Мастер Лука.
По честному мнению Аслана, этот Мастер находился далеко не на первых строчках в его списке приоритетов.
Прежде всего, он не считал, что сам по себе лук — это оружие, которое окажет существенную помощь в охоте на жрецов.
Хотя лук обладал отличным пробивающим действием и был весьма эффективен против людей, по сравнению с другим оружием он отличался меньшей летальностью при использовании против жрецов.
Более того, жрецы были могущественными существами, которых можно было считать полубогами.
Он не думал, что они станут услужливо стоять на месте, позволяя расстреливать себя из лука.
Учитывая способности, размеры и природу жрецов, Аслан с трудом верил, что обычные стрелы способны нанести им ощутимый урон или нанести решающий удар.
Именно поэтому Аслан оттеснил Мастера Лука в самый конец своего списка приоритетов.
Хотя Мастер всё равно оставался Мастером, а в услышанном мимоходом имени фигурировало "Клоу", что снижало вероятность того, что он окажется жрецом, он всё же не стоил того, чтобы искать его целенаправленно.
Сейчас ему требовались Мастера с исключительными атакующими способностями.
Например, Мастер Магии.
Поскольку Аслан не намеревался сбиваться с пути ради спутника, чья роль пересекалась бы с его собственной, он двигался не спеша, планируя заняться поисками Мастера Лука только после того, как отряд расширится.
Текущий состав группы тоже был неплох.
Для Аслана, рассуждавшего подобным образом, появление Тиямаля стало полной неожиданностью.
Приятным сюрпризом.
Это было похоже на получение подарка на Рождество или день рождения впервые за двенадцать лет.
Будь он самым обычным Мастером Лука, насколько бы хороши ни были его навыки, это вызывало бы вопросы, но Аслан своими глазами видел способности Тиямаля.
Исключительная точность и дальнобойность, позволявшие ему выстрелить с холма и попасть в далекую гору, а также внушительная пробивная сила и дурь, о которых можно было судить по стрелам размером с короткое копьё.
Снайпер с колоссальной атакующей мощью мог восполнить дисбаланс и ликвидировать недостаток дальнего боя в нынешней группе.
Именно поэтому Аслан решил, что ему необходимо завербовать Тиямаля Клоу, несмотря на то короткое проявление безумия, которое тот продемонстрировал.
Он верил, что штурмовая мощь Тиямаля будет необходима для получения преимущества против жрецов, с которыми они столкнутся в будущем.
Немного беспокоило то, что Тиямаль Клоу выглядел не совсем нормальным, но в отряде уже состояли фея-психопатка и святая-мазохистка.
Драконорожденный-лучник с наклонностями нудиста не казался такой уж проблемой.
Учитывая, насколько трудно найти нормального человека среди Мастеров, это была вполне ожидаемая трудность.
Настоящая проблема заключалась в другом...
.
.
.
— Его схватили?
— Да.
Едва получив разрешение пройти за пограничный частокол, произнёс Аслан.
Эрета склонила голову набок и переспросила, в то время как Энджи ошеломлённо уставилась на гору. Вероятно, она разглядывала вершину, в которую попал Тиямаль.
Отвечая Эрете и окинув взглядом группу, Аслан увидел Фей, которая, сидя на спине у Энджи, уютно упёрлась подбородком в её макушку.
— Энджи, куда это ты так смотришь?
— А? Да просто разглядываю вершину, в которую, как говорят, попала та стрела.
— Вот в ту?
Фей вытянула ручонку, указывая на один из пиков.
То, что Аслану, Энджи и Эрете казалось лишь смутным силуэтом в тумане, на самом деле было вершиной горы.
— Кажется... в ту? Ты что, видишь её?
— Ну конечно, у Фей о~чень хорошее зрение!
Фей ответила с улыбкой. Энджи надулась от её ответа.
Учитывая, насколько уникальны тела фей, это было вполне правдоподобно. Глаза фей могли видеть сквозь леса на многие километры.
