Солнце катилось к закату, заливая столицу теплым светом. Красные крыши вспыхивали насыщенными оттенками, отражая лучи и разбрасывая мягкие алые блики по белым стенам домов. Свет цеплялся за выступы, скользил по окнам и карнизам, из-за чего казалось, будто сами улицы тихо тлеют.
Даже более простые и приземистые здания студенческого городка не могли испортить впечатление. Потемневшая от времени черепица ловила свет неровно, где-то тускло, где-то ярче, но общий оттенок все равно ложился на улицы, делая их теплее.
В этот момент из узкой улочки вышла целая толпа. Впереди шел Каэль, чуть замедлив шаг, оказавшись у выхода на площадь.
“А здесь весьма живо…” — мысленно отметил он, оглядываясь.
Центральная площадь была заполнена студентами. Кто-то сидел на лавочках, вытянув ноги и лениво перелистывая страницы. Другие расположились прямо на траве, раскинув рядом сумки и свитки. Несколько человек, не найдя места, устроились прямо на земле, не обращая внимания на пыль.
Слева раздавался громкий смех от шумной компании. Перебивая друг друга, студенты спорили о чем-то, активно размахивая руками, будто от этого зависел исход спора.
Чуть дальше, на одной из лавочек, сидел парень со странным струнным инструментом. Корпус инструмента был вытянутым и узким, будто выточенным из темного стекла, а вместо обычных струн между креплениями тянулись тонкие нити бледно-голубого света. Перебирая их пальцами, он извлекал легкую, живую мелодию. При каждом касании нити чуть мерцали, словно были сделаны из маны.
Вокруг него собралась целая компания. Кто-то слушал, покачивая головой в такт, кто-то тихо переговаривался, а один парень, сидя на спинке лавки, отбивал ритм пяткой о камень.
Но стоило Каэлю сделать еще несколько шагов, позволяя остальным выйти следом, как за его спиной показалась вся группа.
Реакция последовала мгновенно.
Разговоры начали стихать. Кто-то замолчал на полуслове, кто-то, не скрываясь, повернул голову. Через несколько секунд на них уже смотрели десятки людей, а затем — почти вся площадь.
Непринужденная атмосфера, еще мгновение назад наполненная смехом и музыкой, заметно изменилась. По толпе прокатилась волна шепота. Сначала тихая, разрозненная, но быстро набирающая силу.
— Это же...
— Те самые?
— До сих пор не верю, что их нашли на затерянной части континента...
Даже парень со струнным инструментом остановился. Его пальцы зависли над мерцающими нитями, и мелодия оборвалась, оставив после себя короткую, неловкую тишину. Несколько человек рядом с ним переглянулись, после чего тоже повернули головы в сторону Каэля и его группы.
Скрипнула дверь двухэтажной таверны у края площади. Оттуда, смеясь и толкаясь плечами, вышло несколько студентов. Один из них, щурясь от закатного света, сразу уставился на пришедших.
— Смотри! Это они… — без всякого стеснения бросил он, ткнув пальцем в сторону Каэля.
Рядом с ним стояла девушка с бокалом в руке. Сделав небольшой глоток, она чуть поморщилась от крепости напитка и, не отрывая взгляда от группы, тихо произнесла:
— Мне их так жаль… Они даже языка не знают. Не поймут, почему столичные будут к ним так относиться.
— Тот парень вроде говорит по-нашему, — отозвался первый, почесывая живот и кивком указывая прямо на Каэля. — Не все так плохо. Они привыкнут.
Несколько человек рядом с ними хмыкнули, кто-то усмехнулся, не скрывая интереса.
Видя, что на него указывают рукой, Каэль лишь слегка улыбнулся. Не отводя взгляда, он спокойно кивнул в ответ, будто подобное внимание его нисколько не смущало.
Парень у таверны улыбнулся шире и, ответив кивком, поднял бокал в его сторону, немного расплескав напиток.
Кивнув в ответ, Каэль чуть повернул голову и, коротко переглянувшись с товарищами, дал им знак двигаться дальше.
Не задерживаясь, он направился вниз по улице, спокойно проходя сквозь чужие взгляды и приглушенные обсуждения. Шепот еще какое-то время тянулся за ними, но постепенно начал растворяться в общем гуле площади.
Рядом с ним шла Вайолет. Окинув взглядом площадь позади и огни, что уже начали зажигаться у зданий, она тихо пробормотала:
— Вечером здесь довольно приятная атмосфера.
Каэль, не замедляя шага, скользнул взглядом по студентам, расхаживающим по улицам городка.
— Все здешние студенты из провинций, — ответил он, слегка прищурившись. — Видимо, они видят в нас родственные души. Или же братьев по несчастью.
На мгновение задумавшись, он перевел взгляд вперед, уже оценивая улицу за пределами площади.
