— Э...?
По ошарашенному вздоху Стачиса все поняли, что что-то не так.
Радостная атмосфера, воцарившаяся после того, как он пришел в себя, мгновенно улетучилась.
— Почему это происходит...?
Стачис, который редко впадал в отчаяние, выглядел совершенно растерянным.
Лекарство, которое ему пришлось принять сразу после пробуждения, оказалось слишком горьким.
Стиснув зубы и несколько раз попытавшись напрячь мышцы, он в досаде тряхнул рукой.
Но ничего не изменилось.
— ...Стачис?
Лили, которая стояла рядом и ждала, когда он погладит её по голове, позвала его.
Она осторожно взяла его за руку.
В отличие от недавнего состояния, рука Стачиса была теплой. Совсем как раньше.
Стачис тоже почувствовал тепло Лили.
Чувствительность была в норме.
Все ощущения сохранились, казалось, ничего не изменилось, но рука не слушалась.
— Стачис, что с тобой...?
Стачис был напуган, что случалось крайне редко.
Лили сама была в ужасе, но, желая оставаться в роли старшей сестры, она попыталась его успокоить.
— Нуна... рука... рука не двигается...
Стачис продолжал пытаться напрячь руку, в которой чувствовал чувствительность, но безрезультатно.
— Топ-топ-топ!
Кто-то в спешке ворвался в палату.
Это был Стион.
— Стачис!!
Он подбежал и заключил Стачиса в объятия.
Стачис, выпустив руку Лили, ответил на объятия брата.
— Ты, ну ты...
— Хё... хён...
— Ты хоть понимаешь, что был на грани смерти?! Я думал, у нас будет больше времени, а у тебя сердце остановилось...! Ха, слава богу... слава богу...
— Хён, но у меня...
— Тебя что-то беспокоит? Головокружения нет?
— У меня рука не двигается.
Стион, крепко обнимавший Стачиса, замер.
Когда он медленно отстранился, его лицо было серьезным и напряженным.
— Что ты такое говоришь...?
— спросил Стион.
Но Стачис был в таком же замешательстве, ведь он сам узнал об этом только что.
Стачис поднял левую руку между собой и Стионом.
Он скривился, стиснул зубы и попытался напрячь её, но она даже не дрогнула.
Он посмотрел на свою левую руку, а затем на брата, словно ожидая ответа.
Стион тоже не мог вымолвить ни слова.
— Это из-за демонической энергии.
Врач с виноватым видом обратилась ко мне.
— Демонической энергии?
— Да. Именно из-за неё.
Я был ошарашен.
— Но ведь всю демоническую энергию очистили? Если бы нет, рана бы не затянулась...
— Очищение было проведено полностью.
Я чувствовал себя так, будто задыхаюсь от бессилия.
Я не понимал, о чем говорит врач.
К тому же, осознание того, что тело меня не слушается, было невыносимым.
Без этой руки моя боевая эффективность упадет больше чем наполовину.
Не то что B-ранг, о котором я мечтал, — теперь, возможно, придется с опаской браться даже за C и D-ранги.
Нет, скорее всего, я больше не смогу работать Собирателем.
И уж тем более я больше не смогу сопровождать брата.
Даже если случится чудо, без одной рабочей руки путь к A-рангу закрыт.
— Что вы имеете в виду?
— Господин Стачис, успокойтесь. Я всё объясню.
— Говорите быстрее. У меня на душе так тяжело.
Женщина-врач в возрасте внимательно посмотрела на мою грудь, поняла, что я имел в виду тяжесть на сердце, и ответила:
— Посмотрите хотя бы на свою руку. Рана зажила, но остался большой шрам, верно?
Я взглянул на свою руку.
Шрам прошел насквозь, с обеих сторон.
Вокруг места прокола кожа выглядела так, будто её выжгли.
Выглядело это довольно жутко.
— С демонической энергией то же самое. Мы её очистили, но она оставила шрам внутри руки. Слишком долго она оставалась в теле, и слишком глубоко проникла. Проще говоря, вы получили внутреннее повреждение.
— ...Я никогда не слышал, чтобы у других людей, пострадавших от демонической энергии, были такие последствия.
— Это настолько редкий случай, что большинство умирает раньше, чем успевают столкнуться с такими последствиями.
Врач посмотрела мне прямо в глаза.
— Я сама лишь слышала о внутренних повреждениях от демонической энергии, но вижу такое впервые.
Судя по словам брата и врача, я, должно быть, был в очень тяжелом состоянии.
Раз у меня нет ни усталости, ни головокружения, я думал, что всё в порядке, но, видимо, это не так.
Врач посмотрела на меня, молчавшего, и опустила голову.
— Господин Стачис, прошу прощения.
— ...Почему вы извиняетесь?
Я уже начал было подозревать её в некомпетентности, как она добавила:
— ...Честно говоря, я думала, вы не выживете. Поэтому и сказала вашим знакомым, чтобы они попрощались.
Я вспомнил Биен, Рос и Лили нуну.
Наверное, они много плакали. Хоть я и не хотел этого, кажется, я заставил их пройти через ад.
Вдруг я вспомнил их голоса, которые постоянно звучали у меня в ушах.
Даже услышав такое от врача, они не сдались и продолжали со мной разговаривать.
Несмотря на неприятные слова врача, на душе у меня потеплело.
— ...Вот как?
— Да. Это не оправдание, но у вас очень редкая группа крови, для которой трудно найти донора.
— ...Когда я очнулся, мне переливали чью-то кровь. Чья она была?
— Это была кровь вампира.
— ...Что??
— Это всё благодаря усилиям вашего брата. Мы тоже старались, но найти донора с такой же кровью не смогли. В итоге ваш брат где-то раздобыл кровь вампира, что и позволило провести переливание.
