Джунгли Файза.
Джунгли Файза, когда-то бывшие домом для частоколов, крепостей и многочисленных сил магов, теперь превратились в принизанную тишиной обитель пышных деревьев и редких диких зверей.
Группа солдат и Боевых Монахов продвигалась сквозь эти густые джунгли. Звук их шагов поднимал густую пыль и растворялся в чаще.
Командующий среди солдат подошел ближе и заговорил, а Боевой Монах, держащий два копья, ответил ему.
Их разговор был прост: как двигаться, когда атаковать, сколько еще идти и как они пойдут на штурм с одного направления для более легкого узнавания своих.
Другой Боевой Монах, подслушивавший этот разговор, издал «хмм», опираясь на молот, лежащий на плече. Он был не единственным, кто слушал: другие Боевые Монахи незаметно проявили себя и собрались вокруг монаха с двумя копьями.
— Мы ударим первыми и откроем ворота. Входите сразу, как только они откроются.
Пока Боевой Монах говорил, почесывая подбородок, видимый командир слегка кивнул и оглядел Боевых Монахов.
Боевой Монах, держащий два лука четырьмя руками.
Боевой Монах с двумя копьями.
Боевой Монах в одеянии, похожем на робу, использующий, судя по всему, кулаки.
И Боевой Монах, орудующий молотом.
Эти разнообразные Боевые Монахи были настоящими экспертами на поле боя.
От поединков один на один до сражений армий и осады — такой состав и количество Боевых Монахов казались непобедимыми, как ни пытайся.
И все же тень тревоги таилась в взгляде командира, когда он наблюдал за ними.
Он отвернулся до того, как Боевые Монахи успели заметить это беспокойство. Он просто вел солдат вперед, а Боевые Монахи смешались с ними и маршировали следом.
Когда их шаги эхом отдавались в темных джунглях, а тепло тел начинало розноситься по ветру...
— Ха-ха-ха!
Смех. Раскатистый, громкий смех, превышающий объем легких обычного человека, прогремел вокруг.
Обладатель этого отчаянного смеха появился между деревьев.
Это был абсолютно голый драконорожденный.
Драконорожденный с ярко-красной чешуей, переливающейся под лунным светом, держал массивный лук, соответствующий его огромному телосложению, и имел черные рога.
Для тех, кто его увидел, было естественно замереть. Никто не ожидал встретить абсолютно голого гиганта, отправляясь в западню против врагов.
— Что за...
И в тот миг, когда глаза растерянного командира встретились с глазами драконорожденного, тот открыл прищуренные глаза и снова засмеялся.
Пока гулкий хохот эхом наполнял пространство, Боевой Монах с двумя луками моргнул своими сложными глазами, прицелился и произнес:
— Когда сомневаешься — лучше сразу стрелять. Так что...
Он направил лук и быстро натянул тетиву. Имея четыре руки, он приготовился вести стрельбу из двух луков одновременно. Боевой Монах, славившийся молниеносной скорострельностью, собрался зарядить сразу несколько стрел.
Если бы только не этот свистящий звук, прозвучавший до того, как он успел.
В мгновение, когда Боевой Монах поневоле поднял взгляд вверх, стрела длиной с полноценное копье пробила его насквозь.
Чавк!
Она раздавила и пронзила его, пригвоздив к земле.
Хруст!
С пробитой от головы до паха тушей, расположенной в обратном пробитии, руки Боевого Монаха бессильно опустились, и нечто, не бывшее ни кровью, ни обычным соком, брызнуло из его тела.
— Если тебе нужно видеть, чтобы стрелять, то ты лишь показываешь свою неопытность, не так ли?
Хохочущий драконорожденный сменил тон на насмешливый и зарядил новую стрелу в свой лук. Это была еще одна стрела размером с копье, которую следовало бы использовать разве что в осадных орудиях.
— Запомни: настоящий денди найдет нужную дырочку даже в полной темноте!
Звяк!
Стальная тетива спустилась, и стальная стрела сорвалась с места. Стрела, летящая настолько быстро, что даже Боевой Монах мог упустить ее из виду в мгновение ока. Она рванула вперед до того, как они успели подготовиться.
