— Это неуместно.
Твердый тон был не в характере Роуз.
Она редко так разговаривала.
Но это не значило, что она не умеет этого делать вовсе.
На переговорах с другими дворянами или купцами, скрывая свое истинное лицо за маской, она часто прибегала к подобному тону.
— Порой нужно вести себя как лев, чтобы жить так, будто это и есть твое истинное обличье.
Это был урок её отца, Хиана.
Конечно, Роуз не считала себя настолько невинной, чтобы называть себя овечкой, но слова о том, что иногда нужно действовать как лев, находили в ней глубокий отклик.
Даже если страшно, нужно заставить себя набраться храбрости и действовать.
И сейчас, хотя её немного пугали декадентская красота Лили,
Биен, чьи мысли оставались для неё загадкой,
и Рос, которая ранее источала такое давление, она не подала виду.
Иначе было нельзя.
Если проявить слабость сейчас, её могут принять за простушку.
И к тому же, пусть они и фальшивая пара, для этой троицы всё по-настоящему.
Она пришла сюда как возлюбленная Стачиса.
Какая женщина будет мягко разговаривать с теми, кто пытается увести её мужчину?
Мягкость в данном случае выглядела бы неестественно.
Если бы она не хотела говорить так жестко, могла бы просто сделать вид, что ничего не замечает, но
Роуз не хотела отдавать Стачиса, поэтому не стала притворяться.
Не то чтобы она не могла без него жить.
Она сама ещё не до конца разобралась в своих чувствах.
Любопытство... нет, стадия любопытства уже позади.
Симпатия?.. Да, пожалуй, это симпатия.
И всё же она была полна решимости защитить его.
Такая возможность выпадает нечасто.
В конце концов, Стачис сам попросил её сыграть роль возлюбленной.
Так что всё, что она только что сказала, было лишь ради естественности.
....Ради естественности.
— Что?..
Рос невольно перешла на «ты».
Никто и никогда не смел приказывать ей отказаться от него.
Ни Биен, ни Лили.
А тут какая-то девица, едва знакомая со Стачисом, требует, чтобы она его бросила.
Требует обесценить и выбросить чувства, которые копились годами.
«Этого не может быть».
Невозможно отказаться от единственной любви по щелчку пальцев.
«Я и сама не могу с этим справиться...»
— Сейчас он мой возлюбленный.
Роуз продолжала играть роль Эльджайн.
«Сейчас я Эльджайн. Я Эльджайн».
Она вживалась в образ той, кого играла.
И, возможно, вжилась слишком глубоко, раз внутри вскипело раздражение.
— Пожалуйста, не лезьте к моему мужчине.
«Моему?»
Лили была ошарашена.
Роуз начала проявлять враждебность и тут же принялась наступать на мины.
— С чего это он твой?
— спросила Лили.
И по этому вопросу Роуз окончательно убедилась:
по крайней мере, Лили к нему неравнодушна.
— Потому что я его возлюбленная.
— Вы же не женаты.
— Мы на стадии перед браком, мы же пара.
Бывают отношения без мыслей о браке, а бывают — с ними.
Похоже, отношения Эльджайн и Стачиса были из вторых, и Лили занервничала.
— Даже если так, почему он твой? Стачис что, вещь?
— спросила Лили, которая сама до этого бесстыдно называла Стачиса своим.
— ...Нет, конечно.
— Тогда почему ты говоришь, что он твой?
— Не уходите от темы. Я просто прошу не сбивать Стачиса с толку.
Говоря это, Роуз обвела взглядом всех троих.
Когда её взгляд скользнул по Биен, та, чувствуя вину, спросила:
— ...А что я такого сделала?
В отличие от своего обычного язвительного тона, сейчас она выглядела притихшей.
Поскольку она сама была достаточно осторожна, чтобы укрываться одеялом и советоваться с Кейси, совесть её грызла.
Будь она на месте Эльджайн, она бы уже рвала и метала.
Если бы Стачис был её парнем, а к нему клеились какие-то странные девицы, она бы вцепилась в него и накричала на них.
Но ситуация была обратной.
— Разве правильно пинать чужого парня под столом во время еды?
— Это было случайно...
Биен покраснела от стыда за свое поведение.
Она опустила голову.
Она начала думать о том, чтобы увести его, совсем недавно, поэтому совесть всё ещё была неспокойна.
— ...