— Источником проблем, скорее всего, будут Управляющий Марзил, Сейран и их покровители. Остальные… — он на секунду замолчал, наблюдая, как мимо проходит пара студентов, бросив на них быстрый, но не враждебный взгляд, — выглядят вполне дружелюбно.
Идущий рядом Гиррен кивнул, скрестив руки на груди.
— Должен признать, меня это радует.
— Согласна, — тихо добавила Розель, накручивая красный локон от нервозности. — Мне казалось, что будет опасно даже выходить за пределы общежития…
Каэль, поправляя складки своей мантии, лишь усмехнулся.
— Хватит о плохом.
Подняв взгляд, он уже заметил нужный им ориентир. Между зданиями, в сгущающихся сумерках, выделялся красный храм. Его стены мягко отражали свет сотен расставленных вокруг свечей, из-за чего казалось, будто он слегка светится изнутри.
— Мы почти на месте, — добавил Каэль, чуть ускоряя шаг. — Наконец сможем хорошенько помыться.
С этими словами они свернули с основной улицы, проходя мимо храма. Теплый свет свечей ложился на лица, а изнутри здания тянуло легким запахом благовоний, и отдаленным нотками крови.
Вскоре впереди показалась высокая белая стена. Гладкая, без украшений, она тянулась вдоль улицы, разделяя пространство. В ней было два отдельных входа, каждый отмечен простыми символами над проемами.
Из-за стены поднимался густой пар, лениво клубясь вверх и подсвечиваясь мягким светом изнутри, из-за чего казалось, будто за стеной довольно большое пространство.
Каэль указал вперед и, чуть повысив голос, произнес:
— Парни налево, девушки направо.
По группе Ластхолда тут же пробежала волна оживления. Послышались довольные голоса, кто-то даже усмехнулся, и почти сразу все начали делиться, переглядываясь и перешучиваясь.
— Вайолет знает некоторые слова имперского языка, — добавил Каэль, бросив взгляд в сторону девушек. — Так что все за ней.
Махнув рукой, он коротко кивнул в противоположную сторону:
— Парни — за мной.
Две группы быстро разошлись, направляясь к своим входам.
Пока они шли, в толпе то и дело вспыхивали разговоры.
— Интересно, как выглядят эти купальни?
— А сколько времени у нас есть?
— Как думаешь, там отдельные комнаты?
— Какие комнаты, если это купальни под открытым небом, идиот… — фыркнул кто-то. — Максимум перегородки.
Кто-то тихо рассмеялся, кто-то начал спорить, ускоряя шаг. В воздухе чувствовалось явное предвкушение, которое только усиливалось с каждым шагом к поднимающемуся за стеной пару.
С этим настроем они быстро преодолели оставшееся расстояние. Несколько человек даже невольно ускорили шаг, перегоняя друг друга у самого входа.
Каэль первым толкнул дверь.
Стоило ей открыться, как их сразу окутало теплым порывом воздуха. Перед ними раскинулись обширные купальни под открытым небом.
Белая плитка и светлый декоративный камень расходились в стороны, образуя целую систему водоемов. В центре находился самый большой бассейн, от которого расходились дорожки к более мелким — их было больше десятка, разной формы и глубины. Пар поднимался над водой мягкими слоями, слегка скрывая дальние края.
В некоторых купальнях уже отдыхали студенты. Кто-то сидел по грудь в воде, откинувшись на край и закрыв глаза. Другие переговаривались, опираясь локтями о борта, из-за чего по воде расходились ленивые круги.
Несколько человек у дальнего бассейна на секунду обернулись на вошедших, но, словно не желая смущать новичков, быстро вернулись к своим делам.
Каэль, окинув все это взглядом, почти сразу переключился на другое. Чуть прищурившись и задержав взгляд у входа, он тихо пробормотал:
— Это барьер, ограничивающий влагу?
Сразу возле входа находился полусферический барьер из маны. Едва заметный, он проявлялся лишь тонким искажением воздуха, словно над нагретым камнем. Купол четко отделял сухую зону от остального пространства купален.
Под ним располагались ряды ячеек для вещей. Часть была открытой и пустой, а некоторые закрыты — их поверхность была затянута тем же полупрозрачным слоем маны, как и входные перегородки в общежитии для обуви.
Но в этот момент общий восторг перебил голос сбоку:
— Весь день предвкушал, придете ли вы или нет.
Голос был спокойным и даже дружелюбным, но прозвучал достаточно громко, чтобы несколько человек рядом сразу обернулись.
Каэль быстро развернулся.
К ним направлялся лысый парень со смуглой кожей. Его движения были расслабленными, почти ленивыми, а черты лица — аккуратными и слишком мягкими для такого телосложения, из-за чего он казался моложе, чем есть на самом деле. Но внимание цепляло другое — его глаза. Глубокие, насыщенно-фиолетовые, они сразу остановились на Каэле.
Подойдя ближе, парень слегка склонил голову, рассматривая Каэля, и произнес:
— Если правильно помню, только ты меня понимаешь?