Она разорвала живот командира на своем пути, вывалив наружу внутренности, а затем пробила солдата позади него. Цепи, плоть и кровь разлетелись в стороны. Окровавленная стальная стрела наконец остановилась, лишь оторвав руку Боевому Монаху с копьями.
Грохот!
— Кхм...!
Стальная стрела вонзилась в огромное дерево и замерла. Замешательство и страх охватили солдат, пока Тиямаль Клоу, выпустивший стрелу, доставал новую и натягивал тетиву.
Командир был мертв. Один Боевой Монах уже погиб. Самый опытный Боевой Монах быстро сориентировался и закричал. Это было прозрение того, кто когда-то был генералом:
— Рассредоточьтесь! Рассредоточьтесь! Товарищи, защищайте солдат!
Следуя этому приказу, Боевой Монах рванул к драконорожденному со своим копьем. Солдаты в панике бросились в рассыпную, а Боевые Монахи быстро осмотрели окружение и разделились. Отступление было бы правильным шагом, если бы они вовремя заметили засаду.
Боевой Монах с молотом прочитал ситуацию именно так и последовал за солдатами. Хаотично бегущие солдаты горели желанием выжить, и Боевой Монах чувствовал это. Он хотел спасти их.
— А-а-агх!
— Помогите, спасите меня!
— А-а-а!
Бегущие солдаты внезапно остановились и были рассечены на части. Солдаты, зажимающие перерезанные шеи, валились на землю, а тела, пробитые в самое сердце, покатились по траве.
В мгновение ока мертвых стало больше, чем живых.
Боевой Монах с молотом расширил глаза и побежал к ним.
— Подождите, я иду! Продержитесь еще немного!
Он опустил молот с плеча, перехватил его обеими руками и рванул вперед. Но прямо перед тем, как он приблизился к солдатам со грохочущими шагами, что-то вылетело из темноты на огромной скорости.
Ускоряясь без единого следа, оно быстро вращалось. Вращение отдавало красным светом с примесью глубокого индиго. В ночной тьме ярко сияющее равнодушие разило вращающимся клинком.
Боевой Монах извернулся всем телом прямо на бегу.
Понимая, что вспыхнувший свет меча метит ему прямо в шею, он подставил руку.
Он заблокировал удар своим панцирем и перешел в контратаку. Его реакция на внезапную атаку была безупречной.
Обычно так и было бы.
Вспах!
— Кх!
Сила, превышающая возможности обычного взрослого мужчины. Взмах с полным вращением прорубил панцирь на руке Боевого Монаха и ушел в сторону.
Свист!
Боевой Монах взмахнул молотом одной рукой, но оружие рассекло лишь пустой воздух.
Нападавший быстро отсек руку и снова растворился в темноте леса. И тут же с другого направления вырвался луч света.
Звяк!
Боевой Монах подпрыгнул высоко в темноте, увидел несущуюся на него фею и поднял оружие для блока.
Стальная рукоять молота принял на себя удар меча и оттолкнул его. Когда атака была заблокирована, фея без колебаний прыгнула назад, сделала сальто и буквально растаяла в лесной тьме.
Только тогда Боевой Монах осознал.
Убийство солдат не было хаотичной бойней — это была спланированная акция, направленная лично против него.
Они услышали, как монах с копьями кричал о защите солдат, и устроили эту ловушку.
Боевой Монах исказил те немногие лицевые мышцы, что у него были, глядя на ужасную смерть всех солдат вокруг.
Он поднял молот на уровень плеч и присел. Он укрепил стойку, опасаясь новых внезапных атак. И словно насмехаясь над его подготовкой, фея метнула свое оружие.
— Гх...!
Летящий короткий меч. Вращающийся клинок вонзился в горло еще живому солдату. Когда умирающий солдат, харкающий кровью, издал звук, Боевой Монах невольно повернул голову в его сторону.
Сострадание.
Именно оно стало его гибелью.
.
.
.
В тот миг, когда Боевой Монах повернул голову, Фей выпрыгнула из тьмы.