Роуз не нашлась что ответить на слова Биен.
Косвенных улик было достаточно, а вот прямых — нет.
Зато Рос была другой.
В отличие от Биен, Рос уже твердо решила увести его.
Она тоже чувствовала укоры совести, но это было привычное неудобство, ведь решение она приняла давно.
Она была готова терпеть это чувство тысячу и десять тысяч раз, лишь бы заполучить его.
Она всегда считала, что отбивать занятого человека — худший поступок, но теперь, когда она сама оказалась в такой ситуации, а объектом был Стачис, она ничего не могла с собой поделать.
Глубоко в душе она чувствовала вину перед Эльджайн и отвращение к самой себе.
Настолько огромным было её отчаяние и жажда надежды.
Она раздумывала.
Притвориться, что ничего не происходит, и тайком выжидать шанса?
Или честно признаться Эльджайн, что любит его, и объявить войну?
Но прежде у Рос возник вопрос.
— ...Эльджайн, можно спросить?
— Спрашивайте.
Теперь Роуз общалась с ними, надев совсем другую маску.
Поверх прежней маски легла новая — более решительная.
— Почему вы полюбили Стачиса?
Вопрос был довольно острым.
От напряжения ей хотелось сглотнуть сухой ком в горле,
но она сдержалась, чтобы не выдать свое замешательство.
Маска едва не треснула.
«Почему полюбила?»
Они об этом не договаривались.
Она даже не могла сказать, что любит его, поэтому не знала, как ответить.
— А разве нужна причина?
— Нужна.
Ответ Рос напомнил Роуз о разговоре с отцом.
Когда она спросила: «Разве нужна причина, чтобы заинтересоваться человеком?», он ответил, что такие слова хороши лишь для романов, а в реальности причина необходима.
У самой Рос причин любить его было не меньше сотни.
Его доброта, воспоминания с ним, надежная спина... и так далее.
Если ответ будет нелепым, она была готова без колебаний объявить ей войну.
— Отвечайте.
Как бы она ни ломала голову, подходящей лжи не находилось, поэтому она решила быть честной.
Роуз вспомнила, почему впервые заинтересовалась им.
Из-за романа.
Он был так похож на главного героя.
Внешне обычный, но с острым взглядом,
тело, внушающее чувство надежности,
расслабленная атмосфера, которую он источал.
И та скрытая свирепость, которая могла проявиться в любой момент.
Вспоминая его, Роуз снова невольно сглотнула.
Причина была такой, но сказать об этом она не могла.
Было стыдно, да и обстановка не располагала к таким откровениям.
Поэтому Роуз выбрала лишь одну деталь, которая больше всего соответствовала описанию.
Даже в маске эти слова дались ей нелегко.
— ...Мне нравилось его надежное тело.
Рос заскрипела зубами.
Она тяжело вздохнула.
«Надежное тело. И это всё».
Теперь понятно, почему они так быстро перешли к близости.
Биен была права: розоволосые девицы распутны.
Рос приняла решение.
— Эльджайн, скажу тебе кое-что.
Рос наклонилась к Эльджайн и прошептала ей на ухо.
Тихим голосом, словно спрашивая о здоровье.
— ...Я ещё даже не начинала соблазнять.
— Мурашки.
Волоски на затылке Роуз встали дыбом.
Это была реакция тела, с которой ничего нельзя было поделать, даже будучи в маске.
Рос отстранилась и едва заметно улыбнулась.
— Топ-топ.
Как только послышались шаги Стачиса, напряжение за столом исчезло.
Снова зазвучал спокойный джаз.
— Простите, я немного задержался?
— спросил вернувшийся Стачис.
— Нет, что вы. Благодаря этому мы смогли стать чуть ближе.
Роуз снова надела маску расслабленной и обаятельной девушки и встретила Стачиса.
— Они правда... замечательные люди.
— Я тоже так думаю. Эльджайн тоже очень приятный человек, Чис.
Их лица изменились так драматично, что Стачис даже не заподозрил неладное.
— Буду рад, если вы подружитесь.
Стачис был спокоен.
Казалось, ужин пройдет без особых проблем.
А если в конце он ещё и проводит Роуз, то, показав всем настоящую девушку, он избавится от подозрений во лжи, а значит, больше не будет причин просить Роуз играть эту роль.
Останется лишь исполнить одно её желание в качестве платы за актерство.