Каэль, не раздумывая, слегка поклонился в ответ.
— Именно так. Меня зовут Каэль.
Смуглый парень коротко рассмеялся, проводя ладонью по гладко выбритой голове.
— А я Матиф. Присматриваю за купальнями. Приятно познакомиться.
Каэль кивнул, сохраняя дружелюбное выражение лица.
— Это взаимно, — с улыбкой ответил он. — Раз ты здесь главный, не поможешь нам? Не хотелось бы выглядеть дикарями и нарушать правила.
Матиф улыбнулся, будто слышал подобное уже не раз, и, потирая затылок, ответил:
— Да тут все просто. Раздевайтесь до гола, а затем идите туда.
Он указал рукой в сторону отдельной секции за углом. Там, вдоль стены, были встроены резные трубы в форме голов драконов. Из их пастей непрерывно лились потоки воды, разбиваясь о камень и уходя сквозь узкие стыки плитки.
— Смоете с себя основную грязь, — продолжил он, — а потом уже в купальни. Отдыхайте сколько хотите.
От таких слов Каэль едва заметно скривил улыбку, на мгновение задержав взгляд на остальных парнях позади.
“Это будет неловко… Но нам придется приспособиться к другой культуре,” — спокойно отметил он про себя.
Развернувшись к остальным, Каэль коротко оглядел группу и спокойно произнес:
— Для нас это немного дико… Но, чтобы войти в купальни, придется полностью раздеться.
На мгновение повисла тишина.
А затем реакция накрыла всех сразу.
— Что?!
— Ты ведь шутишь, Каэль?
— Да я лучше вернусь в общежитие и помоюсь в холодной воде!
Несколько парней тут же отвели взгляд, кто-то неловко усмехнулся, а пара человек заметно покраснели, словно их уже заставили это сделать. Один даже сделал шаг назад, явно раздумывая, не развернуться ли прямо сейчас.
По группе прокатился гул недовольства.
Каэль, выждав пару секунд, обернулся к Матифу, слегка приподняв ладонь в извиняющемся жесте.
— Извини за шум. В нашей культуре не принято… видеть друг друга нагими. Часть парней немного шокированы.
Матиф удивленно поднял брови, явно не сразу поняв суть проблемы.
— Мы ведь все парни. В чем тогда проблема?
Каэль лишь коротко кивнул, не вдаваясь в объяснения, после чего снова повернулся к своим.
— Кто хочет — может вернуться в общежитие.
А затем, становясь чуть серьезнее, добавил:
— Мы на чужой земле. Нам в любом случае придется адаптироваться.
Сказав это, он первым потянулся к застежкам своей мантии, и спокойно направился к одной из пустых ячеек, попутно снимая с себя одежду.
“Видимо, из-за постоянной войны такие купальни здесь норма…” — спокойно отметил он про себя, аккуратно складывая одежду. “В условиях боев, воины вряд ли заботятся о проблемах наготы. Привычки Ластхолда сформировались в иных условиях.”
Он уже начал стягивать штаны, действуя без лишней суеты.
Гильмеш, стоявший позади только громко рассмеялся, и окидывая других парней ехидным взглядом, выдал:
— Чего вы? Не уж то стесняетесь своего мужского достоинства?
И начиная заливаться еще более громким смехом, добавил:
— Некоторые девушки говорят: "мал да удал". Так что не нужно стесняться!
По толпе пробежали короткие смешки и тихие комментарии, но напряжение только усилилось.
— Ладно. Черт с ним! — выдал кто-то из толпы, резко выдохнув, и, словно решившись, направился к ближайшей ячейке.
Этот момент стал переломным.
Один за другим парни начали переступать через стеснение. Кто-то делал это с кривой усмешкой, кто-то, сжав зубы и стараясь не смотреть по сторонам. Одежда постепенно заполняла ячейки, ткань складывали наспех, иногда даже путая рукава.
Тем не менее, не все решились. Пара человек, покраснев до ушей, переглянулись и, ничего не говоря, поспешили обратно к выходу, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.
Остальные же, хоть и с разной степенью уверенности, все-таки остались.
Постепенно шум стихал. Неловкость никуда не делась, но уже не сковывала так сильно, как в первые минуты.
Когда все наконец подготовились, Каэль окинул взглядом группу, убеждаясь, что никто больше не собирается отступать.
Затем он коротко махнул рукой в сторону резных труб в форме драконьих голов.
— Пошли.
С этими словами, все двинулись за Каэлем, следуя здешним правилам и постепенно привыкая к смущению.
И хотя первые минуты сопровождались неловкими взглядами и сдержанными шутками, постепенно напряжение сошло на нет. Горячая вода быстро сделала свое дело, смывая не только грязь, но и усталость после дороги. Разговоры стихали сами собой, движения становились расслабленнее, и даже самые зажатые перестали обращать внимание на окружающих.