С развивающимися кроваво-красными волосами она ворвалась в пространство и взмахнула мечом. Удар, набравший инерцию от прыжка и вращения тела, полоснул по его второй руке и ушел дальше.
Бац!
Рука, державшая молот, была отсечена и упала на землю. Едва Боевой Монах попытался развернуться для ответа, короткий меч сменил траекторию. Он подлетел снизу и подрезал его сухожилие на ноге.
— А-а-агх!
Он лишился ноги и оружия. Когда Боевой Монах, лишенный средств к существованию и боя, потерял равновесие и опустился на колени, Фей, подрезавшая его ногу на пролете, выдернула свой короткий меч из шеи солдата.
— Да есть ли у вас вообще человеческое сердце?!
Земля была пропитана кровью умирающих солдат. Фей пересекла это залитое кровью поле боя и подошла к Боевому Монаху.
Хоть и сопоставив факты слишком поздно, Боевой Монах все же узнал фею перед собой.
Мастер Меча, Фей.
Боевая фея.
И эта боевая фея смотрела на него с пугающе безразличным лицом, совершенно лишенным невинного выражения, присущего её расе.
Лишенная эмоций фея вонзила два коротких меча в шею Боевого Монаха. Скрестив клинки крест-накрест, она медленно погружала их всё глубже.
Словно подрезая ему шею ножницами, девочка не торопясь обезглавливала Боевого Монаха и произнесла:
— У меня его нет.
Боевой Монах плевался кровью, уставившись на это эмоциально пустое лицо.
— Потому что оно есть у Аслана... мне оно не нужно.
Чавк, хруст!
Пока Боевой Монах кричал от дикой боли, его отсеченная голова взмыла вверх и с глухим звуком упала на землю. Огромное обезглавленное тело рухнуло, подняв клубы пыли.
Фей мельком взглянула на труп и догорающие жизни солдат, а затем взялась за рукоять упавшего молота.
Волоча тяжелый молот по земле, Фей пошла вперед.
— Интересно, обрадуется ли Аслан, если я подарю ему это?
.
.
.
— ...М-м-м.
Низкий голос. Скрипящий звук панциря, и между ними крупная фигура высотой около 3 метров зашевелилась.
Глаза, казавшиеся одновременно и сложными фасеточными, и человеческими, забегали из стороны в сторону, пока не остановились, уставившись прямо перед собой. Там было небо. Боевой Монах лежал на спине всем своим огромным телом.
"Мое сознание... было прервано."
Боевой Монах восстанавливал цепочку воспоминаний.
Он, защищая солдат при отступлении, был остановлен внезапно прилетевшим огромным деревом, из-за чего солдаты оказались от него отрезаны.
И как только он потерял солдат из виду, перед ним возникли две фигуры. Две фигуры, которые он моментально узнал.
Лошадь Древнего Бога и бывшая Святая Бойни, Мастер Булавы.
Шанс на победу был.
Боевой Монах уверенно ринулся в бой.
Хотя его стилем был рукопашный бой, он верил, что сможет победить за счет своего панциря, который был прочнее большинства тяжелых доспехов, и своих шести рук.
Но все пошло не так.
Все шесть кулаков, которые обрушил Боевой Монах, были заблокированы девочкой, едва достигавшей половины его роста.
Она не просто блокировала — она контратаковала.
Каждый раз, когда кулак девочки вбивался в его тело, его панцирь вибрировал от дикого резонанса, а изо рта брызгала кровь.
И это было еще не все.
С того момента, как красноволосая женщина подняла свой топор в танцующем движении, Боевой Монах начал стремительно сдавать позиции.
Двухрубный топор рассекал его панцирь и отрубал руки одна за другой.
По мере того как рук становилось меньше, Боевого Монаха зажимали все сильнее, нанося все больше ран.
У него не было времени даже отступить и перевести дыхание.
Девочка с кроваво-красными волосами цеплялась за него с невероятным упорством, даже когда у нее самой из носа текла кровь, а изо рта вылетали кровавые сгустки.
Безрассудная драка. И в конце этого хаоса Боевой Монах потерпел поражение.