Врать было неприятно,
но облегчение от того, что его не разоблачат, вытеснило этот негатив.
Всё шло как по маслу.
— Кстати, Стачис, как вы вообще собрались в такую группу?
— спросила Эльджайн.
— Хм... мы все познакомились по-разному, история долгая...
— Сначала мы познакомились с ней ещё до создания группы,
— сказала Рос Эльджайн.
От недавней ожесточенной борьбы не осталось и следа,
но они обе знали истинные мысли друг друга и продолжали невидимую битву, о которой Стачис не догадывался.
— Мы давно знакомы. А ты знаешь, чем занимался Чис до того, как стал собирателем?
— Расскажете?
— Мы вместе служили в королевской страже.
— О? Правда?
Забыв о соперничестве, Роуз удивленно посмотрела на Стачиса.
— Было дело.
— Какая почетная работа.
— Ха-ха... нет. Не знаю, как остальные, но у меня не было таких возвышенных причин. Я просто не хотел голодать. Рос, а ты почему там работала?
— Хе-хе, у меня примерно та же причина. В общем...
Рос снова обратилась к Эльджайн:
— ...мы тогда очень сблизились, и когда Чис решил уйти из стражи, чтобы стать собирателем, он предложил мне присоединиться. Так я и стала участницей группы. Чис предложил. Ой, Чис, подожди.
Стачис, который внимательно слушал Рос, замер на словах «подожди».
Длинный, изящный указательный палец Рос медленно потянулся к его лицу и коснулся губ.
Под её пальцем губы Стачиса мягко подались, а когда она убрала руку, медленно вернулись в прежнее положение.
Вытерев его губы, Рос слегка лизнула свой указательный палец влажным красным языком.
От такой красавицы, как Рос, это действие могло бы кого угодно свести с ума.
— Хе-хе... ну как можно быть таким неряхой и ходить с соусом на губах?
— ...! Рос..! Я же просил так не делать...!
Стачис поморщился и прикрыл губы левой рукой.
Даже для друзей шестилетней давности такое поведение было странным.
Тем более, это было неподобающе, когда рядом девушка.
Но Эльджайн, от которой он ожидал бурной реакции, молчала.
Из-за её молчания Рос и Стачис одновременно посмотрели на неё.
Стачис повернул голову, а Рос лишь холодно повела глазами.
— Мм? Стачис?
Эльджайн повернулась, набив рот мясом так, что щеки раздулись.
И, что самое примечательное, её рот был весь в соусе.
Стачис был ошарашен: она, которая до этого ела так чинно, вдруг повела себя так.
— Крошка... Эльджайн?
Он чуть не ляпнул «миледи?», но вовремя сдержался.
Но Рос зацепилась за его слова.
«...Крошка?»
Неужели он называет её такими пошлыми прозвищами?
— Вкусно, Стачис. Ешь быстрее.
Роуз с довольным видом предложила Стачису поесть ещё.
Больше всего его поразило то, что Эльджайн так неряшливо испачкалась в соусе и даже не заметила этого.
Вспомнилась недавняя ситуация.
Рос вытерла его губы.
Было бы странно, если бы возлюбленная не сделала того же, что и подруга.
Может, Роуз дает ему шанс?
Шанс вести себя ещё больше как пара.
— Эльджайн, подожди.
От слова «подожди» Эльджайн замерла, как и Стачис до этого.
Можно ли так запросто касаться губ дворянки?
А что, если её охранники смотрят издалека?
Тревог было много, но Эльджайн, похоже, не собиралась вытирать соус сама.
Он хотел вытереть её губы белоснежной хлопковой салфеткой, лежавшей на столе.
Но салфетки не было видно.
Поискав глазами, он обнаружил салфетку в руках у Роуз.
Найдя салфетку у неё в руках, он снова перевел взгляд на лицо Роуз.
Она улыбнулась.
— Хотите что-то сказать?
В конце концов, Стачис медленно протянул правую руку и большим пальцем вытер её губы.
Её губы были теплыми и мягкими.
— Теперь всё.
Но Роуз замерла и не двигалась.
Она пристально смотрела на палец Стачиса.
«Ах ты...!»
Сердце Рос сжалось от того, что должно было произойти дальше.
Роуз оказалась куда более сильным противником, чем она думала.
Под взглядом Роуз Стачис подумал: «Эх, была не была»,
и сунул большой палец в рот.
— Чмок.