Прошла неделя с момента прибытия в Карди.
Аслан столкнулся с дилеммой.
В чём заключалась эта дилемма? Что ж, неподалёку как раз шел разговор.
Сидя в таверне, Аслан потягивал пиво с терпким послевкусием и слушал, о чём говорят двое мужчин среднего возраста.
— Проход всё ещё запрещён?
— Именно. Для таких людей, как мы, живущих сегодняшним днём, они просто твердят, что проход запрещён, и никого не пропускают.
— В мои дни кошелёк не то чтобы полон. Интересно, в чём проблема...
— А как насчёт того, чтобы пройти через Каньон Рэнди?
Когда один из мужчин среднего возраста в толстом кожаном пальто предложил это, другой энергично завал головой.
— В наши дни это место не к добру. Возможно, лучше тайком сбежать и пересечь Пустыню Гигантов. Я слышал, что монстры, сбежавшие из Изолированной Пустоши Хенны, кишат повсюду.
— Если это монстры, разве Крепость Вербид с ними не справится? В конце концов, это Барония Вербид.
Когда Аслан подался вперёд, сузив глаза, мужчина среднего возраста продолжил, слегка сплевывая на полуслове, обращаясь к своему спутнику:
— Это не совсем так. На этот раз появились какие-то уникальные монстры, что затрудняет подавление. Я даже слышал, что командир крепости, сам барон, погиб, что вызвало проблемы с престолонаследием.
— Чёрт возьми. И что теперь, нам просто ждать, пока мы не сдохнем с голоду?
Мужчина удручённо пробормотал, потирая лысину. Другой мужчина допил пиво с недовольным видом и ворчливо отозвался:
— Чего ты на меня злишься? Не я же ввёл запрет на переход.
С этими словами оба мужчины умолкли и мрачно принялись пить пиво. Аслан подавил подступающий вздох и опустил глаза.
Вот почему Аслан застрял в Карди на неделю.
Если бы пунктом назначения был Карди в Герцогстве Хилсингер, а не Королевство Вида, всё было бы лучше, но конечная цель Аслана всё ещё оставалась далеко.
Карди был, иными словами, местом, где Аслану не следовало задерживаться.
Разумеется, дело было не в соображениях безопасности.
Карди, безусловно, был одним из самых богатых городов северного континента.
Расположенный в самой южной точке Герцогства Хилсингер вдоль побережья, Карди являлся богатой землей благодаря обширной торговле, охватывавшей как морские, так и сухопутные пути, а также изобилию продовольствия с его огромных территорий.
Вместе с этим богатством пришло множество наёмников и высококлассных солдат. Маги также прибывали из города магов по морским путям, так что о качестве или количестве войск беспокоиться не приходилось.
Если и была проблема, то она никак не была связана с этими факторами.
Дело было в том, что это место служило декорацией для следующего Главного Квеста.
Аслан низко надвинул капюшон и жестом подманил Энджи, которая сидела напротив него, тоже низко надвинув капюшон, и нарезала печёный картофель.
Энджи не поняла жеста и наклонила голову, предлагая ему картофелину. Когда Аслан качнул головой, она пожала плечами и снова сосредоточилась на еде.
Следующий Главный Квест должен был начаться, когда "главный герой" встретит "Герцога Хилсингера", останавливавшегося в Карди.
Конечно, в продвижении по Главному Квесту не было ничего плохого, и Аслан не пытался его избежать.
Главный Квест — это то, чего Аслан хотел на протяжении 12 лет, и то, что он обязательно должен был сделать, чтобы вернуться домой и выжить.
Проблема заключалась в том, что после Главного Квеста у него не останется возможности искать Мастера Меча.
Веллус Альпен, расположенный к северо-западу от Карди и даже дальше на север, чем Олфасвет, откуда Аслан вызволил Энджи, был следующим пунктом назначения Главного Квеста из Карди, и у него даже было ограничение по времени.
Как только этот квест начнётся, Аслан потеряет шанс отправиться в Баронию Хонигал, где находился Мастер Меча.
Аслан верил, что раннее обретение Мастера Меча и сбор других мастеров существенно повлияют на успех его будущих планов.
Вот почему Аслан сейчас носил капюшон, скрывая свою личность, и вот почему его так тревожил текущий запрет на переход.
Каньон Рэнди был опасен, а причина запрета на пересечение пустыни не была точно известна.
Конечно, он мог бы выяснить всё немедленно, спросив Герцога, но если это запустит Главный Квест, пути назад уже не будет.