Не зная этого, Энджи скептически спросила:
— И как она выглядит?
— Она торчит прямо там! Словно украшение на шляпе, торчит сбоку пика! А самого верха горы больше нет!
Фей ответила с детским энтузиазмом, а Энджи издала удивлённый "Ох", судя по всему, удовлетворившись объяснением.
И если Энджи, незнакомая с местной географией, казалась довольной лишь тем, что поняла суть, то выражение лица Эреты, услышавшей это, мгновенно ожесточилось.
Расстояние от холма до горного пика было огромным.
— Если у него хватает навыков, чтобы отсюда попасть в горный пик и разнести его, он точно настоящий Мастер.
Эрета, начавшая было с сомнений, теперь выглядела обеспокоенной. Даже как бывшая высшая жрица, она понимала, что ситуация складывается скверно.
— Проблема в том, что вершина, в которую он попал, оказалась священной горой Горного Королевства. За такое наказание — как минимум четвертование.
Аслан кивнул. Из того, что он знал, повреждение священной горы считалось тяжким преступлением в Горном Королевстве.
Народ Королевства Барамунз Альпен жил в горах и рождался там. Учитывая традицию, согласно которой даже их предки возвращались в горы после смерти, причинение вреда горе для них приравнивалось к святотатству.
Аслан слегка повернул голову, разглядывая импровизированную крепость, прилегающую к частоколу. Тиямаль Клоу, должно быть, заперт именно там, и вскоре его либо ждёт скорый суд и казнь на месте, либо его доставят в столицу для расправы.
Ситуация была паршивой. Если оставить всё как есть, они потеряют ценнейший кадр.
Но в каком-то смысле это было даже к лучшему.
Аслан взглянул на Энджи. Девушка, несущая Фей на спине, моргнула и беззвучно изобразила губами: "Что?"
Энджи прониклась доверием к Аслану после того, как он помог ей сбежать. Хотя поначалу она осторожничала, подозревая корыстные мотивы, спасение из бедственного положения всегда было самым простым способом завоевать доверие.
По этой причине Аслан рассматривал заточение Тиямаля Клоу как отличную возможность.
Проблема заключалась лишь в том, как вытащить его, но у Аслана имелось несколько способов.
Сформировав план, Аслан поднял взгляд и коротко бросил:
— Подождите здесь. Я скоро вернусь.
Он намеревался встретиться и поговорить с Тиямалем Клоу.
.
.
.
Аслан освоил не только боевые навыки.
Он также до предела прокачал вспомогательные навыки, которые хоть и не помогали напрямую в бою, но служили другим целям.
Среди них мастерство Охоты по мере роста мастерства даровало владельцу определенный уровень скрытности.
Оно подавляло запах и заглушало шаги, значительно снижая шанс быть обнаруженным, а в сочетании с Подвижностью делало Аслана невероятно скрытным и быстрым.
Он уклонился от взоров со каменной сторожевой башни, перебегая по слоистым теням, затем легко подпрыгнул, упёрся ногой в стену, перевернулся в воздухе и бесшумно проник внутрь здания.
Это было настолько незаметное и плавное проникновение, что если бы Фей увидела его, то наверняка рассмеялась бы и сказала, что он похож на змею.
Проникнув в здание и миновав зоны видимости четырёх сторожевых башен, Аслан подхватил край своего плаща, волочившегося по полу, чтобы тот не шуршал, и быстро, но тихо пошёл вперёд.
Он направлялся к тюремным камерам.
Проскользнув мимо спящего охранника в тусклом тюремном коридоре, Аслан бесшумно приблизился к решётке. Тени от прутьев, отбрасываемые факелами, рассекали пространство решётчатым узором.
Когда Аслан подошёл к камере, драконорожденный заговорил с ним:
— А ты тихий. Прямо как зверь. На охранника не похож... Пришёл навестить меня?
Аслан замер от этих слов, затем оглянулся назад. Охранник всё так же беспробудно спал.
