Клац!
Аслан поднял палаческий меч прямо из кровавого месива, разлитого по валуну.
Палаческий меч, выкованный из непонятного желтовато-коричневого металла, представлял собой настоящее произведение искусства с широким, но бритвенно-острым лезвием и длинной рукоятью.
Впрочем, было бы странно ожидать иного: ни одно оружие Боевых Монахов не являлось обычной дешёвкой.
Аслан слегка нахмурился, свайпом повернув палаческий меч в руке.
— ...Хм-м.
Сквозь запястье ощутилась внушительная тяжесть.
"Килограммов пять, пожалуй?"
Орудие выходило довольно увесистым, будь то обычный клинок или палаческий инструмент. Но Аслан легко понял причину, вспомнив комплекцию прежнего владельца.
Почти три метра роста и шесть рук.
Судя по длине рукояти, даже Боевой Монах удерживал его двумя руками.
Аслан и сам видел, насколько точно тот управлялся им всеми шестью конечностями во время битвы.
Пятикилограммовый вес при таких габаритах не значил ровным счётом ничего.
Аслан сорвал кожаные ножны с поверженной туши Боевого Монаха, вогнал туда лезвие и закрепил клинок на поясном ремне.
На поясе ощущалась приятная тяжесть, но не настолько, чтобы мешать движениям. Боевой дух помог справиться с усталостью от таскания тяжёлого железа.
— А.
Едва Аслан ощутил тихую удовлетворенность от найденного трофея, как Энджи вдруг издала короткий возглас, полный искренней досады.
Повернув голову, Аслан увидал, что Энджи уставилась на топор в своей руке с самым печальным видом.
— Чёрт, мой топор...
Ручной топорик, который и так не отличался высоким качеством, полностью разлетелся — и рукоять, и само лезвие — после того как Энджи всадила его прямо в позвоночник Боевого Монаха.
Для оружия, перепавшего случайному узнику, поломка топорища была делом ожидаемым, но разлетевшийся на куски стальной обух искренне удивлял. Аслан опустил взгляд, разглядывая труп Боевого Монаха.
Позвоночник монаха в районе шеи был рассечён топором, обрисовывая розовую плоть под крепчайшим экзоскелетом.
"Пробить экзоскелет Боевого Монаха, считающийся одним из самых прочных, и нанести такой урон..."
Пока Аслан с изумлением разглядывал рану, к ним подошёл Харод Клоу, ранее отброшенный брошенным копьём.
— Вы реально победили. Я знал, что ты силён, но чтоб настолько...
— Всё благодаря тому, что мы придерживались плана.
— ...Да, к счастью, всё прошло ровно так, как ты и задумывал.
План Аслана заключался в следующем:
Пока Аслан оказывал давление и притягивал к себе всё внимание, он искал способ отобрать щит и копьё.
Как только оружие переходило к ним, Харод блокировал им атаки для создания бреши, а пока Аслан связывал врага боем, Энджи выходила из засады и наносила удар.
Если Боевой Монах опешит от атаки или самого появления Энджи, Аслан добивает его.
На словах всё звучало предельно просто, но Хароду, похоже, до сих пор не верилось, что этот замысел сработал на практике.
Он сомневался, что одно лишь появление девчонки из трущоб заставит Боевого Монаха впасть в ступор, однако тот опешил куда сильнее, чем ожидалось.
В сочетании с неожиданно сокрушительным выпадом Энджи у Боевого Монаха просто не осталось шансов выжить.
Харод взглянул на щит, наполовину пробитый копьём, а затем смерил Энджи странным взглядом.
"Она ведь не должна была быть настолько сильной... Или всё это время она просто сдерживалась?"
Хотя у Харода и возникли подобные сомнения на её счёт, допрашивать девчонку он не стал, лишь обдумывая слова Аслана.
Аслан выдернул сломанное копьё из щита и протянул обломок с наконечником Энджи.
Это было скорее похоже на глефу: древко длиной около метра и лезвие более восьмидесяти сантиметров.
— Держи, это твоё.
Энджи приняла копьё и шире обычного вытаращила глаза.
— Чё, мне? Серьёзно?
В её голосе звучала нескрываемая радость. Аслан коротко кивнул.
— Ты отлично справилась. Заслужила награду.
То, чего добилась Энджи, удивило даже самого Аслана.
То, что она смогла нанести смертоносный урон древнейшему монстру среди Боевых Монахов простым топорщиком, едва укладывалось в голове.
Даже сам Аслан не смог бы добиться такого без помощи своих боевых навыков и финальной спецспособности.
Аслан разглядел в этом колоссальный потенциал. И хотя развитые характеристики силы и ловкости помогли ей, ключевую роль сыграл её инстинктивный навык точечно бить в самое уязвимое место корпуса.
Учитывая, что характеристики Энджи продолжат расти, этот потенциал станет главным козырем в их дальнейшем путешествии.
Единственным шансом выжить в этом жестоком Гелладрионе.
По сравнению с показанным потенциалом, обычное копьё выглядело лишь скромным авансом.
