— Р-р-р-р-р-Рэндзи-и-и-и?!
— Что?
— В смысле «что»?! Ты что творишь?!
— …Просто обнял сзади. Тебе неприятно?
— Н-не то чтобы неприятно!.. Но с-с-с чего вдруг так внезапно?!
— А иначе ты моё слово ни за что слушать не станешь.
— Ну… может и так, но-о-о!..
Сагири возглавляет мой личный список людей, принципиально не умеющих слушать других.
Впрочем, удерживать в руках полуголую, отчаянно брыкающуюся подругу детства — испытание, которое высасывало из меня последние душевные силы. Выше пояса на ней ничего нет. Дотронусь не туда — и пиши пропало.
Конечно, мне хотелось. Я ведь парень, чёрт возьми, мне безумно хотелось прикоснуться!.. Задавливая эти грешные мысли, я одновременно удерживал тело лучшей подруги.
Вся моя жизнь — сплошное удерживание и подавление себя.
— …Мы же лучшие друзья, нам ведь можно?
— …А-у-у.
Контрольный выстрел сработал безотказно.
Вопрос о том, вписывается ли объятие со спины с полуголой девушкой в рамки дозволенного между лучшими друзьями, мы благоразумно оставим без внимания.
— …Так нечестно.
— …Сама хороша.
Сагири перехватила мои руки, сомкнутые спереди. Эй, постой… Если ты за них хватаешься, то… защита же становится ещё слабее… Стоп, я не о том думаю!
— Я выполню любую твою просьбу, Сагири.
— …Э?
— Ты ведь с самого детства только и делала, что терпела и отказывала себе во всём. Так позволь мне хотя бы помочь тебе радоваться жизни. Это ведь не трудно?
Если кто здесь и подавлял себя всю жизнь, то не я, а Сагири. Ей слишком долго пришлось терпеть одиночество и боль. Она заслужила быть счастливой больше, чем кто-либо другой.
— …Н-но…
— Никаких «но». Было бы мне в тягость — я бы давно сбежал от такой капризной принцессы, какой бы милой ты ни была.
— К-какая ещё «капризная принцесса»?! Ты… ты правда обо мне так думаешь?!
— А ты сомневалась? За кого ты меня принимаешь, за святого?
— М-можно же было и помягче сказать!..
— …Я просто хочу быть рядом с тобой.
— ……
— …Этого мало?
— ………Нет.
Фух, наконец-то замолчала.
Хоть я и думал так на самом деле, совершать подобные несвойственные мне поступки и говорить такие слова вслух было до смерти неловко — лицо прямо полыхало.
Слава богу, она пропустила мимо ушей слово «милая». Хвалить её перед другими — это одно, но скажи такое ей в лицо — сразу загордится.
— …Не мало.
— …Ху-у-ух.
Сагири плавно откинулась назад, привалившись ко мне, а я осторожно задрал голову к потолку. Смотреть в комнате на полуголую девушку больше было решительно некуда.
— …Рэндзи?
Не понимая, в чём дело, Сагири шевельнулась в моих руках, пытаясь заглянуть мне в лицо.
И что в итоге?
Всё, что было скрыто, всё, чего я старательно избегал, снова открылось моим глазам.
— ………О… оденься… пожалуйста…
Моя мольба сорвалась до ужаса дрожащим голосом.
— ………Э?
Хлопая слегка покрасневшими глазами, Сагири непонимающе уставилась на меня. А после затянувшейся паузы…
— …Ува-гэ-ба-га-бу-чя-а-а?!
— О-о-оу?!
Она издала дикий звук.
Нечленораздельный, совершенно не подобающий первой школьной красавице вопль, но этим дело не ограничилось — она начала яростно колотиться и вырываться прямо в моих руках!
— …
— …
В итоге мы оба рухнули обратно на кровать. Уж не знаю, существует ли такое слово, но точнее эту кубатуру было не описать.
Впрочем, нынешнее положение дел оказалось куда критичнее.
Она по-прежнему оставалась в кольце моих рук, только развернулась, и теперь мы лежали на кровати лицом к лицу. То, что никто из нас не оказался сверху, наверное, идеально отражало баланс наших отношений, но главное было в другом: Сагири всё ещё оставалась без верха!
— ~~~~~~?!
— С-с-с-Сагири-и-и?!
Издав уже вовсе беззвучный писк ужаса, она намертво вжалась в меня всем телом.
Полуголая! Без рубашки!!
Сквозь тонкую ткань моей школьной рубашки в меня вдавилась такая ошеломительная мягкость, с которой ничто не могло сравниться!
— Э-это уже перебор, тебе не кажется?!
— Т-так ведь иначе всё видно будет!!
Возня, суматоха, треск пружин.
На кровати творился неописуемый хаос сплетённых тел. Я пытался отстраниться, она судорожно липла ко мне, и лишь жалобный скрип матраса отдавался эхом по комнате.
— Успокойся, Сагири! Это правда очень плохо кончится!
— Д-д-да как тут успокоишься-то-о-о?!
Скрип-скрип-скрип-скрип-скрип-скрип!
Кровать выдавала непрерывный дуэт скрипа и панических вздохов.
И прямо в эту какофонию неожиданно вплелся новый, леденящий душу звук: щелчок открывающейся двери.
— Сагири-и? Рэндзи-ку-ун? Я дома-а. Что это за шум такой, что у вас слу…
— ………А.
— ………О.
Мама Сагири застыла на пороге комнаты.
Мы, сплетённые в объятиях на скрипучей кровати, остекленевшими глазами уставились на неё.
— …Ой-ой-ой, уфу-фу-фу-фу.
Клац.
Дверь аккуратно прикрылась снаружи.
Примечание автора:
Мы всё ещё посреди милых романтических будней третьей арки, но в следующий раз вас ждёт специальный рождественский выпуск!