В итоге ему нужно было либо выведать информацию через шпионаж, либо проскользнуть тайком, но как минимум требовалось узнать, почему переход запрещён. Понимание рисков и выгоды было жизненно важной информацией для выжившего.
Но это было возможно только при наличии вариантов. Аслан не мог решить, идти ли через Каньон Рэнди, кишащий монстрами, или пересечь так называемую Пустыню Гигантов.
Ему не хватало знаний, чтобы сделать выбор.
Единственным утешением было то, что он застрял не совсем без прогресса.
Пока Аслан вздыхал, Энджи, сосредоточенно жвавшая с надутой щекой, спросила:
— Что с тобой? Ты в порядке?
— Я в порядке.
— ...Может, мне попробовать сделать что-нибудь силой?
Аслан мягко качнул головой на предложение Энджи.
— Это будет не к добру. Нас обнаружат.
Определенно возникли бы неприятности, если бы их обнаружил жрец или герцог. Герцог явится, чтобы выдать Главный Квест, а жрец нападет.
Не зная об этих обстоятельствах, Энджи спросила:
— Хмм... Пожалуй, так. Но я не понимаю. Почему мы должны прятаться, если не сделали ничего плохого?
— Всё сложно.
— Не расскажешь мне?
— Трудно объяснить. Всё запутанно.
— Эх, терпеть не могу сложные вещи.
Объяснять Энджи, что квест активируется в тот самый момент, когда они встретятся, основываясь на его опыте в игре и в Гелладрионе, было бы чрезвычайно сложно.
К счастью, Энджи не слишком любила раскидывать мозгами и перепоручала трудные или запутанные проблемы Аслану, позволяя ему пропустить объяснения.
Пока Аслан раздумывал, не удобнее ли будет пройти через Каньон Рэнди, поскольку о нём хотя бы есть какая-то информация, Энджи снова спросила:
— Кстати, а где сумасшедшая баба?
Сумасшедшая баба.
Став свидетелем характера и агрессии Эреты с первой же встречи, Энджи продолжала называть её "сумасшедшей бабой", хотя Эрета стала немного спокойнее и менее агрессивной.
Более того, поскольку никто не возражал против этого прозвища, оно прижилось, и именно так Эрета стала известна Энджи.
В действительности, поскольку она и впрямь была сумасшедшей мазохисткой, разницы особо не было, так что и исправлять было нечего.
Вместо этого Аслан ответил:
— Она собирает информацию.
— Информацию? Какую ещё информацию?
— Скоро она вернётся. Сама увидишь, когда она придет.
Аслан кивнул, а Энджи издала звук "хмм", после чего взяла хлеб и принялась жевать. Она повращала глазами, словно о чём-то размышляя, а затем посмотрела на дверь таверны.
Как раз в этот момент дверь таверны открылась, и вошла женщина, закутанная в невзрачный льняной плащ.
Белые волосы, которые невозможно было скрыть даже под капюшоном, и поразительные розовые глаза, выглядевшие добросердечными.
Это была Эрета.
Эрета окинула опущенным взором окружающих, заметила столик, за которым сидели Аслан и Энджи, и сразу же подошла.
Аслан выдвинул для неё стул, и Эрета слабо улыбнулась, прежде чем сесть.
— Вы ведь не сплетничали обо мне?
— Сплетничали.
Энджи ответила прямо, но Эрета посмотрела на неё благодушными глазами и улыбнулась.
— Энджи, ты знала, что у тебя приподнимаются брови, когда ты врешь?
Энджи вздрогнула от этих слов и дотронулась до бровей, пока Эрета хитровато улыбалась.
— Я вру.
— ...Ииик.
Осознав, что её провели, Энджи сжала кулак, но Эрета, похоже, не посчитала это угрозой и взяла кружку пива, из которой пил Аслан.
С тех пор как неделю назад, ещё до прибытия в Карди, она узнала об их цели, Эрета вела себя как прежде.
Как до того, как потерпела поражение от Аслана и лишилась статуса жреца.
Аслан пристально посмотрел на Эрету; та заметила его взгляд и улыбнулась глазами.
— Итак, удалось что-нибудь узнать?
Эрета сделала паузу на полуглотке и ответила.
— Говорят, гиганты буйствуют.
— Гиганты?
Спросила именно Энджи. Когда Энджи сделала лицо, показывающее, что она не знает, кто такие гиганты, Эрета ярко улыбнулась, а Аслан повращал глазами, приготовясь объяснить.