Аслан передал оставшуюся часть сломанного копья — древка чуть длиннее метра — Хароду.
— Что планируешь делать дальше?
Харод взял обломок, крутанул его в ладони и спросил в ответ:
— Ну, я думал сначала двинуть в сторону Империи Каллус.
— И что ты хочешь от меня?
Только тогда Аслан поднял взгляд на Харода Клоу. Драконокровец смотрел на него предельно серьёзными глазами.
— Это решать только тебе.
Харод ничего не ответил, лишь тяжело выдохнул.
Похоже, он рассчитывал, что они продолжат путь вместе.
Но этому не бывать. Вероятность того, что Харод окажет существенную помощь в предстоящем главном квесте, была слишком мала.
В лучшем случае он послужит обычным живым щитом. И Аслану совсем не нравилась эта идея.
"Не хочу плодить бессмысленные жертвы".
По возможности стоило улаживать дела с минимальным количеством ранений и смертей. В Гелладрионе, где подобное случалось крайне редко, расставание давало хотя бы какую-то надежду на благополучный исход.
Так что слова Аслана звучали как прямое прощание.
— Я сказал тебе с самого начала. Награда за помощь — свобода. И ты её получил.
Помнив о том, что Харод принадлежит к клану Клоу и был найден в Ольфасвете, Аслан добавил:
— Известно немало случаев, когда изгнанники из Беллус Альпен возвращались обратно. Сейчас это кажется далекой перспективой, но если ты завоюешь славу и вернёшь себе имя, то сможешь вернуться домой.
При этих словах на морде Харода Клоу отразилось крайнее изумление, что было редкостью для зверушек вроде него.
Считав эту эмоцию, Аслан опередил его вопрос:
— Откуда я знаю? Большинство Клоу за пределами их земель — изгнанники. А раз ты сидел в тюрьме, то и спрашивать тут не о чем.
— Хм-м... Понятно.
Харод на мгновение почувствовал себя неловко, но расспрашивать больше не стал, переваривая сказанное.
Убедившись, что его больше не прерывают, Аслан открыл окно системы.
[Текущий главный квест]
Отсутствует
[Завершённый главный квест]
! Отбить атаку Жреца и Выжить
[Повышение Уровня]
Как и ожидалось, его уровень поднялся. Аслан равномерно распределил очки характеристик.
Для Энджи: сила, ловкость и здоровье.
Для себя: магическая сила, боевой дух и удача.
Едва магическая сила заструилась по телу, как легкая усталость начала отступать и вскоре полностью испарилась.
Влияние удачи пока не ощущалось, но это вполне логично, ведь никаких событий ещё не произошло.
Энджи тоже ощутила перемены: она поджала плечи и резко повернула голову.
Она уставилась прямо на отрубленную голову Боевого Монаха.
Отрубленная голова Боевого Монаха всё ещё смотрела на Аслана и Энджи широко раскрытыми фасеточными глазами.
В этот момент Аслан почувствовал странное, едва уловимое присутствие, будто каждую волосинку на его теле изучали под микроскопом.
Это ощущение исходило откуда-то свыше.
Когда Аслан поднял взор к небу, он ничего не увидел, но липкое чувство слежки лишь усилилось.
Благодаря этому Аслан понял, чем был занят мёртвый Боевой Монах.
Даже испустив дух, монах шептал своему богу о силе Древнего Бога и Мастере Боя.
Впрочем, все эти попытки были тщетны. Боги и без того прекрасно чуяли стремительно растущую силу Древнего Бога.
Аслан ощутил зловещее предчувствие, будто прямо над их головами нависла невидимая угроза.
— ...Что-то не так, господин?
Спросил Харод, заметив его взгляд, но Аслан ничего не ответил, продолжая молча смотреть в небо.
"...Это действие характеристики удачи".
Со всех сторон повеяло ледяным холодом. Аслан физически ощущал взгляды богов вместе с жгучим чувством, будто его инстинкты полыхали огнём.
Вот оно — истинное начало главного квеста. Как и в игре.
Аслан криво ухмыльнулся, вспомнить причину происходящего.
Существовала конкретная причина, почему боги, некогда выжигавшие земли и уничтожавшие людские армии вместе с Древними Богами, теперь действовали лишь через жрецов и не вмешивались в мир напрямую.
Последний Древний Бог и Владычица Подземного Мира, Богиня Скорби и Смерти, осознав неизбежность гибели, решила закрыть этот мир от внешних сил.
Перед смертью она собрала души своих погибших братьев и соратников.
Поскольку сама смерть являлась её сущностью и силой, она обрела небывалую мощь и успела запечатать мир перед своим последним вздохом.
Однако её сил не хватило для абсолютной изоляции, а мощь высших богов оказалась слишком велика.
В итоге мир закрылся лишь частично, оставив богам узкую лазейку — возможность вмешиваться в дела смертных только через своих жрецов.
Боги страстно жаждали полностью разбить эту печать и открыть путь в мир, а для этого им требовалась сила Древнего Бога.
