стараются строго следовать своему статусу и обязанностям. Если ему не приказали этим заниматься, значит он не будет нас обучать. Это просто не его роль.
Розель, сидевшая напротив, чуть приподняла подбородок и, задумчиво водя ложкой по каше, тихо добавила:
— Может… это и правильно.