Удар топора Эреты, нанесенный всем весом тела в движении, рассек его грудь, а Анжела разорвала поврежденный панцирь голыми руками.
Закончив воспоминания, Боевой Монах наконец осознал. Он умирает.
Выплевывая субстанцию, не похожую ни на кровь, ни на обычные жидкости, Боевой Монах заговорил. Девочка и женщина всё еще смотрели на него сверху вниз.
— Остался... еще один. Он покончит с вами и сделает из вас подношение.
— Что он там плетет?
— Думаю, у него разум путается перед смертью.
— Ваша уверенность долго не продержится. Он — тот, с кем меня даже сравнивать нельзя.
Слова, более похожие на проклятие, чем на мольбу. Анжела вытерла кровь из носа и ухмыльнулась, пока Эрета лишь тихо усмехнулась.
— Он — Охотник на Драконов. Он владеет двумя копьями, изрыгающими молнии, и достиг вершины искусства боя двумя копьями. Хотя я и погибаю здесь поверженным, он завершит миссию. Так что тихо принимайте приближающуюся смерть...
— Да, он и вправду был довольно силен.
Гордо вещавший Боевой Монах осекся, а равнодушно смотревшие Анжела и Эрета повернули головы. Даже умирающему Боевому Монаху пришлось повернуть голову.
Мягкий, харизматичный голос, моментально привлекающий внимание. Пока Боевой Монах хлопал своими сложными глазами на этот спокойный звук, он увидел приближающегося человека.
Мужчина, несущий два копья за спиной и держащий огромную отрубленную голову в другой руке.
Холодные сине-зеленые глаза и угольно-черные волосы, отчетливо видимые даже в свете угасающей луны.
Мастер Боя, Аслан.
Боевой Монах узнал своего соратника в этой отрубленной голове.
Это был тот самый Охотник на Драконов.
Боевой Монах с массивной стрелой размером с копье, торчащей из головы, и с полностью перебитой шеей.
— А... а-ах...
Звук Боевого Монаха, шокированного тем, что его самый надежный союзник мертв. Аслан услышал этот хрип, подошел ближе и с глухим стуком бросил голову на землю.
Когда катящаяся голова встретилась взглядом с Боевым Монахом, лицо последнего исказилось от ужаса, шока и глубокого горя.
Аслан посмотрел на Боевого Монаха холодным взглядом и достал одно из копий со своей спины.
Cкрежет!
Электричество пробежало по древку копья. Когда разряд обожжег землю и взвился вверх, Боевой Монах невольно закосил глазами, глядя на Аслана.
— Но он оказался не так силен, как я ожидал.
Копье перехвачено обратным хватом. Оно падает прямо в голову Боевого Монаха. Оно пронзает его быстрее, чем шок и страх успевают окончательно сформироваться.
Бац! Разлетающаяся плоть мгновенно обуглилась от удара молнии.
Боевой Монах с пробитой головой был мертв. Внезапная смерть, за которой стоял контракт.
Он больше не был Боевым Монахом. Теперь он был лишь пищей. Его исполненный муки крик не услышал никто, кроме Бога Войны.
Аслан, который заведомо не мог этого слышать, вытащил глубоко увязшее копье и вернул его на спину.
За его спиной восходило солнце под непрекращающийся звук звенящего оружия.
Звуки сражающихся солдат перемешивались с криками и неразборчивыми воплями.
Проваленная засада и последующий за ней хаотичный бой. Аслан мог предсказать исход, даже закрыв глаза.
Не было необходимости помогать, да и желания у него не возникало. Он уже выполнил свою роль, выследив и уничтожив Боевых Монахов.
— Возвращаемся.
Анжела, которой все еще было любопытно, посматривала на труп Боевого Монаха, но все же кивнула, а Эрета молча подошла и взяла Аслана под руку.
Словно эта война их совершенно не касалась, они отправились обратно в свой лагерь.
Прошла ровно неделя с момента прибытия Аслана.
Количество Боевых Монахов, убитых Мастером Боя к сегодняшнему дню, достигло одиннадцати.
Боевые Монахи столкнулись с невиданным ранее бедствием.
Бедствием по имени Убийца Жрецов.