Единственная уцелевшая сила Древнего Бога на всём свете.
Отныне все боги будут охотиться за Энджи, носительницей этой силы.
"И первым свой ход сделает Бог Войны".
Аслан нутром чуял: совсем скоро они встретят посланника этой первой волны.
И догадка подтвердилась быстрее, чем он думал.
.
.
.
Сквозь густые кроны деревьев эхом раздался топот подкованных копыт и шум бегущих людей в тяжёлых доспехах.
Вскоре этот гул материализовался в группу солдат, рыцаря и нескольких магов.
"Нас окружили".
Харод нахмурился, с опаской вглядываясь в кусты, а на лице Энджи появилось откровенное раздражение.
И лишь Аслан сохранял абсолютное спокойствие.
Маги спешились и начали концентрировать ману, а рыцарь, оставаясь в седле, отдал сухой жест пехотинцам.
Обычные солдаты в кольчугах сузили кольцо окружения и наставили оружие.
Затем Аслан увидел человека, вышагивающего из образовавшегося прохода.
Мужчина с платиновыми волосами, аккуратными усами и ухоженной бородкой.
На его плечи была накинута короткая меховая накидка, надетая поверх иссиня-чёрного дублета.
Он неспешно вышел вперёд, оставив солдат за спиной.
Слегка прокашлявшись и убрав руки за спину, мужчина направился к кустам, где укрывались Аслан, Энджи и Харод.
— Доброго дня всем присутствующим. Не против перекинуться парой слов?
Аслан ничего не ответил. Он лишь опустил взгляд и выставил ладонь, удерживая Энджи и Харода на месте.
— Надеюсь, наше внезапное... окружение не сильно вас перепугало. Я — Корнил Эшлюд из дома Эшлюд.
Не получив ответа, Корнил Эшлюд взглянул на тень деревьев, где пряталась троица, и снисходительно улыбнулся.
Это была вальяжная и хитрая ухмылка.
— Хм-м, похоже, вы не настроены на светские беседы. Что ж, вполне понятная реакция, когда на тебя наставлены клинки. Но прошу понять: это лишь базовые меры безопасности для моей персоны. А теперь... перейдём к делу!
Мужчина легко хлопнул в ладоши и продолжил с улыбкой:
— Мы зафиксировали в этой области мощнейший резонанс. Резонанс, который просто нельзя было проигнорировать. Хоть по мне и не скажешь, но я исполняю обязанности Имперского Следователя. Я расследую любую подозрительную активность на землях империи и принимаю меры. Так что я здесь исключительно по долгу службы.
За длинной тирадой скрывался простой смысл: вы выглядите подозрительно, и я пришёл устроить допрос.
Корнил Эшлюд, желая закрепить успех, добавил:
— Поэтому, будьте так добры, выберитесь из кустов и оказать содействие следствию. Я бы хотел выслушать ваши показания.
Его улыбчивая физиономия выражала высокомерную уверенность в собственной правоте.
Аслан на мгновение задумался, переваривая услышанное.
Он прекрасно знал этого человека. Знал настолько хорошо, что сразу понял: каждое сказанное им слово — наглая ложь.
И Аслан начал просчитывать варианты.
Следующий главный квест начнётся именно из-за этого типа.
А если точнее — из-за его тщательно спланированного предательства.
Для Аслана, который уже знал всё об этом предательстве — его мотивы, цели, способов решения и стоящие за ним силы — в этой подставе не было ничего пугающего.
Более того, он мог извлечь огромную выгоду из процесса, ведущего к этой развязке.
Завершив расчёты, Аслан подал знак девчонке.
Заметив его жест, Энджи первой поднялась из кустов, а следом за ней из тени вышел и сам Аслан.
Энджи шла первой, Аслан — за ней. Увидев их, Корнил Эшлюд победно улыбнулся и вытянул руку:
— О, ну наконец-то вы решили показаться. Не стоит так бояться, это всего лишь моя личная охра...
Глаза Корнила Эшлюда перескочили с Энджи на Аслана, и его торжественная речь резко оборвалась на полуслове.
Слова застряли в горле, а самодовольное выражение лица принялось стремительно осыпаться.
На смену спеси пришли оцепенение, изумление и липкий ужас.
С исказившимся от страха лицом Корнил Эшлюд потрясённо выдохнул:
— Убийца Императора...?
Услышав это прозвище, Аслан тихо вздохнул и положил ладонь на набалдашник меча.
Это была просто удобная поза — опустить запястье на оружие, но Корнил Эшлюд нервно сглотнул слюну.
Тем временем Аслан, наблюдая, как страх волной расходится по отряду Эшлюда, спокойно произнёс:
— Продолжай.
И наступила тишина. Абсолютная, звенящая тишина, в которой не было слышно даже звона обнажаемого оружия или движения воздуха.
Аслан слегка качнул рукоять меча и коротко кивнул Корнилу Эшлюду:
— Расскажи мне, чего хочет Имперская Ищейка.
При этих словах зрачки мужчины, прозванного Имперской Ищейкой, судорожно сжались.