Похоже, он не проснулся бы, даже если бы они заговорили громче.
— Как ты узнал?
В ответ на вопрос Аслана драконорожденный хмыкнул. Хмыкнув, он почесал плечо.
У драконорожденного, Тиямаля Клоу, глаза были завязаны плотной тканью.
Вопрос Аслана был вполне обоснован.
— А ты угадай.
Драконорожденный усмехнулся. Он прислонился своим массивным телом к решётке. Его предплечье целиком высунулось между прутьями.
Аслан уставился на эту руку и подумал:
"Возможно, я переоцениваю свои навыки скрытности, но... он не мог меня услышать."
Даже если бы он что-то и услышал, как он мог быть так уверен, что это не стражник или солдат?
Если только эта повязка на глазах не была прозрачной, не существовало способа узнать, что к нему приближается не охранник.
Значит, дело не в слухе.
Что касается зрения, драконорожденные от природы не славятся хорошим зрением. К тому же его глаза сейчас закрыты повязкой.
Аслан сузил глаза и въелся взглядом в драконорожденного, обнажившего верхнюю часть тела.
Хотя сейчас на нём были штаны, Тиямаль был абсолютно голым, когда разнёс горную вершину.
Тогда Аслан был настолько ошарашен, что принял это за банальное извращение, но для кого-то уровня Мастера Лука в его действиях мог кроться куда более глубокий смысл.
Это было лишь предположением, но Аслан обретал всё большую уверенность, наблюдая за тем, как пламя факела колеблется на ветру. В эту подвальную тюрьму проникал воздух.
— Осязание.
— ...О? А ты угадал. Вообще неинтересно, когда угадывают с первого раза.
Драконорожденный произнёс это и отстранился от решётки, на которую опирался. Игнорируя скрип прутьев, ящеролюд поднял скованные руки и сказал:
— Но это правильный ответ. Чешуя у этого старика — не шутка, так что... как бы это сказать, она чувствует движение ветра. Что-то в этом роде. Я могу ощутить почти всё.
Тиямаль, который казался на голову выше среднего драконорожденного, почесал подбородок и спросил:
— А, другие сородичи так не умеют?
Аслан молчал, размышляя о том, не являлось ли аномальное осязание Тиямаля секретом его меткости, в то время как Тиямаль опустил руку от подбородка и тяжело вздохнул:
— Эх, если уж кому и стоило прийти, так это той женщине, а вместо неё явился темнокожий мужик, что совсем не радует душу.
— ...Что?
— Ты разве не видел её? У этого парня вообще нет чувства прекрасного.
— Подожди, о чём ты вообще...?
— Я говорю о той женщине, о женщине!
Пока Тиямаль опирался на решётку, она жалобно скрипела под его огромным весом.
— Ты ведь видел раньше, как я попал по горной вершине, верно? Как думаешь, зачем я это сделал?
Несмотря на то, что Аслан нахмурился от внезапного вопроса, он ответил прямо:
— Чтобы продемонстрировать свои навыки? Ты даже имя своё выкрикнул перед выстрелом.
— Да, показать себя — это верно. Но как думаешь, перед кем я красовался? Естественно, такие впечатляющие навыки используются для того, чтобы привлекать женщин, разве нет?
Аслан, обладавший вполне адекватным мышлением, не мог этого понять и недоумённо наклонил голову.
— Когда я смотрел на очередь, среди людей там была весьма некондиционная красотка. Женщина с толстым хвостом, пышными бёдрами и большой грудью. Эх, как только я её увидел, сразу подумал: "Такую красотку нельзя упускать!"
Аслан наконец вспомнил одну из тех, кто ждал досмотра для входа за частокол — ящеролюдку.
Действительно, как и сказал Тиямаль, это была крупная женщина-драконорожденная с толстым хвостом.
И в тот момент, когда он вспомнил эту ящеролюдку, Аслан был настолько ошарашен, что слегка приоткрыл рот.