— Если мне перелили кровь вампира, я сам не стану вампиром?
Хотя по своему состоянию я понимал, что это не так, я не мог не спросить.
— После очищения кровь вампира становится пригодной для переливания любому человеку. Правда, это редкий предмет класса А, поэтому мало кто об этом знает...
— Понятно.
Узнав, что всё в порядке, я успокоился.
Я был благодарен брату, и на душе стало легче.
Он всегда спасает меня, что бы ни случилось.
Кажется, с самого детства ничего не изменилось.
Я думал, что после выполнения B-рангового заказа смогу расправить плечи и отплатить брату добром.
Похоже, я всё ещё слишком наивен.
Но теперь, когда рука не двигается, я даже не представляю, как отплачу ему этот долг.
Врач продолжила:
— Я приношу свои извинения. Я знала, что кровь вампира может спасти, но посчитала, что быстрее будет найти донора с такой же кровью, и отказалась от этой идеи. Сдаться раньше, чем близкие пациента... я недостойна быть врачом.
Она встала и низко поклонилась.
Я тоже приподнялся и взял её за плечи, чтобы она выпрямилась.
Левая рука не двигалась, поэтому я сделал это правой.
— Выпрямитесь.
В самом деле.
Это же предмет класса А.
Я чуть не погиб, добывая B-ранговый заказ, а в моем теле теперь предмет класса А.
Обычный человек даже в глаза не видел таких вещей.
Даже у крупной больницы нет возможности хранить предметы класса А.
Ведь если использовать его для спасения, пациент всё равно не сможет расплатиться.
Если бы я был дворянином, другое дело, но у них дома наверняка уже есть всё необходимое.
К тому же, я не был сильно зол, ведь всё это происходило, пока я был без сознания.
— На вашем месте я бы поступил так же. В конце концов, я жив, разве не это главное?
— Нет... всё равно... мне очень, очень жаль.
Я почесал затылок.
— ...Если вам действительно так жаль, сделайте для меня одно одолжение.
Врач наконец подняла глаза и посмотрела на меня.
— Биен помогает здесь, верно? Она из моей группы, пожалуйста, присматривайте за ней получше.
Биен очень ранимая. Если здесь кто-то умрет или её кто-то обидит, она будет долго хандрить.
Врач долго смотрела на меня, хлопая глазами.
— ...Только и всего?
— Да. Этого достаточно.
Она усмехнулась, словно не веря своим ушам, и села на место.
— Так вот почему Биен...
— Что?
— Ничего.
Ситуация вроде бы прояснилась, но неприятный осадок остался.
Больше всего меня беспокоило то, что, если не считать неподвижности руки, я чувствовал себя абсолютно здоровым.
Чувствительность была в норме, и в левой руке всё ещё ощущалась сила, словно я мог бы её напрячь.
Внутри меня бурлила энергия, готовая сорваться с места, как дикий конь, но рука отказывалась подчиняться приказам.
Я глубоко вздохнул.
Врач внезапно привлекла моё внимание:
— Господин Стачис. Слушайте внимательно. Я хотела сказать об этом с самого начала: ваша рука не безнадежна.
— ...Что?
Сердце бешено заколотилось.
Разум прояснился, а в груди стало горячо.
Я ухватился за эту ниточку надежды всей душой.
Она сделала глоток воды и продолжила:
— Вы не единственный, кто столкнулся с такими последствиями. Я вижу это впервые, и это редкий случай, но если вспомнить всех, кто пострадал от демонического меча, такие люди встречались. И были те, кто смог это преодолеть.
Я сжал неподвижную левую руку правой.
— Это значит, что я снова смогу двигать левой рукой?
— Шанс есть. Но если это и произойдет, то исключительно благодаря удаче. У человека должны быть способности к магии.
Я озадаченно наклонил голову.
— Маг? Какое это имеет отношение к делу?
— В основном это преодолевали именно маги. Если человек может управлять маной в своем теле, он, может, и не справится с самой демонической энергией, но, похоже, способен справиться со шрамами, которые она оставляет.
Я моргнул.
— Я не совсем понимаю. То есть, достаточно уметь пользоваться маной в теле?
— Я не могу утверждать наверняка. Как я уже говорила, людей с такими последствиями мало, а тех, кто их преодолел, ещё меньше. Но могу сказать точно: все, кто справился, были магами. Есть ли у вас знакомые маги?
Я тут же вспомнил Лили нуну.
— Да. Есть. И она очень талантлива.
Хоть и не уверен, поможет ли это, я упомянул о её способностях.
— Вам стоит попросить её о помощи. Попросите её проверить ману в вашем теле. Возможно, она обнаружит то, чего не знаю я.
Услышав, что рука может заработать, я был готов вскочить, но врач ещё не закончила.
— И попросите её научить вас управлять маной в теле. В одиночку с этим не справиться.
Она улыбнулась сдержанной улыбкой и добавила:
— Господин Стачис. Повторюсь: умение управлять маной не гарантирует, что рука заработает. Но...
— Но ведь других вариантов всё равно нет, верно?
Она кивнула.
— Моих скромных знаний хватает только на этот способ.
— Понял. Можно мне встать?
Получив хоть какую-то надежду, я больше не мог ждать.
Я хотел поскорее увидеть нуну.
— Да. На этом всё.
Как только она закончила, я выскочил из палаты.
Снаружи меня ждали три девушки и брат.
— Ну что...?
— осторожно спросила Биен.
Я хотел ответить, но тут же осознал кое-что ещё.
Не знаю, возможно ли это, но если предположить, что всё пойдет по плану...
как только я научусь управлять маной, рука заработает,
и я стану магом?