— Это раса под названием Айн, живущая в пустыне, которую мы планировали пересечь. Им не хватает интеллекта и человечности, поэтому к ним не относятся как к людям, в отличие от драконорожденных, зеленокожих или эльфов... но, по крайней мере, их не считают монстрами. Оправдывая своё имя, они высоки и сильны. Наверное, они немного сильнее, чем ты сейчас.
— ...Это невероятно сильны?
Текущая сила Энджи составляла 7. Учитывая, что гиганты обладали силой 8–10, они были довольно могущественными.
С такой силой невооружённые люди не могли сравниться, однако, вопреки своей огромной мощи, они не отличались высоким интеллектом.
У них хватало ума создавать и использовать простые орудия, но недостаточно, чтобы придумывать что-то новое.
Вот почему они не могли победить армии.
Их разбивали хорошо обученные войска, и жили они только в пустыне, под властью людей, торгуя с ними.
— Если гиганты буйствуют, я понимаю запрет на переход... но удалось ли узнать, почему они буйствуют?
Задача, которую Аслан поручил Эрете, заключалась в сборе информации, конкретно от стражников.
Благодаря своей красоте Эрета могла привлекать меньше внимания, чем Аслан или Энджи, выведывая слухи у стражи.
Хотя прошла всего неделя, Эрета добросовестно выполняла свою роль.
Она присоединялась к стражникам в небольших миссиях по зачистке от зверей или монстров ради скромной награды, помогая им и сближаясь для разговоров.
С её добрым лицом Эрете не составляло труда добывать сведения.
— Что ж, это не точно и всего лишь слух... но, судя по всему, на гигантов напали?
— Напали? На гигантов?
— Да.
Гиганты были не теми существами, о которых подумаешь в контексте нападения. Хотя у них был низкий интеллект, они могли объединяться в группы, а в Пустыне Гигантов существовали самоуправляемые территории, представленные Крепостью Гигантов.
Если и существовали создания, напавшие на гигантов, в голову приходила только одна возможность.
— Должно быть, это жрецы.
Хотя он не мог понять, зачем им нападать на гигантов, действия жрецов не всегда подчинялись разуму или причинно-следственным связям.
На уверенное утверждение Аслана Эрета оперлась подбородком о руку и ярко улыбнулась, почти насмешливо:
— Ты ошибаешься.
— ...А?
— Я слышала, что это рейты. Вот почему гиганты буйствуют и твердят: "Это всё из-за злой человеческой магии, помогите нам".
— Что?
— Это всего лишь слух, но рейты — вполне вероятный вариант.
Рейты были существами, практически неуязвимыми к физической силе. В отличие от банши, на них действовала магия, поэтому их можно было победить магическим оружием, атаковать редким клинком с элементальным уроном или уничтожить бесчисленными физическими ударами.
— Или это может быть уловка гигантов?
— Нет, скорее всего, это правда.
Хотя Эрета предположила обратное, Аслан знал, что гиганты не стали бы прибегать к подобным уловкам. Поэтому он просто отверг эту мысль.
Более того, если появлялись рейты, имело смысл, что гиганты, не имевшие никаких средств, кроме физической силы, впадали в ярость и требовали помощи. В конце концов, они были не слишком умной расой.
Но.
— Есть проблема.
— Хмм?
— ...Рейты не должны появляться в Пустыне Гигантов.
Рейты были существами, создаваемыми из человеческих смертей. Поскольку для самого их создания требовалась человеческая злоба и затаённая обида, они попросту не могли существовать в Баронии Вербид, где деревни были редкостью.
Но списать это на простой слух было трудно: у гигантов не хватило бы интеллекта разработать стратегию заманивания людей подобными ложными слухами.
Скорее уж они сами попались бы на подобную уловку.
Хотя Аслан верил, что это, скорее всего, настоящие рейты, он сомневался в причинах их появления.
Должна была быть причина. Поразмыслив, Аслан качнул головой.
— В любом случае, если это из-за рейтов, то это даже к лучшему.
— Почему?
Рейты — это монстры, возникающие, когда человеческие души отказываются уходить в загробный мир из-за глубоких обид. Они были монстрами, появившимися потому, что Древний Бог, соблюдавший переход в загробный мир, погиб.
По сути, это были монстры, чья истинная природа — души.
А если противник — душа, Аслану будет легко.
[Сердце Скорби — Способно рассекать божественность и духовные тела.]
Аслан прочитал описание "Чистоты", прикреплённое к системному окну, словно это была ветка, и слегка улыбнулся.
— Я их жесткий контрпик.
Никто из них не понял этого термина, но лицо Аслана выражало полную уверенность.
Увидев это выражение, ни женщина, ни девушка не стали задавать вопросов.