Чистые, не замутнённые ни единой дурной мыслью лазурные глаза Айши смотрели на меня снизу вверх.
Она искренне ждала ответа на свой вопрос: приятно ли это — целоваться?
Ни тени пошлости во взгляде не было, лишь безграничный детский интерес и трепетное предвкушение чего-то таинственного.
Целоваться с Сагири — невероятно приятно.
Поначалу её внезапные поцелуи сбивали с толку, но чем чаще мы это делали, тем сильнее я в неё влюблялся, а теперь и сам целую её всякий раз, когда захочу.
Но главное — Сагири отвечает мне тем же, и это волшебное ощущение взаимности пьянит сильнее всего.
В такие моменты кажется, будто во всей вселенной остаёмся только мы вдвоём.
— Э-э, видишь ли...
Но.
Имею ли я вообще моральное право выкладывать всё это маленькой девочке?
Да, Ацуки и Айша сейчас в том же возрасте, в котором мы с Сагири поцеловались впервые. Но наш второй поцелуй случился лишь в старшей школе!
И уж после этого нашу жизнь закрутило в таком урагане страстей, что выливать этот концентрированный взрослый сироп на неокрепший детский разум было бы верхом безответственности.
— ...Айша, а почему ты вообще заинтересовалась поцелуями?
Поэтому для начала я решил прощупать почву.
Со стороны фраза парня-старшеклассника в адрес младшеклассницы «интересуешься поцелуями?» тянула на статью, но моё сердце безраздельно принадлежало Сагири, а Айша души не чаяла в Ацуки.
Так что ничего криминального тут нет.
...Наверное.
— Потому что папа с мамой дома всё время целуются!
— ...А, вот оно что.
Мозги на секунду зависли, но тут же встали на место.
Судя по всему, родители Айши живут душа в душу.
В каждой семье свои порядки, да и разница культур сказывается — девочка ведь наполовину англичанка, наполовину японка.
Иными словами, романтические поцелуи для неё не были чем-то из разряда запретной экзотики.
— Но папа и мама говорят, что Айше так целоваться ещё рано... Нужно сначала стать взрослой...
Она обиженно надула губки и повесила носик.
При всей своей страсти родители Айши держали планку воспитания на высоте.
Они с Ацуки и без того выглядели до неприличия сладкой парочкой.
И именно потому, что эти двое наречены с детства, взрослые наверняка хотели уберечь их от поспешных шагов, чтобы они взрослели постепенно и не обожглись раньше времени.
Сам я отцовского опыта не имел, но забота старших вызывала искреннее уважение.
...Интересно, а какими родителями со временем стали бы мы с Сагири?
— Братик?
— А? Ой, прости-прости, задумался! Мы же про поцелуи говорили, да?!
Вот ведь понесло на фантазии средь бела дня...
Я отключился всего на пару секунд, но Айша успела подозрительно вглядеться мне в лицо. Едва не свалившись в омут сладких грёз посреди разговора с ребёнком, я поспешно вернулся к теме.
— ...Ну, начнём с того, что это и правда приятно.
— Правда?!
— Ага. Целоваться с человеком, которого ты любишь всем сердцем, — это очень приятно и приносит огромное счастье.
— Ух ты-ы-ы!..
Айша слушала с горящими глазами, буквально ловя каждое слово.
Тут я лукавить не стал.
Ведь это чистая правда.
И именно к этому светлому чувству она так тянулась.
— Но знаешь, торопиться с этим совсем не обязательно.
— Не торопиться?
— Да. Мы с Сагири целуемся, твои родители целуются... Но Сагири ведь только что правильно вам сказала: у вас с Ацуки должна быть своя собственная, неповторимая история. Особенно первый поцелуй — он запоминается на всю жизнь. Разве не лучше подождать особенного момента, чем спешить просто так?
— Особенный момент!..
Лазурные глазки вспыхнули с ещё большей силой.
Вместе с тем в груди неприятно кольнуло чувство вины за то, что сам-то я наш первый поцелуй умудрился напрочь вычеркнуть из памяти.
— Вы можете не спеша взрослеть вместе с Ацуки. В своём собственном темпе, шаг за шагом подниматься во взрослую жизнь...
— Взрослая жизнь... С Ацуки!
— Вот именно. Держась за руки, вместе подниматься по лестнице взросления.
— По лестнице во взрослую жизнь!..
В чём-то эта мысль перекликалась с девизом нашего «Клуба поиска себя»: не оглядывайся на других, живи в согласии с собственной природой.
И это правило работало не только для одного человека, но и для двоих — как для нас с Сагири, связанных узами чего-то куда большего, чем просто дружба.
Может, если бы я раньше открылся ребятам — Юдзуру и Хасэгаве, — мы с Сагири пришли бы к нынешнему счастью куда быстрее.
Впрочем, прошлое не воротишь, да и сейчас я абсолютно счастлив.
Та ссора помогла нам вспомнить самое главное обещание в жизни.
— Айша вырастет вместе с Ацуки!
— Конечно. У вас двоих обязательно всё получится.
— Угу!!
Личико девочки озарила сияющая улыбка.
Кто бы мог подумать, что детский невинный вопрос обернётся такой глубокой философской беседой о жизни.
Зато этот разговор помог мне ещё раз разложить по полочкам чувства к Сагири, так что всё сложилось как нельзя лучше.
— Э-э-эй! Айша-а-а!
— Э-э-эй! Трусишка-Рэндзи-и-и!
Ровно в тот момент, когда мы подвели черту под нашей беседой, из магазина вернулись запыхавшиеся Сагири и Ацуки.
Правда, подруга детства всё ещё дулась за сорванный поцелуй и наградила меня обидным прозвищем с ослепительно лучезарной улыбкой.
...Ну погоди у меня, дома припомню.
— Ацуки-и-и!!
— Ух ты, осторожнее!..
Стоило мальчику появиться на горизонте, как шкала счастья Айши пробила все допустимые лимиты.
Сорвавшись с места, она с разбегу ласточкой бросилась ему на шею.
Зажав в обеих руках бутылки с газировкой, бедный Ацуки едва не завалился на спину, но из последних сил удержал равновесие, чтобы не уронить повисшую на нём невесту.
Настоящий маленький мужчина, ничего не скажешь.
— Ацуки! Ацуки!
— Айша, ну ты чего так налетаешь?!
Она действительно любила его без памяти.
Стоило им расстаться всего на пару минут, как девочка всем тельцем прижималась к нему, стараясь заполнить возникшую пустоту.
Даже страшно представить, что с ней будет, когда придётся уехать в Англию на долгие месяцы... Но сейчас лучше просто беречь их маленькое совместное счастье.
— Ацуки! Пойдём со мной на взрослую лестницу! Прямо сейчас!!
— Э... ч-чего-о-о?!
Айша на радостях поспешила выдать суженому всё то, что только что услышала от меня.
Вот только японский язык — штука коварная, и при определённой интонации эта детская фраза прозвучала до неприличия двусмысленно.
Бедный Ацуки ошарашенно вытаращил глаза и густо покраснел...
— ...Рэндзи?
— ...Ты всё не так поняла.
...А Сагири одарила меня таким убийственно-прищуренным взглядом, по сравнению с которым недавняя обида казалась сущей ерундой.