— ...Ты выстрелил по священной горе только для того, чтобы произвести впечатление на женщину?
— Ну, так уж получилось. Но, похоже, я провалился. Эх.
Тиямаль разочарованно цыкнул языком и полностью прислонился спиной к решётке, издавая горловое покашливание. Под аккомпанемент скрипящих прутьев Аслан спросил:
— Ты хоть знаешь, что тебя могут казнить? Осквернение священной горы — это тяжкое преступление в Барамунзе.
— Знаю. Но что важнее: какая-то гора или любовь? Разве мужчина не должен пойти хотя бы на такое, чтобы впечатлить хорошую женщину?
Непостижимый ход мыслей. Казалось, весь его мозг ушёл в нижнюю часть тела.
Аслан теперь откровенно хмурился от легкомысленных слов и действий Тиямаля.
— Ты рискуешь жизнью ради подобной глупости?
— Женщины — это серьезное дело. Ради них стоит рисковать жизнью.
Теперь Аслан был окончательно убеждён. Тиямаль Клоу был странным типом.
Хотя говорят, что нормальных Мастеров не существует, Тиямаль Клоу был ненормальным совсем в ином направлении.
Когда Аслан замолчал, Тиямаль, истолковав это молчание по-своему, внезапно выдал:
— А, но ты не пойми неправильно, ладно? Меня не интересуют самки не моего вида.
— Что?
— У меня не встаёт на тех, у кого нет хвоста.
Пока Аслан морщился, Тиямаль издал хриплый смешок.
Этот смех эхом разнёсся по тюремному коридору.
Хотя он был не таким раскатистым, как тот хохот на холме, всё же звучал достаточно громко. Аслан подумал, что не будет ничего странного, если сюда прибегут горные воины или очнётся охранник.
Тиямаль Клоу явно был странным типом, но, с другой стороны, это давало Аслану уверенность в том, что он не окажется жрецом.
Какой злой бог стал бы даровать силу ради желания соблазнить толстохвостую самку драконорожденных?
Если отбросить личные странности, Тиямаль Клоу вполне подходил на роль спутника.
— Мастер Лука, Тиямаль Клоу.
И Аслан заговорил.
Тиямаль, только что смеявшийся, при этих словах мгновенно стал серьёзным. Настолько сильно, что это заметил бы даже обычный человек.
— Ты хочешь выбраться из этой тюрьмы или смиренно примешь последствия своих поступков и умрёшь?
Добавил Аслан, наблюдая за этой переменой. Лицо Тиямаля медленно наливалось жаждой убийства.
— Ты Боевой Монах?
Едва ощутимая жажда крови. Предплечье, торчавшее из-за решётки, втянулось обратно, чешуя на его руке вздыбилась, а мышцы раздулись. Наблюдая за тем, как Тиямаль готовится к бою, Аслан удовлетворенно улыбнулся.
Судя по одной лишь боевой стойке, Тиямаль Клоу был первоклассным Мастером.
Хотя это было приятное зрелище, Аслан не намеревался провоцировать враждебность, поэтому сразу же ответил:
— Я Аслан, Мастер Боя.
И снова выражение лица гигантского драконорожденного изменилось настолько резко, что это бросилось бы в глаза любому.
Настолько серьёзная мина. Глядя на это лицо, на котором проступило легкое сомнение, Аслан произнёс:
— И я пришёл сюда, чтобы вытащить тебя.
При упоминании освобождения ноздри Тиямаля заметно расширились. Так драконорожденные делали, когда предельно концентрировались.
— ...Я-то думал, ты просто сопляк, не знающий настоящего вкуса женщин, а ты, оказывается, крупная шишка.
Раздутые мышцы и вздыбленная чешуя опали. Тиямаль, уменьшившись в объёме, скрестил руки на груди и задрал подбородок.
— Чего ты хочешь? И что ты выиграешь, если вытащишь меня?
Аслан слабо улыбнулся, наблюдая за Тиямалем, который с интересом постукивал хвостом по полу.